Indisposed / Не в духе

△▽△▽△▽△▽△▽

— Андреа… Андреа…? — мягкий голос донесся из спальни Миранды. Энди буквально подпрыгнула на месте, сбросила одеяло и выбралась из своего импровизированного ложа. Стул неохотно откатился назад. Она провела рукой по волосам, затем по пижаме, пытаясь её расправить, прежде чем повернуть ручку и распахнуть дверь. Войдя внутрь, она увидела Миранду, сидящую на краю кровати, изящно скрестившую ноги. На ней был безупречный костюм от Armani, а волосы, уложенные с безукоризненной точностью, слегка ниспадали на правую бровь. Она выглядела безупречно. Энди была ошеломлена. Она подошла ближе и заметила, что запястья Миранды, лежавшие на колене, даже не были перебинтованы. — Миранда… вы… э-э… как? Вы в порядке? Миранда резким движением головы подозвала её ближе. Энди подчинилась. Она подошла и замерла, стоя прямо перед ней. Взгляд Миранды упал на её ноги и начал медленное, мучительно неспешное путешествие вверх по её телу. Это было настолько… настолько оценивающе, что Энди почувствовала себя полностью обнажённой. Раздетой догола одним лишь взглядом. — Я более чем в порядке, Андреа… Энди вспыхнула густым румянцем. В голосе редактора звучала неописуемая чувственность, ласкавшая слух и посылавшая мурашки вдоль всего позвоночника. — Правда…? — выдохнула Энди, сглотнув комок чистого ужаса в горле. Или это был не ужас? По ощущениям – да… или всё же… возбуждение? — Как… э-э… почему? Миранда наклонила голову и слегка прищурилась. — Потому что я люблю получать то, чего хочу… Глаза Энди расширились. — Э-э, да…? — она сжимала и разжимала ладони, пытаясь отвлечься. — И… э-э… что же вы получили? Губы Миранды приоткрылись, и кончик её языка появился между ними, застыв в ожидании. Он оставался там, пока она изучала Энди в мучительной тишине, её горящий взгляд сцепился с тёмным взглядом Энди. Наконец язык медленно скользнул по её нижней губе и исчез. — Тебя. Энди дёрнулась всем телом – живот скрутило от нахлынувших покалывающих нервных импульсов. Этого не может быть! Миранда чувствует то же самое? Её разум лихорадочно работал. Чего редактор от неё ожидает? Это действительно значит то, о чём она думает? Во рту у Энди пересохло. — О… хорошо… Миранда подняла руку и согнула палец, жестом призывая её подойти ещё ближе. Энди повиновалась. Затем руки Миранды легли на её локти, мягко, но неумолимо направляя её вниз, на колени. Сначала Энди смотрела в её лицо, но вскоре взгляд сам собой опустился к коленям редактора и, как следствие, подолу её юбки. Миранда раздвинула бёдра, положив руки на плечи Энди. — Ты хочешь сделать меня счастливой, Андреа? Энди закивала с чрезмерным энтузиазмом. — Да… да, Миранда… хочу. — Тогда дай мне то, чего я хочу. Энди почувствовала, как руки Миранды смыкаются на затылке, мягко направляя её голову вниз, между своих бёдер. С новой точки обзора Энди заметила, что редактор в процессе одевания пренебрегла нижним бельём и была обнажена под чёрной тканью юбки Armani. Язык Энди сам собой выскользнул между её собственных губ в предвкушении, и она протянула его – всё ближе и ближе к тому, чтобы коснуться места между ног Миранды. — Андреа…? — голос Миранды прозвучал сверху. — Что ты делаешь? Энди продолжила движение, её язык всё ещё тянулся к центру её желания. — Даю вам то, чего вы хотите, Миранда. Ногти Миранды впились ей в голову и резко провели вниз по черепу. Боль пронзила тело Энди, но она всё ещё тянулась к цели, её подбородок и язык уже почти достигли цели. Она почувствовала, как хватка сменилась, и Миранда, ухватившись за её плечи, резко оттолкнув от себя. — Что ты делаешь? — потребовала она снова. На этот раз в её голосе звучала твёрдость. Это был уже не вопрос. Это было обвинение. Сердце Энди остановилось. — Андреа…

△▽△▽△▽△▽△▽

