Глава 5: Кровь на снегу
13 июня 2025 г., 02:23
Не руки мне изменят —
Мир требует сил больше, чем дал.
Деревья отвергают всё, что рост им давал:
Ни дождя, ни лучей,
Ни крови на снегах.
Кровь на снегу,
Кровь на снегу,
Кровь на снегу…
Всё, что хранит её тишина,
Природа карает без вины.
— Blood Upon the Snow, Hozier and Bear McCreary
Прошлое
— Я прибью тех идиотов, которые придумали этот долбаный зомби-вирус, — ворчит Сугуру, плюхаясь у костра рядом с Рико. Его спина хрустнула. Вчера, спасаясь от мертвяков, он шмякнулся о корень дерева, и теперь поясницу украшает фиолетовый синяк. — Спина отваливается. Как будто мне мало других проблем. Рико, невозмутимая как всегда, протягивает ему чашку чая, который грела на огне. — Удачи. Gojo Enterprises разгромили года назад. Наверное, они все уже сдохли. — Спасибо, — он делает глоток и вздыхает с облегчением. Наконец-то что-то тёплое. — Ну и хрен с ними. Ты же знаешь, это они запустили весь этот ад? Может, они свалили из страны и теперь бухают на каком-нибудь курорте. — Да, слухи ходят. В апокалипсисе они разносятся быстро, — Рико скрещивает ноги. — Но ты уверен, что виноваты все? Говорят, там были дети. Сугуру фыркает: — А ещё говорят, что SWAT взяли штурмом их лабораторию, пока те ставили опыты. Думаешь, они специально создали вирус? — Хз, — Рико пожимает плечами. — Моя мама считала, что там могли быть нормальные люди. — Если они нормальные, зачем создавать вирус? — Сугуру прищуривается, отпивая чай. — Эта хрень… Разрушила страну. Чёрт, может, уже за границу перекинулась, — он смотрит на огонь. — Зачем компании творить такое? — Вариантов куча. Может, создавали не для этого. Не все же монстры, — Рико цепляется за аргументы, которые слышала от родителей. — На востоке только и говорят, что ненавидят Gojo Enterprises. Но я верю, что не все там были плохими. — Это твоя ошибка, — Сугуру коротко качает головой. — Не жди добра от людей, Рико. Она поднимает бровь: — Это моя доброта позволила тебе и твоим девочкам остаться здесь. Сугуру отводит взгляд на палатку, где спят Нанако и Мимико. Они с ним не так давно, но он из кожи вон лез, чтобы их защитить. Рико права и это бесит. Сугуру больше не видит в этом мире ничего хорошего. Если этот мир вообще ещё существует. — Рад, что ты ещё веришь в добро, — он безжизненно улыбается, допивая чай. — Но я… не такой. Потерял слишком много, чтобы быть мягким. — Но ты добр к ним, — она кивает на палатку. — В тебе ещё есть человечность. Не дай ей умереть, ладно? Сугуру пусто улыбается в ответ. Он устал. Первый час ночи он стоял на посту, и теперь вырубается. — Ладно, — для приличия соглашается он. — Постараюсь. Рико обнимает его на прощанье и уходит к девочкам. Сугуру остаётся один с треском костра и с тяжёлыми мыслями в компанию.Настоящее
Сатору всматривается в окно хижины, щурясь от напряжения. В лесу что-то движется. В его руках винтовка, а зимняя экипировка наготове. Мегуми сидит на диване и корпит над прописями, ведь Сатору сказал, что его почерк похож на «каракули вороны». Кончик языка высунут, чёлка откинута синими защитными очками точь-в-точь как у Сатору, только у того чёрные с голубой окантовкой, в цвет его глаз. Поэтому Мегуми и выбрал их. Винтовка привычно лежит в руках. Он долго готовился к такому моменту, но сейчас всё стало слишком реально. Интересно, гордился бы им Тоджи? Тот был ему больше отцом, чем родной батя. Сатору всегда тайно жаждал его одобрения, ведь родителям он так и не угодил. Ладно, неважно. Сейчас есть куда более важные проблемы. Например, эти чёртовы мертвяки. Они нашли хижину. Окружают проволочный забор, который Сатору мастерил год назад. Руки тогда исколол до крови, палил металл последними зажигалками, гнул его о деревья, чтобы хоть как-то напоминало ограду. Дни работы, пота и боли, пока Мегуми спал внутри, вымотанный долгим переходом. И всё зря. Всё, что Сатору строил, разрушено этими ходячими трупами. А самое поганое? Он даже не знает, что за вирус в них. Знай он это, мог бы безопасно создать вакцину, не рискуя Мегуми. Разве не смешно? Мегуми чует неладное, отрывается от тетради. Глаза слипаются, уже почти пора спать. — Пап… Ты в порядке? Нет. Но бывало и хуже. Сатору всегда находил выход. Если он смог вытащить себя, Мегуми и Цумики из подвала лаборатории на Средний Запад, справится и с этим. — Всё норм, — отвечает он, сжимая винтовку. Мысленно перебирая в голове экипировку: пистолет в кобуре, ножи в каждом ботинке. Мачете на поясе и выкидуха под перчаткой на левой руке (правая свободна, вдруг придётся нести Мегуми). Кровь мальчика слишком ценна. Рисковать нельзя. — Врёшь. Ты же говорил: «Лгать можно только чужим». Блять. Хотелось бы, чтобы Мегуми до сих пор верил его вранью. Сатору отрывается от окна и смотрит на него: — Мег. Код «синий». — Синий? — Мегуми швыряет тетрадь, кидается к ботинкам. — Сейчас? — Ага. Код «синий». Цветовая система, которую они придумали, когда Мегуми был мал и не понимал всей жести апокалипсиса. Тогда он ещё не знал про иммунитет. Тогда Сатору было тяжелее, а Мегуми — легче. Иногда Сатору мечтает снова увидеть его так же беззаботно улыбающимся.Код «Красный» — опасные люди, беги, я найду тебя позже.
