За чертой

1. Волк знал, чем это закончится для Яниса. С самого первого слова, ещё увидев его лицо, когда Янис поднимался на помост – всё уже было ясно. Никто из людей архиепископа не оказался достаточно преданным, чтобы убить свидетеля прямо там, на втором слове. Но это – всего лишь вопрос удачи. Волк знал: до вечера Янис не доживёт. Кто-то из слуг герцога Сонлэ накинул ему на плечи тяжелый синий плащ и провёл к боковому выходу. Волк прихрамывал. Любопытных на этой холодной улочке было немного – но несколько человек его узнали. Волк нырнул в переулок. За спиной кто-то шёл – в отдалении, не нагоняя, но и не отставая. Волк свернул снова, наугад выбирая самую узкую улочку. С третьей попытки отыскал глухой двор – все окна закрыты, двери забиты досками. Запах нечистот, мелкие цепочки крысиных следов по снегу. Ни одной струйки дыма над крышам. Он повернулся и стал ждать. И в этот момент смерть настигла Яниса. Быстро, безжалостно. Волк не позволил себе даже закрыть глаз, когда ощутил, как раскрывается и захлопывается Дверь. Он вернёт его. Или заблудится на Той стороне, среди скалистых обломков и чёрного дыма, безуспешно пытаясь отыскать. Или так, или иначе – потому что он не отступит. В арке двора появился преследователь. Молодой парень, уверенный и злой. Серая лента на потрёпанной куртке. Растрёпанные рыжие волосы. Веснушки на бледном лбу и замёрзших щеках. – Ты подходишь, – сообщил ему Волк. Преследователь хищно пригнулся. В руке блеснуло лезвие короткого уличного ножа. Он оглянулся – не как будто ожидая подмоги, скорее проверяя, что ему не помешают исполнить задуманное. Волк шагнул вперёд. – Сколько тебе обещали заплатить? – спросил он. – Я убью тебя бесплатно, – бросил рыжий. Волк перехватил его руку. Вывернул за спину, подбил противника под колено, шагнул назад, роняя его на спину на грязный снег. Выпустил запястье. Придавил лежащего коленом. Пока тот не успел прийти в себя, держась левой рукой за вывихнутое плечо – Волк подобрал нож. – Не надо! Нож пробил сердце. Короткий бессвязный рывок, судорожный выдох. Взгляд парня застыл, остановившись на обледеневшей стене старого дома. Волк выдернул нож. Вытер лезвие о снег, слушая наступившую тишину. А потом зажал рукоять ножа в зубах и, не колеблясь, быстро и с усилием провел вниз по лезвию правым запястьем. *** Земля была влажной, пружинила под каждым шагом. Изумрудные ниточки мха, белые и рыжеватые лишайники. Пучки травы. Вокруг – до самого горизонта – травы и мох, и синее небо отражается в лужах. Он шагал вперёд, подставляя лицо ветерку, пахнущему водой и солнечным светом. Ни боли, ни страха, ни усталости. Он только хотел знать, о какой потере сожалеет сердце. Это казалось важным – помнить. Словно сокровище, которое он не может обрести, но может знать, что оно когда-то было. Его осторожно обняли за плечи, останавливая. В груди засиял рассвет, золотыми лучами разлилось узнавание. – Ты! – Пойдём со мной. Я тебя не отпускаю. Он не стал ничего спрашивать. *** Янис судорожно вдохнул. Пальцы царапали шею, пытаясь стянуть верёвку. Резкий запах крови. Опустошающая слабость. Пронзающая боль в груди. Ужас, пробегающий вдоль по позвоночнику: он всё ещё жив. Он живой в руках толпы. – Тише, – пальцы наткнулись на преграду, он впился ногтями в чужую руку. Вцепился изо всех сил, в отчаянной попытке защититься. Руку отдёрнули, вырывая из его пальцев. Янис открыл глаза. Сначала увидел над собой только бездонную синеву. Потом заметил обрамление крыш. И только потом – Волка, который сидел в снегу на коленях, и держал нож в отведённой для удара руке. Он встретились взглядами: Волк смотрел расчётливо, выжидая; Янис – ошеломлённо, глазами полными паники. Только что он умирал, сражаясь за свою жизнь. А теперь вокруг – тихо и пусто. Что случилось? Пауза затянулась. Янис вдохнул, ощущая воздух бесценным даром. Осторожно потрогал шею. Пальцы скользнули по мокрой коже. Он приподнял руку на уровень глаз: кровь. Несколько мгновений он смотрел на подушечки пальцев, пытаясь сообразить, что не так. И вдруг закашлялся, захлебываясь тихим смехом. Свернулся в грязи на боку, прижимая руки к груди. – Я, – пробормотал он, рвано дыша, – не ожидал от тебя… не думал… ты?.. Волк приподнял его, прижал к себе. Янис кое-как обхватил его плечи руками и замер. Из глаз покатились слёзы, обжигающе горячие. Мыслей не было. Только пробирающий до костей холод от заледеневшей одежды и мёрзлой земли. Под его ладонями были горячие плечи Волка. Волк был живым и рядом. Облегчение ощущалось как невыносимая боль. – Нужно идти, – сказал Волк. – Мы должны уходить. Янис не пытался встать. Соскользнул на землю, когда Волк решил поставить его на ноги. – Янис, – голос Волка стал жестче. – Подъем. Янис запрокинул голову, заглянул в лицо Волка с жалобным вопросом: “Зачем?” – Мы слишком близко от Храма, – терпеливо пояснил Волк. – Здесь есть люди, которые знают меня в лицо. И хотят убить. Например, ты, – он наклонился и сорвал с плеча Яниса серую ленту. Янис непонимающе поглядел на ленту, упавшую в истоптанный снег. Качнул головой, не стал ничего уточнять. Думать было слишком сложно, даже сложней, чем двигаться. Волк снова подставил ему плечо, и на этот раз Янис заставил себя встать и выпрямиться. Ноги подрагивали, но держали. – Это недалеко, – пообещал Волк. – Всё, что от тебя требуется – просто молчать, и кивать, подтверждая мои слова. Янис кивнул. Такой план его полностью устраивал. 2. – Что произошло? Слова долетали до Яниса сквозь густой туман. – Про суд суд вы знаете, не так ли? – Да, я был там. – Когда меня оправдали, я пытался уйти переулками, но меня догнали. Этот юноша попытался вступиться – и его ранили. Голос Волка. Спокойный, учтивый, сдержанный. – Что с ним? – Ничего серьёзного. Его оглушили. В голове понемногу прояснялось. Янис пошевелился, сильнее заворачиваясь в одеяло. – А кровь? – Кровь, в основном, не его. Не о чем беспокоиться. Благодарю вас, что согласились помочь. Волны сна тихо накатывали на сознание Яниса, и отступали, пока он слушал. – А вы – ранены, господин Рэй? – голос Принца звучал уважительно, но настороженно. – Не стоит беспокойства. На какое-то время наступила тишина. Она длилась и длилась, и Янис встревожился, не зная, что происходит. – Я рад, что вас оправдали, господин Рэй, – снова заговорил Принц. – Хоть это и было несколько… неожиданно. – Для меня ничуть не меньше, чем для вас. Я не ожидал, что эта девушка решит заговорить. – Янис рассказывал о ней в Академии, – задумчиво сказал Принц. В голосе Волка прорезались нотки сдержанной ярости: – Не упоминайте при мне Яниса. Сожалений я от вас не жду, но обсуждать его с вами не намерен. Янис словно укутали согретым на печи одеялом: столько тепла вызвали в нём эти слова Волка. – Хорошо, господин Рэй, – тут же согласился Принц. – И всё же – что вы намерены делать дальше? – Мы отравляемся в Сашим. Вы с нами? – Вы? – уточнил Принц. – Вы берёте с собой этого юношу? Стоит ли? Янис приподнял голову, гневно отыскал взглядом Принца. Тот стоял возле окна, опираясь на подоконник одной рукой, лицом к Волку. – Я вас не знаю, господин, но вы мне уже не нравитесь, – сообщил Янис. – Моя сводная сестра – некромантка. Конечно, я отправлюсь с Рэем. – Прошу прощения, – Принц вежливо наклонил голову. – Я не знал, что вы нас слышите. Не хотел, чтобы мои слова прозвучали как грубость. Как зовут вашу сестру? – Тисэ, – Янис твёрдо встретил