Энди вздрогнула. Её ресницы дрогнули и разомкнулись, но она не могла разобрать ни одной чёткой формы. Зрение было затуманенным, и ей пришлось яростно потереть глаза, чтобы прояснить картину. Её больше не было в комнате Миранды. Она находилась прямо за дверью, в том самом офисном кресле, в котором уснула. Тело неловко запуталось в одеяле, а спина ныла от неудобной позы, в которой она провела ночь. Но что было хуже — в дверном проёме, возвышаясь над ней, стояла она сама. Миранда Пристли, выглядевшая элегантно и прекрасно, хотя и слегка растрепанно. Её запястья были отчётливо видны под бинтами, а на лице читалось лёгкое, но явное нетерпение. На ней всё ещё был халат. Это был сон. Слава богу, это был всего лишь сон. Она не пережила бы, если бы Миранда на самом деле оттолкнула её так. Притянула, а затем отшвырнула, как простую прислугу. Энди прикрыла ладонями пылающие щёки, пытаясь скрыть румянец, охвативший всё её лицо. — Ну…? — спросила Миранда, попытавшись упереть руки в бока, но тут же поморщившись от боли. — Ну? — тупо переспросила Энди, моргая от полного недоумения. Она что-то пропустила? Миранда даже не стала скрывать закатывание глаз, глядя на свою ассистентку сверху вниз. — Я спросила, что ты здесь делаешь. — Э-э-э… ухаживаю за вами…? — попыталась соврать Энди, проводя руками по волосам, пытаясь укротить дикий беспорядок, в который они, несомненно, превратились. Глаза Миранды снова закатились. — Не будь глупой, Андреа. Я знаю, почему ты здесь. Мне интересно, что ты делаешь перед моей спальней, в кресле, в семь утра. Энди сглотнула и попыталась вскочить на ноги. К несчастью, её ноги запутались в одеяле, и она шлёпнулась назад, тяжело приземлившись на мягкое место. Щёки всё ещё пылали, когда она медленно подняла глаза, чтобы встретить взгляд Миранды. К своему удивлению, она увидела в выражении лица редактора проблеск насмешки, но голова Миранды по-прежнему была наклонена в ожидании ответа. — Я… ну… я просто. Я не хотела, чтобы вы снова упали… как ночью. И чёрт возьми, вы достаточно упрямы, чтобы попытаться сделать что-то дважды, даже если в первый раз не получилось… а я знала, что смогу найти вас быстрее, и… — Энди снова замолкла. Эта игра в «горячо-холодно» сводила её с ума. Почему она просто не заткнулась? Почему, ну почему она не может просто заткнуться? Осталось совсем немного времени, прежде чем Миранда устанет от её некомпетентности и прикажет «убрать» её, сбросив в Гудзон вместе с прочим мусором. Но когда Энди снова встретилась с её взглядом, она с облегчением увидела, что редактор ещё не начала замешивать цемент. Она казалась почти развлечённой. Уголок её невероятно мягких на вид губ дрогнул в лёгкой улыбке, прежде чем одна идеально ухоженная бровь медленно поползла вверх над её голубым взглядом. — Что ж, мне жаль прерывать наш ночлег, Андреа, но сегодня суббота, и я всё же хотела бы провести сегодня более или менее нормальный день. Энди задумалась, каким же может быть «нормальный день» для Миранды Пристли, но не стала спрашивать. Она не стала спрашивать ни о чём. Вместо этого, будучи всё той же покорной ассистенткой, она поднялась на ноги, собрала одеяло под мышку и начала отступать, катя за собой офисное кресло. Миранда прочистила горло, и, когда Энди обернулась, та смотрела на неё с нетерпеливым раздражением. Затем редактор развернулась и направилась обратно в свою комнату, в то время как Энди почти бегом преодолела оставшееся расстояние до гостевой, вкатила кресло на место, швырнула одеяло на кровать и бросилась собираться. Она даже поставила новый личный рекорд, успев раздеться, принять душ и одеться за считанные минуты. Времени на раскачку не было, а значит, не было и возможности как следует привести себя в порядок. На ней были тёмные лосины, спортивная куртка и свободная майка оливкового цвета под ней. Это была удобная одежда, и будь что будет — она не позволит Миранде ожидать от неё чего-то большего. Прибраться в комнате времени уже не оставалось, поэтому, выходя, Энди просто плотно закрыла за собой дверь, чтобы Миранда, если вдруг пройдёт мимо, не увидела беспорядок. Она быстро дошла до спальни начальницы и, войдя, застала Миранду стоящей у входа в ванную. Та внимательно изучала своё отражение в зеркале во всю стену. — Потрясающе, — пробормотала женщина про свое отражение, закинув голову. Энди тут же захотелось её поправить. Миранда Пристли — НИКОГДА не выглядела «потрясающе» в плохом смысле. Она никогда не выглядела менее чем превосходно. Даже сейчас, стоя в сером банном халате, с растрёпанными, торчащими в разные стороны волосами, Миранда казалась видением. Она не знала, что на неё нашло, но прежде, чем удалось остановить себя, слова уже сорвались с её губ: — Возможно, вам станет лучше, если вы вымоете голову… Глаза Миранды расширились, а затем поднялись вверх, чтобы рассмотреть эту часть своей внешности с новым интересом. Это было крошечное проявление застенчивости, и Энди почувствовала странное