Эмпатия

- Боже, старший брат, это просто шутка. - Ты... Хань Ши попытался ответить, но не смог. Не потому, что ему не хватало слов, а наоборот, - потому, что их было слишком много. - Ты что, злишься, да? Но, честно говоря, это забавно. Наблюдать, как ты выходишь из себя, просто уморительно, - голос Йэ Чи был полон веселья. Он даже, казалось, делился их разговором с кем-то поблизости, смеясь и отмахиваясь от вопросов вроде: «Кто это? Твой брат?», небрежно отвечая: «Нет, просто знакомый из студенческого клуба». Хань Ши прикусил язык, дав отдаленным звукам затихнуть, прежде чем заговорить сквозь стиснутые зубы: - Твоё хобби... довольно извращённое. - Я признаю это. Не поверишь, - у меня было более тяжелое детство, чем у большинства. Я много обжигался, знаешь ли. Йэ Чи непринуждённо болтал, как будто с нежностью вспоминая старые-дорые времена. Его тон снова откровенно противоречил его собственным словам. Пока Хань Ши пытался придумать правильный ответ, первокурсник бодро продолжил: - Ого, уже за шесть часов. Сегодня был чертовски утомительный день. А у тебя? - Не меняй тему, блять. Сейчас действительно самое время для светских разговоров? Его день вряд ли можно было назвать просто "утомительным". К вечеру нервы Хань Ши были полностью измотаны, и нечеловеческая усталость в его голосе выдавала его разочарование, - факт, который, казалось, ужасно радовал первокурсника, довольно напевающего что-то себе под нос. - Ты, наверное, весь день ужасно нервничал. Бедняжка. И за что только весь этот пиздец свалился на твою голову, да?! - Благодаря тебе, моя жизнь превратилась в ад. Даже сейчас. - Ха-ха. Прости. Я виноват. Его наигранное извинение было настолько фальшивым, что казалось оскорбительным. Он не отрицал своих действий, и не удосужился даже скрыть свое удовлетворение от мучений Хань Ши. Это самодовольное признание бесило больше, чем что-либо другое. Пальцы Хань Ши сжали одноразовый кофейный стаканчик, напрочь раздавив его. - Не хочешь поужинать вместе? - Нет, отвали. Если ты не собираешься объясниться, иди на хуй... - Ладно, как скажешь. Хань Ши снова оказался загнанным в угол. Как еще он мог выследить этого ублюдка в огромном кампусе? Продолжать жить, как ни в чем не бывало, с этим неразрешенным напряжением тоже не вариант. Это не в его характере. Хань Ши тяжело выдохнул сквозь сжатые зубы: - Хорошо. Давай встретимся. Хань Ши понадеялся на то, что, даже если первокурсник не объяснит всё при личной встрече, то хотя бы его можно будет избить до полусмерти. И, вполне возможно, это решит проблему. Примерно так всегда и бывало. Однако, теперь что-то осторожно подсказывало ему, что на этот раз он так легко не отделается. Хань Ши провел рукой по волосам, бормоча проклятия, и спросил: - Где ты? - За студенческим общежитием, возле парковки. - Я сейчас приду. Будь там. С этими словами Хань Ши резко повесил трубку, но даже этот небольшой акт неповиновения показался пустым. Отбой звонка не облегчил его подавленного состояния - он только усилил беспокойство. - А, к черту все это! Он зарычал, напугав работника кафе, который настороженно наблюдал за ним из-за стойки. Хань Ши, проклиная всё на свете, вышел из кофейни. Его шаги казались слишком жесткими, каждое движение - чрезвычайно напряжённым, или это было просто его воображение? Как бы то ни было, его бесило осознание того, как сильно он позволял новичку действовать ему на нервы. Он поклялся себе, что в тот момент, когда они встретятся, он первым делом испортит эту мерзкую физиономию. Один хороший удар, чтобы стереть эту самодовольную ухмылку. Стиснув зубы, Хань Ши пробормотал что-то себе под нос, прежде чем сделать глубокий вдох и небрежно бросить пластиковый стаканчик, который он почему-то всё ещё держал, на обочину дороги. Ему следовало бы выбросить его на выходе из кафе, но мысли о Йэ Чи отвлекли его. Издалека охранник что-то неразборчиво крикнул ему, но Хань Ши едва ли что-то услышал. Когда он медленно повернул за угол общежития и направился в сторону парковки, в поле зрения появилась знакомая фигура. Йэ Чи стоял там рядом с миниатюрной студенткой, и разница в их росте была разительной - по крайней мере, на две головы выше. Он легко выделялся среди толпы своим высоким ростом и довольно экзотической внешностью. Раньше, сидя, это