его взгляд. – А меня зовут Кэйто. – Меня называют Принц, – представился некромант. – Рад знакомству, господин Кэйто. Я встречал вашу сестру. Надеюсь, с ней всё в порядке. И искренне благодарен вам за то, что вы защитили моего коллегу. Янис недовольно хмыкнул, и снова лёг. Волк задумчиво – и, как показалось Янису, иронично – сказал: – Я и сам не до конца уверен, что стоит подвергать моего защитника такому риску. Но, так или иначе, у него не меньше причин в этом участвовать, чем у нас с вами, Принц. – Я могу рассчитывать на ваше благоразумие? – медленно спросил Принц. – Вы и сами не проходили должного посвящения. Вы можете обещать, что не станете обучать его? – Разумеется. Даю вам слово. Янис улыбнулся, сворачиваясь в удобное положение, и закрыл глаза. *** Когда он проснулся, за окном уже темнело. В комнате горела лампадка, в углу стола застыл силуэт Волка. Янис осторожно сел. Голова закружилась, но это сразу же прошло – а Волк уже пересёк комнату и оказался рядом. Волк присел на корточки рядом с кроватью, заглянул в глаза Яниса. Янис осторожно протянул руку, коснулся его плеча. Сказал: – Со мной всё в порядке. Волк кивнул. Лицо его приняло странное выражение. Теперь он разглядывал Яниса с затаённым любопытством. Янис досадливо фыркнул, отвернулся, смутившись. – Здесь есть зеркало? Где Принц? – Принц ушёл снаряжать нас в путь, – Волк начал отвечать с конца. – А зеркала тут нет. Но я могу тебе описать, если пожелаешь. – Будь так любезен! – Хорошо, – Волк поднялся, сел на кровать рядом. Теперь он смотрел на Яниса, как на картину. – Прежде всего, я должен сообщить тебе, что ты по-прежнему рыжий. – Да? – растерялся Янис. – Вроде бы такой редкий цвет. Или, – быстрый смешок, – это просто твои вкусы? И тут же в глазах мелькнуло опасение: так ещё можно шутить? – Не думаю, – Волк взял его ладонь, поднял к голове Яниса, предлагая потрогать отросшие почти до плеч пряди. – Скорее уж я подбираю внешность сообразно твоему характеру. Но, если тебя это беспокоит, выглядишь ты привлекательно. – Да? – уточнил Янис, с трудом сдерживая довольную улыбку. Он скользнул пальцами по лицу, пытаясь представить. – Да. Не знаю, скажет ли это тебе о чём-то, но такие лица изображают на картинах у молодых благородных рыцарей – только ты при этом рыжий, и это добавляет образу дерзости. Ну и твой взгляд никаким лицом не спрячешь. Янис неловко потянулся, спрятал лицо на плече Волка. Пока подбирал, что сказать, Волк заговорил снова. – Не знаю, заметил ли ты, но я учёл твои прошлые пожелания. Теперь ты определённо парень. – Ну ты и мразь, – восхищённо протянул Янис. Волк скользнул рукой по его спине, обнимая крепче. – Я мог бы сказать тебе то же самое. Я в ярости от твоей выходки в суде, Янис. Ярости в голосе Янис не расслышал. – Как же так? – усмехнулся он. – Соглашусь, я солгал, но только один раз! – Прошу, скажи, что ты поднялся на помост не для меня, а для Гильдии, – очень серьёзно попросил Волк. – Ммм, да, – Янис поёжился. – Я, если честно, не особо рассчитывал, что тебя отпустят. Я просто увидел шанс сделать то, что мы хотели. – Хорошо, – похоже, Волк не собирался выпускать его из объятий. – На Суде ты сказал одну очень важную вещь. – Ты о чём? – Ты должен перестать обращаться со своей жизнью как с разменной монетой. – Хм… – Янис улыбнулся, взъерошил свои волосы. – Знаешь, я думал, что хорошо понимаю намёки, но в одном я, похоже, затупил. – Прости? Янис чуть отодвинулся, чтобы видеть лицо Волка. В глазах Яниса – весёлые искры. – Похоже, этот город хочет меня убить, – сообщил он серьёзно. Но сразу же не выдержал и тихо засмеялся. Волк подождал, пока Янис снова на него взглянет. – Есть ещё один намёк, который ты упускаешь, – сказал он. – Да ну? – Так и есть. Волк встал, прошёл по комнате. Янис промолчал. Посмотрел на свои пальцы, всё ещё испачканные кровью. Я тебя не отпускаю. – Волче, – позвал он растерянно. – Мой аметист? Как, вурдалаки забери, ты его отыскал? Волк поморщился. Это было понятно: Янис и сам уже пять лет избегал таких выражений. – Ты нашёл, где я ночевал? – У меня не было на это времени, – покачал головой Волк. – Я попытался притянуть тебя твоей кровью. – Чем?.. – Твоей кровью. Я вспомнил, как ты напоил меня своей кровью, и подумал, что если в моей крови остался хоть след от неё, это могло бы для тебя сработать, – он кивнул, указывая взглядом. – Кровь на твоих руках – это моя кровь. – И это сработало? – потрясённо переспросил Янис. Они оба умолкли. Янис вдруг почувствовал себя голым без своей броши. Он зябко повёл плечами. – Ты действительно хочешь дождаться Принца? – уточнил он. – Я бы ушёл прямо сейчас. Не хочу в этом городе и минуты лишней оставаться. Ещё и всю дорогу пытаться не перепутать, как тебя зовут на этот раз. Волк покачал головой. – Он всё равно за нами двинется, пусть уж будет под присмотром. Янис скривился, но спорить не стал. 3. Янис уснул в палатке. Волк сидел у огня, подкармливая его мелкими веточками. Мысли его то и дело возвращались к спящему. Мороз усиливался. Стоило отвернуться от костра, и ресницы покрывались инеем. Принц принёс ещё хвороста, сел рядом, глядя в огонь. Волк устроил костёр по всем правилам: почти никакого дыма, и свет заслоняют густые заросли душистых игольчатых кустов. Вблизи столицы нужно было быть предельно осторожными. – Как вас выследили, Рэй? – мягко заговорил Принц в ночной темноте. – Вурдалак, – отозвался Волк. Потом пояснил: – На постоялом дворе, где я остановился. Я выполнил свою работу, но выдал себя. Принц понимающе кивнул. – Вас снова допрашивали? – Нет. Архиепископ предложил сменить сторону, но настоящего допроса не было. – Вы говорили с Архиепископом? – Недолго. – Какое он произвёл на вас впечатление? Волк задумался. – Умный человек. Властный. Коварный. Безжалостный. Бесчестный. Не думаю, что он в самом деле боится некромантов. Скорее, наоборот, слишком хорошо знает, что опасаться нас не стоит. Принц понимающе качнул головой. Подбросил веточку в огонь. – Очень хороший костёр, – сказал он. – Вас тоже Охотница научила такой разводить? Волк кивнул. А потом поднял голову, каменея, и встретил взгляд Принца. Принц пока молчал, но взгляд выражал ясно: “Теперь я знаю, что ты мне лгал.” – Кто вы, Рэй? – спросил, наконец, Принц. – Как вас по-настоящему зовут? Волк помедлил. – Думаю, вы уже поняли. – Думаю, я уже понял, – повторил Принц. – Волк. Я должен был узнать вас раньше, – сказал он печально. Потрескивал костёр во тьме. Легкий ветерок пробегал по ветвям, роняя с них снежинки. – Значит, Янису удалось, – сказал Принц. – Это… многое проясняет. В общем-то, это проясняет всё. Ваш разговор, который я слышал в ученической роще. То, почему и как вы ему помогли. Ваши чувства по поводу его смерти. Волк молчал. – Ну и что же? – спросил Принц с горечью. – Вы довольны своей судьбой? Кем вы стали, Волк? – Прошу прощения? Принц вздохнул, выпрямился. Потребовал, отчётливо напомнив сейчас Мастеров: – Прочтите мне кодекс Гильдии Некромантов, Волк. Волк приподнял бровь. – Разумеется. Проходя посвящение Гильдии, я клялся: “Не отказывать в помощи. Защищать. Не нарушать закона об одеянии. Не брать чужого. Не вредить живым. Не раскрывать чужих тайн. Не использовать тайные знания для собственной выгоды или во вред живым. Не раскрывать тайн непосвящённым. Не нарушать законов гильдии: не убивать людей и не проливать их кровь, если только они не нападают первыми. Не