Only crazy for you

Осознание этого никогда не было внезапным. Это было мучительное, утомительное, безмолвное нагромождение обломков в форме ужаса. Недели, месяцы и даже годы стен отчуждения, возвышающихся где-то на блеклом заднем плане, затененных бесполезными опровержениями. Доказательства неторопливо накапливались, пока не становились непримиримыми, трепет осторожно подтачивал отрицание. Всегда был какой-то особый момент. Внезапная, замирающая секунда, когда все рушилось и в голове у тебя все переворачивалось с ног на голову. Осознание Сейнта было ничем не примечательно. Он слишком поздно понял, насколько глубоко увяз в грязи. Копался в земле, когда кратер уже был замурован. Когда "Не пострадай, Шин" сменилось на "я тебя защищу", вся его система перестроилась, став на свои места с новым, обжигающим хлопком.  И это было только начало. Чем больше он вникал, тем больше запутывался.  Раньше, чем ему хотелось бы, Сейнт понял, в каком направлении он двигался в подростковом возрасте. Это было очень недружелюбное, безумно одержимое направление. Но даже тогда это не имело значения. Все было прекрасно. Их дни по-прежнему начинались с того, что Шин украдкой ерошил волосы, когда думал, что Сейнт крепко спит. Ночи заканчивались тем, что они прижимались друг к другу, как сельди в бочке. У Сейнт все шло замечательно - имя Шина звучало в промежутках между каждым ударом сердца. Безграничный гул, иногда приглушаемый другими объектами его внимания, но всегда продолжающийся на заднем фоне. Вечное присутствие. Восхитительное существование, подобное дару блаженства.  Монотонный голос Шина, подергивающаяся улыбка, потрясающие глаза - все это вписывалось в общую картину, которая направляла ход мыслей Сейнта.  Они даже не отстранились друг от друга, чтобы подышать свежим воздухом, потому что он не был окрашен дыханием друг друга. Три года разлуки сделали свое дело, предположил он. И это было здорово. Замечательно. Необычно для двух людей, которые так ревностно утверждали, что они лучшие друзья, да? Но, тем не менее, это было великолепено. Это было все, чего хотел Сейнт - вращаться на орбите Шина, как луны вращаются вокруг Юпитера. В порыве благодарности он так и не смог по-настоящему осознать тот абсурдный факт, что ни один из них не проводил время вдали друг от друга. Ни секунды. Поэтому, естественно, после всего этого фиаско с Кнотом, Нейтом и и триклятым спором Сейнт не мог отделаться от чувства, что он глупо, вслепую, безрассудно лишал Шина того, чего он заслуживал. Уверенное заявление Шина о том, что к концу года у него будет девушка, создавало впечатление, что он был в восторге от того, что наконец расстаётся с Сейнтом. Как будто он буквально прыгал от радости, что сможет уделить немного своего времени кому-то другому. Сейнт был в ужасе, и его так мучило чувство вины, что он сразу согласился.  Если это было то, чего хотел Шин, он согласится, даже не обдумывая. Но все пошло прахом, как только он поставил Шина в пару с Конгом и ударил молотком по собственной ноге.  Этот гортанный, дикий, разъяренный зверь разрывал ему череп изнутри, топя все его органы в кипящей ревности.  Единственное, что удерживало его от того, чтобы броситься вперед и разнять их, - это тот факт, что Шин вовсе не выглядел восторженным. На самом деле, далеко не восторженным. Точно такое же выражение лица было у него в десять лет, когда мама обманом заставила его впервые попробовать овощи. Как ни странно, сейчас все было еще хуже. Он выглядел так, словно какой-то злобный монстр сорвал с его неба все звезды и зарычал ему в лицо. Он не был похож на влюбленного юношу.  И поначалу Сейнт не совсем понимал, как это понять. Он решил, что принимает желаемое за действительное. Последняя крупица надежды в его сердце угасала, пытаясь выжить. Но потом Шин увидел, как он на цыпочках идет по улице, и, как ни странно, его лицо стало гораздо менее окаменевшим. Он почувствовал большее облегчение.  