Переплетение

      — Мастер Чен хочет видеть тебя, — хриплый голос воина…              Комната Чена не была лишена скромности: золотой интерьер так и въедался в уставшие от бессонных ночей глаза. Мои руки уже второй десяток раз проводят по дорогому, выполированному до идеала, лакированному столу. Лёгким касанием беру маленькую чашку, утопая в напряжённой тишине. А напротив сидел довольный Чен…              — Не бойся, чай не отравлен, — высокий тембр его голоса начинал действовать на нервы, — стоит признать, хотел бы убить тебя, выбрал способ поинтереснее, — он рассмеялся так довольно, радостно, что внутри всё поджалось от звериного ужаса.              — Что ты хочешь? — насильно выдавила из себя вопрос, сжимая тяжелое кимоно.              — Леди Адель, кажется, в наши встречи мы не поняли друг друга. Я всего лишь хочу, как заботливый мастер, исправить эту маленькую оплошность, — улыбка заиграла на тонких губах, заставив меня скривиться не то ли от страха, то ли от отвращения. — Знаете, я восхищён вашей преданностью.              Разговор не клеился, как бы Чен не расхаживал передо мной, какие бы богатства не предлагал — я не хотела становиться предателем. Как приближённая к ниндзя задача была проста: завести мастеров в ловушку. К счастью, терпения у меня в избытке, а нервы весьма прочные, поэтому моё молчание встало комом в горле у хозяина острова, который был готов расплескать от злости всю слюну.              — Я дарую тебе больше, чем эта кучка идиотов! — уже прошипел, ударив со всей силы по деревянной поверхности. Я дёрнулась лишь на миг, но быстро села прямо, показательно поправив причёску. — Несправедливость этого мира поплатиться за то, что не дала мне места, не признала меня… Тебе ведь знакомо это чувство?              — Почему вы решили, что я испытываю то же самое? — тихо спросила, рассматривая шёлковый балдахин на кровати.              — Потому что мы оба не были рождены с силой, так ведь? — улыбнулся. И лишь это движение втоптало всю мою уверенность.              Он протянул мне кусок плотной бумаги с изображением. Старой мной… Без крыльев, недоумевающей от устоев нового, огромного мира. Той мной, что недавно познакомилась с ниндзя и не до конца доверяла Сенсею Ву.              — Ты ведь знаешь, что для изменения тела необходимо большое количество внешней энергии? — подняла на него прищуренный взгляд, — но твой случай… — он встал за моей спиной, вызывая волну мурашек, — он особенный: ты обрела новую часть тела и не платишь за это ни капли силы. Как? — последний вопрос он чуть ли не прошептал на ухо.              Всхлипываю и резко встаю, чуть не скинув со стола чашку.              — Теперь понятно… — тихо произнесла, — всё оказалось куда интереснее, чем влечение к экзотическому телу. Я не буду помогать.              — Да? — прошептал Чен, — тогда я посмотрю, как ты заблеешь, когда я опущу всех твоих дружков до единого в кипящее масло и по одному буду вырывать зубы. Увести её!              