скрывать правду от Мастеров. Не лгать. И…” – И? – “Не идти против Смерти.” Принц медленно кивнул. – А теперь скажите мне, Волк, которые из строчек кодекса вы ещё не успели нарушить? Волк опустил взгляд. Повторяя про себя строчки, он чувствовал, как сердце наполняется холодом. – “Не отказывать в помощи”, – сказал он безжизненно. – “Защищать.” “Не раскрывать тайн непосвящённым”. Принц смотрел на него почти с сочувствием, переплетённым с разочарованием. – Я когда-то вас знал, Волк, – сказал он. – Но больше не узнаю. Законы и запреты существуют не просто так: есть причины, почему мы осуждаем на смерть оступившихся. Вернувшись с Той Стороны вы пересекли черту. Пусть и не по своему выбору – но ведь вы согласились принять этот отравленный дар. После этой черты есть путь только вниз. Волк не мог ничего сказать. Кровь на его руках, казалось, въелась в кожу, и сейчас жгла изнутри, как яд. Он помнил, что чувствовал, убивая. “Кем вы стали?” Сейчас он мог испытать к себе только отвращение. – Неужели вы скажете, что вы этого не знали? – спросил Принц так, словно бережно вонзал клинок в его сердце. – Я это знал. Волк в смятении нащупал кинжал. Он знал, что должен сделать. Но может ли он поступить так с Янисом? Бросить его сейчас, вместо того, чтобы прикрывать его спину, защищая до самого конца? – Принц, – сказал он, с трудом заставив себя произнести хоть слово. – Я остался жить только потому, что должен был защитить Гильдию. Вы своими глазами видели, что происходит. – Видел, – подтвердил тот. – Волк, я не могу убить вас – это запрещено. Не могу и заменить суд Мастеров. Янис уже был осуждён – я лишь привёл приговор в действие. Я не стану брать на себя право судить вас. А прямо сейчас… я действительно нуждаюсь в вас, чтобы защитить Гильдию. Волк кивнул: – Но когда это закончится, – сказал он, полный презрения к себе, – я клянусь вам, Принц, я приду к вам и позволю вам убить меня – или сделаю это сам, если вам помешает закон. Принц молчал, и Волк повторил, чувствуя холодную радость от этого решения: – Я клянусь. – Хорошо, – сказал Принц прохладно. – Может быть, вы действительно это сделаете. Тогда я смогу сказать, что я не ошибался в вас. 4. Янис выбрался из палатки в тусклое зимнее утро. Холод сразу же обжёг дыхание. Он спрятал пальцы в рукава куртки, осматриваясь. Костёр. Волк. — А где Принц? — спросил Янис, занимая свободное место на поваленном древесном стволе. — Отошёл проверить силки. Янис покосился на разделяющее их расстояние. Хотелось придвинуться, прислониться к чужому плечу. Он остался на месте, досадливо покусывая губы. Протянул руки к огню. — Как ты себя чувствуешь? — спросил Волк. Сегодня он был странно спокоен, как будто бы ушёл очень далеко в подземные переходы своей памяти — и не собирался возвращаться. — Странно, — признался Янис. — Тошнит. В голове туман. Не хочется просыпаться. Но в прошлый раз было то же самое. Волк кивнул, и снова умолк. Янис услышал, как хрустит снег под чьими-то шагами. Ветви кустов раздвинулись, роняя снег и пропуская на полянку Принца. — Ничего, — сообщил он, садясь рядом с Волком. — Доброе утро, господин Кэйто. Янис не сдержал зевок. — Жутко холодно, — пожаловался он. — Мы так и будем до Сашима идти пешком? Может, найдём извозчика? Принц вздохнул. — Разве что вы, господин Кэйто. Нас с Рэем лошади терпеть не станут — по отдельности ещё может быть, но два некроманта — нет. Янис раздражённо сощурился. — А это правда, — спросил он с деланным любопытством, — что некроманты могут ездить на мёртвых лошадях? Ни следа улыбки на лице Волка. И он даже не взглянул на Яниса. — Боюсь, что нет, — серьёзно ответил Принц. — В сказках мы гораздо более могущественные, чем в жизни. — Да ну? — Янис приподнял брови. Странное напряжение росло, и язвительность была самым привычным решением. — И что, глазами ночных птиц вы тоже смотреть не можете? — Увы. — Говорить с мёртвыми? Принц мягко улыбнулся. — Господин Кэйто, вы размышляете о карьере некроманта? Или пытаетесь понять, что из рассказов вашей сестры было правдой? Янис пожал плечами. — Она ничего не рассказывала, — мрачно сказал он. — Сказала, что ей нельзя. Принц кивнул. Волк поднялся на ноги. — Выдвигаемся, — сказал он, по-прежнему не глядя на Яниса. — Путь неблизкий. Янис молча прошёл к палатке. Вместе с Принцем они отвязали навес от деревьев и свернули палатку на снегу, чтобы убрать в рюкзак Волка. Янис закинул на плечи свой дорожный мешок. Глотнул тёплой воды из котелка. Умыл лицо, постоял над тлеющими углями, чтобы дать ему высохнуть. Потом пронаблюдал, как Принц заливает костёр остатками воды и убирает котелок к себе в поклажу. Всё было готово. Янис проверил нож — на месте, в ножнах в рукаве. Задумчиво оглянулся на Волка. Что-то он упустил, что-то случилось между ними — только вот что? *** Им повезло. К ночи вышли на одинокий жилой хутор, и ни Принц, ни Волк не сказали ни слова против. Потрескивали обледеневшие деревья. Хрустел снег. Они добрели до двери. Янис постучал – замерзшее железо дверного молотка обжигающе липло к пальцам. — Пустите на ночлег? — слова застывали на губах, но хозяин их всё равно понял. — Конечно, конечно, заходите. Вурдалачий холод, а? Янис мог только кивнуть. Одеревеневшими пальцами стащил с плечей мешок, скинул куртку, позволяя почти горячему воздуху дома окружить его, впитываться в одежду. Нахлынувшее облегчение, когда дверь закрылась и отрезала их от ледяной синевы, заставило его потянуться к плечу Волка. Он сразу вспомнил: они же не разговаривают, Волк ему и трёх слов за день не сказал — но было уже поздно, Волк оглянулся на прикосновение. Янису показалось, что в глазах Волка промелькнуло что-то живое — но тут же снова исчезло. — Хозяйство у нас не богатое, но ужин предложить можем, — тем временем говорил хозяин. — Вы из столицы? Какие новости? — Мы заплатим за еду, любезный хозяин, — пообещал Принц, — думали поохотиться, но пока безрезультатно. — Ещё бы, в такой холод, звери ж умные, вылезать не станут. — Не то что мы, — слабо усмехнулся Янис. — Нам бы отогреться, хозяин. Хозяин дома кликнул слугу, гостей проводили к очагу. Янис забрался в кресло. Устало замер. Тело постепенно оттаивало, просыпался голод. — Ну что там, в Белом Городе? — полюбопытствовал хозяин. — Турнир был? Янис хмыкнул. Турнир? С тех пор, казалось, прошло несколько вечностей. Он развернулся в кресле. — Был, уважаемый, ещё какой. Мы с парнями засветло пришли, заняли места прямо у ограждения. Рассказать? *** Их положили спать на полу в гостиной. В очаге потрескивал огонь, за окном — непроглядная ночь. Янис постелил одеяла, разбросал подушки. Выпрямился. Окинул взглядом комнату. Волк стоял у камина. Принца в гостиной не было. Одни. Янис сел на пол, завернул плечи в одеяло. — Волче, — позвал негромко. Волк обернулся. Подошёл. Сел рядом. — Слушаю? Янис разозлённо сузил глаза. — Похоже, у тебя новые друзья. Меня уже Принц меньше бесит, чем ты. Он хотя бы не делает вид, что меня нет. — Прости? — Волк моргнул. Его взгляд прояснился — словно он только что заметил Яниса. Янис зарылся пальцами в свои рыжие волосы. Нервно потянул. Наощупь они были другие — и заканчивались непривычно скоро. — Мы идём в Сашим — или на твои похороны? — бросил он Волку. — В чём дело? Ты хочешь вернуться в Академию? Принц рассказал тебе, что я в шесть лет зарезал своих родителей и продал сестру соседу? — Что?.. Глядя на выражение лица Волка, Янис не