не было очевидно, и Хань Ши немного удивился теперь. Однако, несмотря на раздражающе высокий рост, в этом парне была элегантность, которую Хань Ши находил ещё более раздражающей. Сам он постарался выглядеть максимально неприятно, решив сохранить очень недобрый вид, когда приблизился. Несмотря на все усилия казаться устрашающим, Хань Ши почувствовал неприятный укол неполноценности. Остановившись прямо перед Йэ Чи, он вдруг понял, что ему нужно запрокинуть голову, чтобы встретиться взглядом с этим ублюдком. Увидев его, Йэ Чи просто улыбнулся - спокойно, приятно и, конечно, бесяще. Он стоял спокойно, как будто ожидая, что Хань Ши заговорит первым. Не в силах вынести тишину, тот выдавил из себя: - Привет. - Ты здесь? Тебе потребовалось достаточно много времени, - Йэ Чи мягко улыбнулся, слишком дружелюбно, чтобы казаться искренним. Однако, его глаза слегка опустились, блеснув едва заметным высокомерием, которое грызло гордость Хань Ши. Хань Ши, в сотый раз за сегодня пообещав себе не поддаваться на провокации, протянул руку: - Дай мне свой телефон. - Хмм? - Йэ Чи трогательно наклонил голову, изображая замешательство. Его глаза слегка расширились, как будто требование Хань Ши действительно застало его врасплох. - Я сказал, дай. Я удалю эти фотографии. Он нетерпеливо жестикулировал, размахивая рукой в воздухе. Но первокурсник, вместо того, чтобы подчиниться, протянул руку и обхватил ладонью его судорожно сжатый кулак. Его бледные длинные пальцы нежно сомкнулись на костяшках пальцев Хань Ши, мягкие и теплые, в резком контрасте с кипящим раздражением, нарастающим в Хань Ши. Какого черта он делал? Йэ Чи стоял там, держа руку Хань Ши так, как будто это было самой естественной вещью в мире. Он смотрел на него, не мигая, со странным блеском в своих темных глазах, так отличающихся сейчас от того пустого взгляда, который Хань Ши смутно помнил раньше с их первой встречи в баре. Нервирующая непонятность его взгляда, в конце концов, заставила Хань Ши отвести глаза. Щелкнув языком, он пробормотал сквозь стиснутые зубы: - На что, черт возьми, ты уставился? Йэ Чи сжал его руку один раз, прежде чем отпустить ее, улыбка первокурсника стала шире, он сказал: - Это просто... удивительно. - Что? - Я думал, ты начнешь с того, что ударишь меня по лицу. Это заставило Хань Ши замереть и напрячься на мгновение, словно ему напомнили о чем-то, что он забыл. Разве он не провел всю дорогу сюда, планируя выбить из этого засранца все живое? Хань Ши стиснул челюсти, пытаясь найти объяснение тому, что действительно до сих пор этого не сделал. - Почему ты этого не сделал? - поинтересовался Йэ Чи, будто прочитав его мысли, его улыбка стала дразнящей, - Я слишком красив, чтобы меня ударить? Хань Ши прикусил внутреннюю часть щеки. Неужели его лицо так легко прочесть? Он потер щеку в отчаянии, игнорируя то, как Йэ Чи огляделся вокруг с видом безразличия, словно ему было скучно. - Ты не голодный? - вдруг спросил тот, кажется, совершенно не в тему, - Было бы здорово пойти куда-нибудь поесть. Но, насколько я знаю, здесь поблизости нет хороших мест. - О чем ты, блять, говоришь? - рявкнул Хань Ши. - Может, лучше просто поехать ко мне. Тебе стоит поехать. Это странное предложение, высказанное так небрежно, словно они были друзьями, едва не заставило кровь Хань Ши закипеть. Резкий, бурлящий гнев хлынул сквозь него, разрывая любые оставшиеся колебания. Он сделал угрожающий шаг вперед, понизив голос до холодного рычания: - Ты глухой или просто притворяешься, что не слышишь меня? - Хм? Мысли Хань Ши метались, пока он боролся, чтобы сдержать свой гнев. Ни за что на свете он не позволит этому парню снова взять ситуацию под контроль. Его ярость снова вспыхнула, когда Йэ Чи слегка наклонился к нему, и его тон стал почти кокетливым. Без предупреждения Хань Ши рванулся вперед, схватив первокурсника за воротник. Его пальцы крепко сжали ткань, сминая дорогую белую рубашку, когда он притянул Йэ Чи ближе. Вздрогнув, тот лишь поднял брови, хотя его самообладание осталось прежним. - Дай мне свой блядский телефон, - прорычал Хань Ши. Его хватка усилилась, ярость в голосе едва сдерживалась: - Или мне выбить его из тебя, а? Взгляд Йэ Чи был пугающе спокоен. После минуты молчания он взглянул на руку Хань