━┅━┅━┅━┅━┅━┅━┅━┅━┅━

                    Сосредоточенно наматываю на больную ногу Джея бинт. Не обращаю внимание на пристальные взгляды других обеспокоенных мастеров. Конечно, или слова кажутся не более чем старой сказкой. Но я чувствую истинность произнесённых слов…              «Апата пытала людей. Ставила эксперименты и, кажется, даже не жалела о содеянном» — почему-то только сейчас я могу в полной мере осознать сущность пятого архива. Наверное, немного отдохнула и ясность сама пошла в бразды правления моего мозга.              — Как докажешь? — вдруг вперёд вырывается Скайлор, — неужели мы должны поверить словам… А может она вообще психопатка?! — удивленно пищу, и руки в момент отпускают белоснежный бинт.              — Леди… То есть Адель нелюдима, но сумасшедшей она не выглядит, — вступается Пейл, поправляя шляпу.              — Поэтому она приносит жуткую книгу и сваливается с потолка? — сухо плюет мастер тени… Шедоу?              — Послушайте, — меня загораживает спина Кая, — мы знаем Адель достаточно, чтобы поверить её словам! Скайлор… — он делает шаг к мастеру янтаря, — я понимаю, что эту звучит странно, но…              — Тогда может Нейро заглянет в голову твоей подружки? — Скайлор поднимает вверх голову, скрещивая на груди руки.              — Эй, полегче! — вклинивается Джей.              Гул голосов разносится по комнате, впитываясь в голову. Они раздаются эхом, заставляя меня схватиться за голову и проникнуть. Качаюсь из стороны в стороны, изо всех сил стараясь не вслушиваться в чужие обвинения.       Я не сумасшедшая.       Не сумасшедшая…       Просто они мне не верят.              Резко встаю и бросаю архив на кровать. Делаю несколько шагов в сторону Скайлор. Она тушуется, делает шаг назад. Замечаю, как глубоко дышит, как щурится. Во мне зарождается наглая потребность быть выслушанной, чтоб их тень побрала!              — Скайлор… — мой мягкий голос пропитывается лживым подтоном, — расскажи мне, почему Чен носит череп анакондрая на голове, а может почему на каждой дощечке он выгравировывает этого проклятого серпентина? — окидываю её нахальным взглядом, шумно фыркая себе под нос.              — И это должно служить доказательством? — она парирует мои слова так быстро, что я даже не успеваю вовремя осмыслить её слова.              Хищная улыбка так и плывёт по сухим, обкусанным губам. Я поднимаю голову и киваю, фальшиво соглашаясь с её словами. Мысль так и вертится в голове, но внутри стрекочет ясное чувство моей правоты. Мастер янтаря просто взбешена, так яростно откидывает мои предположения. Удивительно, мне удалось проглядеть брешь в холодной душе.              — Ты права, — протягиваю, — я всего лишь травник, что волей случая погрузился в эту дрянь. Да только меня никто и спрашивать не стал, хочу ли я этого… — сжав кулаки, продолжаю, — если бы не ниндзя, я бы не ступила на этот остров.              Всё зашло в полный тупик. Пока мастера сами не увидят текст заклинания, что когда-то увидел Нейро, нам никто не поверит. Взглядом провожаю уходящих мастеров, оставляя меня с ниндзя лицом к лицу. Когда дверь, наконец, хлопает, позволяю себе опустить голову и нервно провести ладонью по кимоно.              И вновь это происходит. Мир превращается в размытое пятно, а холод пробирает до дрожи. Тень меня побрала, когда я вышла на битву с Клаусом, но уже так поздно жалеть о содеянном. Мне только и остаётся как скатиться по стене и закрыться руками, тихо всхлипывая.              Светило, было ли лучше, если я осталась в твоём ядре?! Я бы умерла и всё закончилось. Всё бы закончилось… Я обрекла свой дом на неизвестность, подвергла риску родных и тщетно пытаюсь защитить жителей большого мира. Может быть я и вправду сошла с ума и это сон? Кошмар — такое долгое, томящиеся в бреду сновидение. Почему всё это происходит со мной, почему в мой век?              