Код «Зеленый» — мы в безопасности, но будь настороже.
Код «Синий» — слишком много зомби, блокируем укрытие.
— Пап? — Мегуми завязывает шнурки, затем надевает зимнюю куртку, перчатки и шапку. Он тщательно утепляется, в прошлый раз во время блокировки он чуть не отморозил пальцы на ногах, и теперь Сатору заставляет его носить две пары носков. Сердце Сатору стучит в висках, он не чувствовал такого страха уже давно. А что, если Сугуру был прав? Что, если это слишком опасно? Что, если его упрямство только ухудшит ситуацию? Но пока Мегуми в безопасности, ничто не важно. — Что, малыш? — Залезть под кровать? — Нет. Запрись в шкафу. Я задержу их здесь. Мегуми не задаёт вопросов, не паникует, для этого и придуманы эти коды. Чтобы он понимал ситуацию без лишних слов. — Можно мне… оружие? Сатору достает из ботинка старый складной нож, захваченный пару недель назад, и молча протягивает его Мегуми, не отрывая глаз от окна. Зомби уже ломают проволочный забор. — Ты знаешь, что с ним делать, да? — Защищать себя. Не бросаться за тобой. Если зомби войдёт, ударить в голову или ткнуть в глаз. Сатору кивает: — Умничка. Прячься. Мегуми не может ослушаться. Он не смотрит в окно, чтобы не видеть того, что видит Сатору, он доверяет ему на все сто. Каждый раз, когда они попадали в беду, Сатору выводил их целыми. Мегуми не сомневается в нём. Никогда. Он лишь крепче сжимает нож и бежит в спальню, таща за собой стул, чтобы забаррикадировать дверь. За дверью слышно, как Сатору распахивает входную дверь. Потом шарканье ног. Затем — отвратительный стон зомби, врывающихся внутрь. — Ну, здравствуйте, сволочи, — доносится голос Сатору. Мегуми морщится. «Сволочи» — плохое слово. Сатору ругает его за такие. Но почему ему можно, а мне нет? Глупость какая-то. — Помилуйте, ублюдки. Мегуми хватает одеяло с кровати и залезает в шкаф, закутываясь с головой. Сердце колотится, дыхание перехватывает. Он изо всех сил старается быть храбрым, но иногда просто боится. Он хочет быть как его настоящий отец, тот, про которого Сатору говорил. Вдох — как нюхаешь цветок. Выдох — как задуваешь свечу. Слова Сугуру всплывают в памяти, помогая успокоить бешеный пульс. Снаружи доносятся хриплые шутки Сатору, он всегда так делает. Визги зомби. Глухие удары — то ли по телам, то ли по стенам. — Эй, красавчик! Голос Сатору напряжённый, и это пугает Мегуми. Так он звучал только тогда, когда его сильно ранили. А что, если Сугуру был прав? Что, если им стоило уйти с ним? Но если бы они ушли… Мегуми мог бы уже умереть. А он не хочет умирать. Сатору будет очень грустно. Пятилетний Мегуми, сидя в тёмном шкафу, понимает: Сатору пожертвует всем, чтобы спасти его. — О, ну ты и лапочка! Мегуми закрывает уши и снова повторяет про себя: Вдох — как нюхаешь цветок. Выдох — как задуваешь свечу.***
— Далеко ещё? — Сугуру сжимает мачете. Нанако уже давно опустила пистолет и держит за руку сестру, та молчит, как всегда в присутствии чужих, так же она вела себя и с Сатору при первой встрече. — Э-э… — Макс пожимает плечами, выезжая на главную дорогу. — Мы ещё не добрались до толпы. Кстати, мы же не поедем по трассе, да? Сугуру качает головой: — Нет. Они в хижине в лесу. Эта тачка заберётся на холм? Макс оживляется: — Насколько высокий? — Не очень. Сможет? — У этого ведра дерьмовая проходимость, шины лысые, но на полпути вверх заедет. Если снега не слишком много. Но я бы не советовал, — Макс давит на газ. Лёд уже растаял, скоро потеплеет. — Эта орда… они сбиваются в кучу, чтобы не замёрзнуть. Хм. Сугуру никогда не слышал о таком. Сатору, видимо, тоже. Значит, их подозрения были верны. Надо было сильнее давить, чтобы вытащить их из той чёртовой хижины. — Если это правда, значит, они умнеют. — Как они могут умнеть без мозгов? — Мимико вмешивается. — Они что, умнее нас? — Зомби всегда тупые, — Нанако бросает, глядя в окно. — Хотя вопрос и правда дурацкий. — Эй, — Сугуру строго оборачивается. — Никаких драк. Если будем ссориться, не сможем спасти Сатору и Мегуми. — …Прости, — бурчит Нанако. Мимико кладёт голову ей на плечо: — Ничего. Сугуру смотрит вперёд. Они снова на трассе — это хорошо, но вокруг уже мелькают мертвяки, а это плохо. Значит, они на границе города. И зомби здесь больше, чем обычно. От одной мысли тошнит. Держитесь. Вы оба должны быть живы. — Они идут на звук, так что за нами потянутся, — поясняет Макс. — Глушитель-то сдох, но я не стану рисковать ради незнакомцев. Высажу вас на окраине. — Этого достаточно. Спасибо. Сугуру молится, чтобы Сатору, или хотя бы Мегуми, были целы. — Ты подождёшь? Макс закатывает глаза: — Не могу же я бросить вас с детьми. Да и делать мне нечего. Но предупреждаю: если на меня нападёт толпа, пока жду, я смоюсь. Сугуру понимает: не все терпеливы, как он. — Нам только доехать. Я покажу дорогу.***