удовлетворение, увидев этот мимолётный жест. Миранда сглотнула и сжала губы, уже глядя не на себя, а на отражение Энди в зеркале. — И скажи мне… Ан-дрэ-я. — Ой-ой. Она растягивала слоги, делая их звучание ядовитым и греховным. — Как, по-твоему, мне это осуществить? Редактор подняла перед собой перебинтованные запястья, затем резко развернулась от зеркала, чтобы устремить взгляд на свою ошеломлённую ассистентку. Энди пожала плечами и потыкала носком в ковёр. — Я могла бы… э-э… сделать это за вас. Выражение лица Миранды было нечитаемым. Она простояла так долгий миг, и тишина снова повисла между ними. Наконец Миранда нарушила молчание, повернувшись и направившись в ванную. Когда Энди не последовала за ней, та нетерпеливо хмыкнула. Энди бросилась вслед и замерла на пороге, переводя взгляд с душа на ванну, пока её лицо не залил густой румянец. О Боже. Фантазии хлынули обратно. Но она не могла думать об этом. У неё есть работа. Сосредоточься, чёрт возьми. Энди огляделась в поисках способа осуществить задуманное, но раковина была слишком высокой, и Миранда ни за что не согласилась бы, чтобы она залезла с ней в душ или ванну. Наконец её осенила идея. — Подождите… э-э… останьтесь здесь. Энди сбежала по лестнице таунхауса, перепрыгивая через ступеньку, и помчалась на кухню. Она порылась в шкафах, заполненных дорогой посудой, и нашла большую миску интересной формы. Довольная выбором, она помчалась обратно наверх и прошла прямо через спальню в ванную. Миранда не сдвинулась с места. Энди поставила миску на край туалетного столика, а затем снова вышла. Когда она вернулась во второй раз, она несла стул, взятый из коридора. Она поставила его спинкой к столику, взяла кувшин с водой, стоявший рядом с раковиной, вылила старую воду и, включив горячую, подставила кувшин под струю. Миранда с изумлением наблюдала за движениями Энди, прежде чем подойти к стулу и сесть. Молодая женщина выключила воду и поставила кувшин рядом с миской. Она подошла к ванне и посмотрела на шампуни. — Э-э… у вас есть…? То есть, какой вы предпочитаете? Миранда пожала плечами и опустила подбородок, глядя на свои запястья, очевидно оставляя решение на усмотрение Энди. Та улыбнулась и выбрала тот, от которого исходил чудесный аромат, похожий на её собственные духи Alfred Sung. Она вернулась, поставила его рядом с кувшином и приготовилась. — Ладно… э-э… я просто… если бы вы могли откинуть голову назад, на мои руки. Я справлюсь с остальным. — Энди улыбнулась своей начальнице, которая уже начала опускать голову назад в чашу её ладоней. Волосы Миранды под её пальцами казались восхитительными. Настолько, что ей не хотелось порывать это ощущение, добавляя воду — но поскольку её босс быстро начинал терять терпение в её руках, выбора не оставалось. Она поддерживала одной рукой голову Миранды, в то время как другой подняла тяжёлый кувшин. Медленно, очень медленно она наклонила его вперёд, позволяя струе горячей воды стечь с его носика на лоб Редактора, откуда она растекалась назад по волосам, увлажняя серебристую стрижку участок за участком. Глаза Миранды закрылись, и это позволило Энди с восхищением рассмотреть её черты. Миранда была ещё прекраснее вблизи. На её лице почти не было ни единой морщинки, и даже без макияжа она выглядела завораживающе. Её нос был изысканно тонким, жутко напоминая профиль олимпийской богини. Он лишь слегка отклонялся от центра, что делало его ещё интереснее — лёгкое несовершенство. Оно делало её уникальной, непохожей ни на кого в этом мире. Фактически, это маленькое несовершенство по-своему и было причиной её эфирного совершенства в целом. Улыбка Энди стала шире, когда она поставила кувшин на столик и взяла в руку флакон шампуня. Она щёлкнула крышкой и наклонила его над лбом Миранды, очень близко, чтобы прохладная кремовая жидкость не стала неожиданностью. Набрав достаточное количество, она поставила флакон обратно и провела руками по голове Редактора. Она втирала шампунь, мыльные пузыри создавали чувственный аромат вокруг них. Ногти Энди слегка впивались в корни, массируя кожу головы Миранды. Губы Миранды приоткрылись в тихом «О», и её ресницы трепетно приподнялись, глядя на Энди с необычным и незнакомым выражением в глазах. Миранда, казалось, быстро опомнилась, снова закрыла глаза и расслабилась в руках Энди. Энди внезапно почувствовала себя очень сильной, держа голову