Крупное тело садится рядом, я только и слышу шуршание одежды. Мне не надо поднимать голову, и так узнаю этот дорогой одеколон Кая. Утыкаюсь лицом в колени и обхватываю их руками, полностью отдавшись самобичеванию.              — О чём грустишь? — его низкий голос заставляет меня вздрогнуть, — Эй, красотка, не время сопли пускать. — чувствую удар по плечу. Не сильный, но достаточно весомый, чтобы чуть отшатнуться в сторону.              — А может быть я давно стала безумной психопаткой? — приоткрыв глаза, поднимаю взгляд в темноту: все ушли, даже Сенсей. — Кем мне быть, Кай? — всхлип отдаётся эхом в комнате.              Я так запуталась…       Почему я должна всё это пройти?       Было ли всё это предначертано?!              — Собой, — уверенно отвечает, вызывая у меня нервный смешок.              — Кем это «собой»?! Я всю осознанную жизнь была жертвоприношением, а потом травником, а сейчас кто? — дёргаю крылом и сразу хмурюсь от боли, — зачем меня надо было спасать? — выпаливаю в отчаянии, облокачиваясь на стену.              Кай смотрит в пустоту, его лицо ничего не выражает, будто он стал каменным воином. Его рука повисла на колене, и он с тяжёлым вздохом вторил моему движению, облокотившись на стену. Плотно сжимаю губы, поняв, что ляпнула лишнего.              — Прости, я очень… — не могу найти подходящее слово, чтобы полностью описать плаксу, слабачку, сентиментальщину и…              — Знаю, — прерывает мою мысль Кай, — быть тем, кем не хочешь, та ещё задачка, — его слова обыденные, уверенные, лишённые колебания.              Почему-то кажется, что я совсем плохо знаю ниндзя… Действительно… Мне тяжело понять их чувства, как другу. Не как стратегу, а как верному товарищу и собеседнику, как Адель. Я так утонула в собственной боли, что забыла о самом главном — меня окружают ниндзя, что когда-то преодолели путь до племени, чтобы спасти меня. Те, кто не давал мне утопиться в отчаянии и одиночестве, а я…              — Знаешь, как меня нашёл Сенсей Ву? — поворачивается ко мне, — я пытался быть кузнецом, но дельце провальное. До тех пор, пока ходячий скелет не спёр Нию, я даже и не задумывался над тем, чтобы быть хорошим ниндзя, учеником. А потом… — он качает головой, — я хотел быть особенным, да и сейчас хочу, а выходит, что я даже не могу навалять этому Чену и найти предателя.              — Тебя это огорчает? — он вопросительно выгибает бровь на мои слова, — что в итоге Ллойд стал избранным?              — Нет, совсем нет, — грустно усмехается, — только если самую малость, но это всё теряется в том, что я смог приобрести. Понимаешь, надо быть тем, кем ты являешься. И я тоже долго думал, как это, а оказалось, что рано или поздно ответ придёт сам. Просто иди дальше.              Поджимаю губы, изо всех сил удерживая дрожь в теле. Слёзы сами подступают, сами скатываются по щекам, наверное, сотый раз за весь турнир. Быстро стираю влажные капли и встаю, чтобы подойти к окну.              — Я так слепа! — хнычу, про себя считая звёзды, — спасибо, Кай… Простите за всё!              — Да не за что, красотка, — он встаёт, но даже не глядя на него, чувствую, как он улыбается, — всегда помни, что у тебя есть такой потрясающий названный брат, — мы синхронно смеёмся.              — Не то слово, — потираю влажную щёку, — когда встретишь Ллойда, передай ему, что мне неловко за сегодняшнее утро.              — Вот и скажи ему это лично. — хитро ухмыляется, поправляя свою причёску.              — Что? — это был не вопрос, это был писк испуганного зверя.              — И да, мелкий, помни, что я тебе сказал! — последнее, что я слышу от Кая, прежде дверь закрывается.              — Замолчи! Не понимаю о чём ты. — этот голос можно узнать из тысячи.              