Блять! Сугуру был прав, а Сатору ошибался, думая, что справится в одиночку. Прости. Я облажался. Вернись. Я не могу один. Прости. Сначала их было двадцать — с такими он бы справился. Он вышел, полагаясь на своё умение стрелять, рукопашный бой и любимое мачете. Сначала всё шло хорошо. Теперь же Сатору не хватает воздуха. Горло горит от ледяного ветра, лёгкие сдавлены, будто он пробежал марафон. Мне надо было уйти с тобой, Сугуру. Защитные очки спасают глаза от ветра. Дверь хижины заперта, мертвяки не пробьются к Мегуми. Его единственная цель — спасти мальчика. За эти годы Сатору потерял всё и всех, кроме Мегуми. Единственная причина, по которой он не наложил на себя руки — мальчик нуждается в нём. Грустно, но желание жить покинуло его в тот день, когда тело Тоджи грохнулось на пол лаборатории под вой сирен. Он никогда не забудет этот звук. Тот день… Он рыдал как никогда, держа на руках двух детей под мостом, в ливень. Все трое тогда заболели. Прости. Зомби подбирается слишком близко, Сатору вонзает лезвие в голову, затем стреляет второму между глаз. Патронов мало, если потратит все, они погибнут. Теперь он прижат к двери. Винтовку заменил на пистолет, дистанция слишком короткая. Даже на холоде эти твари двигаются быстрее. Они эволюционируют. Сатору с ужасом осознаёт: он не справится с десятками мертвяков. И тут раздаётся крик изнутри. Мегуми. — Мег!***
— Ё-моё! — Макс вцепляется в руль, продираясь сквозь зомби. Тачка подпрыгивает на кочках. — Если эти ребята уже мертвы, мы зря рисковали, но, надеюсь, они живы. Сугуру бросает на него ледяной взгляд при упоминании смерти. — Если они мертвы, поедем на запад. Пожалуйста, держитесь…***
— Мегуми! Сердце Сатору сжалось, когда он услышал, как на другом конце хижины разбивается окно. Но я же заколотил всё наглухо! Как они проникли внутрь? Неужели они стали умнее? Мы с Мегуми слишком долго прятались… Я подвёл нас… Зомби щёлкает зубами в сантиметре от его лица, и Сатору бьёт его ногой в живот и тут же вонзает мачете в голову. Он распахивает дверь, швыряет труп в нападающих и прислоняется спиной к древесине, чувствуя, как дверь дрожит под ударами. Здесь больше небезопасно. Сугуру был прав. Прости, Мегуми… В голове мелькают одни и те же мысли, но не может остановить этот поток. Прости. Прости. Прости. Это моя вина. Надо было уйти. Стены будто сжимаются, дышать становится трудно. — Пап! Голос Мегуми возвращает его в реальность. Нужно спасти Мегуми. Сатору хватает стул из гостиной и подпирает им дверь. Это ненадёжная защита, но на какое-то время хватит. Новый крик Мегуми напоминает: они в хижине не одни. Как они пробрались? Доски на окнах были крепкими… Сугуру говорил, что они эволюционируют. Он снова был прав. Прямо сейчас Сатору ненавидит себя. Он мчится по коридору, едва не поскальзывается, но успевает схватиться за стену и острая щепка впивается в палец сквозь перчатку. Ещё не добежав, он слышит характерный стон. В комнате два зомби. Они бьются в дверь шкафа, где спрятался Мегуми. А третий лезет через разбитое окно. Сатору захлопывает дверь спальни, хватает первого зомби за плечо, резко разворачивает и вонзает мачете в голову. Один готов. Второй оборачивается и орёт ему в лицо. Сатору стискивает зубы, выхватывает нож из-под перчатки и вспарывает гнилое горло, и кровь брызгает на лицо. Он тут же сжимает губы — нельзя, чтобы заражённая кровь попала в рот. Передаётся через кровь. Жаль, я не знал этого раньше. Он выдёргивает мачете из черепа и, экономя патроны, подходит к окну. Хватает третьего зомби за волосы, втаскивает внутрь и приканчивает, когда тот пытается укусить. — Чёрт возьми… Сатору едва переводит дыхание. И тут — новый стон из окна. Они окружили весь дом. Грохот у входной двери. Шуршание у разбитого окна. Сатору глубоко вдыхает, обдумывая план спасения. Даже если я погибну… Мегуми должен выжить. Он иммунен. Он направляется на кухню, хватает рюкзак с патронами и набивает его банками консервов. Дверь трясётся. Времени почти не осталось. Сатору набивает сумки всем, что успевает схватить, когда в кухонном окне, том самом, которое он не успел заколотить, раздаётся первый удар. Блять! Он швыряет в рюкзаки оружие, припасы — всё, что может понадобиться ему и Мегуми. Сердце бешено колотится, и кажется, сейчас выпрыгнет из груди. Да, он выводил их из переделок и