выдержал и тихо рассмеялся. — Ничего. Просто бесит, что ты перестал со мной разговаривать. Волк взглянул на него иначе, изогнул бровь. Тихо хмыкнул. Притянул, обняв одной рукой. — Дело в том, Кэйто, — шепнул он Янису на ухо, — что если я начну с вами разговаривать, всё станет ясно. — Кому? — уточнил Янис. Он руки Волка на плече мышцы расслаблялись сами собой. Из груди исчезла серая, неприятная тяжесть. — Нашему спутнику. — Что станет ясно? — Всё. Янис молчал. Голос Волка был тёплый. Дыхание, касающееся уха — горячим. Он почувствовал смущение от того, что вообще это заметил. — Я не хотел тебя обидеть, — тихо сказал Волк, по-прежнему не отстраняясь. — Я сегодня много размышлял, но к тебе мои мысли не имеют отношения. — Да ну. — Кроме того, я думаю… что перешёл в отношении тебя некоторые границы, которые… переходить не имел права. Янис мгновенно понял, о чём говорит Волк. Замер, полный сомнений. Кто из них пересёк черту? Волк ли, или Янис, или оба? И как об этом думать, как отнестись? — Ты слишком много думаешь, — отозвался он шутливо, пытаясь скрыть своё смятение. Волк не ответил. Осторожно сжал его плечо и выпустил, отодвигаясь на свою постель. Янис лёг на подушку. В уголках губ поселилась лёгкость, будто зарождающаяся улыбка. Он дождался, пока Принц вернётся в комнату, и тогда погрузился в сон. 5. Следующий день выдался столь же холодным. Солнце ещё было высоко, когда Янис понял, что валится с ног от усталости. Сейчас он шёл вторым, почти не замечая ничего вокруг. Наступал в следы Волка, не поднимая взгляд, тяжело выдыхая в покрытый льдинками мех воротника. Он остановился, покачнувшись, и почти сразу почувствовал, как кто-то поддержал его под локоть. Принц — он шёл следом. Волк, услышав тишину за спиной, тоже оглянулся. — Устали, господин Кэйто? — Принц стянул с его плеча дорожный мешок, повесил к своему. — Пару минут назад я видел дым за деревьями, там должно быть жильё. Давайте вернёмся. Волк встал рядом, подставляя плечо. Янис с благодарностью на него опёрся. — Я слишком горожанин для таких путешествий, — сказал он. Горло обжигало холодным воздухом. — Не хотел вас задерживать. — Не волнуйтесь об этом, — сдержанно сказал Принц. — Не стоит беспокоиться, — отозвался с другой стороны Волк. Они двинулись в обратном направлении. Скоро и впрямь увидели печной дым, потом из-за рощицы показалась покатая крыша. Ещё несколько минут ходьбы по сухому, как песок, снегу, и они вышли к постоялому двору у перекрёстка тракта. Лошади у входа, следы телег на снегу. Людские голоса. Они вошли. Принц оплатил комнату. Донёс сумки до порога в конце тёмного коридора. — Буду в общем зале, — сказал он Волку и придержал дверь. Комната была пустой, но тёплой. Четыре тюфяка на полу, стопка одеял. Волк довёл Яниса до постели. Сгрузил на лежанку, помог выпутаться из рукавов куртки. — Ложись. Я принесу горячей еды. Янис уснул раньше, чем Волк дошёл до двери. Проснулся уже на закате. Комната — с восточной стороны дома — погрузилась в тени, но за окном Янис разглядел золотящиеся верхушки сосен. Вдоль стекла на подоконнике тянулась дорожка из соли – от сглаза и нечистой силы. На полу возле постели — миска с рагу из овощей и мяса. Янис поел, сидя на одеяле. Потом накинул куртку и шагнул-было к двери, но краем глаза заметил движение. Обернулся — и встретился взглядом со своим отражением. Видеть вместо себя Эсу было настолько немыслимо, что он смотрел как бы со стороны. Но сейчас — это больше не была Эсу. Сейчас в нахмуренное взгляде, мелких бесчисленных веснушках, незнакомом бледном шраме на подбородке — он видел себя. Непривычным, иным — но он знал, что это именно он и есть. Это осознание упало куда-то в глубину и растворилось там, сразу изменив всё. Он снова не должен был притворяться кем-то другим. Тело больше не было маской. Не было одеждой с чужого плеча. Янис усмехнулся своему отражению, поймал ответную улыбку. Так, вооруженный и отдохнувший, двинулся дальше к двери. Миновал короткий коридор, слушая голоса, доносящиеся из общего зала. В зале несколько мужчин играли в карты, смешанная группа из мужчин и женщин в одинаковых ученических мантиях жалась к очагу. Запотевшие окна, смесь из запахов горячего мяса, мокрой шерсти и дыма. Янис отыскал взглядом Принца и Волка – они заняли стол в тёмном углу и о чём-то беседовали вполголоса. Янис направился к ним. —...ошибаетесь. — Я не говорю, что ваш спутник будет бесполезен. Я всего лишь предлагаю отправить его в Сашим экипажем. Для него так будет легче, а для нас – быстрее и безопаснее. — Принц, это не имеет… Янис гневно пнул свободную скамью, отодвигая её в сторону. Они повернулись к нему: чёрные глаза, синий и чёрный плащи. Воин и королевский менестрель из сказок. Янис не успел сесть – дверь отворилась, пропуская в зал холодный туман. Несколько путников в мехах двинулись напрямик к очагу, заставляя юных студентов потесниться. Лицо одного из них показалось Янису знакомым. Он прищурился, пытаясь вспомнить. Поймал взгляд, брошенный вошедшим на кудрявую смуглую женщину, и тогда, наконец, узнал. Торговец пряностями. Видный член Совета. Человек, который уж точно не упустил бы свой шанс присутствовать на Королевском Суде. Янис похолодел. Зал с оживлёнными голосами теперь казался ему ловушкой. В плече вспыхнула боль – память о пережитом. Всё сейчас перестало быть важным, кроме одного: Волка не должны заметить. Не шуметь. Не привлекать внимания. Он обошёл стол, встал, заслоняя Волка от глаз. Пытаясь как-то оправдать своё движение, дотянулся до его кружки. В кружке оказалась простая вода. Янис сделал несколько глотков, поставил её на место. — Присажи… — начал Принц, но Янис его перебил. — Возвращайтесь в комнату, — потребовал он тихо. — Прямо сейчас. Замёрзшие путники за его спиной громко и весело переговаривались, сдвигали столы вместе. Принц не шевельнулся, глядя на Яниса с лёгким раздражением. Янис ощущал, как утекает время. В любой момент их могут заметить. А если даже нет – они будут делиться новостями, и Волка могут вспомнить. Узнать его легко. К счастью, Волку пояснений не потребовалось. Он не стал ни оглядываться, ни задавать вопросов. Накинул на голову капюшон и жестом позвал Принца следовать за собой. Янис, стащив из блюда на столе горячую лепешку, тоже двинулся к выходу. Коридор. Комната. Хлопнувшая дверь. Лица спутников было трудно разглядеть в полумраке, и Янис разозлился ещё сильнее: сколько можно терять зрение! — Как вам вообще пришло в голову сидеть в общем зале? — начал он. — В одном дне от столицы! Всё некроманты такие тупые, или только некоторые? Волк, кажется, усмехнулся. Зато Принц взглянул с неприязнью, нервно дёрнул серёжку в ухе. — Мы не привыкли прятаться и скрываться, — сказал он. — Я бы попросил вас выбирать выражения, господин Кэйто. — А я бы попросил тебя привыкать прятаться и скрываться, — прошипел Янис. — Человека справа от тебя позавчера чуть не убили в подворотне. А перед этим судили на глазах у всего города. Если ты там был, то должен бы понимать, насколько это глупо. Если ты там был, — уточнил он с едким сомнением, — должен был слышать, что ему кричали из толпы. — Если бы не вы, господин Кэйто, — Принц улыбнулся ядовитой улыбкой, — мы бы вообще здесь не оказались, так что ваши обвинения несколько не по адресу. – Да ну? – Янис стиснул пальцы, удерживая себя от лишних слов. Ему было, что ответить этому человеку. — Довольно, – приказал