Нутром чувствую его присутствие, как он стоит у двери и молчит. Я не поворачиваюсь к нему, всё стою лицом к окну и считаю звёзды, да только глаза бегают по ночному небу, не находя себе места. Это путешествие переворачивает меня, разрывает на куски от непонимания самой себя. Мои ресницы подрагивают от волнения, но оно не нагнетает, не ложиться непосильным грузом на плечи, а вызывает тёплое дуновение ветра на душе.              — Я забрал Флуфф на время к себе, — тихо произносит. Он стоит на месте.              — Она в ярости? — смеюсь, — Кай сегодня очень разговорчив, о чём он тебе говорил? Когда я свалилась на Нейро ты даже слова не произнёс. — глупая улыбка расплывается на лице.              Такое незнакомое, но тёплое чувство. Флуфф в порядке.              — Ты же знаешь Кая с его советами, — искра интереса загорается во мне, — я просто был… удивлён. Даже, проиграв, ты нашла проблемы на свою голову и смогла найти нас. А сегодня, когда я увидел тебя в этом кимоно, я сначала разозлился, что ты убежала, потом расстроился.              Тихие шаги за моей спиной. Я стою неподвижно, ожидая, и всё же внутри грудь сжало. Не могу найти места свои ладоням, потираю плечи, разглаживаю лёгкое кимоно. Мне хочется слиться с местностью, оказаться в тихой-тихой чаще, чтобы поразмышлять и понять себя. И есть в этом что-то противоречивое: правильное и неправильное, волнительное и спокойное, как летний ветер меж ветвей.              Тёплые ладони касаются плеч совсем невесомо, но даже от этого в груди потеплело. Улыбаюсь и делаю маленький шаг назад, прижимая к натренированному телу. Ллойд уже увереннее касается плеч и поглаживает одежду, от чего у меня бегут мурашки. И молчание тоже не нагнетает. Это спокойная тишина, где замерло время и на несколько минут уплывают проблемы, сделка с пятым архивом, Клаусом и Ченом. Просто осталось спокойствие.              — Странно, — моё шепот едва разносится по комнате.              — Если неприятно… — вздыхает избранный, чуть дрогнув.              — Нет-нет, — качаю головой, — вспоминаю слова Мистаке и Сенсея Гармадона. Раньше я очень боялась чужих прикосновений, а сейчас спокойно. И так странно от этого.              — Да, — он выдерживает недолгую паузу, — странно. Мы ведь два ребёнка, что так и не повидали полноценного детства. — опускаю голову.              Разворачиваюсь к нему и ложусь головой на его грудь. Его руки медленно переплывают на спину, пока я слушаю стук его сердца. Я так вымотана, так устала… Но сейчас я могу опереться на ниндзя, на своих друзей, забыв про одиночество. Совсем обезумела, раз полчаса назад жалела о своём спасении, а сейчас радуется как девочка.              — С огромным грузом ответственности за чужие жизни, но знаешь, мне стало намного легче, когда я поняла, что мне есть к кому прийти. Прости, что убежала. Я испугалась, подумала о вашей реакции, о своем унижении и просто не захотела предстать такой проигравшей.              — Адель, я… — он резко замолчал и вместо слов я чувствую только тяжёлый выдох на макушке.              — Что? Мне теперь любопытно, — закрываю глаза, — спасибо, теперь мне легче.              — Ничего такого, чтобы тебя заинтересовало. Дай нам время, и мы придумаем, как остановить Чена и его секту.              И вновь мы замолкаем под лунным светом, стоя у окна. Мистаке говорила о цветении цветов, и вправду это похоже на это. И мне не хочется отказываться от этого тепла, наоборот. Но даже в этом безмолвии осталась нить недосказанности, которую хотелось оборвать и вытянуть слова из избранного. Любопытство или нечто иное понять не могу.              — Горячий такой, — шёпот вырывает из губ сам, прежде чем тревожная догадка трогает сонный разум, — не заболел? Если доберёмся до комнаты, то найду, чем тебя отпоить! Уж имбирь и солодку я откопаю! — прикладываю руку ко лбу, и всё волшебство момента развеивается, когда я хаотично оглядываю лицо Ллойда.              — Хорошо, то есть у меня всё отлично! — нервно выдыхает, — я провожу тебя до комнаты кабуки через балкон.