раньше, но теперь хижина полностью окружена. Главное вытащить Мегуми. Отправить на запад, к Сугуру. Или прорваться вместе. План пока туманен. Закончив сборы, он врывается в спальню, сбивая стул ногой. Винтовка за спиной больно бьёт его по руке, и Сатору раздражённо поправляет её. — Мег, открывай! Нам пора! — кричит он. Дверь шкафа распахивается, и перед ним целый и невредимый, но смертельно напуганный Мегуми. Мальчик дрожит, но изо всех сил старается казаться храбрым, сжимая нож. — К Сугуру? — голос Мегуми предательски подрагивает. Сатору кивает: — К Сугуру. На запад. Это наш единственный шанс, — он опускается на колени, протягивая Мегуми второй рюкзак. — Слушай, держись ко мне ближе. Помнишь, как в Индиане? Мегуми широко раскрывает глаза, натягивая лямки: — Бежать очень быстро? — Да, — Сатору пытается улыбнуться ободряюще, но сомневается, что это помогает. — Держись за меня. Нести тебя не смогу, но прикрою. Грохот из-за спины, ещё один зомби лезет через окно. Мегуми вздрагивает. Сатору берёт его лицо в ладони: — Ты выберешься отсюда. Ради мамы с папой, хорошо? Когда я скажу беги, ты бежишь. Не оглядывайся. Сугуру где-то рядом. Он защитит тебя. Лучше, чем смог бы я. Слёзы наворачиваются на глаза Мегуми: — А… а ты? Сатору криво улыбается и прижимает мальчика к себе: — Я люблю тебя, Мег. Мегуми не спрашивает больше. Он лишь кивает, обнимая Сатору так же крепко. Прощания в апокалипсисе обычное дело. Мегуми надеется, что это не последнее. Сатору первым размыкает объятия. Он вскакивает, услышав, как мертвяки врываются в спальню. Мегуми хватается за пояс Сатору, и они синхронно выходят из шкафа. Бах! Бах! Бах! Ещё три трупа падают рядом с предыдущими. Сатору уже тянется к двери, когда учащающийся грохот заставляет его сердце остановиться. Звон бьющегося стекла. Шарканье ног. Всё ближе. Всё громче. Они в доме. Сатору не позволяет панике вырваться наружу. Особенно сейчас, когда слышит, как перехватило дыхание у Мегуми. Он мгновенно переключается в режим защиты.***
— Пап! — кричит Нанако, тыча пальцем в окно. — Смотри! Сугуру отрывается от подсчёта патронов в пистолете и видит: толпа зомби движется прямо к холму, где стоит хижина Сатору и Мегуми. Глаза Макса расширяются, он сглатывает: — Чувак… Надеюсь, у тебя есть план. — Жми, — командует Сугуру, расстёгивая ремень безопасности и вылезая через окно, чтобы держаться за дверцу. — Приманивай их сюда, будем отстреливаться на ходу! Нанако, прикрывай! Мимико, держись рядом с сестрой. Если что, сразу назад к Максу. Нанако опускает стекло и свешивается наружу: — Поняла! Макс оглядывается на неё, потом пожимает плечами: — А, чёрт с ним! Разве это апокалипсис без эффектного входа? — он давит на газ, одновременно бибикая клаксоном что есть мочи. Двигатель ревёт.***
Мегуми впился в штанину Сатору так, что пальцы побелели под перчатками. Холодно. Сатору больше не волнует расход патронов. Он найдёт новые. Или сделает, старик в начале апокалипсиса показывал, как. Правда, лет пять назад… Но он справится. Они с Мегуми — живучие тараканы. Не имеют права умирать. Если погибнут сейчас, никогда не найдут Сёко и Юту. Последних людей, кто ему дорог. Он забаррикадировал дверь спальни стулом, но хлипкий замок долго не выдержит. Зомби не сильные, просто не чувствуют боли, поэтому могут биться в дверь часами. В этом их опасность. А те, что нашли окно… Эти поумнее, приходится признать. — Надень очки, — приказывает он Мегуми, помогая ему выбраться через разбитое окно. Снег слепит глаза. Куртка мальчика порвана о стекло. — В порядке? — Да. Просто хочу уйти. Они бегут, спотыкаясь о ветки, петляя между деревьями. Как в толпе на празднике, только вместо людей гниющие трупы, от которых воняет так, что Мегуми давится. Сатору бы посмеялся, если бы не режим «бей или беги». Зомби хватают их за одежду, но они не размыкают рук. Мегуми стреляет, иногда мимо, но Сатору гордится, когда мальчик попадает зомби в макушку. И вдруг — гудок машины. Зомби впереди разворачиваются к звуку, падая на обледенелом склоне. — Идиоты, — бормочет Сатору, наблюдая, как часть толпы уползает к тому, кто додумался сигналить в этом аду. К ним ковыляет толстяк-зомби. Сатору подхватывает Мегуми: — Вот тебе мишень, — и мне передышка, — стреляй, малыш. Руки Мегуми больше не дрожат. Он целится, как учил Сатору, и попадает зомби в голову. — Молодец. Сзади подбираются новые. Сатору сжимает руку мальчика: — Беги вперёд. Я прикрою. Патронов 14, трать с умом. Мегуми кивает и бросается на запад, повторяя про себя: Вдох — как нюхаешь цветок. Выдох — как задуваешь свечу. Сатору отступает задом, отстреливаясь. Гудок не умолкает. Кто-то ещё стреляет вдалеке. Кому в голову пришло сунуться сюда? Мегуми уже в двадцати метрах впереди и это главное. Мысль залезть на дерево отбрасывается сразу, зомби просто окружат их. Других убежищ рядом нет… Чёрт, он слишком расслабился, наслаждаясь тишиной.***
