Эмпатия

Хань Ши яростно ругался и крушил клубную комнату. Он уже успел несколько раз от души пнуть дверь, смести всё со столов на пол, и даже схватить несчастный стол и швырнуть его на стул, который тоже только что пнул. Когда кто-то попытался приблизиться к буйствующему Хань Ши, над его головой на большой скорости пролетел стул. Бах! Нань Мин повернулся на громкий шум, его лицо побледнело, и он увидел, как стул врезался в стену. Несколько других членов студенческого клуба, которые присутствовали при этом, бросились бежать. Нань Мин пожалел обо всём. Если бы он мог вернуться на пять минут назад, он бы ударил себя в лицо за свои последние слова. Зачем ему нужно было нажимать на больное место? Идиот. Вот идиот! Он пытался подавить непроизвольную дрожь, но каждый новый громкий звук заставлял его тело неприятно дёргаться. Ранее мирная и тихая клубная комната теперь была в полном беспорядке. Звуки ломающихся и разбивающихся предметов, казалось, больше никогда не прекратятся, и Нань Мин, наконец понял, насколько серьезной стала ситуация. Он схватил Хань Ши за руку, пытаясь вытащить его из комнаты. - Эй, эй! Прекрати это! Если ты продолжишь в том же духе, ты... ой! Президент студенческого клуба не мог тягаться с силой и, - главное, - злостью Хань Ши. Его попытка вмешаться принесла ему сильный удар в лицо, заставив мгновенно отшатнуться, схватившись за ушибленное место. Тем временем Хань Ши уставился на него непреклонным хмурым взглядом: - Ты такой раздражающий. Почему бы тебе не исчезнуть? Или ты хочешь снова получить по морде? Какого черта ты вообще ударил меня?! Нань Мин внутренне закипел, но не посмел сказать это вслух. Его голова болезненно пульсировала, и он подумал, что еще один такой удар вполне может отправить его в больницу. Вместо этого он решил просто помолиться про себя, а вслух запричитал: - Пожалуйста, прекрати уже... А-Ши! Это ты все крушишь, но я - президент клуба, и мне придется это потом убирать! Хань Ши, наконец, остановил свою ярость через некоторое время. Его дыхание было тяжелым, когда он стоял среди хаоса, по-видимому, успокаиваясь после того, как разнес всё на своем пути. И тут из кармана его пальто раздался тихий звонок. Это было текстовое сообщение. Хань Ши глубоко вздохнул, вытащил телефон и открыл сообщение. Та-да!!! Это подарок. Я даже раньше пользовался этим в ванной. Хорошая работа, правда? Что это за ёбаный бред?.. Вскоре после этого пришло фото. Что-то в нем было зловещее. Хань Ши колебался, зная, что не должен, но его палец инстинктивно постучал по изображению. Фото заполнило весь экран. - Ох, блять... Под желтоватым светом некий мужчина лежал, раскинув ноги в форме буквы М, щедро покрытый спермой. Его пах был заметно опухшим и покрасневшим, как будто собирался лопнуть, а между его бёдер был вставлен некий, откровенно непристойный предмет. Лицо человека, видимо находившегося без сознания, безошибочно узнавалось... Хань Ши задохнулся и замер, тупо уставившись в свой телефон, и его дрожащая рука быстро набрала номер. «Набранный вами номер недоступен...». Звонок прервался через несколько секунд. Он специально повесил трубку, не так ли? Стиснув зубы, Хань Ши яростно набрал ответ. Ты ёбаный ублюдок, где ты? Ты серьезно хочешь умереть? Какой, черт возьми, был смысл отправлять эту фотографию, а?! Успокойся. Успокойся. Он пытался успокоиться, но в груди неприятно колотилось, а пальцы путались, когда он печатал. Мне позвонить еще раз? Поможет ли это? Прошло меньше минуты с момента отправки его сообщений, но он уже тонул в тревоге. Пот струился по его ладони, когда он крепче сжимал телефон. Его грудь была будто раздавлена, а затылок свело. Нань Мин, совершенно ничего не понимая, мог только в замешательстве наблюдать, как Хань Ши колеблется между