Переплетение

Собрать можно все: будь это расколотая чашка или сожженный город

все можно вернуть вновь, даже если после останутся трещины.

━┅━┅━┅━┅━┅━┅━┅━┅━┅━

      — Ваш мир — сплошное безумие, — шипит на Райнхарда Кай, качая головой. Он покачивается, словно вот-вот осядет на рыхлую землю, схватившись за волосы.              Ллойд не может поверить собственным глазам, отчаянно игнорирует жестокою реальность. Он сжимает кулаки все сильнее, дышит сквозь плотно сжатые зубы, не поднимая взгляда на Сенсея Ву. Он хочет, чтобы это оказалось сном: страшным кошмаром, пелена которого спадёт спустя несколько часов. Ллойд мельком слушает гул голосов на площади и не может разобрать какое настроение у народа. Всё это выглядит так неправильно и ужасно, о чём вообще могла думать Адель, зная своё будущее. Будучи беспризорным мальчишкой, он хотел много конфет и стать подобием своего отца, пока кто-то отсчитывал последние дни до указанной кончины.              — Мир стремится к порядку, но он вечно находится в хаосе, — спокойно отвечает отец Адель, не сводя бесчувственного взгляда с маленького тельца.              — Да у вас даже имя безумное! — истерит Джей, едва щурясь, — кто вообще такое придумывает?!              — Джей, прекрати! — возмущается Ния, с укором смотря на мастера молнии.              Мог ли Ллойд что-то изменить? Мог ли повлиять на церемонию или это изначально было поражение? Он и сам не может ответить на эти вопросы, находясь в тумане своих мыслей. Как бы ему не хотелось вытащить Адель, но только все свершено. Ниндзя проиграли.              Только сейчас Ллойд поднимает глаза на огромное светило, что действительно может заменить целое солнце, или стать полноправной звездой. Он старается разглядеть очертания Адель и ее платья, которые уже поглотил яркий золотой свет. Продолжает вглядываться в свечение, пока внутри нарастает буря. Избранный не мог позволить себе не попробовать еще раз, ведь он — золотой ниндзя, верховный мастер кружитцу.              — Что ты задумал, Ллойд? — слова Сенсея уносятся ветром, и ниндзя поворачивается к мастеру, почтительно кланяясь.              — Сенсей Ву, мы не можем изменить прошлое, но можем повлиять на настоящее, — Ллойд делает выдох и выпрямляется, — Адель для всех нас стала другом за это короткое время, и мы не можем не попытаться высвободить её, если даже сама судьба против этого! — он делает шаг к ниндзя, ловя на себя заинтересованные взгляды.              — Ей не место в этой яме… — отчеканивает Ферелит и поднимает загоревшийся ненавистью взгляд, — только не моей дочери… — продолжает шепотом.              — И что вы предлагаете? — будоражится Коул, чувствуя наступающий бой: всё как он любит.              — Ядро не кристаллизовалось, а значит до сих пор впитывает жизненную энергию, — начинает Ллойд, выискивая из памяти нужные ему элементы, которые он когда-то яростно выудил из Адель, — дух леса сказал, что ей не место среди этой грязи, и, если мы скроемся в ветвях, лес не позволит найти нас.              — Но без клинков мы безоружны, даже если это выйдет, то Сыны достанут нас позже. Все мы видели, что даже оторванные конечности для них не серьёзная травма, — недоумевает Зейн.              — Мы всю свою жизнь рискуем, так почему сейчас делаем исключение? — Кай хватает ниндроида за плечо.              — Вы можете дать им бой, — тихо начинает Ферелит и ухмыляется, когда застаёт ошеломленные глаза ниндзя, — они тяжеловесы, но, несмотря на скорость, броня не дает им быть мобильными в отличии от вас. Удары в суставы, не защищённых броней и на несколько секунд вы в выигрыше, — Ферелит подходит к Джей и бьет его в коленный сустав, тут же разворачивается и напряженной ладонью прикладывает в плечевой сустав Коула, которые в мгновение падают на землю.              — Больно же! — визжит Джей, хватаясь за колено. Ния хочет сделать шаг к нему, но Райнхард выставляет перед её грудью руку, останавливая.              — Сенсей Ву учил нас этому! — возмущается Коул, — но это грязный приём.              — Вам важно не ослабить противника, а лишь дать себе шанс уйти или оглушить Сынов, но лучше не лезть, поэтому вы отвлечёте их, пока я помогу мальчишке вывести дочь, — Ферелит кривится, — вы достаточно сильны, чтобы оказать на них воздействие, но слишком слабы, чтобы дать полноценный бой против воинов. В крайнем случае тяжелый удар в голову, но знайте, что просто так ударить они не дадут.              Ферелит делает взмах рукой, её одежда покачивается и в руках женщины, словно из воздуха появляется удлиненный клинок с утонченным лезвием, которое сверкает на солнце, отбрасывая свет. Ллойд замирает: теперь он понимает, почему Райнхард назвал жену мастером клинка. Он бы хотел, чтобы эта женщина научила его так же эффектно доставать оружие, потому что Сенсей Ву основывался на простоте и такие манёвры считал ненужными.              Тяжёлая мужская рука ложится на его плечо и с силой сжимает, Ллойд поворачивает голову в сторону Райнхарда и хочет уже отбросить руку, но тут его пробивает боль от неожиданно сжавшейся ладони на его кимоно. Он шипит, пока Райнхард оглядывает избранного, словно анализируя.              — Моя дочь будет в твоих руках, Ллойд Монтгомери Гармадон, — тихо говорит Райнхард, а Ллойда пробивает дрожь: откуда он знает?              — Откуда вы… — Ллойд косится на мужчину, пытаясь избавить себя от гнетущего чувства тревоги от расслабленных и холодных глаз Райнхарда.              — Обсудим мелочи, юные ниндзя. Я Райнхард — главный советчик ведуна и отец Адель, вверяю свою дочь на вашу волю, — произносит речь мужчина, игнорируя избранного.              Ллойд ловит себя на мысли, что ему однозначно не хочется жить среди такого народа, но местный менталитет не судят.       

