Mellonta Tauta

«Р. стоит попробовать такую интересную прикормку как не быть противоречивым, сначала говоря одно, а потом делая другое. Мне кажется, идея-то неплохая и легко выполнимая, если следить иногда за базаром.

…Я реально начинаю разговаривать как К.

Что ж…»

— Запись из личного дневника Габриэля Найтингейла.

***

      — А говорят, звёзды лгут.       — Найтингейл, если ты слышишь, чтобы звёзды разговаривали, а уж тем более, лгали, то у тебя проблемы покрупнее, чем честность их показаний.       — Это я уже слышал.       Ронан давно не ощущал себя столь вдохновлённым как сейчас, лёжа на траве, на своей родной ферме, с Адамом и Габриэлем по обоим от него сторонам, знающим что у него на уме, и готовым поддержать его задумки.       — Кто-нибудь из вас интересовался раньше созвездиями? — Полюбопытствовал внезапно Адам.       Ронан медленно качнул головой.       В лучшие дни, дни, когда Ниалл Линч был ещё жив, он рассказывал своим сыновьям о созвездиях, невидимых никому, кроме их семьи — выдуманных созвездиях. В доме Линчей не было место Большим Медведицам и собакам, но зато были кролики, падающие в нору, розы, названные в честь их матери, и многое, многое другое. Ребёнком Ронан и не знал, что это правдой не являлось — помнил, как ни о чём не подозревая, он поведал о своих знаниях звёзд в школе, на что получил только мягкие смешки и покачивания головами. Деклану в тот день пришлось терпеливо ему объяснять как обстояли дела в настоящем мире, не в мире их отца. Но настоящей астрономией Ронан заинтересоваться так и не смог, несмотря на уроки от старшего брата.       — Не смотри на меня, Адам. Я о звёздах знаю не больше, чем о машинах, — вздохнул Габриэль.       Адам приподнялся на локтях. Прищурившись, оглядел бесконечное небо перед ними, и отыскав что искал, ткнул пальцем на самую яркую звезду на небосводе:       — Видите? Эта звезда называется Сириус. Её найти легче всего. Она, как видите, самая яркая, и её видно отовсюду. Даже зимой.       Ронан скопировал чужую позу, прижимаясь к плечу Адама — их щёки слегка сплюснуты. Тот едва заметно вздрогнул, но не отдвинулся, продолжая рассматривать небо.       — Следующая яркая звезда, вот тут? Это Канопус, — прочистив горло, Пэрриш продолжал двигать указательным пальцем по небу, словно указкой по доске. Ронан солгал бы, если бы сказал, что обращал внимание именно на звёзды в сложившейся ситуации. — Ещё, есть Вега. Она…       Ронан покосился на затихшего Найтингейла. Тот слегка отодвинуся, будто пытаясь незаметно слинять. Закатив глаза, он моментально впился пальцами левой руки в чужое запястье, удерживая его на месте.       — Тебе правда так не нравятся звёзды? — Насмешливо поинтересовался Адам.       Габриэль прищурился, оглядывая их со скептицизмом. Ронан закатил глаза.       Ему в голове начали закрадываться подозрения, что Габриэль — тот самый, который активно утверждал, что Ронану могли нравиться несколько людей сразу — немного не понимал, что его приглашали повсюду не ради душевной поддержки, а по прямым же причинам.       Даже Адам не возражал, хотя с Адамом всё было гораздо сложнее, потому что лично Ронан понятия не имел чего тот хотел и понимал ли он чего хотел Ронан. Но и портить их нынешние установки дурацкими вопросами он не планировал — уж точно не сейчас.       — Я могу потерпеть, — в конце концов, кивнул Найтингейл.       — Тогда лежи и слушай, — фыркнул Ронан, тяня того на себя.       Габриэль неловко дёрнулся, приземляясь щекой на левое плечо Ронана. Хватку с чужого запястья он не убрал. Адам, убедившись, что внимание возвращено на небо, продолжил свою размеренную лекцию с небольшими рассказами о каждой звезде.       Чем больше он повествовал о звёздах, тем соннее он становился. Вскоре, он окончательно слёг на траву, пока бормотал себе под нос расплывающиеся легенды о поясах и созвездиях, и очень скоро, голос его окончательно стих, а глаза — закрылись. Он заснул, склоняя голову к прилёгшему рядом Ронану.       — Господи, — беспомощно бормотнул он.       Он покосился на Габриэля в запросе на молчаливую помощь со сложившейся ситуацией. Тот многозначительно улыбнулся, и отняв голову от плеча Ронана, приблизился к его уху:       — Думаешь, он проснётся, если попытаться его поднять?       Ронан вздрогнул от обжигающего шёпота и соприкосновения губ об мочку его уха.       Адам, жмущийся к нему по одну сторону, Габриэль с другой — обычно такое происходило только во снах. Он не до конца понимал как себя вести в реальности.       — Не знаю, — процедил он.       Габриэль на пробу перетянулся прямиком через Ронана, щекоча передними распущенными от хвоста прядями ему лицо. Коснулся на пробу руки Адама, лежащей на траве между ним и Ронаном. Тот продолжил сопеть.       Когда пальцы Найтингейла невольно подцепили запястье с часами, проводя большим пальцем вдоль выпирающей костяшке, Ронан не удержался от знающей и хорошо понимающей ухмылки. Похоже, не один он фиксировался на правильном.       Он весело дёрнул бровями, когда Найтингейл кинул на него поспешный взгляд.       — Ты же знаешь почему я позвал тебя с нами?       Габриэль задумчиво поправил ремешок потрёпанных часов Адама.       — Из-за Колина?       Да чихать Ронан хотел на долбанного Гринмантла!       Это было лишь частью причины, не больше. Будь оно главной, стал бы он звать их всех сюда?       — Ты иногда… Медленный, — фыркнул Ронан.       Габриэль резко пнул его коленом в бедро. Ронан болезненно зашипел.       Он хорошо осознавал, что грозился наступить день, когда Габриэль начнёт пинать его в ответ, но он никогда не задумывался, что пинки от футболистов заведомо грозились быть сильнее в интенсивности, чем его собственные.       Это было по-своему привлекательно.       — Я не медленный, — возразил он, аккуратно проскальзывая ладонью под ладонь Адама. — Это ты идиот.       — Тебя бы здесь не было, будь это просто из-за Гринмантла, — закатил глаза Ронан. — Что ещё непонятного?       В знак доказательства, Ронан зацепился за цепь на чужом ремне. Габриэль едва заметно прошёлся кончиком языка по своим сухим губам, поочередно водя круги по костяшкам Адама. Тот, явно наслаждающийся мимолётной лаской сквозь сон, помычал, прежде чем полноценно уложить голову на плечо Ронана.       Вопреки лёгкому ветру, Ронан чувствовал себя так, словно немного задыхался.       — Найтингейл, — позвал он одними лишь губами, слегка дёргая его на себя, со странной, непонятной ему нуждой.       — Линч, — отозвался тот следом, переводя на него отсверкивающие золотом в ночной темноте глаза.       Его свободная рука, застрявшая между их сплюснутыми вместе телами, потянулась, чтобы легко коснуться его щеки. Ронан окончательно сдался — крепко зажмурился. Он не знал хотел ли Габриэль его просто коснуться или может поцеловать, но он знал, что не был против ни того, ни этого.       Увы, против был явно Гэнси, потому что в следующее мгновение телефон Ронана разразился непозволительно громким рингтоном, завывающем об убийственной песне.       — Твою мать!       Адам с Габриэлем синхронно вздрогнули, отскакиваясь прочь почти по инерции. Ронан зарычал, садясь на земле, принимаясь рыскаться в карманах в поисках давно забытого телефона.       — Что произошло? — Осоловело зевнул Адам, поправляя волосы.       — Долбанный Дик, — прошипел он.       Габриэль вздохнул, поправляя на себе одежду. Ронан всё же нащупал дурацкий и бесполезный агрегат, прожимая кнопку ответа.       — Слушай сюда, я слышать ничего не хочу, если никто не ум—       — Ронан, Джейн пропала.       Ронан заткнулся.       — Чего?       — Джейн, я не знаю, где—       Гэнси не договорил. Габриэль, явно услышавший их разговор, вырвал телефон из рук Ронана — за что он был благодарен — и продолжил сам:       — Она не пропала. Она должна была… Да, это я, Ричард. Слушай, она должна была поехать к Дитли. Ты был там?       Адам вопросительно покосился на Ронана. Ронан пожал плечами. Габриэль фыркнул прямиком в трубку Гэнси.       — Что значит откуда я знаю? Потому что она сказала мне… Что? Почему я должен был ехать с ней, если она мне не предлагала? И я был на вечерней смене… Ну же, Ричард. Так ты проверял там или нет? Нет? Ну тогда, езжай туда. Просто поезжай туда, и— Привет, Калла. Нет, Калла. Да, Калла. Хорошо, мы просто подъедем к вам домой, ага. И не переживай ты так. Если Ричард будет долбить по мозгам, то просто включи музыку. Ага. Пока.       Габриэль выдохнул, возвращая телефон в руки Ронана, но к тому времени звонок уже был завершён. Они все втроём переглянулись.       Картина складывалась очевидная: кое-кто конкретный, не выше пяти и двух футов, позабыл оповестить своих родственников и друзей о том, что планировал заняться чем-то потенциально опасным. Ронан бы погородился ей в обычное время, но его слишком раздражало, что из всех возможных и невозможных моментов, это случилось сейчас.       — Так значит, едем на Фокс Уэй? — Догадался окончательно проснувшийся Адам.       — Ага.       Мда.       Что уж сказать, Сарджент умела портить ему малину профессионально.