Я ненавижу тебя, я люблю тебя

Слёзы подступили к глазам ещё в коридоре, но он заставил себя сглотнуть. Он — Эрик Теодор Картман, чёрт подери, он не плачет, особенно из-за какого-то рыжего лицемера, который решил вдруг поиграть в взрослого. Идя по школьному коридору, всё казалось тусклым и глухим, как будто его выдернули из реальности и воткнули в какой-то мутный фильтр. Он ненавидел это ощущение, ненавидел, что Кайл сказал то, что не имел права говорить. Картман не помнил, как дожил до конца дня, всё расплывалось, как в тумане. Каждая перемена становилась очередным поводом сорваться на первого, кто попадется под руку, огрызнуться, унизить, если повезёт избить какого-то ботана в туалете, всё, чтобы хоть на секунду не чувствовать, как внутри всё горит и разъедает, бессильная попытка хоть как-то заглушить обиду. Придя домой, он прошёл в прихожую так же незаметно, как провёл весь этот день, ему даже не хотелось посмотреть в сторону матери, лишь бросив резко и глухо “пошла ты нахер”, и захлопнув за собой дверь с таким грохотом, будто хотел отсечь всё, что снаружи. В ответ на это, Лиэн, как всегда, осталась молчать, как будто и не услышала. “Мы никогда не были друзьями.” Фраза всплыла в голове, будто её только что выкрикнули. Она застряла внутри тяжёлым, ледяным комком. Картман скривился, сжав кулаки до боли, хотелось что-то разбить, закричать, плюнуть на всё, но даже на это не осталось сил. Только тупое, омерзительное чувство. Как бы он не пытался найти виноватых, в итоге продолжая возвращаться к себе. Всё это время он притворялся сильным, прятался за грубостью, орал, оскорблял, а внутри лишь одно — мерзость, пустота и одиночество. Хуже всего было осознавать, что он сам поверил что Кайл был чем-то большим, чем просто… хуже чем даже одноразовый знакомый. “Всё это, вся наша "дружба"... она не настоящая. И никогда ей не была.” Он сжал до боли зубы. “Ну и хрен с вами, вы еще пожалеете что кинули меня, а я найду тех, кто поймёт. Где-то. В сети. В любом месте, только не здесь” Пронеслось в мыслях Картмана, достав телефон дрожащими от злости руками. Он переходил на случайные сайты и чаты, злился на незнакомцев и писать какую-то ересь в Твиттере где его поддерживали такие-же обиженные и злые пользователи, так продолжалось до тех пор пока один аккаунт не разогрел у него особый интерес, название у него было весьма простым. “Рай анорексика” Попавшая публикация не отличалась ничем интересным, какая-то девушка сфотографировала свои аномально худые ключицы с подписью “всего за пару дней я скинула 5 килограмм и только посмотрите на это!” Под её постом были осуждения, обвинение в пропаганде “смерти” и прочее в стиле твиттерских, что вызывало скорее смех и не более. Перейдя на аккаунт, Картман начал изучать его содержимое, сначала просто читал, а потом начал писать. Писал то же, что и те, кто возмущался, ставил клеймо «фэтфобы» и доказывал, что толстое тело прекрасно, а они пропагандируют уродство. Но с каждым новым постом, с каждой новой фотографией, где чьи-то рёбра проступали сквозь кожу, он чувствовал, как внутри появились странные и противоречивые чувства. От мыслей его отвлек звук сообщения, а на экране появилась подпись “Чмошник отправил Вам новое сообщение” ”Эрик, почему ты игнорировал меня весь день в школе? Я волновался, дружище.” Картман уставился на экран. Баттерс. Всегда такой наивный, всегда рядом, даже когда его не звали, и он хотел ответить что-то резкое, оттолкнуть, но пальцы зависли над клавиатурой, на удивление Картмана не желая писать резкие оскорбление. Вздохнув, Картман всё же начал печатать. “Баттерс отстань, у меня нет настроения на твои глупости.” “Прости Эрик! Я просто волновался, но если тебе что-то нужно, я