━┅━┅━┅━┅━┅━┅━┅━┅━┅━

      Мать Адель отдала приказ некой Мэй-мэй, которую Ллойд совсем не знал, он видит в девушке наивность и легкомысленность, но всё же в ней было что-то иное. То, что Ллойд не совсем хотел знать. Задача Мэй по сравнению со всей спасательной операцией до боли простая: всего лишь ждать у дома родителей Адель.                     Ллойд обдумывает весь план, выстраивает цепочку действий и одновременно пытается успокоить сбившееся дыхание. Чувство начать поскорее выводит его из строя, как бы зелёный ниндзя не понимал, что нельзя торопиться, но волнение не покидает встревоженное сердце. Ему кажется, что Ллойд не успеет, упустит ту неосязаемую нить спасения и навсегда потеряет девушку, которую он хотел бы знать лучше. И этот интерес, как Ллойд назвал бы в детстве, к девчонке не даёт избранному покоя с того самого момента, когда увидел её на кухне: спокойную и умиротворённую, словно символ доброты и нежности.              — Соберись, Ллойд, — поддерживает Кай, — ты всё запомнил? Когда кольцо камня откроет путь, ты без замедления хватаешь Адель и уносишь ноги, не оглядываясь, — напоминает мастер огня, на что получает уверенный кивок. Ллойд надеется, что всё пройдет без жертв…              — По плану действуем, но в случае критической ситуации зад не подставляем, — холодно отчеканивает Ферелит и выставляет клинок в бок.              Вдох. Выдох. Ллойд делает прыжок, концентрируя в руках золотую энергию, призывая дракона. Яркая вспышка в то же мгновение, привлекает к себе множество испуганных взглядов и реакцию тысячи людей. Тишина разрывается оглушающим гулом, где можно различить крик или удивленные охи. Все это занимает лишь мгновение, тщетную секунду, пока мир застывает. Горячий воздух обдает лицо, которое покрывается первыми каплями пота. Светило жгучее, не зря говорят, что это новое солнце, в котором испокон веков течёт энергия самой жизни племени. Ллойд подлетает к самому широкому и большому кольцу, посередине которого располагается несколько темных горизонтальных линий.              Светило, почувствовав вмешательство в своей зоне, начинает покрываться твердым материалом, что можно назвать кристаллом. Это вызывает в избранном ужас, заставляя того сильно ускориться. Воздух вокруг становится всё тяжелее и невыносимее от жгучих порывов. Ллойд не слышит, что творится сзади. Он и не смотрит, стараясь не думать об этом.              — Нет! — кричит избранный и выпускает несколько стихий в виде молнии и огня в ядро.              Раздаётся громкий треск и ядро покрывается белыми, источающими из себя светящуюся энергию, трещинами. Звук настолько громкий, что полностью поглощает в себе весь внешний шум. Взрыв. И крупные осколки падают на площадь, ударяясь о кольца и парящие остатки Светила. Ядро начинает светиться ярче, кольца ускоряются. Ллойд беспокоится, что он может не вылететь, но избранный все же тянет руку к телу, игнорируя боль. Ниндзя понимает, что могут остаться жуткие ожоги, но он не намерен отступать.              «Все будет хорошо… Верь мне, Адель» — проносится в голове у Ллойда. Обмякшее горячее тело оказывается в его руках. Вид ужасает и напрягает: её глаза все так же открыты, из-за безумного сердцебиения Ллойд не может ощутить дыхание Адель, но внутри он надеется, что это не конец. Он боится, что риск не оправдан. Не хотел думать о неудачи и потере, веря только в движение вперёд.              «Хорошо, хорошо, хорошо…» — повторяет.              Смотря на оцепеневшее тело, он гнал страх прочь. Это должно пройти, ведь он видел, что грудная клетка едва, но поднимается.              — Она бы не одобрила… — Ллойд грустно усмехается. Её тело немыслимо горячее, но главное живое.              Ему удаётся выйти из энергополя Светила, и становится легче дышать. Вновь прохладный воздух обдаёт лицо, наполняя лёгкие необходимым кислородом. В миг он опускает глаза, всматриваясь в испуганные глаза горожанки, что прикрывает своим плащом маленького ребенка. Она неотрывно смотрит на золотого дракона, а с губ срывается обречённое:              — Гибцы… Конец, — безмолвный шепот, от чего у избранного спирает дух.              