Глава двадцать четвёртая. Адам Пэрриш
26 июля 2025 г., 15:21
«Мне снова приснился этот странный мужчина в дерьмовых мехах прошлого века. В этот раз он не гнался за мной по лесу! Достижение!
Но он протянул мне букет красных гвоздик, так что, это всё равно было странно и жутко.
Я либо схожу с ума, либо у женщин с магией последние месяцы беременности проходят как-то по-особенному???»
— Запись из личного дневника Габриэллы Веласко-Найтингейл.
***
Если бы Адаму Пэрришу платили по доллару каждый раз, когда они вытаскивали из заброшенных пещер давно пропавшего или технически почившего человека, который в своб очередь узнавал в Габриэле Найтингейла охотника Глэндовера, то у Адама бы было два лишних доллара в кармане. Что было не так уж и много, но крайне подозрительно, что случилось дважды и вовсе. — Господин, — Артемус, биологический отец Блу Сарджент, вопреки ранению и крайне слабому состоянию, резко подался вперёд, чтобы склониться перед Габриэлем. Габриэль машинально отступил назад, одаривая незнакомого мужчину недовольным взглядом, полным дискомфорта. — Артемус, нет, встань, — простонала растрёпанная, не менее усталая Мора. — Я не ваш охотник, — раздражённо бормотнул Габриэль. — Отстань от него, а, — в тон ему парировала Калла, попутно заводя свою машину. Артемус озадаченно вскинул брови, но не успел никак это прокомментировать — его отдёрнули Блу и Мора, обе одинаково озадаченные, но такие же яростные как и всегда. Мистер Грей, постучавший Габриэля по спине в дружелюбном жесте, был гораздо мягче с новым гостем, чем его дочь и бывшая возлюбленная. Ронан многозначительно фыркнул, косясь в сторону оттащенного мужчины. — Господин, — передразнил он. Адам и Габриэль, не сговариваясь, многозначительно на него повернулись: — Ну конечно, тебя интересует именно это. Ронан моментально встрепенулся, принимаясь агрессивно махать ладонью меж ними, словно отгоняя прочь надоедливых мух — заведомо безуспешно. Это вынудило Адама удовлетворённо хмыкнуть. Его радовало, что где-то между нескончаемыми делами и бурлящей магией, они втроём всё же, не сговариваясь, да разобрались в том, что происходило между ними. Потому что стоя теперь в компании Найтингейла и Линча, Адам больше не сомневался — они все находились на одной странице. Они все хотели друг друга одинаково, в той же манере. Это в свою очередь здорово облегчало его внутренние дилеммы. — Что ж, я думаю, результат нашей вылазки был… Полезным, — подытожил Адам. — Ага, — Ронан покосился на мрачного Габриэля, потирающего свой шрам. Ткнул его локтём. — Тебя что настолько раздражает, что тебя путают с охотником? Габриэль, явно потерявшийся где-то глубоко в мыслях, машинально отдёрнулся. Сморгнул навождение, уже чётче оглядывая их, словно впервые. — Наверное, — неуверенно согласился он. — Потому что он тебе не нравится? — Уточнил Адам. Он понимал откуда могла идти чужая неприязнь. По немногочисленным источникам, Охотник являлся той ещё странной исторической фигурой, которая совсем не вписывалась со своей беспощадностью и жестокостью в общий совет Глэндовера. И всё же… И всё же, Охотник и Габриэль были связаны. Габриэль из будущего, тот, что посещал его четвёртого июля — был ли он действительно из будущего, Адам не до конца понимал, но верил — явно защищал того. Убеждал, что он не являлся опасной фигурой, что пытался помочь. Это путало. Если тот Габриэль был из будущего, то в какой момент их Габриэль должен был поверить в своего предшественника и довериться ему? Суждено ли было путям этих двоих пересечься? Поэтому всё грозилось поменяться? Или лес игрался с ними, подкидывая фальшивые образы? — Какая