certain solid fragrance

      Пхувин воодушевлен тем, что скоро серьезно приступит к съемкам нового шоу. Их нового шоу. Ему кажется, что прошло много времени с тех пор, как закончились съемки «Рыбки на небе», и сейчас все будет по-другому. Совершенно по-новому.       Снимаясь в «Маленьком большом мире» с Пондом, он узнал его еще лучше. И пусть это будет непростой задачей, он с радостью возьмется за нее.       Когда Пхувин получает расписание съемок, на экране своего планшета он видит… проблему. Неожиданную трудность. Он идет к своей маме. Она его единственный эксперт.       — Милый, а там точно не будет кого-то из твоих друзей или даже из твоей команды, кого ты хорошо знаешь и кого ты мог бы попросить? Я уверена, что они бы тебя поняли. Но если ты действительно не хочешь, мы могли бы организовать экспресс-доставку.       Это заманчиво, но Пхувин прекрасно понимает, что это рискованно. Если курьер задержится или не будет соблюдать необходимые условия на протяжении всей поездки, то по прибытии заказ уже будет не особо полезным, и тогда придется ждать следующего курьера. В целом, ситуация может обостриться и потенциально серьезно повлиять на его состояние, а в худшем случае — привести к задержке съемок. Он не хочет рисковать, если в этом нет необходимости.       На самом деле, есть только один человек, к которому он бы обратился за помощью. Они с Пондом провели пару воркшопов и чтений сценария, возвращаясь к работе. На этот раз персонажи совсем другие. Атмосфера другая. Режиссер веселый, но тоже другой. Единственное, что осталось прежним, — это Понд.       Пхувин доверяет ему. Он ему нравится. Понд немного более глуповат (за некоторыми исключениями), но это смешит Пхувина, заставляет расслабиться. Его забавно дразнить, и он не против, чтобы к нему не всегда обращались как к «Пи».       Пхувин также знает, что у него дел по горло, и что он подумывает приостановить обучение, чтобы обеспечить финансовую стабильность своей семьи. По Понду не скажешь, но на него можно положиться. Он становится одним из немногих людей на работе, с которым Пхувину по-настоящему комфортно. Рядом с ним он чувствует себя самим собой.       Он знает, что некоторые элементы их «связи» поощряются компанией и являются частью их работы, но Понд никогда не заставлял его так себя чувствовать. Словно он не знает, как быть кем-то другим, кроме как самим собой. Пхувин изо всех сил пытается понять это, понять, как он это делает, потому что самоидентичность и самосознание для него ощущаются как минное поле по разным причинам.       Одна из них заключается в том, что он вампир. Даже если в этом нет ничего ужасного. Люди знают о них. Они встречаются редко, но достойно вписываются в общество. Для них уже были созданы определенные системы. В наши дни это все равно, что сказать, что у вас гетерохромия или одна из тех смертельных аллергий, когда вы должны избегать арахиса, глютена или чего-то еще, даже если это и не одно и то же. Но некоторые люди все еще воспринимают это немного по-странному. Как будто фанатеют. Вот почему он предпочел бы держать это в секрете.       Благодаря своей работе он уже почувствовал, каково это, когда незнакомые люди заботятся о тебе, проявляют к тебе особый интерес. Несмотря на то, что он всегда очень благодарен своим поклонникам и их преданности, ему просто не хочется подливать вампиризма в огонь. Они не часто оказываются в поле зрения общественности, за исключением тех случаев, когда предлагается какой-то новый закон или политическая мера, касающиеся их вида.       Не успевает он опомнится, как наступает первый съемочный день, и они уже во всю вживаются в персонажей Палма и Нынга и отыгрывают их эмоциональный, странный короткий танец, как физический, так и метафорический, со множеством шагов, отступов и падений. Сцена драки в баре после отравления алкоголем была особенно изнурительна.       