Выражение его лица разительно отличалось от того, с каким он был в ресторане.  Миллионы крошечных гирлянд волшебных огней рассыпались по его лицу, вплетаясь в улыбку и сияя прямо в глазах. Он был похож на влюбленного юношу. Однако Сейнт не стал вдаваться в подробности. Он просто списал это на чудесную способность своего мозга прославлять каждую деталь Шина, как будто тот был каким-то неземным существом со сверкающими крыльями. Честно говоря, вокруг Шина определенно витала волшебная пыльца. Маленькие мерцающие золотистые искорки блестели на его щеках, прятались в волосах, скользили по коже.  Несомненно, Шин Нарубет был волшебным - во всех смыслах этого слова. Что ж, Сейнт, возможно, и был самым сильным парнем своего возраста, но одного взмаха этих чарующих, кленового цвета глаз было достаточно, чтобы его колени затряслись. Так и жили. После того вечера они всё же продолжили играть свои роли. Шин каким-то образом втянул его в это глупое свидание с Джен — которое, если вкратце, оказалось на удивление приятным. В основном потому, что ничего похожего на свидание в нём не было. Они просто включили фильм ужасов и приготовили миску попкорна в микроволновке. Что до фильма? Больше никогда, поклялся он себе. Дрожь, потливость и тошнота — не его любимые ощущения. Как ни странно, Джен была в восторге и улыбалась сияюще, особенно учитывая, что они только что смотрели, как кому-то отрубают голову на окровавленном заднем дворе. После многих утешений Сейнт заказал еду на вынос, Джен рассказала какую-то смешную историю из детства, и всё это правда ощущалось просто как дружеская встреча. Сейнт подумал, если это всё, что ему нужно делать, чтобы его «отношения» выглядели правдоподобно, то это не так уж и плохо. Была лишь одна навязчивая аномалия, скользившая у него по костям. Шин. Шин, который ворвался в дверь посреди фильма, выглядевший взбешённым и мрачным, словно его тело былов споре с его взглядом. Короче говоря, Сейнт был ошеломлён. Одна захудалая лампочка в его голове погасла, а вода поднялась до шеи. Он был как птица с подрезанными перьями. Видите ли, расшифровка Шина — это сложное искусство, в котором он (совсем без хвастовства) преуспевал. Обычно. В тот момент даже сам Сейнт был в растерянности. Он всё гадал, была ли ярость Шина его виной. Но свидание было идеей Шина. С чего бы ему злиться из-за собственного плана? Да уж. Сейнт был готов вырвать каждый волосок у себя на голове. И, по-видимому, он был не слишком скрытен, потому что Джен наклонила голову, словно он была старой картой с выцветшими указаниями. - О чём ты думаешь? — спросила она. Очень вдумчивый, очень обычный вопрос. - Эм-м — элегантно протянул Сейнт. - Это из-за твоего друга? Чёрт возьми, она его раскусила. - Да… — Сейнт неуверенно почесал шею,— Он, кажется, немного расстроен. Джен вздохнула. Это был не простой, усталый вздох наподобие «ну вот же идиоты». Он был куда глубже. На грани. - Сейнт, ты так очевиден.. О, нет. Взрывы. Огонь. Метеороиды. Разрушение. Код красный. - Очевиден? Что ты имеешь в виду? — выпалил он, высоким, смущающе писклявым голосом. - Ты и сам знаешь. Да, он знал. Но откуда знала она? -Джен… - Я ждала, когда ты что-нибудь скажешь, целую вечность! Боже, ты такой неповоротливый, - протянула она, проводя рукой по карамельным прядям, словно противостояние с ним было утомительной обузой. - Эй, ты сейчас ужасно непонятна! - беспомощно вставил Сейнт,- Я даже не знаю, о чём ты. Подсоби товарищу. - У тебя серьёзный краш на Шина. За крошечный промежуток в две секунды Сейнт поперхнулся водой, ударился мизинцем о ножку стула и проглотил собственное сердце, прежде чем оно выпрыгнуло у него из горла. - Неправда!