гневом, беспокойством и откровенной паникой. Затем пришёл ответ. Хм, а разве такого рода угрозы не устарели? Придумай для меня что-нибудь особенное. Ты не представляешь, насколько я ради тебя заморочился. Ответ пришел быстро, но для Хань Ши каждая секунда ожидания казалась вечностью. Он крепко сжал челюсти, невыносимо злясь на то, что не в его силах прямо сейчас добраться до отправителя. Ты что, прислал эту фотку, чтобы просто позлить меня, ёбаный кусок дерьма? Давай, попробуй отправить её кому-нибудь ещё, и посмотри, что будет, ублюдок. Отправив ответ, он швырнул телефон на диван в клубной комнате. Диван, отброшенный в угол после предыдущего буйства, поглотил силу броска. Ладно. Делай, что хочешь. Отправив свое последнее сообщение, Хань Ши почувствовал, как его колотящееся сердце начало потихоньку успокаиваться. На дворе 2024 год, кто вообще сейчас додумается шантажировать подобной фотографией?! Конечно, его немного раздражал откровенно гомосексуальный подтекст фотографии, и мысль о том, чтобы оказаться в таком идиотском положении, заставила его внутренне содрогнуться, но он пытался убедить себя, что это не имеет большого значения. Кому какое дело сейчас до всей этой гейской херни?! Телефон, теперь зарытый в подушки дивана, оставался жутко молчаливым. Хань Ши делал вид, что ему все равно, но его внимание было приковано к нему. В этот момент раздался звук уведомления из неожиданного источника - с телефона Нань Мина. - Хм? Президент студенческого клуба инстинктивно взял свой телефон, чтобы проверить. - Занятно, - хохотнул он, - я получил случайное фото... - Ч-что.. Ты, блять, должно быть, шутишь! Прежде чем Нань Мин успел осознать происходящее или открыть фотографию, Хань Ши выхватил телефон из его рук и проверил сообщение. - Блять... Невероятный ублюдок! Глухой смех вырвался у него. Это действительно была та самая его фотография. Этот ублюдок даже не пытался блефовать. Вот она, даже не отцензурированная, теперь находится в почтовом ящике Нань Мина. Мурашки побежали по спине Хань Ши. Он тут же удалил фотографию, испугавшись, что кто-то еще может увидеть. Его сердце, которое только начало успокаиваться, снова забилось в абсолютно животной панике. Затем, словно по команде, телефон Хань Ши снова завибрировал. Как всё прошло? Не ответишь? Кстати, я отправил её президенту вашего клуба. Тебе совсем-совсем не смешно? =(( Хань Ши внезапно почувствовал слабость. Когда все пошло так не так? С того момента, как он попытался затеять драку с новичком? Или когда он тупо выпил все, что тот ему предложил? Глаза Хань Ши были полны замешательства. Была ли эта фотография отправлена только Нань Мину, или она уже распространена, к примеру, среди всех членов студенческого клуба?.. Эта мысль вызвала холодок по его позвоночнику, а его дыхание стало поверхностным и неровным. Он чувствовал, как холод просачивается в кончики его пальцев. Нань Мин, который нервно наблюдал за ним, осторожно приблизился, переводя взгляд со своего телефона на лицо Хань Ши. По какой-то причине сейчас Хань Ши казался совершенно не похожим на того человека, которого он знал. - Эй, А-Ши, я понимаю, что ты злишься, но разве это не слишком - вот так вот стащить чужой телефон...? Услышав его голос, Хань Ши вздрогнул. Резко обернувшись, он увидел, что президент смотрит на него со странной смесью любопытства, беспокойства и жалости. Что, черт возьми, это за взгляд? Как будто я какой-то сумасшедший. Скрипя зубами, Хань Ши рявкнул: - Как будто я хочу его оставить себе, идиот! Он швырнул телефон Нань Мина на пол, даже не потрудившись посмотреть, куда он приземлился, и выбежал из клубной комнаты. * * * Звонок подключался, но ответа не было. Это была 30-я попытка Хань Ши. Каждый раз новичок обрывал звонок, словно насмехаясь над ним. Это случилось