разница, что я о нём думаю? Он всё равно бродит где-то рядом, — заметил Найтингейл с лёгким пренебрежением. — Я был бы благодарен, будь он чуть-чуть по прямолинейнее. Если случайные слуховые галлюцинации его рук дело, то они не очень помогают мне понять чего он хочет. — Может, он пытается выманить тебя на охоту, — предложил Ронан, пускай и шуточно. — Одному скучновато. — В Кейбсуотере не на кого охотиться, — возразил Габриэль. И прямиком после этих слов, будто в странной и зловещей догадке, из ниоткуда грянул гром. Они синхронно вздрогнули, криво впечатываясь друг в друга, словно напуганные птенцы, чью ветку неудачно дёрнули. — Умоляю, — сцепив зубы, заговорил Адам, прижимая ладонь к здоровому уху, — перестань менять погоду столь резко. Или хотя бы предупреждай заранее, если планируешь. — Реально. Заебёшь, — бормотнул Ронан. Справедливости ради, после событий летом, Габриэль практически не вызывал никаких крупных погодных изменений. Они не до конца понимали являлось ли это плохо или хорошо, но, в любом случае, проявлялось по-минимуму. — Если бы я понимал как это работает, — пожаловался тот. — Я же и не пытаюсь ничего делать. И долбанный охотник даже не был магом, так что, я ещё больше озадачен. — Но он был немного шаманом, — возразил Адам. — Шаманы таким промышляют. — По-моему они проводят ритуалы с бубнами и травами, а не хлопают красивыми глазами как Найтингейл. Габриэль удовлетворённо хмыкнул мимолётному комплименту Ронану. — И, шаманизм охотника даже не был осознанным или полноценным. Они были так близко к разгадке и так далеко. Что связывало Габриэля и охотника, двух фигур, которые в теории не должны были пересекаться и вовсе? Почему природа любила их столь сильно, повинуясь их диким порывам? Где нужно было искать ответы на эти вопросы? — Надо снова попытаться поговорить с Алис. Или Катрин. Может даже Рианнон, — забормотал Габриэль, скорее самому себе, чем остальным. Адам с Ронаном устало переглянулись. Если Габриэль опять начнёт раньше времени крутиться как белка в колесе с вопросами охоты, то это закончится плохо. — Харе загоняться из-за этого сейчас, — Ронан подцепил Габриэля за шкирку, притягивая поближе. — У нас тут день хоть раз в год нормальный выдался. Не порть настроение. — Подумаешь потом, — согласился Адам, тянясь, чтобы расправить воротник чужой футболки, скомканный Ронаном. Габриэль дёрнул уголком губ на их своеобразные аффирмации, но не возразил. Только уложил ладонь на их щёки, и поочередно поцеловал, вынуждая их обоих застыть как вкопанных. — Спасибо, мальчики. Ни Адам, ни — очевидно — Ронан, не были привыкшими к столь открытым физическим взаимодействиям, которые были так любимы Габриэлем. И это осознание не было им в новинку — в конце концов, Габриэль сильно озадачивал их всем своими повадками с первого своего дня в их компании — но одно было удивляться тяге Найтингейла обнимать и касаться своих друзей, другое… Другое их. К тому моменту, когда они отмерли, Габриэль уже вновь с кем-то увлечённо переписывался. — Да кто тебе там постоянно назвякивает? — Недовольно поинтересовался Ронан. Если бы взгляды могли убивать, то телефон Габриэля бы давно уже взорвался. — Его любовница, — пошутил Адам. В отличие от Ронана, он уже смирился, что у Габриэля было знакомых больше, чем у них за все годы обучения в Академии. — Тш-ш, Пэрриш. Не подставляй меня так. Но он так и не ответил с кем переписывался, и Ронан остался фырчать совершенно недовольным. Адам рассеянно покосился на пустующее Камаро, припаркованное на обочине. — А где Гэнси? Они синхронно огляделись по сторонам. Тишина в лесу на мгновение показалось волнительной.