- слабо фыркнул он. - Довольно хилая отговорка, учитывая, что ты только что выплюнул воду и две минуты смотрел в пустоту. Хотя попытка засчитывается, - Джен покрутила стакан с соком, мило улыбаясь, словно наблюдала за реалити-шоу. - Я… ты… за что мне это наказание! - Это называется правдой, но, как скажешь, полагаю. Сейнт был возмущён. (Более подходящим словом было бы «смущён»). - Я думал, ты милая, Джен,- Он заёрзал на кухонном уголке, перебирая чашки и сковородки, слишком долго глядя на ложку. Джен просто снова вздохнула. - Слушай, Сейнт, всё в порядке. Я понимаю,- Она говорила мягко, её голос был словно скрипка, приглушённая ветром в голове Сейнта,- Такое бывает. С этим особо не поспоришь. Сейнт заколебался. Прикусил губу. - А тебе не обидно? Или… подожди… — его глаза расширились, холодный ужас медленно стекал по лбу,- Я что, неправильно понял намёк? Джен разразилась хохотом, прикрыв рот рукой. -Нет, всё в порядке, не волнуйся. Мне, конечно, немного досадно, но, — она пожала плечами, лицо светлое, открытое и спокойное. — Я переживу. Может, даже помогу тебе с твоим крашем,-Она приподняла брови,- Это очень сложный процесс, знаешь ли. И, к счастью, я как раз та девушка, что погрузит тебя во все тонкости! «Ага, — моргнул Сейнт, размышляя, как, чёрт возьми, он умудрился найти и потерять свою первую девушку за один вечер, а также получить внезапное озарение, что его преданность Шину очень, очень очевидна, благодаря той самой девушке, превратившейся в купидона. Вот так поворот. Когда странный разговор сошёл на нет, они прибрали на стороне стола Сейнта и поболтали о предстоящих выходных, о самых скучных предметах, студенческих драмах и тому подобном. Сейнт солгал бы, если бы сказал, что всё это не было отвлечением для его разума. Ему нестерпимо хотелось снова увидеть Шина. Его дыхание стало холоднее, что-то твёрдое и тяжёлое сжималось в груди, пальцы беспокойно теребили колени. Отсутствие Шина было мучительным дефицитом, заставлявшим его руки дёргаться, а брови хмуриться. Джен была права. Он был действительно очевиден. И теперь, когда он усвоил этот новый блок знаний, он немедленно захотел во всём признаться Шину. Было ли это глупым поступком? Конечно. Шансы, что Шин даст ему по голове, были довольно высоки. Но если годы чему-то и научили Сейнта, так это тому, что нырять с головой часто безопаснее, чем ходить по краю у обрыва. Немая обида Шина на его недавно начавшиеся отношения с Конгом выходила на поверхность, становясь очевиднее с каждым днём. Джен просто решила остаться друзьями. Карты, к удивлению, легли в пользу Сейнта. Итак, парень был полон решимости. Миссия: Признаться. Войска, вперёд. За исключением того, что войска, блять, дали осечку на всех ракетах, потому что иначе не объяснить тот полный разгром, каким стал день рождения Фёрста. Сейнт не хотел ничего большего, кроме как поговорить с Шином. А Шин? Он выбрал прямо противоположное. Судя по прошлому опыту, было почти неизбежно, что Шин будет избегать любых разговоров. Так всегда и было. Один небольшой спор — и вот уже скрещенные руки Шина и безмолвный взгляд, который Сейнт побеждал, врываясь с рожком мороженого, вёдрами извинений и воображаемым плащом. Молчание Шина было языком особого рода. Лёгкие подёргивания пальцев, раздражённые выдохи, отражающиеся от потолка, быстрые взгляды, прожигающие ненавистью. При любых других обстоятельствах Сейнт умолял бы и умолял, пока Шин не сдался бы. При любых других обстоятельствах Сейнт смог бы догадаться, что пошло не так. Но проблема была в том, что он не знал, за что извиняться. Тесное пространство, которое они делили, сжалось, впихивая каждый взгляд и сжатый кулак прямо в эпицентр бури. Сейнт не был уверен, как подступиться, как противостоять, как обратиться к тем мыслям, что замёрзли сосульками в голове Шина. Поэтому впервые он сохранил молчание. Может, время было тем плотом, за который цеплялся Шин, может, тишина была тем, что ему нужно было, чтобы дышать. Может, Сейнт просто ещё не испробовал все методы. Было мучительно тяжело — иметь Шина в пределах досягаемости, целый день описывающего вокруг него изнурительные круги. Ноги на линии, никогда не переступая через неё. Джен уговорила его держать голову выше и ждать, пока напряжение в плечах Шина не