Волк. Янис кивнул и отступил к двери. Подхватил с пола свой дорожный мешок, закинул на плечо. — Мы сейчас же уходим, — сообщил он. — Это люди из городского Совета. Они знают тебя в лицо. – Одну минуту, – Принц коснулся руки Волка, останавливая его. – Прежде, чем мы двинемся дальше. Я не спрашивал вас, но теперь понимаю, что зря. Зачем мы вообще идём в Сашим? Янис со стоном прислонился к дверному косяку. Тени в комнате сгущались. Скоро за окном уже ничего не будет видно. – Может, мне в самом деле поехать с торговцами? – предположил он вслух. – Уж Сашим-то вы точно найдёте и без меня. Волк, кажется, снова понял его без слов. – Уйдём перед рассветом, – сказал он. – Из комнаты иначе, чем через зал, нам не выйти. Да и не хотелось бы замёрзнуть в этих холмах. “Ещё раз,” – мысленно добавил Янис. Волк жестом предложил спутникам сесть на постели, сам прошёлся по комнате. Потом сел тоже. – Сашим, – сказал он, повернувшись к Принцу. – Показаний Эсу Нииши может не хватить, чтобы разбить заговорщиков – Аннилой, вероятно, падёт, но на его место может встать новый. У нас есть причины полагать, что сердце заговора находится в Сашиме. – Понимаю, – медленно проговорил Принц. – А скажите мне, Волк, почему вы считаете, что имеете право вмешиваться в заговор церковников? Ваше стремление защитить Гильдию совершенно естественно. Но какое отношение вы, некромант, имеете к высокой политике? К тому, удастся ли Церкви посадить на трон Короля? На Яниса словно вылили ведро холодной воды. Холодной – и грязной. — У меня два вопроса, — резко спросил он, избегая глядеть на Волка. Вместо этого вцепился взглядом в лицо Принца. — Ты назвал его Волком? Я думал, Волка убили монахи, в Триовражье. Так ведь сказали на суде? Принц смешался. Бросил быстрый взгляд на Волка. Спросил, явно пытаясь выиграть время: — А второй вопрос? — Сначала ответь на первый. — О, ну конечно же…— Принц быстро взял себя в руки. — Волк когда-то был моим учеником. Они с господином Рэем чем-то похожи. Я всего лишь оговорился — увы, Волк действительно погиб. Янис кивнул, окинул Принца взглядом, говорившим: “Ты всерьёз думаешь, что можешь меня обмануть этим?” – Что ещё вы хотели спросить? Янис поглядел в темноту за окном, подбирая слова. – Тисэ однажды сказала, что вурдалак – это что-то, что так сильно не хотело умирать, что уцепилось за порог и осталось с этой стороны Двери. Он взглянул на Волка: “Да, я цитирую тебя”. Продолжил: – Но оно уже мертво, и чтобы оставаться здесь, начинает убивать. Берёт взаймы чужую жизнь, поскольку своей больше нет. – Это так, – осторожно откликнулся Принц. – К чему вы клоните? – Разве не это пытается сделать Церковь? – Янис взглянул прямо в глаза Принцу. – Прокормить вурдалака, скармливая ему некромантов и всех, кто попадёт под руку? В надежде воскресить то, что уже давно умерло. Принц кивнул, соглашаясь. Янис заметил, как изменился его взгляд: из скептического и пренебрежительного стал задумчивым. – Он прав, – тихо сказал Волк. – Да, – подтвердил Принц. – Вы меня убедили, господа. Он встал, направился к дверям. Помедлил, прежде чем перешагнуть порог. – Я согласен: выйдем, когда начнёт светать. Я побуду в зале, послушаю разговоры – на случай, если опасения господина Кэйто подтвердятся, и Рэя кто-то узнал. Янис проводил его молчаливым взглядом. Подождал, пока дверь закроется. Потом повернулся к Волку. Волк задумчиво усмехнулся. Протянул руку, предлагая Янису сесть рядом. Янис прислонился к его плечу. – Давно он знает? – Он догадался в первую же ночь, как мы вышли из Белого Города. – И? Волк помолчал, обнимая Яниса. – Мы всё прояснили. Янис хотел узнать больше – но сбился с мысли, почувствовав на виске дыхание Волка. Прикрыл глаза. Волк невесомо коснулся губами его кожи. Тёплое, почти неощутимое прикосновение. Которое за пару мгновений перетасовало все мысли и тревоги в голове Яниса. Теперь Сашим, Столица, монахи – занимало в его голове не больше места, чем цены на южные пряности или урожаи грядущего года. Остальное место занимал Волк. Янис вздохнул, сдерживая дрожь. Нащупал пальцы Волка на своём плече, осторожно положил сверху свои. Так они сидели, не шевелясь. Снаружи совсем стемнело. Когда в коридоре за дверью послышались шаги, Янис осторожно высвободился, но отсаживаться далеко не стал. Принц тёмным силуэтом встал на пороге. – Господа, нам скоро принесут ужин, – сообщил он. – А ещё – я подумал, что вам может быть интересно узнать. Девушку, которая выступила на суде, повесили. Похоже, толпа прорвалась во двор Храма, когда её вели в камеру. Янис закашлялся, прижав руку к горлу. Воспоминания нахлынули на него болезненной жаркой волной. Прорвалась. – Страшная смерть, – сказал за его спиной Волк. – Я не думаю, что это случайность. – О да, – отозвался Янис. – Случайно незапертые ворота, случайно подвернувшаяся под руку верёвка… Как, оказывается, Бог благоволит Архиепископу. Нам бы так. Принц прошёл в комнату, чиркнул спичкой. Огоньки свечей поднялись, дрожа, над ветвистым подсвечником. – Теперь монахи смогут искажать её слова так, как им будет удобно, – сказал Принц. – Я не слишком удивлюсь, даже если Архиепископу удастся сохранить мантию. Волк с сомнением покачал головой. Янис хмыкнул, пытаясь сбросить с себя оцепенение и память о руках, тянущихся, хватающих. Треск ткани. Снег. Волосы, попавшие под верёвку и рвущиеся от рывка. – Если правда то, что говорили о её жертвах – ей ещё повезло, – сказал он с ещё одним смешком. Но смешно ему не было. 6. Когда в общем зале не осталось людей, и голоса смолкли во всём доме, они тихо вышли в дорогу. Сначала по тракту, по утоптанному снегу. К полудню им стали всё чаще встречаться повозки торговцев, и они сошли на тропу, уводящую в сторону от дороги. Холмы постепенно понижались, и перейдя очередной гребень путники увидели впереди равнину, поросшую лесом. Час спустя они миновали опушку. Солнце стало клониться к закату. Его лучи пролегли по снегу золотыми полосами меж чёрных стволов. Тропа вывела путников к охотничьему домику. Свежие следы у двери и вокруг поленницы – не дальше чем прошлой ночью здесь кто-то останавливался. Но сейчас домик был пуст, и уже успел выстыть. Янис принёс в дом дров. Принц уже развёл в очаге костерок и теперь вышел в лес, захватив силки. Янис видел в окно, как он исчезает за деревьями. Волк сидел у очага и вертел в пальцах аметистовую брошь. Янис снова болезненно вспомнил о своей – затерянной в Столице. Аметист, железный нож, янтарные игральные кости. В этот раз он утратил совсем всё из своей прежней жизни – кроме Волка. Янис задумался, стоя у окна. Подыскать замену? Броши Гильдии делают только в Академии, но кольцо с аметистом не бросалось бы в глаза так, как брошь. Что-то было в этой мысли не так. Заменить брошь, привыкнуть к новому камню, сродниться… Разжечь для себя новый маяк? Так, словно он собирается умереть ещё раз? Словно он рассчитывает, что Волк вернёт его снова. Подобный расчёт даже в мыслях вызывал у Яниса отторжение. Было в этом что-то неправильное, отталкивающее. Смерть по-прежнему не ощущалась рекой, которую можно переплыть. И уж тем более – ждать, что кто-то переплывёт её за тебя. Он вздохнул, решая поразмыслить об этом позже. Волк тем временем убрал аметист в карман и поймал взгляд Яниса. – Осваиваешься? – спросил он, явно имея в виду не охотничий домик. Янис неуверенно кивнул. Взглянул на свои руки. Сбитые костяшки пальцев. У его