Я войду в твою жизнь

К вечеру Скарамучча был полностью готов к предстоящей встрече с Казухой. Он очень нервничал и не мог усидеть на одном месте, поэтому наворачивал круги по комнате в томительном ожидании. Блондин обещал зайти за ним, но его всё не было. Скар уже подумал, что его наебали и всё, что произошло утром, ему показалось. Почему вообще вдруг Казуха так быстро и резко переменил своё отношение к нему? Вдруг неожиданно раздался стук. Брюнет подскочил на месте и тут же пулей побежал открывать дверь. На пороге стоял он, такой долгожданный и такой желанный. Скару до сих пор казалось, что всё это — сон, и всего этого не будет, стоит только ущипнуть себя. — Привет? Ты чего застыл? — неуверенно спросил Казуха. — Что-то не так? — он судорожно начал осматривать себя. — А, кхм, нет. Всё отлично. Просто это, задумался немного, — встрепенулся Скар. — Т-ты проходи, — отойдя от двери и пропуская блондина, сказал синеволосый, немного нервничая. — Мы же вроде прогуляться собирались, — алые глаза пристально смотрели на Скара, брови чуть-чуть нахмурились. Повисла неловкая тишина. Скарамучча не знал, сколько она продлилась. Несколько секунд, а может минут? Его это не волновало. Он открыто пялился на парня напротив, который был чуть ниже ростом. Тот, в свою очередь, смотрел на него в ответ недоумевающим взглядом. — Так что, мы идём? — наконец прервал тишину блондин. — Да-да, пошли... — опять встрепенувшись, ответил Скар.

***

Скар следовал за Казухой вдоль небольших зданий. В полумраке он не мог различить, где они находятся. А вот Казуха, казалось, знает тут всё, как свои пять пальцев: он ловко петлял между, как думал Скарамучча, жилыми корпусами, иногда останавливаясь, чтобы подождать Скара. Наконец, стало совсем темно. Оказалось, Казуха вывел Скару из лагеря, а он этого даже не заметил. Тут блондин начал идти спокойнее и почти наравне с синеволосым, совсем не убегая вперёд. — Кстати, как твоё плечо? Рана затянулась хоть немного? Я хотел бы завтра попрактиковаться удары, но если рана всё ещё открыта, то этого делать не стоит, — Каэдэхара опять прервал неловкое молчание. По всей видимости, ему было некомфортно в тишине. — Я как раз завтра должен буду идти к медсестре, заодно и узнаю об этом, — ответил Скарамучча. — А нам долго ещё идти? — Не, минут пять ещё. Может, поменьше, — сказал Казуха и огляделся по сторонам. Как и говорил блондин, вскоре они вышли к обрыву, с которого открывался красивый вид на луну и звёзды, которые красиво отражались в глади воды моря. — Вауу, — только и смог выдавить из себя Скар. — Нравится? Это моё любимое место. О нём почти никто не знает, я часто прихожу сюда, чтобы побыть одному, — улыбнулся Казуха и сел, свесив ноги в обрыв. Скарамучча подсел рядом с ним, скрестив ноги по-турецки. Он любовался прекрасным видом природы, открывшимся перед ним. Всё было, как в сказке. Казалось, такая красота вообще не могла существовать в этом мире. Деревья вокруг казались нетронутыми человеком, их листва в лунном свете была похожа на сахарную вату, земля была усеяна мягкой зелёной травой и маленькими красивыми цветами. — Раньше вся Инадзума была такой, — послышался тихий голос Казухи. — Но теперь всё изменилось: леса вырубаются и сжигаются, поля вытаптываются. Мы не ценим то, что дала нам природа, — Скарамучча услышал тяжёлый вздох, а затем Казуха лёг на спину, устремив глаза на звёзды. — Казуха... — Знаешь, а ты не такой, как они. Ты другой. Я сразу это понял. Ты не жестокий. Скажи, ты правда ничего не помнишь о себе? — спросил вдруг блондин и, получив положительный ответ, перевёл взгляд сначала на Скара, потом опять на небо и сказал: — Я думаю, я знаю человека, который может помочь тебе. Скарамучче сейчас не хотелось думать об этом. Ему вообще не хотелось думать ни о чём. Он ничего не ответил Казухе, а просто лёг рядом и уставился на звёзды. — Почему ты так резко изменил своё отношение ко мне? — решил вдруг спросить Скар и перевести тему. — Знаешь... На то были свои причины. Не думаю, что хочу говорить об этом сейчас, — сухо ответил Казуха. Спустя некоторое время Каэдэхара вдруг поднялся на ноги и засуетился. — Что-то случилось? — поинтересовался брюнет. — Нет, просто думаю, что стоит вернуться в лагерь, мне скоро надо будет вставать на пост. Я сегодня дежурю ночью, — ответил блондин. Скара очень расстроился. Ему казалось, что Казухе некомфортно находиться рядом с ним, и поэтому он хочет поскорее отправить его домой.