Но Понд поддерживает его на каждом шагу, и Пхувин видит, как усердно он старается правильно передать характер персонажа, который во многих отношениях был довольно подавлен. Пхувин учится направлять свои чувства в нужное русло с помощью Нынга. Большую часть времени практикуется в глубоком восприятии происходящего, к чему он, естественно, не тяготеет. Он очень благодарен Понду за его постоянное присутствие, будь то простое сидение рядом с ним, придающее ему спокойствия, или поднятие настроения глупым танцем или кринжовыми комментариями. На Понда можно положиться, так как он всегда остается самим собой, и он всегда добр. Пхувин видит все знаки того, что он надежен и предан своей семье и самым близким людям. Если бы он кого-то и попросил, то точно никого, кроме него.       Часть Пхувина презирает его за несамостоятельность, когда дело доходит до этого. Он также презирает то, как обрадовались бы маркетологи GMM, если бы когда-нибудь узнали об этом. Он действительно не хочет играть на устаревших стереотипах о вампиризме и не хочет, чтобы то, с чем он борется, превратилось в товар или бренд.       Как обычно, они наконец заканчивают съемку в позднее время. Сегодня они снимали сцену с уличной едой и дракой. Понд просто готовил себе закуски, а потом ему пришлось выполнять кучу трюков и боевых приемов. Пхувин ничего не сказал вслух, но ему это показалось, в каком-то роде, крутым. Понд неплохо работает со своим телом в таких сценах.       Пхувин надеется, что у Понда еще будет шанс развить эти навыки. Ему самому, кажется, тоже это нравится, хотя после окончания съемок он и чувствует себя совершенно измотанным. Пхувин делает глубокий вдох. На следующей неделе они отправляются на свой первый выездной съемочный день.       Он предлагает подвезти Понда домой. Понд удивлен, но на его лице благодарная улыбка.       В Бангкоке постоянно пробки, но из-за позднего часа они не настолько сильные, чтобы Пхувину приходилось постоянно следить за дорогой. Выбирая пункт назначения в своем телефоне, он понимает, насколько далеко находится дом Понда по сравнению с его собственным. Это почти лишний час езды.       Понд замечает это на экране телефона. Пауза. Понимая ситуацию и то, насколько они устали, Пхувин на мгновение забывает, зачем он вообще это предложил.       — Эм-м…       — Ты не вернешься домой раньше трех часов ночи, если сначала повезешь меня, — тон Понда насмешливый, но в то же время его голос хриплый от усталости.       Пхувин мысленно перебирает различные варианты. Самым логичным будет, если они разделятся по разным машинам, но ведь ему нужно было поговорить с Пондом, причем без группы коллег по лакорну, режиссеров или съемочной группы.       Единственным вариантом, при котором у него все еще был бы шанс это сделать, будет…       — Как насчет того, чтобы просто переночевать у меня сегодня?       Понд моргает. Он не так уж часто бывал у него дома, поэтому Пхувин знает, что это будет немного (или много) непривычным. Он видит, как Понд размышляет, но это не занимает много времени.       — Вообще, твой дом намного ближе, и мне нужна кровать. Хорошая идея.       Он откидывает голову на спинку сиденья и закрывает глаза, на его губах играет улыбка.       Пхувин и сам не может сдержать немного усталой улыбки, когда выбирает на экране более привычный пункт назначения. Вот одна из вещей, которые нравятся ему в Понде. Он довольно непривередлив. Вот почему его идея с просьбой действительно может сработать.       Они примерно на полпути к дому Пхувина (он написал маме и предупредил ее, пока они стояли на светофоре), и Пхувин замечает, как Понд ерзает на своем сиденье.       — Еще не спишь?       Понд что-то бормочет. Вроде: «Я не такой, как ты, мне большую часть времени нужна постель».       Пхувин фыркает. У вампиров странные отношения со сном, и Понд, сам того не ведая, предоставил ему возможность направить разговор в нужное русло.       — Да, ну, у меня несколько иные отношения со сном. Вообще… — Пхувин краем глаза видит, как Понд моргает, открывая глаза, и пауза заставляет его прислушаться.       — На самом деле, это то, о чем я хотел с тобой поговорить, прежде чем мы уедем на съемки на следующей неделе.       — Твои отношения со сном? — Голос Понда звучит устало и растерянно, но без осуждения, просто открыто. Любопытно.       Пхувин издает негромкий смешок.       — Что-то связанное с этим, да. Так. Э-э-эм. — Поехали. — Что ты знаешь о вампирах?       — Вампирах? — Голос Понда теперь определенно звучит бодрее, но он по-прежнему расслабленно сидит, откинувшись на спинку стула, лицом к Пхувину. — В основном то, чему нас учили в школе. У папы был коллега-вампир. Видел его как-то раз. Папа кое-что объяснил маме по этому поводу, когда у нее возникли вопросы. Ну и все. А почему ты спрашиваешь?       — Ну, — говорит Пхувин. — Дело в том, что вампирам вообще не нужно много спать, пока их потребности в питании полностью удовлетворены. Но если они истощены или, типа… немного голодны, им нужно больше отдыхать, чтобы сохранить энергию. Поэтому, они больше устают, больше спят, типа того.       Тишина. Пхувин поворачивается налево. На улице начал моросить дождь, лучи уличных фонарей отражаются в капельках на оконном стекле. Пхувин включает дворники.       — А мне ты это зачем рассказываешь?       — Ну… — Понд не выглядит испуганным или сбитым с толку. Просто он, как обычно, «усталый», но внимательный. — Я подумал, что тебе, наверное, стоит это знать, прежде чем мы уедем на съемочную площадку,       — Мне… — Понд колеблется, словно смакуя слова, слетающие с его языка. — …стоит знать, что ты вампир, прежде чем мы отправимся на съемочную площадку, потому что из-за этого ты иногда можешь засыпать где угодно?       Пхувин улыбается, и облегчение поднимается от кончиков пальцев ног и пробирает его до корней волос.       — Типа того, но не совсем. Это еще не все. У меня к тебе просьба. Но перед этим, пожалуйста, спрашивай все, что считаешь нужным.       Понд задумался.       — Так ты вампир?       — Да.       — Типа… С рождения? — Менее решительно. Многие все еще считают обращение в вампира странным.       — Да. От мамы.       — А.       Пауза.       — Это реально многое объясняет, — усталые шестеренки за его красивой челкой явно начинают вращаться. — Например, когда ты так устаешь, что засыпаешь на съемочной площадке, но потом все равно можешь работать всю ночь, чтобы закончить свое задание в университете. Меня это всегда удивляло.       Пхувин ухмыляется.       — Да… просто надо было поужинать. Это творит чудеса.       — Так вот как ты из милашки становишься таким красивым?       Пхувин усмехается.       — Заткнись, стереотип о том, что все вампиры красивые, глупый.       — Ну, говорят же, что у тебя должны быть хорошие гены, чтобы быть красивым.       Пхувин смеется.       Приятно пошутить на эту тему с другом. Раньше у него не было такой возможности.       — Почему ты рассказываешь это сейчас? Тебе нужно, чтобы я помешал людям будить тебя без необходимости на съемочной площадке или типа того?       Что ж, перейдем к делу.       — Нет, я... — Пхувин колеблется. Его отвлекает водитель грузовика, который подрезает его перед собой. — Дело в том, что… Питание. Оно… с точки зрения логистики, будет немного недоступно.       — Я думал, в Бангкоке есть много доступных вариантов.       — Так и есть! Но со следующей недели нас не будет в Бангкоке на долгое время.       — А. Точно. Вот, в чем дело. А ты не можешь, типа, с собой взять?       — Оно остается полностью питательным или типа того только в течение определенного времени после Сбора крови. — Пхувин морщится. Он ненавидит этот термин.       — А.       — Это немного похоже на срок годности продуктов, только истекает быстрее. И мы все равно можем ее пить, но тогда это… не приносит особой пользы. И не оставляет нас сытыми на долгое время.       — Понятно.       — Я говорил об этом с мамой. Существуют специализированные службы экспресс-доставки, но это все равно скажется на качестве к тому времени, как товар попадет ко мне, и всегда есть риск непредвиденных задержек.       — А-а… — Понд, кажется, понимает. Он выглядит серьезным. — Так, а если ты не получишь доставку вовремя?       — В целом, все будет в порядке, просто я буду очень усталым и раздражительным, и, как только я получу товар, от него будет еще меньше пользы. Мы можем обходиться без крови некоторое время, но это не рекомендуется. Это начинает сказываться на нашем психическом здоровье и физической энергии.       Понд хмурится, серьезно слушая.       Пхувин продолжает:       — И я действительно не хочу, чтобы моя вампирская сущность и потребности повлияли на процесс съемок. Я, все-таки, справлялся долгое время, и я не особо хочу, чтобы это менялось, потому что мне придется объяснять Пи’Джоджо, почему я вдруг не могу вспомнить ни одной своей реплики.       Повисает пауза.       — Спасибо за доверие.       В машине тихо. Дворники продолжают двигаться туда-сюда. Пхувин переводит взгляд на него и улыбается в ответ. Пора стиснуть зубы и сделать это.       — Мама говорит, что есть лучший вариант. С минимальным риском и все такое.       — Это связано с просьбой, которую ты упомянул?       — А. Да. Дело в том, что… — Он начинает сначала. — Мама говорит, — пауза, — что лучшим вариантом будет найти кого-то. От кого я бы мог питаться. Только на время, пока я буду вдали от наших обычных запасов.       — А.       — Да. — Пауза. Он продолжает, — Мама говорит, что в этом нет ничего особенного.       — Правда?       — Да, почти все из ее ближайшего окружения на работе знают об этом, и, по крайней мере, один из ее людей всегда с ней в любой из ее деловых поездок, так что они помогают, когда это необходимо. Нам, на самом деле, нужно не очень много, так что это не влияет на людей так, как говорят некоторые.       — И это будет лучший вариант?       — Да, потому что, раз уж кровь… полностью свежая, можно сказать, она питает нас на большее время, и нам не нужно ее так много.       — А ты… хочешь узнать мое мнение, кого попросить? Чтобы я помог тебе найти кого-нибудь?       — Я… о. Приехали.       Последняя часть пути домой на машине была настолько привычна Пхувину, что он ехал почти на автопилоте, уделяя бо́льшую часть внимания разговору.       — О. И правда. — Понд потягивается и отстегивает ремень безопасности.       — Ты все еще не против того, чтобы остаться у меня? И переночевать?       — Что? Конечно не против!       Пхувин избавляется от последнего груза беспокойства.       — Отлично.       В лифте они молчат, оба задумчивые и уставшие после долгого дня. Когда они оказываются внутри, Пхувин видит, что его мама расстелила свободную кровать и разложила дополнительные полотенца и пижаму. Есть даже запакованная зубная щетка.       Они ходят туда-сюда, готовясь ко сну. Понд ненадолго исчезает в гостевой ванной. Пхувин нервничает. Им еще нужно закончить разговор.       Пхувин заглядывает в холодильник на кухне, когда туда заходит Понд, одетый в пижаму для гостей и только что принявший душ.       — Хм. Так вот как выглядит холодильник вампира.       Пхувин снова улыбается. Вот так делиться своей жизнью и этой своей сущностью… он не ожидал, что найдет в этом радость.       — Да, он довольно обычный. Тут еда и напитки, только есть еще вот это, — он указывает пальцем на специальное приспособление со стеклянной дверцей, расположенное на одной из полок. Внутри можно увидеть наборы стеклянных бутылок с кровью.       — Похоже на маленькую микроволновку, — комментирует Понд, — Только она в холодильнике.       — Да, это помогает снизить скорость ухудшения качества, — он продолжает, — Но это довольно хрупкое оборудование, поэтому его нельзя перевозить с курьером.       — А. Ты хотел что-то спросить? В машине. Я могу как-то помочь? — Понд выглядит удивительно беспристрастным, но в то же время каким-то… выжидающим? — Ты нечасто просишь о помощи, так что я буду рад сделать все, что в моих силах.       — Я… — Пхувин закрывает дверцу холодильника и поворачивается, чтобы посмотреть на Понда.       — Ты разве не хотел что-то взять оттуда?       Пхувин игнорирует его.       — Я хотел спросить… Может быть, я смогу немного питаться от тебя? Только когда мне это понадобится. И только когда мы будем в отъезде и у нас не будет других подходящих вариантов. А на острове реально их не будет, я проверял.       Понд выглядит ошеломленным.       — От меня? Реально?       — Да, типа, я тебе, конечно, расскажу все, что знаю об этом, и понимаю, что это звучит нелогично, но все клянутся, что на самом деле это безболезненно. Может, мама даже могла бы познакомить тебя с кем-нибудь из своих людей, чтобы ты мог их порасспрашивать. Клянусь, это только…       — Да. В смысле, я за.       Пхувин останавливается. Они смотрят друг на друга.       — Правда? — Его голос звучит тише, чем он ожидал.       Понд подходит ближе.       — Да. Я всегда хочу помочь другу, если могу, и я доверяю тебе.       Пхувин не знает, как справиться с эмоциями прямо сейчас. Теперь он понимает Нынга с его криками. Он решил обнять Понда. Это всегда приносило комфорт, как на камере, так и за ее пределами.       Понд обнимает его в ответ. Через некоторое время они отстраняются.       — Так, и как это все происходит?       Пхувин поднимает взгляд на Понда.       — Ты уверен?       Понд ухмыляется.       — Да. Слушай, как насчет пробного захода? Мы начнем, я посмотрю, каково это, а потом, когда скажу, что все в полном порядке, у тебя будет больше оснований поверить мне?       У него самодовольное выражение лица. Он предлагает выпить свою кровь, а у него самодовольное выражение лица. Пхувин хочет его толкнуть. Вместо этого он глубоко и громко вздыхает.       — Да, ладно, хорошо. Пойдем в мою комнату, и я тебе все объясню, и если тебе не понравится, ты должен сказать мне, и я запрещаю чувствовать вину из-за этого! — Он указывает пальцем на лицо Понда.       — Да, Кхун-Вампир, конечно.       Теперь Пхувин действительно толкает его.       — Завали ебало.       Понд следует за ним в его комнату. Пхувин закрывает дверь. Они садятся на кровать лицом друг к другу.       — Итак. Первый шаг — это запястье. Я просто держу его. Немного дышу на него, чтобы заглушить болевые рецепторы. Затем укус. Я только выпью маленькую порцию. Это всего лишь пробный заход, и мне нужно выпить совсем чуть-чуть, я взял немного добавки со Сбора крови из холодильника на завтрак, зная, что день будет долгим. Так что через несколько секунд я остановлюсь и залечу рану.       Понд выглядит в основном очарованным. Похоже на его реакцию, когда Пхувин с первого раза выговаривает все свои реплики на китайском.       — Круто. "Залечишь"?       — Да, заклею колотые раны, чтобы кровь больше не текла. — Ну, и как это работает? Стой, погоди. Выходит, у тебя клыки есть?!       Пхувин разражается смехом и падает на кровать. Он пытается говорить тише, когда вспоминает, что его родители спят. Понд смотрит на него сверху вниз, улыбающийся, но заинтригованный. По какой-то причине это приятно. Он быстро принимает сидячее положение.       — Не совсем? Или, по крайней мере, не такие, как ты думаешь. Нам приходится ходить к стоматологу, как и всем остальным, и никто из нас не хочет отращивать странные длинные зубы, которые невозможно скрыть. Поэтому у большинства из нас есть только маленькие клыки, которые формируются из обычных зубов.       — Можно посмотреть?       Пхувин чувствует, что краснеет. Возможно, это из-за того, что он недавно смеялся.       — Они вылезают только тогда, когда мы собираемся питаться, типа, перед самим укусом, так что это немного сложно показать.       — А… — Он что, надулся?       — Если честно, они выглядят немного глупо.       — О, ну теперь я еще больше хочу их увидеть, — поддразнивает он, но продолжает, — Но, хватит тянуть, начинай.       