безымянного предшественника была интересная жизнь… – Волче, – сказал он. – Я не смог бы… оставаться Эсу. Кое-что произошло. Когда тебя забрали. – Что произошло? Янис наклонил голову на бок, хмурясь и кусая сгиб указательного пальца. – Что-то от Эсу… проснулось во мне. Я едва не убил человека. Дарюса, того, кто тебя сдал, – слова потекли легче, стоило признаться в главном. – Я хотел убить его, и не просто убить – я хотел заставить его страдать. Я хотел сделать с ним то, что делала она с жертвами. Волк покачал головой. Янис увидел его взгляд – и напрягся. Плохое предчувствие мгновенно сковало плечи и заставило голос стать громче. – Что? – Не думаю, что это была Эсу, Янис, – тихо сказал Волк. Он поднялся на ноги, остановился напротив. – О чём ты? Волк сжал челюсти, Янис видел, как дёрнулась его щека. – Со мной это тоже происходит, – пояснил он сухо, не отводя взгляда. – Я помню, тебя удивило, что я убивал. Больше не удивляет? – Я не понимаю, – беспомощно сказал Янис, чувствуя холод – и грызущее желание прервать Волка. Заговорить о другом. Видел: Волку тоже не хочется говорить об этом. Но всё же он продолжал: – Полагаю, мы принесли это с Той стороны. Я вернулся – и при виде врага во мне просыпается жажда крови. Ей сложно противостоять. Ты, конечно же, устоял, – по лицу Волка скользнула улыбка, – ты очень упрямый, Янис. – А ты?.. Волк молча покачал головой. Янис, ошеломлённый, прислонился спиной к неровной деревянной стене. Внутри бушевал шторм. К такой правде он готов не был. Может ли это быть правдой? – И ты говоришь мне об этом только сейчас? – бросил он, чувствуя себя пойманным, загнанный в ловушку собственного тела и этого маленького, тесного дома. – А что ещё ты от меня скрыл? Волк встал у подоконника, окинул взглядом заснеженную поляну. — Только одно. Я скрыл от тебя, что отыскал Принца, пока ты был на турнире. Принёс ему одежду и денег. – Не такой уж страшный секрет, — растерянно пробормотал Янис. Прошёл к очагу и сел на пол, пытаясь согреться от пламени. Волк остался стоять у окна. За его спиной в темнеющем лесу переговаривались вороны. — А ты? — спросил он. — О чём умолчал ты? Янис забко обнял себя за плечи, избегая смотреть на Волка. — Я? — Угу. Янис вздохнул, собираясь с духом. — В Белом городе я пустил слух про Нариса, — сказал он. — Что он разыскивается за убийство, и что оно не первое. Волче, я не мог оставить это… не попытавшись остановить его. Волк помолчал. Янис не смотрел на него, и поэтому не представлял, что отражается на его лице. — А ещё? — спросил Волк. — Было ли что-то ещё? Янис пожал плечами. — Я скрыл от тебя, как выбрался из заточения. — Может быть, самое время рассказать? Янис не ответил, и Волк вернулся к очагу, сел рядом. Не оглядываясь, Янис протянул руку — и расслабил плечи только тогда, когда пальцы Волка коснулись его пальцев. Придвинулся к чужому плечу и начал рассказывать. Волк не перебивал. Крепче сжал его ладонь, когда Янис рассказал, как дверь раскололась, а сам он напоролся плечом на острые края досок. Слушал, как Янис шёл по каменным коридорам, и задел одну из растяжек Коменданта. Уцелел чудом. Каменный блок чиркнул острым краем по лбу, обрушившись с потолка прямо перед ним. — Думаю, я потерял много крови — остальное помню очень смутно. Помню тебя. Волк снова легонько сжал его руку, отвечая. Развернул кисть Яниса ладонью вверх, словно ожидая увидеть на ней шрам. Провёл по ладони большим пальцем. — Значит, ты взял силу из собственной крови? Как некроманты-отступники брали из чужой крови и боли? Думать об этом стало в разы сложнее, пока он следил за движением пальцев Волка. — Да. — Как я взял из твоей, когда тебя пытали. Янис облизал губы, пытаясь осознать. Взгляд. Он вспомнил взгляд Волка. От мысли, что именно сделал Волк, по коже пробежали мурашки — сразу и приятные, и жуткие. — Что ж, — протянул он с тихим смешком. — На здоровье? Волк покачал головой, глядя скептически и почти гневно, но след усмешки Янис успел заметить. — Что знает Принц? — спросил он, вспомнив о спутнике. — Ему известно лишь то, кто я. Он узнал меня, а после подловил на том, что я слишком много знаю об Академии. Мы были слишком хорошо знакомы. — Да, я помню, твой наставник. — А кто был твоим? Янис недоумённо нахмурился, потом приподнял брови, зло посмеиваясь. — Моим наставником? Кайенс. Не спрашивай. Волк не стал уточнять. — Мы можем встретить его в Сашиме, — вспомнил он. — Если он с учеником ещё там. — Если они живы, — мрачно добавил Янис. Скрипнула дверь. Волк и Янис осторожно разняли руки, оборачиваясь. Принц кивнул им, заходя в домик. Повесил плащ и тоже сел к камину, грея покрасневшие от мороза пальцы. 7. На следующий день они перешли узкую речку, промерзшую насквозь, и вступили на землю герцога Широ. Избегая торговой дороги, двинулись дальше на юг. Перед закатом вышли к маленькому городку, издалека разглядев дым очагов в ясном неподвижном воздухе. Янис разглядел вывеску. Объявил: — Послезавтра к вечеру будем в Сашиме. На главной городской улице было людно. После лесной тишины гул голосов и стук колёс звучали непривычно громко, но Янис приободрился, ожидая ужин и теплую постель. Он первым заметил постоялый двор. Все трое вошли, и Принц двинулся к стойке, беря на себя переговоры. Но заговорить он не успел. — Мест нет, — сообщила трактирщица, кивая на полный зал народу. — Все комнаты заняты на несколько недель вперёд. Принц вежливо улыбнулся ей. — Тогда, может, подскажете, у кого в городе мы могли бы остановиться на ночлег? Она покачала головой: “мест нет”. — Госпожа, а до следующего постоялого двора идти далеко? — спросил Волк. — В сторону Сашима. — А, так вы в Сашим? — оживилась она. — В повозке всего полдня. Вас почти задаром отвезут. Там и остановитесь, уважаемые. — Мы не в сам Сашим, — Янис почувствовал необходимость вмешаться. — В Лисий двор. Но это по пути, да. Принц поблагодарил за совет, Волк, ещё раз оглядевшись, шагнул к двери. Янис задержался у стойки: — Скажи, хозяйка, — спросил он, чувствуя нарастающую тревогу. — А что, у вас тут ярмарка намечается? Или? Она не ответила — словно бы и не слышала вопрос, только головой еле заметно качнула: “нет”. Они вышли на улицу. Задержались у дверей, провожая взглядом женщину с тремя детьми разного возраста — женщина шла медленно, приглядывалась к домам, отыскивая дорогу. — Ты из Сашима? — окликнул её Янис, когда женщина поравнялась с путниками. — Да, господа, — она взглянула настороженно, поймала младшего ребёнка за руку. — А почему приехала в Гончары? — полюбопытствовал Янис, пытаясь успокоить её улыбкой. Не помогло. — Мы с семьёй навещаем родственников мужа, господа, — женщина коротко кивнула и ускорила шаг. Янис оглянулся на Волка, но тот всё ещё смотрел вслед сашимке. — В зале тоже были дети, — Волк коснулся лба, словно прогоняя непрошенное воспоминание. — Да, — откликнулся Янис. — Я уже видел такое, — сдержанно сказал Волк. — Три года назад. Мы шли с отрядом, а навстречу двигались обозы с детьми и стариками, — он снова потёр лоб. — За комнату просили в три раза больше серебра, чем обычно. Он помолчал мгновение, и добавил, кивнув в сторону ещё одной группы прохожих: — Беженцы. Эти люди выглядят точно так же. Только почему-то не говорят. *** Они вышли из Гончаров и направились в свете предзакатного солнца дальше, отбрасывая на снег по левую руку длинные тени. Полчаса спустя солнце коснулось горизонта. Никакого жилья