Бесконечное множество

Утро в хостеле началось со слов Ваймака, произнесённых с голосом человека, который уже сожалеет, что проснулся: — Кто... насыпал песок в коридоре?.. Он стоял босиком, с чашкой кофе, и выглядел так, будто прошёл через пустыню лично — хотя шагнул всего пару метров от своей комнаты. — Это не я, — тут же заявил Ники, держа в руках фен, — я, конечно, делаю хаос, но не настолько. — Слушайте, — протянула Элисон, — а откуда вообще взялась эта пыль? У нас же окна были закрыты! Эндрю молча смотрел на следы на полу. Они выглядели так, будто кто-то прошёл босиком по песку, а потом исчез. Слишком аккуратно, чтобы быть случайностью. — Может, наш хозяин ночью устроил… ритуал чистки? — усмехнулся он. — Или закопал кого-то во дворе, — добавила Элисон. — Эй! — подал голос Ники. — Тут, кстати, на зеркале что-то написано! На запотевшем стекле ванной красовалась фраза: > «Солнце всегда помнит тех, кто его боится» — Вот теперь я точно хочу уехать, — пробормотала Ден. На кухне пахло свежим хлебом и кофе. Натаниэль стоял у окна, в той же рубашке, только теперь рукава были закатаны, а волосы чуть растрёпаны. Он выглядел подозрительно бодро, будто вообще не спал. — Доброе утро, путешественники, — произнёс он слишком весело для восьми утра. — Что у вас за проблемы с песком? — мрачно спросил Ваймак. — У вас он повсюду! — Ах, это, — Натаниэль отмахнулся. — Дом старый. Иногда песок просачивается сквозь память. — Сквозь что? — уточнил Ники. — Сквозь фундамент, — быстро поправился тот, улыбнувшись. Эндрю лишь прищурился. — Угу. А зеркала тоже старые? — Очень, — серьёзно кивнул Натаниэль. — Они любят повторять то, что слышали тысячи лет назад. Ваймак приложил руку ко лбу. — Мне определённо за это не доплачивают…

***

После завтрака Натаниэль повёл группу на задний двор — показать им старый колодец, «сохранившийся с времён, когда звёзды были ближе к земле». Все шли полусонные, кто-то зевал, кто-то тихо бурчал, но Ниэль, как всегда, говорил с таким увлечением, будто каждое слово — песчинка из вечности. — Если слушать внимательно, — сказал он, наклоняясь над колодцем, — можно услышать, как вода шепчет имена. Ники склонился рядом и прислушался. — Мне кажется, я слышу «иди спать»… — Это не вода, — мрачно заметил Эндрю. — Это твоя совесть. Все засмеялись, кроме Натаниэля. Он на мгновение замер, глядя в глубину колодца. Порыв ветра пробежал по двору, и на поверхности воды дрогнула чёрная тень. Когда экскурсия закончилась, солнце уже клонилось к закату. Лисы собирались по комнатам, Ваймак проверял списки, а Эндрю всё ещё не мог избавиться от ощущения, что что-то здесь не так. Он снова спустился вниз — и увидел, что в холле стоит незнакомец. Высокий мужчина в длинном плаще цвета песка, лицо частично скрыто тенью. Натаниэль стоял напротив, руки сложены за спиной. — Ты опоздал, — сказал Ниэль спокойно. — Время — иллюзия, — ответил гость. Голос у него был низкий, чуть гулкий, словно говорил сам воздух. Он достал из-за пояса небольшой свёрток и протянул его. — От тех, кто ещё помнит твоё имя. Натаниэль развернул ткань — внутри лежала идеально чёрная роза. Лепестки блестели, будто отполированные обсидианом. Эндрю, стоявший у лестницы, непроизвольно задержал дыхание. — Это что, сувенир? — бросил он. Гость повернул к нему голову — глаза под тенью плаща сверкнули золотом. — Это память, мальчик. Она пахнет вечностью. Ниэль взял розу и чуть склонил голову: — Передай, что я всё ещё здесь. И да… я скучал. Гость кивнул — и исчез. Не ушёл. Исчез. Воздух дрогнул, словно растворил его в себе. Натаниэль ещё долго смотрел на розу в руках. Она не вянула. И не казалась живой. — Кажется, у вас интересные друзья, — произнёс Эндрю, выходя из тени. — Старые, — ответил Натаниэль. — Слишком старые, чтобы их объяснять. Он поднял взгляд — и улыбнулся. — Не беспокойся. Пока цветок не завянет — всё в порядке. — А если завянет? — Тогда снова начнётся история. Эндрю усмехнулся. — Люблю оптимистов. — Нет, — тихо ответил Натаниэль, глядя на розу. — Я просто давно перестал бояться конца. Чёрная роза медленно блеснула в лучах заката, и казалось, что на миг солнце остановилось — прислушаться.