— Гуди громче! — кричит Сугуру. — Мало кто услышал первый раз! Макс кивает: — Будет сделано! И снова давит на клаксон.***
Мегуми продолжает бежать, слыша за спиной выстрелы Сатору. Большинство зомби уже отстали, но несколько шустрых экземпляров задают его отцу жару. Он оборачивается и видит, что Сатору в порядке. Тот задерживается, чтобы прикончить пару мертвецов, затем легко догоняет Мегуми своими длинными ногами. Мальчик контролирует дыхание, игнорируя боль в груди от бега. За спиной Сатору кроет как сапожник, но адреналин помогает Мегуми бежать дальше, хотя холодный ветер режет лицо, а ноги то и дело скользят. Он не остановится. Неожиданно выскочивший из-за дерева зомби заставляет Мегуми взвизгнуть. Сатору тут же кричит ему в спину предупреждение. Мегуми хватает пистолет, целится в морду… Промах. Зомби ближе. Снова промах. Костлявые пальцы впиваются в плечо. Третий промах. Гнилые зубы уже почти касаются куртки. Пуля навылет пробивает череп твари. Мегуми оборачивается, Сатору стоит с поднятой винтовкой, щурясь в прицел. Он ухмыляется, собираясь скомандовать «беги», но… Четыре зомби выскакивают из-за деревьев. Мегуми никогда не видел, чтобы отец вздрагивал от страха. С каких пор они научились прятаться? — Пап! Сзади! У Сатору нет времени среагировать. — ПАП!***
— Дальше не проехать! — орет Макс, останавливая машину у подножия холма. — Пешком отсюда! Подожду вас здесь. — Принято! — голос Сугуру срывается. — Нанако, Мимико, за мной! Патронов в обрез, цельтесь точно! Нанако перезаряжает пистолет, выскакивая из машины. Мимико следом.***
Для Мегуми время останавливается, когда он видит, как отца окружают зомби. Винтовка Сатору заклинивает. Одного он валит ударом кулака, второго — мачете. Поворачивается к третьему… Четвёртый хватает за ногу и Сатору падает, ударяясь головой о замёрзшую землю. Глухой стук. Мегуми вздрагивает. — Пап! Он бросается обратно. Сатору двигается медленнее после удара, но яростно отбивается. Мегуми, рыдая, целится в массивного зомби, который уже прижал Сатору к снегу. — Стреляй, Мег! Пальцы Мегуми дрожат слишком сильно. Я не так хорош, как ты, пап… Пуля попадает зомби в плечо, этого хватает, чтобы Сатору, вцепившись в его волосы, размозжил голову о корень дерева. Но тут другой мертвец хватает его за лодыжку. — СЗАДИ! Сатору не успевает среагировать. Зубы впиваются в щиколотку. Сатору кричит от боли, и в этот момент первый зомби кусает его за плечо. Мегуми перестаёт дышать. Это должен был быть я… Я медленный… Это моя вина… — ПАП! Сквозь слёзы он продолжает стрелять: Бах! Промах. Бах! Снова мимо. Бах! Бах! Бах! Наконец большой падает. Теперь худой. Два выстрела и путь свободен. Мегуми мчится к Сатору с одной мыслью: Я — лекарство. Моя кровь поможет. Я спасу тебя. Он падает на колени рядом с отцом. Впервые видит его искусанным. Голубые глаза Сатору мутнеют, тело бьётся в конвульсиях. — Не бойся. Я спасу тебя, как ты спасал меня. Мегуми срывает перчатки и режет себе ладони ножом. Глубоко. Боль заставляет его взвыть, но он прижимает окровавленные руки к укусам на щиколотке и плече отца. — Пожалуйста, подействуй… — он молит неведомого бога, слёзы капают на защитные очки. Где-то снова гудит клаксон. Кто-то кричит. Кто-то стреляет. — Пап, проснись… — Мегуми давит на раны сильнее. — Я не смогу без тебя… Кто будет меня защищать? Сатору не дышит. Мегуми вопит так, что эхо разносится по лесу: — ПАП! ПРОСНИСЬ! СУГУРУ! ПОМОГИ НАМ! Отчаянный крик Мегуми заставил Сугуру, Нанако и Мимико резко остановиться. Он никогда не слышал, чтобы мальчик кричал так громко. — Это… Мегуми? — робко спросила Мимико, вцепившись в штанину Сугуру. — Похоже на то, — пробормотал Сугуру. — И звучало это нехорошо. Идём через задний склон, там меньше мертвяков, пока Макс сигналит. Большинство потянулось к джипу. Они двинулись за Сугуру вверх по холму, прячась за деревьями. У них было минут десять-пятнадцать, прежде чем основная толпа накроет их. Сугуру лишь надеялся, что Макс не сдаст назад. Он велел ему притихнуть с клаксоном, чтобы сохранить путь к отступлению. Макс предупредил, что уберётся, если станет слишком жарко… но что-то подсказывало Сугуру, что тот пока останется. Хотя обязанности помогать чужакам у него не