Он протягивает левую руку, повернув запястье к себе. Пхувин берет ее, нежно сжимая. Он придвигается ближе. Поднимает теплую руку Понда. Слегка наклоняется над ней.       Запах Понда поражает Пхувина по-новому. Он по-прежнему привычный и напоминает обычного Понда, но он никогда не обращал внимания на его кровь, в частности. А сейчас обращает. Это немного ошеломляюще, когда она прямо у него под носом, ощущается через тонкую кожу в точке пульса. День был долгим.       В ней чувствуется намек на жасмин и более глубокие ноты, похожие на нежное красное вино и семя, зарытое в почву и готовое прорасти.       Он осторожно дышит на запястье Понда, касаясь его губами. Он не хочет пропустить ни один участок кожи.       — Немного покалывает, — бормочет Понд. Он все еще расслаблен в хватке Пхувина, но прилив крови слегка ускоряется.       — Ты готов? — Отвечает Пхувин, и голос у него такой же низкий, как у Понда. Он не поднимает на него глаз, думая, что у него сдадут нервы, если он это сделает.       — Готов, — подтверждает Понд.       Пхувин не думает, что смог бы сделать это, если бы голос Понда звучал хоть на йоту менее уверенно. Он прикасается губами к коже Понда.       Показываются его клыки.       Он кусает.       Понд резко вдыхает, но не двигается с места.       Пхувин не может лгать самому себе. Понд действительно вкусный.       Значительно лучше, чем то, что хранится в бутылках в холодильнике. Аромат Понда окутывает его, на языке ощущается сладкий привкус крови. Он всасывается немного сильнее. Понд снова резко втягивает воздух.       Он редко пьет такую свежую кровь, и его организм радуется. Но он понимает, что уже выпил достаточно.       Неохотно, он медленно вытаскивает клыки и проводит кончиком языка по ранкам, быстро и деликатно зализывая их. Понд ахает.       — Ты что, только что облизал меня?!       Пхувин смотрит на него снизу вверх, все еще склонив голову над его запястьем. Он облизывает губы.       — Я только что выпил твою кровь, и это твой главный вопрос?       — Я ожидал, что ты будешь пить кровь, а не то, что ты будешь облизывать запястье! — Он произносит это, глядя на губы Пхувина. Может быть, они немного покраснели.       — Итак, — Пхувин выпрямляется, все еще держа Понда за запястье. Его большой палец нежно проводит по нежной коже над точкой, где бьется пульс. — Как все прошло?       — Да, эм. Хорошо. Супер.       Пхувин хмурится:       — Звучит очень убедительно.       — Нет, — отвечает Понд и смотрит прямо в глаза Пхувину. — Нет, все было хорошо, прости. Я просто все еще немного ошеломлен. Это очень уникальное ощущение. Не болезненное или плохое, правда. В отзывах говорили правду.       — И как ты себя чувствуешь?       Понд не спешит с ответом, и Пхувин это ценит.       — Хорошо, да. Устал и замотался за день, но не больше и не меньше, чем в машине. Честно, я просто рад, что могу тебе помочь. Как ты себя чувствуешь?       Пхувин улыбается. Нет причин ходить вокруг да около.       — Вообще, чувствую себя прекрасно. Все реально было хорошо. Потребовалось даже меньше, чем я думал. Спасибо тебе, — с чувством заключает он.       Они снова улыбаются друг другу, но Понд невольно зевает.       — Что ж, тогда я считаю это успехом. У нас есть план. — Понд кладет руки на поясницу и потягивается.       Пхувин улыбается ему. Он чувствует, как кровь парня, стоящего перед ним, разливается по его телу и воспламеняет его клетки.       — Да, думаю, есть. Спасибо, Понд.       Понд падает на матрас и удовлетворенно вздыхает.       — Позволь мне поспать здесь. Я не хочу ебашиться в гостевую комнату. И ты только что выпил мою кровь, так что, считаю, ты можешь хотя бы поделиться частью своей постели.       Пхувин усмехается и приподнимает одеяло, чтобы они могли забраться под него.       — И не поспоришь. Спокойной ночи.       Пхувин видит только торчащие из-под одеяла волосы, но ему кажется, что он слышит приглушенное «сладких снов» в ответ.       Они засыпают.