видно не было. Янис начал мысленно молить о привале. Принц, идущий впереди, тоже замедлил шаг, и наконец остановился. Указал на тропинку в снегу, ведущую в лесные заросли в стороне от дороги. — Придётся разводить костёр, господа, — сказал он. — Предлагаю отойти и встать лагерем, пока светло. Несколько минут они пробирались через колючие ветви, но потом впереди просветлело, и показалась поляна — вполне подходящая для привала. Принц занялся кострищем. Янис отправился искать еловые ветки для лежанки. Вернулся с первой охапкой, когда посреди полянки уже трещал, разрастаясь, тёплый костерок. Наконец всё было готово. Принц поставил на огонь котелок, набрав в него чистого снега. Янис устроился у огня, дожевывая сушеный ломтик яблока. На лес опустились сумерки. Путники молчали, кутаясь в плащи. – Может быть, чума? – предположил Янис, нарушая тишину. Принц взглянул на него снисходительно: – В ваших краях путников о таком не предупреждают? – Предупреждают. Ты прав. Тогда что? Для бегущих от армии их маловато. – Может быть, восстания пока нет, – сказал Волк, глядя в огонь. – Может быть, оно только назревает. – У герцога Широ семеро взрослых сыновей, – вспомнил Янис. – Если пошли слухи, что он при смерти… Волк покачал головой. – Нет. Я видел его на суде. Он здоров. – Он там был? Волк молча кивнул. – А… – Янис боролся с любопытством. Покосился на Принца, не зная, стоит ли спрашивать при нём. Волк поднял взгляд, посмотрел на него с усмешкой. – Сыновья герцога Эшимиру, второй и третий. Самого герцога и наследника не было – недостаточно важный повод. Янис хмыкнул. Они снова замолчали. Темнота сгущалась, но никто из спутников не ложился. – Сыграем? – предложил Янис, потягиваясь. – Принц, найдётся монетка? – Прошу меня извинить, господин Кэйто. Я не в настроении для игр. Янис кивнул. Поправил воротник, сгорбился, обнимая колени. – Рэй, – Принц сидел, опираясь подбородком на свою ладонь. – Я должен принести вам свои извинения. Вы были правы, когда сказали, что я должен знать, к чему привели мои поступки. Янис заинтересованно навострил уши. О чём он? Волк напротив расправил плечи, взглянул на Принца своим обычным нечитаемым взглядом. Ничего не сказал. – Вы расскажете мне? – мягко попросил Принц. – Рассказать вам что? – уточнил Волк холодно. – Расскажите, что случилось с Янисом. Янис насторожился. Дотянулся до веточки, выпавшей из кучи собранного хвороста. Поворошил угли, краем глаза наблюдая за Волком. Волк ответил не сразу. – Хотите послушать о пытках? Боюсь, что для этого уже я не в настроении, – сказал он. – Ладно, я спрошу иначе. Рэй, вы уверены, что Янис ничего не раскрыл Церкви? Глаза Волка гневно блеснули. – Да, – ответил он кратко. – Почему вы так уверены? Вы видели его смерть? Человек, обманувший один раз, не заслуживает доверия. Янис прочистил горло, отбрасывая веточку в темноту. – Господа… А про что вообще речь? Ему не ответили. – Не могу понять, в чём именно вы подозреваете Яниса, – спокойно откликнулся Волк. – Боитесь, что он рассказал что-то Эсу Нииши? Ну так они оба мертвы. Принц медленно кивнул. Лёг на спину, подложив руки под голову. Янис ещё какое-то время поглядывал на него в сгущающихся сумерках. Он так и не понял, чего Принц добивался этим разговором. 8. Янис проснулся, когда Волк коснулся его плеча. Стояла глубокая ночь. Потрескивал огонь. Принца у костра не было — и Янис понял, что его вообще нет рядом. — Куда он? — шепнул Янис. — Ушёл в сторону Гончаров. Зачем – не знаю. Янис сел, разминая затёкшие плечи. Было тихо. Пустой лес, без чужих глаз и ушей, ощущался бесконечным и свободным. Он поднял глаза на Волка. Они очень давно не были действительно наедине. С тех пор изменилось так много, что, можно сказать, они никогда не оставались наедине. Судя по ответному взгляду, Волк чувствовал то же самое. Янис шевельнулся, преодолевая искушение податься вперёд и прикоснуться к его плечу. Что, если он совершает ту же ошибку второй раз? Волк ведь сказал тогда, что это слишком странно. Что могло измениться за несколько дней? Он отдавал себе отчёт: измениться могло всё. Но хотелось бы знать наверняка. Прояснить кое-что — и про Волка, и про самого себя. — У меня есть идея, — сказал Янис. — Вот как? — Но прежде сделай для меня кое-что. Янис поднялся на ноги, улыбаясь вопросительному взгляду Волка. Отошёл на пару шагов от костра, где снег из оранжевого становился синим. Прочертил линию носком сапога. Волк остановился напротив, внимательно наблюдая. Янис отодвинулся ещё немного, почти наткнувшись спиной на ветви. Провёл перед собой ещё одну черту. Волк изогнул бровь. — Ты предлагаешь дуэль? — спросил он с интересом. — Хуже. Янис остановился, глубоко дыша. Вдали от костра холод начал пробираться под куртку. Навстречу ему по венам побежал горячий азарт и страх. — Знаешь, что это? — спросил он, кивнул на снег. — Подозреваю, что это ещё одна твоя игра. — Ну и ладно. Янис спрятал руки в карманы. Опустил взгляд на губы Волка и позволил себе представить, что между ним и Волком больше нет расстояния. Губы обожгло нетерпением. Плечо ощутило руку Волка, прижимающую ближе. Понадобилось несколько секунд, чтобы снова вспомнить, где он, и собраться с мыслями. Сомнений не осталось. Глядя в глаза Волку, Янис сделал шаг вперёд, в пространство между двумя линиями. Волк наблюдал. — Однажды ты сказал, — произнёс Янис тихо, — что есть граница, перейти которую ты не можешь. — Я помню, — сказал Волк. Между их взглядами сейчас шёл свой разговор: “Смело. Ты поднял эту тему, чтобы?..” — “Слушай дальше”. — Вот она, перед тобой, на земле. Взгляд Волка скользнул вниз, на снег у ног Яниса. — Я правильно понимаю, — уточнил Волк медленно. — Это та же черта, которую сам ты перешёл на моих глазах только что? — Я подумал, так будет честнее. “Что же ты сделаешь?” Янис замер, глядя на Волка с непривычной робостью — но всё тем же вызовом. Волк перешагнул линию легко, словно её и не было. Положил руку на шею Яниса и собственнически провёл большим пальцем там, где когда-то был шрам. Поднял взгляд: “Я перешагнул бы эту линию, даже если бы она была из пламени”. — Я ответил на твой вопрос? — уточнил он вкрадчиво. Янис смог только кивнуть: — Угу. — Тогда рассказывай, что за идея. Янис осторожно перехватил пальцы Волка, потянул за руку обратно к костру. Сел, усаживая Волка рядом с собой. Янис дрожал — то ли от холода, то ли от эмоций. Развернулся лицом к Волку, уткнулся носом в его шею — очарованный теплом кожи, и больше того — её запахом. И утянул Волка на себя, на валежник. Замер так, чувствуя прикосновение всем телом. Волк шевельнулся, сдвигаясь на бок, расправляя свой плащ поверх обоих. Стало ещё теплее и ещё ближе. Они ещё какое-то время поворочались, теснее прижимаясь друг к другу. И замерли, успокоенные, слушая и ощущая совсем рядом чужое дыхание. Ноги переплетены — Янис чувствовал колено Волка и его бедро поверх своего. Рука Волка обнимает его и зарывается пальцами в волосы на затылке. Руки Яниса — тесным кольцом объятия. Он не смог бы уснуть, даже если бы не спал перед этим неделю. Это было всё равно что Ночные Огни — только происходило не на небе, а здесь, в их почти неподвижном сплетении. Янис лежал, слушая дыхание Волка, чувствуя его пальцы в своих волосах, и ощущая, что не существует ничего прекраснее. *** Небо из черного стало тёмно-синим. До рассвета было ещё далеко. Волк вздохнул, дыхание щекочуще коснулось уха