рассыплется. И он ждал. Вскоре монотонный гул лекций и заданий снова захватил их в свои объятия, и они просто плыли по течению, неся на спинах не только груз своих рюкзаков. Это разъедало их обоих, Сейнт это чувствовал. Он правда думал, что Шин сломается через несколько дней, что тот покажет хоть малейший признак облегчения. Но ко дню рождения Фёрста они едва обменивались словами. Самое большое, что Шин говорил ему, было «доброе утро», на что Сейнт отчаянно хотел ответить «не очень», потому что нетерпение росло на нём, как побеги второй кожи. Что до вечеринки… что ж. Сейнт настолько ушёл в запой, что почти ничего не помнил. Был небольшой ванильный торт, бешеная музыка и очень много выпивки. Единственное событие, которое он помнил отчётливо, — целомудренный поцелуй и сокрушительное тепло тела Шина в его объятиях. На улице. И рыдания. Руки Шина обвили его плечи с той простой утешительностью, что приходит после многих лет объятий, костяшки пальцев побелели, вцепившись в куртку Сейнта, словно он был единственной твёрдой вещью в мире, обращающемся в пыль. Сейнт знал. Он знал, что было что-то завораживающее в том, как они были связаны. И самое смешное? Это даже не был его момент озарения. Ночью после, когда они оба были трезвы, как никогда, слёзы падали, словно пепел от огня, хлопья от снежной бури, и никакая правда больше не оставалась в оковах. Когда Шин открыл влажные глаза, чтобы взглянуть на него, провёл их сплетёнными пальцами по его щеке, небо рухнуло, а стены исчезли. Вот тогда Сейнт осознал. Он был ужасно влюблён. Чёрт, он хотел держать Шина так вечно, застрять там, в самый тихий, предрассветный час, невредимыми вращением планеты, несмущёнными шумами течения времени. -Я тоже тебя люблю,- прошептал Шин между ними, словно клятву, которую он жаждал разделить. -С самого начала вечности, - словно убеждение, которое он всегда знал, но никогда не провозглашал. Он также осознал, что то, что было между ними, никогда и не было дружбой в чистом виде. Эта любовь была территориальной. Это было место. Пещера, укрытая от дневного света. Внутри — мерцание фонарей. Что-то странное и противоречивое. Что-то, что понимали, создавали, преобразовывали только они. Они целовались дважды. Катастрофически мало. Химикаты, пузырившиеся на соединённых губах, боже, они были сильнее всего, что он когда-либо пробовал. Влажные, прекрасные, тёплые. Сейнту раньше говорили, что переход от друзей к любовникам будет по меньшей мере немного неловким, немного новым. Но они такплавно перешли грань, словно ждали всю жизнь. Потому что Сейнт и Шин никогда и не были друзьями с самого начала, не так ли? Они всегда были чем-то иным. Эта любовь казалась загадкой, которая никогда по-настоящему не покидала разум Сейнта. Даже сейчас, в мёртвой тишине ночи, пока он убирал бутылочки со сливками и сиропами, наслаждаясь последними часами своей смены в кафе. Он редко брал ночные смены. Атмосфера была слишком священной и хрупкой. Лишь горстка посетителей, сходящая на нет до одного холодного ветра. Однако одна из его коллег повредила руку, и он предложил помочь. Плюс, лишние деньги не помешали бы. Конечно, Сейнт использовал это время, чтобы думать о них, вспоминая каждую деталь до самого дня их первой встречи. Это было его любимое времяпрепровождение. Он даже не обратил внимания на жжение в щеках от слишком широкой улыбки. Ни на лихорадочный прыжок сердца, ни на… Дзинь. Колокольчик прозвенел в зале. Он быстро обрёл свой обычный профессиональный вид. Так. Плечи расправлены, кружка в руке, быстрый мысленный перебор всех возможных коктейлей, которые могут в него швырнуть. На старт, внимание, марш. Дверь скрипнула. Сверкающие реки серебра стекали с уличных фонарей и вплетались в черноту ночи. Шарканье кроссовок. Вздох. Затем… О. Улыбка Сейнта вернулась, мягче и проще, чем прежде. Его губы изогнулись тем знакомым, загадочным образом, который он всегда знал. Странной загадкой была природа этой конкретной улыбки. Может, потому что был только один человек, способный вызвать её. Вот он, шагает по деревянному полу, небрежно засунув руки в карманы толстовки. Сердце Сейнта было спутанным клубком тонких нитей, тугой шерсти и шёлковых лент. - Шин, - он попытался не дать ликованию прорваться в радостном подёргивании ног,- Уже поздно, что ты здесь делаешь?