было. Нанако и Мимико прижимались к нему, пока они пробирались через заснеженный лес. Ледяной ветер хлестал по лицам, оставляя на коже красные полосы, но они не останавливались. Сугуру прикончил пару зомби на пути, сунул Мимико нож, та не любила драться, но дважды ударила без колебаний. — Мегуми! — крикнул Сугуру, когда до хижины оставалось меньше мили. — Ты слышишь? Это мы! Где ты?! — Сугуру! — донёсся ответ. — Я здесь! Голос вёл их. Сугуру ускорился, под ногами хрустел снег. Они взбирались всё выше, пока не наткнулись на груду тел: десятки мертвяков, уложенные как дорожка, ведущая к знакомым белым волосам на фоне снега… и к Мегуми, склонившемуся над телом. Над Сатору. Сердце Сугуру упало в желудок. Нет. Только не ты. Так не должно было случиться. — Не отходить от меня, — приказал он девочкам, подбегая к Мегуми. Тот рыдал, а снег вокруг был алый от крови. — Сугуру, помоги ему! — взвыл Мегуми. — Пожалуйста! Он же… он же… Сугуру опустился на колени. Глаза Сатору были открыты, взгляд мутный, как у людей перед превращением, но без жёлтого оттенка. Он осмотрел плечо, затем лодыжку. — Мегуми… Его кусали? Мальчик кивнул, губы дрожали. — Я… я лечу его. Сугуру сжал зубы. Траур подождёт. Сейчас главное спасти детей. — Мегуми, нам нужно уходить, пока он не превратился. Сколько укусов? — Два. Я не брошу его! — Либо ты идёшь со мной, либо мы все умрём, — резко сказал Сугуру, не смягчая правду. Но Мегуми не испугался. — Нет! — он сильнее вдавил окровавленные ладони в раны Сатору. — Он выздоровеет! — Ты не можешь… — МОГУ! Кашель прервал спор. Сугуру мгновенно вскинул пистолет, целясь Сатору в голову. Не это. Только не снова. Но вместо атаки Сатору просто закашлялся, выплюнув кровь. Мегуми не отрывал рук от ран. — Мегуми, — предупредил Сугуру, — отойди. Мальчик не слушал. Он впился в Сатору, как в последнюю надежду, не сводя с него глаз. — П… пап? Сатору кряхтел, потирая затылок. — Блять… Что случилось? Мегуми расцвёл. — Ты жив! — он вцепился в Сатору, хотя сам едва держался от потери крови. — Ты жив! Сатору обнял его, ошеломлённый. Осмотрел себя, укус на лодыжке, кровь, но… боли нет. Головокружение, и только. Как? — На плече тоже, — прозвучал знакомый голос. Сатору вздрогнул и встретился взглядом с Сугуру. — Сугуру… — он хотел улыбнуться, но в ответ увидел лишь ствол пистолета. И страх в глазах друга. — Тебя укусили, — глухо сказал Сугуру. Сатору посмотрел на плечо. Ещё один укус. Значит, они видели. Значит, это сработало. Он встряхнул Мегуми: — Мег… что ты сделал? — Спас тебя, — прошептал мальчик, бледный от потери крови. — Ты… — Моя кровь исцелила тебя. Я смог, пап. Вот чёрт. — Сатору, — Сугуру толкнул его ногой. — О чём он говорит? Как он тебя вылечил? На тебе два укуса, а ты не превращаешься. Что за хуйня? Кровь Сатору застыла в жилах. Тайна раскрыта. Он обхватил Мегуми одной рукой и поднялся, подбирая винтовку. — Сугуру… — Сатору отступил на шаг, взгляд скользнул к Нанако и Мимико, наблюдающим за ними с округлившимися глазами. — Смотри на меня, Сатору. Голос Сугуру звучал жёстко. Оружие он опустил, но оставался настороже, готовый защитить своих девочек. Чёрт. Сатору до сих пор не верил, что Сугуру вернулся за ними. Вдали снова послышался стон зомби. Сатору перекинул винтовку за спину и достал пистолет из кобуры, сняв предохранитель на случай, если Сугуру решит напасть. Они стояли друг против друга, как два зверя в клетке, но все мысли Сатору занимали лишь окровавленные ладони Мегуми. Сугуру пристально смотрел на него. За очками блестели широкие, испуганные глаза, точно такие же, как в день их первой встречи. Сатору дрожал, прикрывая Мегуми, словно ожидая удара. Как загнанный волк. Сугуру впервые видел его настоящий страх. — Мегуми сказал, что спас тебя своей кровью? — переспросил Сугуру. — Что это значит? Сатору наставил пистолет на него, игнорируя вскрики девочек. — Если об этом узнают, его убьют. И тебя тоже за укрывательство, — в ушах звучал голос Тоджи четырёхлетней давности. — Сатору… — Сугуру поднял руки в знак сдачи. Нанако и Мимико вцепились в его штаны. Сатору отступил ещё на шаг. — Просто… не подходите… Я теперь тоже иммунен? Сугуру покачал головой. Он убрал мачете и пистолет, затем снова поднял ладони. — Я не причиню вреда ни тебе, ни Мегуми. Обещаю. — Но его же укусили! — крикнула Нанако. — Почему он не превращается?! — Мегуми… — Сатору прижал мальчика крепче. Тот был слишком тихим. — Он… Зомби приближались. — Он что? — Сугуру умоляюще смотрел на него. — Сатору, скажи мне правду. Пожалуйста. Слёзы выступили на глазах