***

На полпути к лагерю в лесу послышались сначала шорохи, а потом топот, как будто идёт целое войско. Казуха резко упал в кусты и потянул Скара за собой. Он приложил палец к губам, показывая, что надо издавать как можно меньше звуков. Скарамучча сидел неподвижно, слушая как мимо них то и дело кто-то проходит или пробегает. Когда всё начало затихать, Каэдэхара приказал брюнету сидеть тихо в кустах и никуда не вылазить, а сам отправился на разведку: нужно было проследить, куда направляется, как подумал Казуха, отряд Сёгуна и доложить об этом Кокоми. Скар не знал, сколько он просидел, заткнув рот рукой, но Казуха всё не возвращался, и брюнет начал немного переживать за него. Он решил поискать своего наставника. Выйдя из укрытия, синеволосый отправился в ту сторону, куда пошёл Каэдэхара. Пройдя немного, Скарамучча услышал удары мечей и крики. Оказалось, это Казуха, Итто и Куки втроём боролись против целого отряда солдат, одетых в фиолетово-чёрную форму, которых было не меньше ста человек. Скара понимал, что, даже если он присоединится к бою, вчетвером они не одолеют столько противников, поэтому он решил бежать в лагерь за подкреплением. Он развернулся и быстро побежал в обратную сторону, надеясь, что вспомнит дорогу. Впереди был нескончаемый поток деревьев, Скарамучча уже было отчаялся, что подвёл Казуху, как вдруг он заметил уже знакомые деревянные крыши домов. Парень побежал ещё быстрее, несмотря на усталость и сильную жгучую боль в ногах. У самого входа в лагерь Скар чуть ли не впечатался в Кокоми, которая о чём-то ругалась с Хейзо, своим заместителем, вероятно, потому, что он так спокойно позволил выйти за пределы огороженной территории Казухе и Скарамучче позно ночью. — Кокоми, срочно! Там... Подкрепление нужно, — задыхаясь после долгого бега, Скар еле выговаривал слова. Брюнет указал палец туда, откуда он пришёл, и Кокоми сначала непонимающе посмотрела в ту сторону, а потом перевела взгляд на Скара, нахмурив брови. — Они. Бой. Казуха, Итто и Куки... Остальные события были как в тумане. Скар помнил, как засуетилась Кокоми, как быстро собрались солдаты, а потом — чёрный экран.