Ллойд качает головой, откидывая противные тревоги. Он отпускает дракона, теряя концентрацию. С грохотом он приземляется на крышу одного из домов, шумно дыша. Ллойд оглядывается: Сыны заняты ниндзя, которые подобно надоедливым насекомым крутятся вокруг них. Кай где-то раздобыл клинок, Джей со своими нунчаки, которые взял заранее. Сыны Солнца осознают, что их нагло дурят и пытаются пройти сквозь раздражающие сальто с нелестными высказываниями. Но на этот раз ниндзя, запомнив их стиль боя, куда проворнее. Заметки Ферелит пришлись как никогда кстати, и это не даёт Ллойду покоя: откуда мать Адель так хорошо знает Сынов, неужели обучалась у них?              Ллойд поворачивается, становясь в оборонительную позу и понимая, что с телом Адель будет непросто. Сын Солнца в один прыжок преодолевает расстояние, игнорируя назойливую вошь. Всё идет по плану: они должны оставить остальных ниндзя и сконцентрироваться на жертве. К тому же после вылазки некоторые из них ослабли, что даёт немаловажную фору. К счастью, над головой появляется Ферелит, что необычайно ловко сбивает воина с ног и сбрасывает того с крыши.              — Где вы так научились, Ферелит? — кричит Ллойд, — откуда вы столько про них знаете? — они устремляются вперед, перепрыгивая с крыши на крышу.              — Вы быстро учитесь, — усмехается женщина, уклоняясь от вопроса, — имела с ними дело, — она кидает дымовую шашку, — называй меня Фрида, не к чему все эти формальности.              — Сейчас мы в одном положении, но что потом? Вы уйдёте с нами? — спрашивает, замечая, как светящийся шлейф частиц тянется к спине Адель. Красиво, но не в такой момент.              — Лесной титан выпустит только одного, — выдыхает Ферелит, — я долго боролась за жизнь Адель, и для меня нет ничего ценнее понимания, что моя дочь будет смеяться и радоваться.              — Но что будет с вами? — обеспокоенно спрашивает Ллойд.              — Не волнуйся, избранный мастер. Всё пройдет своим чередом, — Фрида слабо улыбается, заставляя Ллойда удивленно раскрыть глаза.              — Не думал, что вы можете искренне улыбаться, — отшучивается Ллойд и мысленно бьёт себя по лбу.              — Я буду улыбаться ярче, если вы спасёте мою дочь, дадите понимание её ценности и поможете вспомнить, кем она была! — слова, в которых таится просьба, — Не хочу думать о том, что ниндзя не лучшие спутники для малышки, но вы пришли за ней. И я отдаю вам своё уважение.              — Мы поможем ей, Фрида, — говорит подоспевший мастер Ву, — вы воспитали достойную дочь.              — Мы не бросим её, — поддерживает Кай, оглядываясь.              — Да, она наш друг! — говорит Джей.              — С неё интересно болтать: она очень любознательная! — улыбается Зейн.              — И прекрасно готовит, — смеётся Коул. И если бы раньше Ферелит дала за такие слова по лбу, то сейчас она может только слабо улыбнуться.              — Лестно слышать, юные мастера стихий, — говорит Райнхард, когда нога Ллойда уже касается земли. Вот она великая лесополоса, — вы можете идти, а мы с моей женой сделаем так, чтобы Сыны Солнца не докучали вам, — спокойно произносит, а внутри каждого разрастается тревога и грусть.              — Какой ценой? — спрашивает Сенсей, подходя к мужчине.              — Которая потребуется для сохранности нашей девочки, — уклончиво отвечает, — однажды мы ещё встретимся. Ферелит, Мэй-мэй заждалась нас.              Ферелит кладёт ладонь на лицо дочери, гладя горячую кожу. Медленно прислоняется губами к девичьей щеке.              — Прощай, мой маленький герой, — шепчет она, — сделайте так, чтобы она не грустила по нам. Мы ещё встретимся, балбесы из внешнего мира, — глупое прозвище вызывает общий смех, давая надежду на то, что однажды они пересекутся вновь. Ллойд понимает: теперь путь Адель к дому навсегда закрыт.              — Погодите, а здесь не должно быть полно золотых воинов? — недоуменно спрашивает Коул, который ловит слухом сплошную тишину. Все моментально напрягаются, замирая на месте.              — Значит не будем ждать, — наставляет Сенсей Ву, пропуская учеников под тень деревьев, — Райнхард, не забывай, что землю, которую ты копаешь, может поглотить и тебя, — последние слова мастера Ву уходят глубоко в чащу, но он всё так же смотрит на спокойного мужчину, который позволяет себе совсем слабо улыбнуться.              — Эта земля давно поглотила меня, старец, но я рад, что лесной титан направил тебя сюда, — отвечает отец Адель и разворачивается.               Совсем скоро он скрывается за горизонтом вместе с женой. Ллойд не хочет думать об этом, но осознание больно бьёт по нему. Он осознаёт, что, возможно, цена уже заплачена. Может поэтому Сыны Солнца оставили их? Впрочем, это те вопросы, ответ на которые избранный знать не желает.       