Миранды в своих ладонях. Её шея была откинута назад, обнажена для пристальных взглядов Энди, скользивших по её длине. Она медленно массировала круги у висков Миранды и с интересом наблюдала, как Редактор издаёт едва слышный вздох. Энди улыбнулась и опустила пальцы ниже, проводя ими вокруг ушей Миранды, а затем массируя кончиками пальцев область под мочками ушей. Миранда пошевелилась, покраснела и затем, к собственному ужасу, издала тихий стон. Её глаза мгновенно открылись. Она уставилась на Энди, а Энди смотрела прямо на неё сверху вниз. Улыбка Энди стала шире, но Миранда лишь моргнула, будто не веря происходящему. — Это довольно… приятно… делать это… — проговорила Энди, решив, что её болтовня, вероятно, разозлит Миранду достаточно, чтобы та снова расслабилась. Оказалось, она права, и голубые радужки Миранды скрылись за завесой её век. Она провела пальцами назад по влажным волосам Миранды, но та стиснула челюсть, и никаких других звуков больше не последовало, к досаде Энди. Она опустила руку в миску под головой Миранды, сполоснула одну из ладоней, затем взяла кувшин с горячей водой и вылила его поверх белой пелены на голове Миранды. Пена легко смылась потоком воды, и Энди постаралась убедиться, что все пузырьки исчезли, прежде чем поставить кувшин на место. Чистая голова Миранды оставалась в её ладонях ещё несколько мгновений, пока Энди не умудрилась обернуть её пушистым белым полотенцем. Девушка встала перед редактором и опустилась перед ней на колени. Воспоминание о сне нахлынуло, но она тряхнула головой, раздумывая, не окатить ли себя холодной водой, чтобы прочистить мозги. Снова сосредоточившись на задаче, Энди начала работать полотенцем в руках, тщательно промакивая волосы Миранды. Убедившись, что волосы достаточно сухие, она сняла полотенце с лица Миранды. Глаза Миранды открылись, и обе наконец заметили, насколько близко они находятся друг к другу. Их разделяло несколько сантиметров, они смотрели друг другу в глаза, пока Энди, охваченная паникой, не отпрянула назад на пятки, бросив полотенце на столик. — Всё… э-э… готово. Энди нервно поднялась на ноги и отступила. Миранда не двигалась. — Я должна простудиться вдобавок ко всему? — спросила Миранда, глядя на Энди. Её волосы определённо всё ещё были влажными и совершенно не расчёсаны. Энди покачала головой. — Нет… нет, нет, нет… у вас есть… э-э… — Миранда уже зацепила работающими пальцами одну из ручек ящика, выдвинув его и обнажив очень стильный фен. — фен... — Энди неловко закончила. Она взяла фен в руку и подняла лежавшую рядом расчёску. Она заметила, что на зубьях расчёски уже были вплетены несколько серебристых волосков, и это заставило её улыбнуться. Она не могла сказать, почему, но обычные, повседневные моменты, связанные с её боссом, видимо, имели на неё такой эффект. Она всё-таки была человеком. Она включила фен в розетку и начала проводить расчёской по серебристой гриве Миранды. Это было действительно великолепно. Расчёска легко скользила по волосам старшей женщины, проводя ровные линии по коже головы. Энди была настолько заворожена движением, что расчесала всю голову редактора несколько раз, прежде чем Миранда, казалось, пошевелилась под ней. Это движение заставило Энди вспомнить, что она делает, и она включила фен. Тёплый воздух равномерно распределялся по голове Миранды, и она водила феном взад-вперёд, закручивая волосы расчёской длинными движениями, слой за слоем; прядь за прядью. Задача была завершена слишком быстро, и Энди выключила фен с лёгким разочарованием. Это была работа, которую она могла бы выполнять днями, если бы ей позволили. Волосы Миранды выглядели тёплыми, шёлковистыми и сухими; и прежде чем Энди осознала, её руки уже скользили по их блестящей глубине, лаская и успокаивающе проводя по коже головы внизу. Старшая женщина издала томный вздох. Пальцы Энди замерли в движении и неловко отдернулись. Ресницы Миранды приподнялись, и она уставилась на неё. Некоторое время никто не произносил ни слова. Время, казалось, застыло. Наконец, в акте самосохранения, Миранда встала и прошла мимо Энди, полностью покинув ванную. Проходя мимо, с её губ сорвалось тихое «Спасибо», словно брошенное, как пенни на нью-йоркской улице, и забытое так же быстро. Энди снова улыбнулась и кивнула, но рядом не было никого, кто бы это увидел. Миранда 1 — Энди 1. Ничья ей нравилась гораздо больше.