***

— Эй! Земля вызывает Скарамуччу, — прозвучал голос Казухи где-то отдалённо, что Скару показалось, что ему всё это мерещится. — Ты какой-то сегодня заторможенный, — голос раздался уже ближе, а потом холодная рука коснулась лба брюнета. Он вздрогнул от прохлады, которая пронеслась по его телу. Зрение начало понемногу сфокусироваться. Скарамучча осознал, что стоит где-то в лесу, рядом с ним Казуха, вокруг полная тишина. — Где мы? — спросил брюнет, всё ещё приходя в себя. — В лесу, идём в лагерь, — невозмутимо ответил Казуха. — Я оставил тебя тут постоять, пока проверял, кто там шёл, это, кстати, оказались наши: почтальон и ещё пару солдат. Когда я вернулся, ты стоял, прислонившись к дереву, с закрытыми глазами и что-то бурчал под нос. Меня вроде не было не так уж и долго, а ты уже успел словить паничку, — алые глаза пристально смотрели на Скара, пытаясь понять, что не так. Скар же, в свою очередь, подошёл ближе к Казухе и приобнял его. Он не считал, что нужно спросить перед тем, как сделать это. С Каэдэхарой всё хорошо, а это самое главное. Скарамучча ожидал, что блондин его оттолкнёт, но вместо этого Казуха при неожиданном прикосновении слегка дёрнулся, а потом его некогда напряжённые плечи немного расслабились. Казуха не решался обнять брюнета в ответ, но почему-то он очень сильно желал этого. Он не обнимался ни с кем уже очень давно, наверное, с того момента, как расстался с Аякой год назад. Хотя и с ней он нечасто был так близок. Сейчас ему было хорошо: прохладный ветер легонько поглаживал непослушные волосы, он ощущал тепло и дыхание чужого тела и впервые за последние дни позволил себе расслабиться. Казуха прикрыл глаза, наслаждаясь моментом, который, возможно, никогда больше не повториться. Спустя время он всё-таки в ответ приобнял Скара чуть выше талии, на что услышал глубокий выдох, а потом чужие руки сжались крепче. — Ладно... Пошли давай, иначе я правда опоздаю на пост, — сказал Казуха, нехотя вырываясь из объятий. На лице брюнета промелькнула грусть. Он был готов простоять так хоть всю ночь, но, к сожалению, обстоятельства не позволяют этого сделать. До лагеря добрались в тишине. Каждый был погружён в свои мысли. Казуха думал, почему вдруг ему так легко общаться с этим новичком? Ему никогда не приходило в голову, что он сможет вот так просто разговаривать, а потом ещё и обнять незнакомого человека. Но Скарамучча не был незнакомцем. А кем он тогда был? "Он просто мой подопечный. Это всё было один раз, и такого больше не повторится. Но я хочу этого... блять. Почему всё так сложно?", — размышлял Казуха, изредка поглядывая на парня, идущего рядом. Он решил, что скорее всего это просто привязанность. Возможно, все его чувства возникли потому, что он давно так часто не разговаривал с людьми. А этот Скарамучча постоянно рядом: на тренировках, на которые Каэдэхара сначала хотел забить хуй, но почему-то он туда приходил, какое-то чувство тянуло его туда, в столовой, где они просто переглядывались, но никогда не ели вместе, просто на территории лагеря — он везде, он будто преследует Казуху по пятам, куда бы блондин ни сунулся, он обязательно найдёт глазами Скара. Когда Казуха окинул взглядом брюнета ещё раз, ему вдруг стало интересно, о чём тот думает: об их неловком объятии, о самом Каэдэхаре или вообще о чем-нибудь другом, не связанным с ним. Эта мысль вертелась в голове блондина до самого их прихода в лагерь. Почему ему вообще вдруг стало интересно, думает ли о нём другой человек, а если думает, то что?

***

—Спокойной ночи. И удачного дежурства, — приветливый и приятный голос Скары заставил Казуху вздрогнуть и выйти из своих мыслей. Они уже дошли до лагеря. Им приходится прощаться. Да, это ненадолго: через несколько часов они встретятся на тренировке, но всё же Казуха не хотел расставаться. Он уверен, Скарамучча тоже не хотел этого. — Спасибо, — чуть замешкавшись, ответил Каэдэхара. — Тебе тоже доброй ночи. Скар улыбнулся и отправился в комнату, оставив Казуху одного. Тарталья, наверное, уже видит десятый сон, пока брюнет пол ночи катался на эмоциональных качелях. Подходя к комнате, брюнет увидел, что в его окне горит свет — значит, Чайльд не спал. Скара поспешил войти внутрь. — И где ты был, лягушка-путешественница? — посмеиваясь, спросил рыжий, подходя к Скарамучче, который пытался закрыть замок на двери, который постоянно заедал. — Да так, гулял, — наконец расправившись с дверью, ответил Скара. Он решил не рассказывать все подробности прогулки Чайльду, несмотря на то, что тот был очень откровенным с ним, а ещё мог помочь разобраться с чувствами. — Вот как! Оставил меня одного. Ты не представляешь, как я у Кокоми выпрашивал отозвать Итэра сюда. Два часа ей на мозги капал, — Скарамучча был очень рад, что Тарт не стал расспрашивать всех подробностей. Он перевёл тему, а это значит, что случилось что-то очень важное для него. — И она разрешила! Завтра новая партия вылеченных бойцов отправится к столице на смену раненным. Итэр вместе с подбитыми солдатами вернётся сюда. Ты даже представить себе не можешь, как я рад! Чайльд увлечённо рассказывал о том, как провёл вечер. Скарамучча был очень рад за него: наконец-то хоть у кого-то из них всё налаживается. Но в то же время, он был немного расстроен, ведь всё внимание Чайльда теперь заберёт этот Итэр, и Скар останется один. Ему надо скорее подружиться с Казухой, но тот не подпускает его к себе. Скара очень надеялся, что сегодняшняя прогулка хотя бы немного их сблизила. Он решил, что обязательно добьётся внимания блондина. Да, это будет сложно, но Скарамучча справится. Он будет идти медленными, но верными и уверенными шагами. Он не сдастся. Он обязательно добьётся своей цели, как бы тяжело это ни было.