рядом.” Картман почувствовал, как внутри что-то дрогнуло, он не мог сказать что именно это было, возможно чувство вины, ведь он слишком долго даже не обращал внимание на то, что у него всё ещё есть друг который всегда готов поддержать и терпеть его выходки, а может это были просто эмоции и усталость, в любом случае, точно определить это он не мог, как и ответить, поэтому просто положил телефон рядом, даже не выключив чат. В этот момент в дверь его комнаты послышалось тихое поскребывание. — Нет, Китти, это мой пирожок! — автоматически пробормотал он, но тут же осёкся. Дверь комнаты приоткрылась, и в комнату вошла серая худая кошка, она прыгнула на кровать и устроилась рядом с Картманом, свернувшись клубком, он не оттолкнул её, а просто продолжал лежать, чувствуя её тёплое дыхание. — Хм, ты то хоть меня не предашь? — пробормотал он поглаживая шерсть кошки, не ожидая ответа, но при этом отлично зная его, и впервые за день позволил себе немного расслабиться и даже улыбнуться. *** Картман не знал, сколько пролежал так, глядя в потолок и механически поглаживая мягкую шерсть Мистера Китти. В груди снова поднималась привычная пустота, раньше он смеялся над такими вещами, всех ненавидел и всех побеждал, но время показало что всё это оказалось не более чем ширмой, защитной оболочкой, которая теперь слишком быстро трещала по швам. Он снова взял в руки телефон, и выключив чат с непрочитанными сообщениями по типу “почему ты игноришь? Что-то случилось?”, снова открыл группу “Рай анорексика”. Там были всё те-же посты, кто сколько продержался без еды, кто сколько сбросил, кто как себя наказывает за съеденное, и так далее, он хотел написать в комментариях гадости, называя всех идиотами, высмеивать их “палочные тела” и доказывать что он один прав кидая жалобы. Но что-то не давало этого сделать. Он поймал себя на мысли, что не может оторваться, смотря на этих людей с завистью, смотря фото “до и после”, где такие же как он, всего за месяц становились скелетами обтянутые кожей. Он хотел также. Даже если это будет значит смерть. Ему так даже больше нравится. Немного подумав, он подписался на группу, включив оповещение на каждое сообщение и публикацию от неё. *** Впервые за много лет, он почти не ел последние три дня. Просто… не хотелось. Каждый раз вспоминая те фото, тела, а на лицах неподдельное счастье, что-то по настоящему отталкивало от еды, всё внутри было тошнотворно плотно затянуто и он не был против, если это значило что он приблизится к увиденным результатам, то почему-бы и нет? Сидя на втором уроке в школе, телефон завибрировал отвлекая от очередных мыслей, и незаметно достав его, он увидел что это была новое сообщение “Рая анорексика”. “Кто хочет начать новый челлендж, 15 дней только вода? Пишите в комментариях, кто с нами?” После этого сообщения, Картман без сомнения написал “Я с вами”, не сильно думая о последствиях, да и кто в интернете ему помешает нарушить правила если он захочет? Он нажал “отправить”, и в ту же секунду снова почувствовал, как что-то дрогнуло у него в животе, не от голода, а от странного чувства внутри, неожиданно осознав что он делает последние пару дней. Ведь это был уже совсем не он, но что-то заставляло так поступать. Он знал, что мать заметила но ничего не сделала, как всегда, безразличная и никогда ни при делах. Знал что Баттерс будет пытаться ему писать и поговорить, но он не будет даже пытаться выслушать. Знал что Кенни и Стэн вряд ли даже вспоминают о нём, гуляя вместе как обычно со своей компанией. Только Кайл, то и дело смотрел в сторону Картмана, взглядом как прежде, но при этом более грустным и сожалеющим. Собираясь что-то сказать но вовремя останавливаясь, снова держась в стороне как ни в чём ни бывало.