━┅━┅━┅━┅━┅━┅━┅━┅━┅━

             Летучий корабль встречает ниндзя мёртвой тишиной и только солнечные лучи, которые пробиваются сквозь окна делают атмосферу более живой. Адель пребывает в состоянии летаргии, покинув влияние Светила. И только едва видимое дыхание даёт понять, что девушка ещё жива. Но вот только она горит, и энергия пульсирует в теле, разъедая с каждой секундой душу.              — И что теперь? — Нии хочется хныкать, но она не может позволить себе дать слабину. Ллойд касается её руки, поддерживая.              — Мы найдём способ привести её в сознание, — говорит Ллойд и этим утешает не только команду, но и самого себя.              Из соседней комнаты выходит Сенсей с уже знакомым свитком, который красиво переливается на солнце. Из далека можно подумать, что это один из драгоценных камней. Напитанный энергией одного из титанов этот кусок бумаги хранит не только силу, но и память. Сенсей Ву чётко осознаёт, что его время пришло. Время, которое вскроет историю и перевернёт сознание ниндзя и самого учителя. Мастер Ву, не торопясь, оттягивает края свитка.              — И только титан, что плетёт паутину, выберет достойного, — читает вслух мастер, — искусство, использованное Первым Мастером Кружитцу, угасло навеки, и я пустой архив этому виной.              Ниндзя толпятся вокруг их учителя, непонимающе слушают. По комнате пробегает тихий рассуждающий шепот, который быстро затыкается.              — Я вверяю свою волю в поток времени, пока нога достойного не ступит на мои кости, не окропит моими слезами свою душу. Спустя века забытое искусство возродится в глазах благородного и вновь свяжет нить истории с настоящим. И только тогда моё истинное имя возродится из пепла старого мира… — Сенсей поднимает глаза со свитка, задумчиво вздыхая, — дальше неразборчиво…              — И что это значит? — спрашивает Кай и хочет прикоснуться к свитку, чтобы ещё раз оглядеть непонятную историю.              Раздаётся встревоженный крик, когда пол покрывается горящими трещинами. Сенсей отходит назад, удерживая шляпу от шквалистого порыва ветра. Он наблюдает за поднимающимся из расколов туманом.              — Сенсей Ву? — истерично откликивает Коул, поднимая ногу. Расколы выжигают пол своей энергией.              — Я не знаком с этой силой, — обеспокоенно говорит мастер, — будьте на готове, ниндзя! Это не сила стихий!              Комната становится совсем непроглядной из-за густого тумана. Ллойд наблюдает за ужасающей картиной: из мглы появляются несколько образов, глаза которых горят истинным огнем. Кай выпускает огненную сферу, но фигура даже не обращает внимание на попытки мастера огня отогнать её от бездвижного тела их подруги.              — Что вы такое?! — кричит Зейн, пытаясь коснуться расплывчатого образа, но он проходит сквозь тело, — свиток высвободил зло, Сенсей?              — Нет, — отвечает мастер Ву, — свиток — воплощение последней воли автора, он призвал его из тьмы.              — И в этом заключался великий замысел духа леса? И при чем тут Первый мастер Кружитцу? — добавляет вопросов Ллойд, пока фигуры встали в круг, — нам остаётся только довериться… — отчаянно говорит избранный.              — Они переговаривают? — совсем тихо замечает Коул.              — Мне это не нравится! — кричит Кай, стараясь спрятать сестру за спину.              — А кому из нас это по духу? Может тебе, Коул? — истерично хохочет Джей.       