Ши, сжимающую его рубашку, прежде чем снова поднять глаза с лукавой ухмылкой. - О... так ты собираешься ударить меня прямо здесь? - Ты, блять, думаешь, я не сделаю этого? - резко ответил Хань Ши, и его голос был низким и опасным, - Твое самодовольное лицо само просит об этом. Я никогда не хотел ничего больше, чем разбить его об землю. Пока он говорил, Йэ Чи с холодной улыбкой смотрел на него. Внезапно он весело рассмеялся: - Тогда давай, попробуй. Если тебе так сильно этого хочется, сделай это. Говоря это, Йэ Чи, почти демонстративно, слегка наклонил к нему голову, что окончательно выбесило Хань Ши. Почувствовав это, Йэ Чи, довольно улыбнувшись, продолжил: - Хватит уже трепаться об этом, давай, бей. Я слышал, у тебя хорошо это получается. И как только ты сдерживался все это время?! Спокойная и предельно правильная манера речи первокурсника раздула пламя гнева Хань Ши. Это сигнал ударить его, верно? Стиснув зубы, он, наконец, не смог сдержать свой гнев и поднял кулак: - Ты, ублюдок, должно быть, до сих пор не пришел в себя... В этот момент Йэ Чи тихонько вздохнул и заговорил голосом, в котором уже не было и намека на смех: - Но, если я позволю тебе ударить меня хоть раз, после этого пощады не будет. Кулак Хань Ши резко остановился возле лица Йэ Чи. Он был шокирован и широко раскрыл глаза, уставившись на первокурсника. Хань Ши не мог поверить, что его тело застыло от такой ерунды. Заметив его удивление, Йэ Чи с видимым усилием заставил себя не рассмеяться вслух, он подавил смех, издав неприятный шипящий звук, и произнёс: - Хорошо, ты очень внимательно меня слушаешь. Кулак Хань Ши, замерший в воздухе, начал слегка дрожать. Волна стыда накрыла его. Его лицо покраснело, и неосознанно он почувствовал неприятный холодок в груди. Если быть честным, он остановился в последний момент, потому что боялся того, что может случиться, если он всё же ударит. Взгляд Йэ Чи был слишком холодным и мёртвым, смотреть ему в глаза было ужасающе. В чём, блять, дело?! Тебе нужно было ударить его сразу! Когда Хань Ши опустил голову, и его лицо покраснело от стыда, над ним раздался насмешливый голос: - Похоже, ты чего-то боишься. В тот момент, когда он услышал эти слова, его разум сломался. Что? Кто кого боится? Его глаза налились кровью от гнева. В этот самый момент нервы его сдали окончательно, Хань Ши коротко замахнулся и ударил Йэ Чи в голову. Окружающие ахнули от шока. Удар был таким сильным, что костяшки его пальцев обожгло. Чёртов первокурсник, который преспокойно принял на себя всю силу удара, засунул язык за щеку. Медленно повернув голову обратно к Хань Ши, он выглядел чертовски мрачно. Хань Ши напрягся и сделал шаг назад, - реакция, которую он сам даже не заметил. - Ну, вот. Я тебя ударил. И что теперь? Начнёшь разбрасывать фотографии по городу? Закажешь, блять, рекламный баннер в центре?! Кто кого боится, ты ебаный ублюдок?! Ты ебаный педик, ты грязный... ты... просто сдохни!!! Однако, какими бы грубыми ни были оскорбления, Йэ Чи просто медленно потер покрасневшую скулу и посмотрел на Хань Ши. Его молчание становилось всё более тревожным. От его взгляда кровь в жилах Хань Ши мгновенно превратилась в лёд, и он внезапно закончил свою тираду: - Ты реально раздражаешь, ублюдок. Я хочу выколоть тебе глаза. Только тогда улыбка снова мелькнула на лице Йэ Чи. Это была совсем другая улыбка, нежели та мягкая и нежная, что была раньше. Йэ Чи осторожно коснулся своего лица. - Чёрт, как больно. - пробормотал он, а затем стер остатки улыбки с лица. Внезапно в голове Хань Ши громко зазвонили тревожные колокола. Что-то не так... Но его упрямая гордость продолжала игнорировать эти предупреждения. Это было похоже на песчаный замок, который рухнул и не может быть восстановлен. Что бы теперь ни произошло, пути назад уже нет, в любом случае. Значит, можно уже ни о чём не беспокоиться. Наконец-то! Йэ Чи глубоко вздохнул. Его лицо выглядело угрюмым и немного подавленным, словно говоря: "Что мне делать с этой непослушной собакой?" - Я тебя предупреждал. Ты решил проигнорировать это, - Йэ Чи поправил мятый воротник. Несмотря на сильный удар, его лицо оставалось спокойным и красивым, только одна сторона слегка покраснела. Кажется, оба, наконец, успокоились. Но это было всего лишь затишье перед бурей.