Сатору. Кажется, я могу доверять тебе, Сугуру. — Мегуми иммунен. В его крови есть антитела от вакцины, которую ему ввели до апокалипсиса. Сугуру замер. Нанако и Мимико переглянулись в недоумении, но промолчали. Сатору не зомби. Он дышит. Говорит. Живёт. Если Мегуми — лекарство… теперь понятно, почему Сатору так яростно его прятал. Зажав уши Мегуми, чтобы тот не услышал лишнего, Сатору прошептал: — Меня зовут Сатору Годжо. Я наследник Gojo Enterprises. Сугуру отпрянул, словно его ударили. — Ты… — в его глазах читалось такое предательство, что Сатору почувствовал физическую боль в груди. — Ты лжёшь! — Если бы я лгал, откуда у меня Мегуми?! — голос Сатору сорвался на крик. — Как я до сих пор жив?! Убей меня, но только не тронь Мегуми. Мегуми всхлипнул у него на шее, бормоча что-то невнятное. Сердце Сугуру разорвалось пополам. Бедный малыш. Это я должен извиняться. Прости, что не смог защитить тебя лучше. Отбросив шок, Сугуру оценил обстановку: Сатору ранен, но может бежать. Мегуми без сознания от потери крови. У всех есть оружие. Зомби уже близко. — Держи. Вместо выстрела Сугуру протянул ему пистолет рукояткой вперёд. Сатору остолбенел. — Ты… не станешь стрелять? — Нет, — Сугуру твёрдо покачал головой. — Зомби уже рядом. Внизу ждёт машина. Мегуми теряет слишком много крови. Сатору взял пистолет и включил предохранитель. — Ты… — Можешь бежать? — Да. Я не подведу. — Хорошо, — Сугуру развернулся к девочкам. — Тогда бежим. Объяснишь всё потом. Они рванули вниз по склону. Сугуру впереди, прокладывая путь. Девочки посередине. Сатору прикрывал тыл, неся Мегуми. Нанако поскользнулась, но Сатору успел подхватить её. Что бы ни сделал Мегуми… я рад, что это сработало. Внизу их ждал джип. Макс уже отбивался от зомби, медленно сдавая назад. Мегуми вдруг потянулся к Сугуру, цепляясь за его куртку. Сатору оставался сзади, прикрывая их огнём. Всё как раньше. Если бы не орда мертвецов за спиной, Сугуру даже стало бы тепло на душе. Но сейчас он думал только об одном: — Сатору! Садись на крышу и прикрывай нас! — Понял! Сатору запрыгнул на багажник, вцепился в поручни и натянул очки. — Будет охренительно холодно… — Ты в порядке?! — Да! Гони уже, пока я не отморозил задницу! Макс вдавил педаль в пол. Тишину нарушали лишь выстрелы Сатору.***
Время спустя. Сатору теперь сидит в джипе, устроившись в багажнике, так как перегородки между сиденьями нет. Вырубился около часа назад, ибо тело вымотано от ран, которые, возможно, всё ещё кровоточат. Мегуми долго разглядывал его через спинку сиденья, с любопытством наблюдая, действительно ли лекарство подействовало. Но после тоже уснул, уткнувшись головой в плечо Мимико и слегка посапывая. Она перевязала ему руки и отдала свои перчатки; его были испорчены, когда резал ладони. Сугуру напоил его водой и накормил консервированными персиками, чтобы поднять уровень сахара после потери крови, пока мальчик не отключился окончательно. Снаружи уже стемнело. Макс выглядит измотанным. — Дай порулю, — предлагает Сугуру. — Поищу, где можно раздобыть еды или передохнуть. Нам нужно собраться с силами перед дорогой на запад. Макс без возражений соглашается. Сугуру гадает, сколько часов тот уже за рулём. Припарковавшись, он пересаживается на водительское место, спрашивает девочек, не нужно ли им в туалет (те отмахиваются), и аккуратно будит Мегуми. — Эй, Мег, — шепчет Сугуру, невольно повторяя прозвище Сатору. — В туалет надо? Делаем остановку. — Нет, — бормочет Мегуми, сразу закрывая глаза. Он слишком обессилен, чтобы двигаться. Раны нужно будет обработать позже. Сугуру закрывает дверь и направляется к багажнику, приподнимая крышку. Ярко-голубые глаза Сатору открываются. Теперь они не скрыты за очками, те сдвинуты на лоб, а волосы растрёпаны. — Эй, — Сугуру садится на край багажника, наблюдая, как Сатору сонно потирает глаза. — Как самочувствие? — Хреновое, — Сатору осторожно двигает левой лодыжкой и правым плечом. — Спасибо… что не прикончил нас тогда. Сугуру усмехается. — Не смог бы. Просто… рад, что ты с нами. — И тебя не смущает?.. — Смущает? Нет. Шокирует, да, — он потирает затылок. — Но ты же не чувствуешь изменений? Не… превращаешься? — Не-а, — Сатору мотает головой. — Всё норм. Просто всё болит. Как Мегуми? Он много крови потерял… — Порезы глубокие, но заживут. Пока не сможет ничего держать без боли. Я его напоил и скормил ему твои консервированные персики для поднятия сахара, но нужна нормальная еда. Сейчас он отрубился с девочками на заднем сиденье. Сатору хмурится. Чувство вины гложет его. — Не должен был так