и сейчас, - линия короткое время работала, прежде чем звонок резко прервался. Но сдаваться было нельзя. Еще один инцидент, подобный утреннему, мог произойти в любой момент. От этого психа можно было ждать чего угодно. С застывшим выражением лица Хань Ши набрал его номер в 31-й раз. И вдруг звонок наконец-то соединился с тихим щелчком. В тот момент, когда он услышал, что линия открыта, Хань Ши инстинктивно начал ругаться, но только для того, чтобы прикусить язык посреди своей тирады, когда вспомнил своё шаткое положение в этом раскладе. Он заставил себя понизить голос. - Эй, во что ты играешь? Чего ты от меня хочешь? Это потому, что я вчера наговорил тебе всякого? В ответ на другом конце провода раздался взрыв смеха. Небрежное веселье в голосе первокурсника приводило в ярость. Неужели он все это время так же вот смеялся, игнорируя его звонки? Внутри Хань Ши закипала ярость, грозя вот-вот взорваться. Наконец, этот ублюдок произнёс: - Старший брат, почему ты говоришь так, будто сейчас заплачешь? Что я такого натворил? Старший брат сказал мне отправить фото, и я это сделал. Вот и всё. - И ты действительно его отправил, ёбаный псих?!! Где, черт возьми, ты набрался этого извращенного чувства юмора? Обычно тот, кто держит в руках материал для шантажа, ждет, пока не получит то, что хотел, прежде чем раскрыть свои карты. Однако этот ублюдок уже действовал, даже не потребовав ничего. Подавив свой гнев, Хань Ши попробовал снова, - теперь его голос был напряженным, но размеренным: -... Где ты сейчас? - О, даже если ты хочешь меня видеть, я не могу сейчас. У меня скоро лекции. Давай поговорим позже, ладно? Пока, старший брат. - Подожди. Эй! Не смей... Линия оборвалась. Его попытка сдержаться оказалась бессмысленной. Первокурсник резко завершил звонок, оставив Хань Ши в одиночестве кипеть от разочарования. ... Чёрт возьми, что за пиздец происходит? Взгляд Хань Ши безучастно устремился вдаль, когда он горько рассмеялся. Прикусив уже сильно болевшую нижнюю губу, он ощутил слабый привкус крови. Такого с ним не случалось никогда. Весь этот день, начиная с прошлой ночи, был чередой беспрецедентных событий, оставивших ему чувство необъяснимой, глубокой обиды, как будто сама вселенная решила поиздеваться над ним. Даже зная, что его паранойя необоснованна, он не мог избавиться от подозрений. В частности, сам факт того, что его зацепили, ощущался как удар по его гордости, как лишнее напоминание о том, насколько он бессилен в этой ситуации. Хань Ши стоял на месте, ошеломленный, казалось, целую вечность, прежде чем ноги сами принесли его в ближайшее кафе. Заказав ледяной американо, он схватил свой напиток и плюхнулся в укромный уголок. Ему нужно было подумать. Но его и без того запутанный разум с трудом пытался разобраться в противоречивом хаосе обстоятельств, в которых он оказался. Невыносимый первокурсник присоединился к клубу. Этот первокурсник подсыпал ему какой-то наркотик в напиток. Затем первокурсник... воспользовался им. И теперь первокурсник был тем, кто, казалось, был на него очень зол. Вопросы заполонили его разум. Был ли он целью новичка с самого начала? Или тот просто ждал, когда любой неудачливый дурак попадется в его ловушку? Если это было первое, Хань Ши даже не мог предположить, почему. Конечно, он не был святым, но и чего-то действительно стоящего подобной мести, никогда не делал. Если это было второе... ну, нечего сказать о таком безумии. Кроме того, что он сам виноват, и всего лишь получил то, что честно заслужил своей тупостью. Покусывая ноготь большого пальца, Хань Ши вдруг замер. Он никогда в жизни не был взволнован настолько, чтобы приобрести плохие привычки, о наличии которых у себя даже не подозревал. Хань Ши заставил себя сосредоточиться. Что именно я хочу сделать, когда