Яниса. – Он возвращается, – шепнул Волк. Янис легонько кивнул, не отодвигаясь. Он чувствовал присутствие Принца очень смутно. Не смог бы сказать, как далеко он: пять минут или двадцать. Новое тело ещё не успело пропитаться силой Той Стороны. Смерть он ощутил бы легко – так ясно, как и представить себе не мог, пока не вернулся из-за Порога. Нежить почувствовал бы мгновенно. Но присутствие другого некроманта? Скорее тень ощущения, чем твёрдое чувство. Зато он ощущал Волка, здесь, совсем рядом, и не хотел выпускать из рук. Волк шевельнулся. Коснулся губами чуть ниже уха, у края челюсти. Осторожно сел, усаживая Яниса рядом. Янис сонно зажмурился, отвыкнув держать глаза окрытыми. Потом окинул Волка быстрым взглядом. Хмыкнул. Поправил на нём плащ, задержав ладони на ключицах. Представил: однажды всё это закончится. Общество Принца. Гонения. От этой мысли захватывало дух. Взгляд Волка был полон задумчивой нежности. Янис подбросил в костёр хвороста. Вернулся и сел на расстоянии вытянутой руки от Волка, вслушиваясь в ночные звуки. Со стороны тропинки донёсся лёгкий шорох. Качнулись ветви. Тихий звук чьей-то поступи повторился, но сдвинулся в сторону, будто человек шёл в обход. Янис наклонил голову на бок, ловя звуки. Ещё шаги. Теперь со стороны Волка. Он замер, обратившись в слух. Шорох ветвей и хруст снега. Три человека? Или четыре? Снег похрустывал уже со всех сторон. Их окружали. Янис тихо вытащил из рукава нож. Не глядя, молча подсунул его под руку Волку. Подождал, пока пальцы Волка сомкнутся на рукояти, и отнял руку. Янис знал: Волк с ножом сумеет сделать куда больше, чем Янис. Но теперь сам он остался безоружным. Борясь с неприятным зудом чужих взглядов, он скользнул взглядом по полянке. Приметил крепкую ветку в костре. Ветка уже частично прогорела – но хоть что-то. Сигнала не было. Противники напали не одновременно. Услышав за спиной рывок и треск веток, Янис вскочил, подбирая своё оружие. Двое. Янис взмахнул горящим концом ветки перед лицом нападавшего. Не достал – но мужчина всё равно отшатнулся. Янис не понял, как Волк оказался за спиной его противника. Но успел увидеть движение ножа – и черную кровь, которая хлынула из перерезанного горла. Человек слабо дёрнулся. Стал оседать на снег. Янис застыл. Он слышал шум сзади – кто-то ещё обходил костёр – но не мог заставить себя шевельнуться. Человек на земле больше не шевелился. Кровь продолжала течь, толчками выбиваясь из раны. Янис качнулся вперёд – зажать порез? Но даже отсюда было видно: ему не выжить. Движение за спиной совсем близко. Янис отпрянул в сторону. Не успеет. Почти успел – удар пришёлся по плечу, вскользь. Ноги запутались в еловых ветках лежанки. Янис упал, расцарапывая руки. Перекатился. Краем глаза успел заметить: на Волка наступают двое. Противник был уже рядом – высокий, крепкий парень. В руке он сжимал тяжелый посох. Янис сжался, уходя из-под очередного удара. Рванулся, поймал посох у земли левой рукой, удержал, несмотря на вспыхнувшую боль в неловко вывернутом запястье. Перехватил правой рукой выше по древку, приподнявшись на коленях. Противник попытался отпихнуть его ногой, больно пнул в бок. Янис сумел не разжать пальцы. Ещё несколько секунд они боролись на расползающихся еловых ветках, потом оба повалились на снег. Янис вскинул голову, пытаясь разглядеть, как там дела у Волка. Выдохнул сквозь сжатые зубы. Всё ещё видел это перед собой, даже зажмурившись от удара в челюсть: один из мужчин схватил Волка сзади, прижав за горло сгибом локтя, не давая вдохнуть. Второй бил. Волк шатался, пытаясь нащупать опору. Не имея возможности ни упасть, ни увернуться. Янис ударил противника в лицо, не целясь, желая скорее отделаться от него и вскочить. Мокрая от пота кожа. Яростное дыхание врага в снегу: он, похоже, расшиб лоб о ветку, и теперь размазывал по лицу кровь одной рукой, второй пытаясь вцепиться в горло Яниса. Янис оттолкнул его. Вскочил, и тут же повалился снова: противник подбил его под ноги, уронил на себя. Сквозь шум глухих ударов и собственное сбитое дыхание Янис услышал, как рядом, в двух шагах, кто-то захрипел. Звук, с которым кровь клокочет, заливая лёгкие, пока раненый пытается сделать вдох. Звук падения. Янис не мог оглянуться. Враг повалил его на бок, толкнул затылком на твёрдые ветки. Жар от костра коснулся лица. Уже чувствуя пальцы на своём горле, Янис нащупал древко чужого посоха. Ударил в висок как смог — круглым основанием палки. Оглушенный, противник ослабил хватку. Янис ударил ещё раз, спихнул с себя притихшее тело. Отыскал мечущимся взглядом Волка – едва сдержал вскрик, увидев его на земле. Но Волк был ещё жив. Один из нападавших бил его ногами. Отчаянно, жестоко, с явным намерением убить. Второй лежал на залитом кровью снегу. В груди – нож. Янис узнал рукоять. Он поднялся, пошатываясь, двинулся к убитому. Кто-то в капюшоне, с лицом, закрытым черным шарфом, преградил ему путь. Янис подставил левую руку под нож. Ударил его в лицо. На поясе у противника был ещё и кинжал. Янис вытащил его раньше, чем хозяин заметил движение руки. Поднырнул под руку с ножом, чувствуя, как кровь растекается между кожей и рукавом, стекает вниз к локтю. Оказался за спиной у того, кто с хриплыми выдохами избивал Волка. Тошнотворный ужас сжал горло. Янис вонзил лезвие под лопатку. Словно под лёд – кинжал пробил мышцы, а затем легко скользнул глубже. Янис сжал рукоять, позволяя телу соскользнуть с клинка. Раненый упал на колени. Янис обошёл его, чувствуя, как немеют пальцы на рукояти. Он не мог уронить окровавленное лезвие, но и взглянуть на него не мог без накатывающей тошноты. Волк. Глаза открыты. Разбитое лицо, губы в крови. Волк перехватил его руку. Вытянул кинжал из дрожащих пальцев. Поднялся на ноги – так, словно поднимая гору. Янис остался сидеть на снегу. Увидел, как Волк шагнул к последнему из стоящих на ногах. Чёрный плащ. Выбившиеся из-под капюшона пряди. Шарф сполз на шею, и теперь Янис узнал его. Не почувствовал ничего. Но потом Волк сделал ещё шаг, и Янис, не думая, потянулся следом, поймал его за край плаща. – Не убивай его. Волк замер. Рука с ножом поднята перед лицом. Янис не видел его глаз. Но видел лицо Принца – бледное, окаменевшее. Янис заставил себя тоже встать. Втиснулся между Принцем и Волком, не отводя глаз от железного ножа, зажатого в руке противника. – Не убивай его, – повторил он Волку через плечо. – Нам нельзя убивать. Принц шевельнулся, опустил руку с ножом. Волк попытался оттеснить Яниса плечом, но Янис шагнул вбок, снова разделяя их. – Оставь, – процедил. Сказал с издёвкой, – Да ты взгляни! Он же уже мёртв. Остались только заветы Гильдии. Никаких личных чувств. Принц оторвал взгляд от Волка, взглянул, наконец, в глаза Янису. – У меня есть личные чувства, – произнёс он с усилием. – Отвращение. – Тебе так кажется, – Янис облизал губы, чувствуя, как отступает огонь сражения, и холод проникает сквозь мокрую кожу. – На самом деле ты пустой. Или просто трус. Принц приподнял подбородок. Отблеск костра высветил ссадину на скуле. – Это говоришь мне ты, Янис? Что наполняет вас двоих, кроме предательства, отступничества и лжи? Мастера были правы на твой счёт. Янис зло рассмеялся. – Да, мы с ним оба не правы, и оба отступники. А ты – безупречно верен Гильдии и ни в чём не ошибся. Иди и живи с этим, Принц. Принц помедлил всего несколько секунд. Потом отступил, повернулся и исчез в тени безлистого леса.