- Он поставил кружку на стойку, приподнял край фартука, чтобы вытереть влажный лоб,- Соскучился? Шин показал ему средний палец, бурча. -Просто захотелось кофе. Сейнт приподнял бровь. Воздух в его горле сжался. -В одиннадцать вечера? -Ну, очевидно, есть причина, по которой кафе открыто сейчас. Слышал когда-нибудь термин «ночная жажда»? - Шин фыркнул, вытягивая один из табуретов вдоль стойки,- А теперь, быстрее, мальчик, мне нужен большой американо, как можно скорее. Сейнт скептически прищурился. Лёгкие клубы пара, вырывавшиеся из приоткрытых губ Шина, говорили об его усталости. Его шоколадные волосы были взъерошены, спина ссутулена, щёки помяты краями подушки. Уставший. Он выглядел уставшим. И всё же видна была легкость. Как последнее медленное моргание после бесплодных метаний и поворотов. Словно он наконец нашёл потерянную серёжку под подушками. - Ты спал? - осторожно произнёс Сейнт, уже двигаясь готовить напитки. - Возможно. - Это не ответ,- Сейнт вздохнул, открывая шкафчики, работая ловкими руками,- Шин, тебе стоило остаться в комнате. Я уже собирался закрываться. Как и ожидалось, Шин парировал с язвительной досадой. -И откуда бы я тогда взял кофе? Сейнт взглянул на него озорно. -Ты уверен, что жаждешь именно кофе, а не, ну, знаешь, определённого симпатичного баристы? Шин поперхнулся, выругался под носом и опустил глаза, несколько прядей его волос гипнотически спадали на глаза. - Совсем идиот. Сейнт был более чем очарован. Приглушённое бульканье и ворчание кофемашины было умиротворяющим саундтреком к нежным взглядам и яркому румянцу. Когда их взгляды впервые встретились, Шин просто закатил глаза. Во второй раз нахмурился. В третий раз скрестил руки с нетерпением. - Ну что? - Ничего, — Сейнт пожал плечами, подставляя две чашки под машину. — Просто на тебя приятно смотреть. Шин шлёпнул ладонью по стойке, глаза расширились в предупреждении. -Сейнт… Румянец расцвел на его щеках, спускаясь вдоль шеи. - Эй, не бей меня, - Сейнт хихикнул, наполняя чашки горячим американо. - Я просто поделился наблюдением. - Ты такой тупой,- Шин потянулся за своим напитком, согревая пальцы, поджимая губы,- И я вроде как скучал. Тёплый карамельный пудинг медленно пополз по груди Сейнта. Его сердце сделало странный маленький кульбит. Лёгкие сузились. Если бы сущность Сейнта была катапультой, то Шин был бы рычагом. И, боже, как же он наслаждался этим. - Я тоже скучал. Очень,- Он поднёс свою чашку ко рту, сдувая пар, его улыбка не знала меры. Шин промычал, глаза ясные и окутанные тайной нежностью. -Как прошли занятия сегодня? -Просто отстой,- Сейнт застонал,- Ответы на тест нашли в каком-то случайном шкафчике, так что всем пришлось расплачиваться уборкой коридоров. -Нашли виновника?- Шин сделал маленький глоток, ухмыляясь. -Нет, - Сейнт фыркнул в раздражении. - И теперь у нас на следующей неделе ещё сотня тестов. Шин приподнял бровь. -Говоришь так, будто собираешься учить что-то. - Нет, — протянул Сейнт. — Но на тесте особо не поспишь, а значит… — он аж присвистнул для драматизма, прижимая руку к груди. — Я буду страдать от недосыпа целую неделю. -Ты нелеп,- Шин покачал головой,- Почему бы тебе не попытаться на этот раз приложить усилия? Может, пойдёт на пользу. - Нет, спасибо, - Сейнт осушил чашку, обжигающая горечь обвила его желудок. Он вытер рот тыльной стороной ладони, затем наклонился вперёд, упёршись локтями в стойку,- Я лучше посвящу свою душу поклонению и защите тебя. Лицо Шина исказилось. -Ладно, это странно. И, кстати, защитить меня от чего именно? В той самой фирменной насмешливой гримасе, улыбка змейкой скользнула по его губам. Аккордеон