увижу этого засранца? Ударить его? Потребовать, чтобы он удалил фотографии? Согласиться на все, что он захочет, лишь бы положить этому конец? Чёрт возьми, я не знаю. Впервые Хань Ши чувствовал себя в отчаянии. Незнакомое ощущение скрутило его мысли в запутанный узел. Взглянув на телефон, он увидел, что уже за пять часов вечера. Поскольку его дом был далеко от кампуса, а большинство занятий заканчивались в шесть, он решил остаться здесь. Когда ты сказал «позже», который именно час ты имел в виду, маленький ублюдок? Воспоминание о том, что произошло днём в студенческом клубе, заставило его кровь снова застыть в жилах. А что, если бы он среагировал слишком поздно? Что, если бы Нань Мин понял, кто на фотографии? Или, - что еще хуже, - что, если бы Хань Ши вообще не оказался в клубе? Хотя он уже дал выход своему гневу, тревога не покидала его. Она заставляла его ужасно беспокоиться, и он в волнении постукивал ногой по полу. Даже бариста бросал на него беспокойные взгляды. Хань Ши вдруг ощутил удушающий страх. А что, если новичок сделал больше за те часы, что он был без сознания? Он бросился прочесывать социальные сети и различные сайты для обмена откровенными фотографиями, теневые форумы, даже сайты с гей-порно. Ничего не нашлось. Но отсутствие доказательств ничуть не уменьшило его страхи. Теперь его пугало не само разоблачение, а мысль о том, что кто-то другой увидит его в таком унизительном состоянии. Его главный приоритет сместился на спасение того немногого, что осталось от его достоинства. Время пролетело незаметно, пока Хань Ши рыскал по интернету в кафе, и, прежде чем он успел опомниться, было уже шесть часов вечера. Он нервно ёрзал с 5:56, и, как только часы пробили шесть, он позвонил первокурснику. - Это Йэ Чи. Слушаю тебя. Пока Хань Ши готовился к долгому гудку и нервно сглатывал, первокурсник ответил буквально через несколько секунд, застав парня врасплох. От неожиданности Хань Ши задохнулся, разразившись неловким кашлем: - Боже, ты меня напугал! Блять, ты... - Хмм? Старший брат? Этот голос, теперь идентифицированный как Йэ Чи, был раздражающе спокоен. Даже его имя - то, что Хань Ши так долго пытался узнать, - было произнесено им совершенно небрежно, что еще больше расстроило Хань Ши. Сделав глубокий вдох, он решил не поддаваться на его провокации на этот раз. - ...Давай встретимся. Нам нужно поговорить. - О чём? - Должна быть какая-то причина всему этому! - рявкнул Хань Ши. Что бы это ни было, они обсудят это лицом к лицу. Но, Йэ Чи остался невозмутим и не спешил с ответом. Хань Ши продолжил, не теряя надежду: - Тебе нужны деньги? Если нужны, так и скажи. Я дам их тебе. Давай не будем усложнять ситуацию больше, чем нужно, ладно? - О, правда? Ты на удивление щедр. Но нет. Моя семья при деньгах. Мне не нужно опускаться до мелкого шантажа. Предложение денег ничего не изменило, оставив Хань Ши чувствовать себя еще более раздраженным. Деньги обычно были корнем такого поведения, как он думал. Хань Ши поморщился от разочарования: - Тогда какого черта ты это делаешь? Что с тобой, урод? Не своди меня с ума! Просто скажи мне причину! - Причина? Нет никакой особой причины. - Тогда почему? - Пфф! Потому что это весело. Весело? Он правильно расслышал? Это слово ударило его, как пощечина. Выражение лица Хань Ши на мгновение застыло, онемев. Он накачал его наркотиками ради забавы? Сделал компрометирующие фотографии, разослал их и оставил его в состоянии всепоглощающей тревоги, - всё это ради забавы? Осознание этого заставило его голову закружиться. Дыхание перехватило, когда он обдумывал то, что только что услышал. Его крепко сжатый кулак дрожал от ярости. Вероятно, почувствовав его напряжение, Йэ Чи усмехнулся на другом конце провода: - Шучу. Боже, старший брат, это просто шутка.