рисковать… — Он спасал тебя. На его месте я поступил бы так же. — Да, но… — Сатору понижает голос, бросая взгляд на водительское кресло. — Сугуру… Никому нельзя говорить. Сугуру окидывает взглядом спящих и возвращается к разговору: — Я знаю. Поэтому ты не хотел в лагерь? Сатору кивает: — Ага. — Но на запад нам всё равно нужно, чтобы уйти от этой орды, — Сугуру вздыхает. — Думаю, наш вариант тот самый лагерь. Мы сохраним тайну. Никто не узнает про Мегуми. И про тебя тоже. У него есть фамилия, которая может выдать его? — Нет. Отец дал ему фамилию матери, чтобы не отследили. — А у тебя есть фамилия, которую можешь взять? — спрашивает Сугуру. — Потому что свою ты не можешь использовать… — Я знаю. Думаешь, я просто так не назвался при встрече? — Сатору откидывается назад. — Фушигуро. Возьму фамилию матери Мегуми. Они были мне большей семьёй, чем моя родня. — Мои тоже были хорошими людьми. Надеюсь, они живы… Хотя вряд ли. Жаль, что твои оказались говном. Заметив, что Сатору клюет носом, Сугуру решает отложить разговор. — Дай посмотреть раны, прежде чем поедем дальше. Сатору фыркает: — Да нормально я. Но после выразительного взгляда сдаётся, расстёгивает куртку и оттягивает воротник рубашки, дрожа от холода. Следы укусов выглядят страшно, но уже начинают заживать. Кровь зомби, его и Мегуми смешались в липкую массу. — И лодыжку. Сатору кряхтит, как ребёнок, которого отчитывают, и закатывает штанину. — Всё в порядке… — бормочет он. — Сообщу, если что-то изменится. Сугуру кладёт руку ему на колено: — Чёрт, я правда думал, что потерял тебя там… Сатору поднимает взгляд и криво ухмыляется, притворяясь самоуверенным, хотя едва держится. — Ты что, думал, меня так просто убить? Не ожидал от тебя такого, Сугуру. Тот смеётся: — Что ж, теперь придётся доказывать, что ты в порядке. Но серьёзно, если почувствуешь изменения, скажи. — Тише, а вдруг тот тип услышит? — Макс? Да он уже отрубился. Всё в порядке. Сугуру встаёт и потягивается. — Спи. Я поищу заправку или что-то подобное. — Спирт тоже может сработать, если использовать его экономно, — предлагает Сатору. Сугуру удивлённо поднимает бровь. — Я же химией занимался, помнишь? Правда, это исследования двадцатого века, так что устарело. — Ага, — Сугуру берётся за ручку багажника. — Ноги убери. Спокойной, Сат. Сатору отвечает знаком мира. — Спасибо. Доброй, Сугуру.***
Сугуру находит заброшенную заправку как раз перед тем, как у них кончается бензин. Лампочка ещё не загорелась, но лучше остановиться сейчас. Он выводит всех из машины, проверяет Нанако и Мимико, у них нет ран, только Нанако слегка подвернула лодыжку при спуске с холма. Повязка из бинтов всё, что они могут сделать. Канализация не работает, поэтому по очереди ходят в кусты, соблюдая правило «страховки», чтобы не попасть в засаду зомби. Сатору уже проверил периметр и теперь стоит на страже у окна заправки. — Мег, — он кладёт винтовку на колени. — Покажи руки. Мегуми прерывает игру в дженгу с девочками на грязном полу и подходит, протягивая забинтованные ладони. Мимико перевязала их ещё в джипе. Сатору разматывает бинты и сжимает зубы, увидев глубокие порезы. — Чёрт, малыш… Ты истёк кровью. — Я должен был спасти тебя, пап, — Мегуми смотрит на скрытый курткой укус на плече Сатору. Тот вздыхает, осматривая ровные разрезы. — Прости… что умер у тебя на глазах. Ты не должен был этого видеть. Мегуми всхлипывает: — Я так испугался… Сердце Сатору сжимается. Он спрыгивает с подоконника и присаживается перед мальчиком, обнимая его. — Знаю. Не представляю, каково это… — Я видел, как ты умер, — шепчет Мегуми. Ему больно сжимать пальцы, поэтому он просто уткнулся лбом в плечо Сатору. — Я не знал… сработает ли… Сатору понижает голос: — Ты сказал, это была твоя кровь? — Да… — Если твоя кровь во мне… — в голове Сатору проносятся воспоминания: лаборатория, анализы, украденные файлы, признания Тоджи. Он прижимает Мегуми крепче. — Значит… я тоже иммунен. — Я сделал всё правильно? Сатору отстраняется, бережно берёт его лицо в ладони: — Слушай, ты молодец. Но больше так ни за что, понял? — Но Сугуру уже знает… — С ним можно. Остальным нет. Мегуми смотрит на шрам над глазом Сатору: — А если… кто-то ещё узнает? — Эй, — Сатору крепко сжимает его плечи. — Никто не тронет нас. Я не допущу. — Пап… у нас ещё есть дом? Сатору смотрит через его плечо: Сугуру смеётся с девочками над старым журналом, заправка наполнена смехом. Даже Макс жуёт просроченный вяленый говяжий джерки. — Наш дом с ними. — А ковбой? Сатору усмехается, взъерошивая ему волосы: — Стерпим. Машина-то его.