с мотивом, который никогда не переставал заманивать Сейнта. -От пропущенных звонков мамы? -Эй! - он фыркнул в ответ, обиженно,- От, типа, громил и… и, не знаю, бандитов. Долгов. Хулиганов. От всего. -О боже, да повзрослей ты, Сейнт,- Шин тихо рассмеялся,- Пора заканчивать играть в мистера Героя. Сейнт надулся игриво. -Ты всегда такой серьёзный, даже минуту подурачиться не можешь. Вот почему ЧингЧинг любит меня больше. -Уж точно нет. -А вот и да,- Сейнт горделиво кивнул,- На днях у нас с ней был целый пятнадцатиминутный диалог о драконах как о компаньонах в твоём телефоне. Она была очень увлечена. Может, тебе стоит быть начеку. Шин сделал ещё глоток. - Я живу с тобой годами. Огнедышащий зверь буквально был бы апгрейдом наших отношений. - Вау, Шин,-Сейнт сказал наигранно,- Что же это за отношения? Ты любишь меня? Я тоже тебя очень люблю! -Такой драматичный, — пробормотал Шин, пряча улыбку в чашке. — Единственная причина, по которой ЧинЧинг любит с тобой разговаривать, — это то, что ты сам практически ребёнок. -Хм? - Сейнт притворился, что вытирает слезу с глаза,- О, я лучший парень в мире, потому что приготовил тебе горячий кофе в такой поздний час, пока меня безжалостно оскорбляют? Спасибо, детка! Шин усмехнулся, ставя свою чашку. - Ладно, ладно. Хватит дурачиться, а? Мы пока что ещё не парни. Я всё ещё жду того самого свидания. - С акцентом на «пока что»,- пропел Сейнт. - И просто скромное напоминание: готовься быть тронутым до глубины души. Шин цыкнул, молча вставая с табурета, кожа и металл скрипели под ним. Он обошёл стойку, шаг был мучительно медленным, выверенным. Прежде чем шестерёнки в мозгу Сейнта успели что-либо обработать, пара рук обвила его талию. Подбородок зацепился за его плечо. - Я и не ожидаю ничего меньшего,- прошептал Шин у самого его уха, тёплое, пропахшее кофеином дыхание щекотало волосы на затылке Сейнта. Сейнт запнулся, вытаращился, весь ошеломлённый. Он поспешил швырнуть свою чашку в мойку, а затем положил руки поверх Шина, наклонив голову так, что их губы разделяла лишь тонкая струйка воздуха. Сделай что-нибудь, скажи что-нибудь. Комната замерла, превратившись в статику, шипящую и мигающую шумно. Ни мыслей, ни биения сердца, только вот это. По-видимому, Шин сделал своей новой целью столкнуть его на самую грань за считанные секунды, потому что потом он рассмеялся. И не обычным насмешливым хохотом, который он издавал, когда Сейнт говорил что-то глупое. Этот смех был искрящимся. Чувственным. Гармонией мягких переливов в его голосе. Сейнт мог бы быть человеком с зависимостью, судя по тому, как всё его тело вихрем закрутилось от этого одного звука. Затем, словами, произнесёнными так тихо, Шин добил его. - Ты глючишь, Цунами. Ох, чёрт. Дыхание Сейнта задрожало. Он слабо сглотнул, высвободился из объятий Шина и развернулся. - С чего это вдруг? - Дразнить тебя - весело,- Шин усмехнулся. - И легко. Не требует особых усилий. Он выглядел, как кот, поймавший мышь. - Пф, не зазнавайся так,- пожурил Сейнт. Шин снова усмехнулся. -Я мог бы быть заполнен тобой. Предохранитель сгорел. Перезагрузка системы. Сейнт готов был вытащить кирпичи из стен и швырнуть их в себя. - Шин, - он в отчаянии вцепился в толстовку парня,- Что ты, чёрт возьми, со мной делаешь? Шин лукаво приподнял на него глаза. -Что ты имеешь в виду, Сейнт? - Чт… я… ты не можешь просто завести меня, а потом включить дурака,- Сейнт замахал руками. - Дурака? - руки Шина скользнули вдоль предплечий Сейнта, кончики пальцев скользил по узорам вен,- Почему нет? Тебя это заводит? Заставляет хотеть… Из горла Сейнта вырвался сдавленный звук. - Шин, ради всего святого, заткнись, пока я не… - Хочешь взять меня прямо здесь? Всё. Крыша обрушилась. Сейнт рванулся вперёд, обхватил Шина за талию и поднял его, как делал бесчисленное количество раз прежде, разразившись смехом. Шин взвизгнул, инстинктивно обвив ногами талию Сейнта, извиваясь и пытаясь спуститься. -Эй, Сейнт! Отпусти, урод! - Вот что бывает за нечестную игру, - ухмыльнулся Сейнт, кружа их на месте, спотыкаясь, почти падая, смеясь, словно мир должен был вот-вот закончиться. - И в чем я был нечестен? - выдохнул Шин, сжимая его плечи. - Это ты так легко возбудился. - Эй! Неправда!