━┅━┅━┅━┅━┅━┅━┅━┅━┅━

                           — Позволь силе течь по твоим венам… — этот голос… Красивый и спокойный, в этом потоке совсем не чувствуется боли, что давит на лёгкие.               Мне что-то снилось… Но что?              — Э… Сенсей, а так и должно быть? — недоуменный голос Коула.              Почему я слышу его голос? Ведь я умерла, все закончилось… Моё предназначение выполнено. Я теперь свободна, больше не будет больно.              — Но вместе со сломанной печатью, начнёт возвращаться и память, — грубый мужской голос, - этот молодняк слишком слаб, чтобы возобновить полотно истории! О чём вообще можно думать, когда доверяешь никчемному архиву!              — Прикрой неблаговейный рот! А ты, старец, много ли прожил, когда твой наставник кончину дал?! — высокий женский тембр, — девочка, много пережила, и один из трёх титанов отдал ей своё благословение.              — Этот дух всегда был выскочкой с вечной паутиной хитросплетений! Как можно доверять тому, кому отраду с десяток лет, а тем более с женской наивностью и тупостью?! — грубит мужской голос, выдавливая из себя весь яд.              — Он посчитал нужным спасти её!              — Почему это вкладывается в наши заботы?! — я перестаю различать голоса…              — Глупцы, — хитрый женский тон, словно Мистаке, только более игривый, — терять нечего, если провалимся, то девчонка сама отдастся ушедшим душам. Вы так самолюбивы, что забываете главное наставление: мы тянем за собой знания, а по воспоминаниям крошечка достаточно любознательна.              — Чтоб тебя Они отодрал… Я не ответственен за вашу глупость. Спасём это недоразумение, но я не отдам ей ключ, — ворчит мужчина.              — А кто отдаст, глупец, у нас впереди тысячелетия, чтобы она прониклась нашим уважением… а может будет новым пустым архивом! — женщина заливается пакостным смехом. Я падаю вниз, чувствуя, как ухожу вглубь сознания.               Тысячелетия, чтобы узнать и понять…       

━┅━┅━┅━┅━┅━┅━┅━┅━┅━

             Медленно открываю глаза, поворачивая голову в сторону двери. Корабль? В голову сразу ломятся тысяча мыслей и вопросов, заставляя шире раскрыть глаза. Лежу на животе и стараюсь перевернуться, но боль раскаленным лезвием проходится по спине. Вскрикиваю от неожиданной рези и жмурюсь. Что вообще произошло? Сколько я была бес сознания?              Через мучение заставляю себя встать и неуверенно встаю на ноги. Сразу хватаюсь за голову, шипя от головокружения. Так тяжело, что колени подгибаются, словно грозятся сломаться. Я, пошатываясь, делаю неуверенный шаг вперёд, хрипя и мыча. Облокачиваюсь о стену, сжимая белую рубаху. Тут графин с водой летит вниз. Я испуганно охаю, но успеваю придержать стеклянную ёмкость.              — Адель! — ко мне подбегает Коул и помогает оторваться от стены, — тебе нельзя вставать! — слышу, как из его голоса сочится радость, которую он старательно пытается скрыть за серьезностью.              — Нет, — неуверенно лепечу, — что произошло? Почему я здесь?! — произношу громче, чем хочется. Ладони трясутся невыносимо, а слова больно бьют по голове, от чего я сжимаюсь.              — Ты только не беспокойся! — в проёме показывается Джей, что подхватывает с другой стороны. Подняв глаза, отмечаю уже знакомые лица и невольно улыбаюсь, но вот только, когда говорят не волноваться…              — Теперь волнуюсь, — робко отвечаю, стараясь не закрывать тяжёлые веки.              — Зря ты это сказал, — шипит Коул и, кажется, вновь собирается перебранка.              — А что?! Скажу сразу, Адель, у тебя… — я распахиваю глаза, застывая взглядом на лице мастера молнии, но его рот сразу закрывает Ния, неловко улыбаясь. Я вопросительно склоняю голову, нет даже сил закатывать скандал, да и пока мало что понятно…              — Думаю, тебе лучше самой увидеть… — тихонько лепечет Ния, показывая уже родные ямочки от нервной улыбки.              Она аккуратно берет меня под руку и ведет к зеркалу, что-то говорит и, кажется, успокаивает. Ния словно знает, что увиденное меня не порадует. Я неуверенно подхожу к зеркалу и цепенею, широко раскрыв рот в немом крике. Не чувствую поглаживаний по спине, не вижу сочувствующих взглядов и задумчивого Сенсея, ощущая, как под ногами проваливается пол.              — Что это такое, Сенсей?! — вскрикиваю, отшатываясь назад прямо на грудь Ллойда, который успевает поймать обмякшее от шока тела.              В отражении я вижу два огромных полупрозрачный белых крыла, что возвышаются из-за моей спины…