Убийство в городе N

Небо было какое-то не такое. Оно было, за неимением лучшего термина, неправильным. Мужчина с льняными и слегка вьющимися волосами сидел на траве у озера, не веря себе, что сможет приблизиться к своим страхам так близко. Луна, освещающая озеро, тонула в его бездонных янтарных глазах. На нём была лёгкая белая блузка на пуговках, заправленная в светло-голубые брюки. Блондин не был полностью уверен, как долго он был там, но этого было достаточно, чтобы потерять счет времени. Вдруг услышав, как кто-то подошел к нему сзади и сел рядом, он не сводил глаз с неба. — Не можешь уснуть, Люцифер? — спросила высокая женщина с густыми светлыми волосами, и глазами цвета цветущей сирени. На её оголённых плечах и круглых щеках созвездиями были рассыпаны веснушки. Ночная лавандовая сорочка нежно струилась по её телу, не скрывая точёную фигуру. — Что-то в этом роде, Лилит — ответил мужчина с грустной улыбкой, не оборачиваясь, — Чарли сказала тебе, что я здесь? — Да, это была она, — женщина усмехнулась и подошла ближе к берегу, — Волнуется из-за нашего развода. Блондин усмехнулся, пока его слова окрасила горечь: — Чарли просто надеется, что мы помиримся. Ты же знаешь, какая наша дочь сочувствующая и добрая. Я не хочу травмировать её ещё больше… — Она уже достаточно взрослая, чтобы понять, — резко перебила Лилит, не дав бывшему мужу возможности договорить, она наклонилась вперед. — И это ты сейчас заставляешь её переживать из-за своих ночных прогулок. Что ты здесь делаешь? На бледном лице мужчины отразилось беспокойство, и он ненадолго задумался о том, чтобы дать обычный ответ, вроде «Ничего» или «Просто наслаждаюсь свежим воздухом». — Я скучаю по тебе, Лилит, — неожиданно слова сами сорвались с его приоткрытых губ. Женщина удивлённо моргнула и недоверчиво окинула взглядом мёртвенно бледное лицо бывшего мужа: — Скучаешь? Но ведь я уезжаю из города только завтра. Блондин кивнул, и повернулся лицом к жене, пока его янтарные глаза, обрамлённые золотыми ресницами, стали блестящими от собирающихся в них слёз. — Я скучаю по звуку твоих шагов в доме и в саду, по запаху мятного чая в гостиной. Я скучаю по ощущению счастья, развевающего мою грусть, — блондин вздохнул, — Я скучаю по рассказам о том, как прошёл твой день. Я скучаю по тому, как ночью я жду "спокойной ночи" от тебя, по тому как говоришь, что любишь меня. Я скучаю по твоему смеху над моими шутками. Я скучаю по тому, как ощущалось твоё участие в моей жизни, — блондин сморгнул слезы, переводя дыхание. Лилит положила руку на плечо мужа, в её глазах тлело что-то нежное и родное: — Люцифер… Я ничем не могу помочь тебе. Мужчина покачал головой, печально улыбнувшись, внутренне коря себя за то, что его отчаяние вырывается наружу. — Все в порядке, дорогая. Я просто скучаю по тому, что было. Перемены с возрастом даются труднее. Пауза. Молчание. Но блондин продолжил: — В несколько раз труднее, чем могло быть. Я думал, что работа, карьера и новые знакомства помогут, но… — блондин указал пальцем на небо, — Все либо напоминает мне о прошлом, либо напоминает мне о том, что так уже не будет. Всё изменилось. Лилит посмотрела вверх, пока по её телу пробежала дрожь. — И звезды тоже изменились? — Очень, — ответил мужчина, и на его мертвенно-бледной коже отразился лунный свет, будто он сам был частью этого свечения, — падшим ангелом на земле. — Мне жаль, Люцифер… — Эй, — нахмурившись, сказал тот, — Это не твоя вина, что мы меняемся, что всё меняется, — он обнял Лилит за плечи и крепко прижал к себе, — Со мной все будет в порядке. Разбуди меня завтра утром, чтобы попрощаться. — Обязательно, — прошептала та. Теперь ночное небо было практически невидимым из-за светового загрязнения города. Но Люцифер чувствовал, что сейчас было либо слишком поздно, либо слишком рано для чего-то. На утро блондин встал совершенно один в пустой квартире. Вещей его жены нигде не было, а на прикроватной тумбочке лежала аккуратно сложенная записка: “Извини, не нашла в себе сил посмотреть тебе в глаза ещё раз”. Так была поставлена точка в их отношениях, неровная и смазанная. Люцифер сидел на выцветшем ковре, хорошо зная все квадратные метры своей квартиры. Он прислонился спиной к стене и пытался собраться с мыслями. Он не солгал Лилит, когда сказал, что с ним все будет в порядке. Но он еще не был в порядке. Его дочь, Чарли, жила в общежитии соседнего города в связи со своей учёбой на курсе менеджмента гостиничного и ресторанного бизнеса, чем её отец вдоволь гордился. Но пока Шарлотта была занята, она не могла приехать к нему в гости. Последнее её сообщение было отправлено несколько часов назад, она поздравляла отца с успехами на работе, напоминала чаще улыбаться и верить в лучшее. Люцифер посмотрел на кровать. Двуспальный матрас из комиссионного магазина лежал на полу. Покупка новых простынь выходила за его бюджет. Даже в хорошую ночь трудно было не заметить все неровности и плохие пружины. В холодильнике не было еды; нелегко сохранить продукты, когда он едва мог поддерживать температуру. В любом случае, здесь было нечего есть, кроме пары яблок, которыми Люцифер смог запастись в свой последний выход на улицу. Они были такими вкусными, когда он впервые попробовал их. Во всяком случае, он не был голоден сейчас. Кухонная плита была чистой только потому, что ею не пользовались. Деревянные стол и стулья были удачной находкой; еще больше повезло, что они просуществовали годы с тех пор, когда Чарли только родилась. В квартире не было никакого телевидения, так как Люцифер никогда не видел нужды и не интересовался этим в первую очередь. Стены были кирпичные и не нуждались в обоях. Если бы Люцифер был в более радостном настроении, то представил бы себе картины, которые мог бы повесить на стены. Чарли легко нашла бы какие-нибудь коврики, чтобы разбавить унылую серость пола, подсказала бы, какие природные элементы использовать: может быть, какие-нибудь декоративные веточки или даже комнатные растения. Но сейчас всё, что мог видеть Люцифер, — это простое, застойное пространство. Ощущение одиночества давило на него. Воспоминания тяготили его еще больше. И мужчина потянулся к радиоприёмнику, поднял металлическую антенну чуть выше и покрутил колёсико, пока из динамиков не родился бархатный мужской голос. — Добрый вечер, дорогие слушатели. Говорят, зима в этом году будет очень холодной. И я надеюсь, мы все сможем её пережить. И так, к новостям насущным — уже восьмое убийство в этом месяце. Если верить слухам, то в городе орудует маньяк или преступная организация. Власти заявили, что держат ситуацию под контролем. Причину и обстоятельства убийства устанавливают следователи. В любом случае, гражданам стоит быть бдительнее и аккуратнее… Но Люцифер уже не слушал, его веки вдруг стали слишком тяжёлыми, а голос диктора показался на удивление успокаивающим, словно морской прибой, вымывающий все мысли из головы. И блондин наконец заснул. — … А с вами был я, Аластор, ваш покорный слуга. До новых встреч! И комнату наполнил белый шум.