- Сейнт удерживал его одной рукой,- Я буду держать тебя в воздухе, на случай, если снова будешь злым со мной. - Сейнт, - пригрозил Шин, цепляясь за жизнь. - Верни руку обратно. -Думаю, ты это заслужил,- бросил вызов Сейнт, осторожно убирая и другую руку. - Козёл!- взвизгнул Шин, быстро хватая его руки и возвращая их прямо на место, удобно уложив на свои бёдра. - Чёртов, опусти меня или держи как следует,- Он смотрел на Сейнта сверху вниз, губы растянулись в сияющую улыбку. Ту, от которой его сердце билось слишком громко. - Но мне нравится держать тебя вот так,- Сейнт надулся, приблизившись, чтобы приложить голову к груди Шина,- Это мой любимый способ обнимать тебя. Руки Шина переползли с его плеч на шею, а затем в волосы, мягко перебирая пряди. -Оу, щеночек. - Мой Шин. - Угу. Шин массировал его кожу головы глубже, тепло, безмятежно. Притянулся ближе, ноги крепче обхватили талию Сейнта. - Кажется, тебе это нравится, а? - пробормотал Сейнт. - Мой Шин. - Охо , я ждал, чертовски долго, чтобы услышать это,- Шин цыкнул, взъерошивая его волосы. Сейнт уткнулся в его шею. - Назови меня банальным, но ты будешь слышать это каждый день до конца своей жизни. Шин простонал. - Пошёл ты, банальный щенок. И всё же в этих словах было больше нежности, чем в любом любовном признании. Сейнт ещё немного покачал их, прижав голову к плечу Шина, носом уткнувшись в изгиб его шеи. В конце концов, массирование Шина замедлилось, костяшки пальцев мягче вдавливались в голову Сейнта, пальцы легко скользили по прядям волос. Сейнт прошёлся с ним и опустил на стойку, затем откинулся назад с лёгкой улыбкой. - Ты так и не рассказал, как прошёл твой день,- прошептал он, руки замерли на щеках Шина, приподнимая его лицо. Нежно наблюдая, анализируя, зачарованным взглядом. - Не говори таким голосом,- Шин прильнул к прикосновению. - Каким ещё голосом? - Ты снова это делаешь. Сейнт рассмеялся. -Может, это мой голос-любви. - Может, это твой голос «получить-в-челюсть». - щёки Шина залились румянцем, тёплые под его руками. - Боже, мой голос всегда так для тебя звучит,- Сейнт провёл тыльной стороной пальцев по челюсти Шина, поражённый. Словно кожа там была тщательно создана из драгоценных камней,- А теперь расскажи о своём дне. Шин вздохнул в ладонь Сейнта. - Всё норм. Тусил с Джо после футбола. Репетировали проект. Видел, как парню пробили голову баскетбольным мячом. -Жесть,- Сейнт поморщился. - Но он вёл себя как мудак с сокомандниками, так что… - О,- Сейнт кивнул,- Тогда не жесть. Шин замолчал. Сейнт смотрел. Просто взмах пальца, затянувшийся взгляд. Золотистая кожа, мерцающая под тусклым светом, губы, покусанные до вишнёвой красноты. И маленькая отметина на мягкой шее. - Эй, Шин,- Сейнт сглотнул. - Мм? - Можно я поцелую тебя? Шин не ответил. Он двинулся вперёд и прижал свои губы к губам Сейнта. Так нежно, так хрупко. Словно лёгкое прикосновение облаков к его рту. Сейнт закрыл глаза, купаясь в том, что ощущалось как вечность, заключённая в сцеплении губ. Лица так близко, тепло поспешно извергалось, рты сомкнуты друг вокруг друга. Они медленно разъединились с тихим щелчком, смущенные. - Что ты хочешь делать теперь?- спросил Сейнт, осторожно, тихо. Шин улыбнулся, глаза полуприкрыты и затуманены новой тенью - Это ужасно интригует, Тхамнитит. - Нет, я имею в виду… - Сейнт приподнял брови,- Шин, ты и вправду нечто, знаешь? Шин приложил руки к плечам Сейнта, усмехаясь. - Я просто рад, что у нас есть это. - Спустя столько лет, верно?- Сейнт выдохнул дрожаще. Шин кивнул, используя плечи Сейнта как опору, чтобы спрыгнуть со стойки. - Хочешь прогуляться? - Прогулка? Из всех вещей, которые мы можем сделать? - Сейнт вытаращился. - Вы, прямо-таки спортсмен, реально ненавидите саму идею отдыха, господин. Шин закатил глаза. -Заткнись и пойдём в парк. Кто такой Сейнт, чтобы вообще спорить? Он убрал ингредиенты, отправил Барб сообщение, что закрывает кафе, выключил свет и выскользнул за дверь. Ночной воздух был холоден, как приветствие врага, обвивая их ладони. Сейнт протянул руку. Шин фыркнул, прежде чем продеть в неё свою. На дорогах были люди, в основном уставшие, только закончившие работу и направлявшиеся домой. Тусклый свет из ближайших ресторанов и магазинов был как крошечные плавучие маячки на улице. - Эй, Сейнт,- Шин придвинулся ближе,- Ты сказал, что вы с Джен всё закончили. - Да,- Сейнт промычал, жестом предлагая ему продолжать. - Как? То есть… разве она не была без ума от тебя?- спросил Шин, немного приунывший. Сердце Сейнта дрогнуло. - На самом деле это она меня раскусила,- он толкнул егов плечо. - Сказала, что я ужасно очевиден,когда дело касается тебя. Шин тихо рассмеялся. - Правда? - Да. Она отнеслась к этому довольно круто. Наверное. - Странно,- Шин в задумчивости почесал подбородок,- Конг тоже отреагировал на удивление нормально. - Просто люди сейчас такие, малыш,- Сейнт пнул камешек,- Коммуникация - ключ ко всему и всё такое. Малыш. Сейнт называл Шина так бесконечно раньше. В шутку, как прикол. Он никогда не задумывался, почему это слово так легко слетало с его губ. Почти как будто оно было вылеплено у него во рту для Шина. Теперь он понимал. Оно всегда хранилось в его сердце и ждало этого момента. - Да, да, я понимаю, но…,- брови Шина сдвинулись,- Всё произошло так быстро, так просто. Я имею в виду, для них это должно было быть немного более душераздирающим. -Ой, Шин, ты просто жесток,- Сейнт покачал головой. Они добрались до парка, направившись к беговой дорожке, где пробегала ещё одна пара; одна девушка с хвостиком в графической толстовке, другая с косами и аирподсами в ушах. Сейнт просиял. - Мило. Похоже, полночь — самое романтичное время для прогулки в леденящую зиму. - Видишь, я гений,- Шин цыкнул. - Нет, ты сумасшедший. - Напомни, кто бесстыдно заявлял, что он скорее посвятит свою душу своему ещё-не-парню, чем будет учиться, как нормальный человек. - Тушé, casa mia», - усмехнулся Сейнт. - Это cara mia, идиот,- Шин рассмеялся, разъединяя их руки, чтобы шлёпнуть его по затылку. - По крайней мере, ты понял посыл,- Сейнт пожал плечом. Они были в самом разгаре перепалки, когда две девушки остановились на середине пробежки, хихикая и целуя в шеи друг друга. - Тшшш,- Сейнт оттянул Шина в сторону, за ствол дерева, рукой прикрывая рот Шина,- У них момент. -Сейнт!- Шин прошипел, отталкивая его руку,- Какого чёрта? - Не порти его! Две головы выглянули из-под ветки. Девушка с косами приподнялась на цыпочках и поцеловала другую, их руки сплетены, словно это привычка многолетней давности. Девушка с хвостиком наклонилась и притянула их вплотную друг к другу, обвив рукой талию. Они стояли, медленно и мирно под светом луны. - О, моё сердце,- прошептал Сейнт. - Ты такой тупой,- Шин снова шлёпнул его. - Ты ревнуешь? Тоже хочешь поцелуйчик, П'Шин?,- Сейнт наклонился, выпячивая губы. - Ты придурок… Без предупреждения Сейнт дёрнул его за губу. - Чёрт,- Шин аж присвистнул, быстро отстраняясь, глаза потемнели,- Сейнт, клянусь богом, мы же в парке. - Ладно, сдаюсь,- Сейнт поднял руки,- Плюс, я джентльмен, так что буду держать себя в руках до нашего первого свидания. - Дразнила. Давай уже,- Шин нахмурился. - Только если…- начал Сейнт с озорным выражением лица. - Сейнт… - Ещё один поцелуй Шин скрестил руки, глаза смягчились в уголках. -Ладно,- Он подкрался, оставил лёгкий поцелуй на щеке Сейнта. - Я люблю тебя,- Сейнт выдохнул эти слова. - Я… - Шин усмехнулся, рука на плече Сейнта, ветер шевелил его волосы. - Люблю тебя сильнее. - Да! - Сейнт потряс кулаками в воздухе. - Да! Да! О… чёрт…- он понизился до шёпота,- Упс. - Идиот. - Малыш. Да. Эта заноза была той, с которой Сейнт не против был мучиться. Совсем не против.