Шанс

      — Ну, здравствуй, Поттер, — Снейп усмехнулся, словно они встретились где-то в аудитории после занятий.       Гарри молчал. Он действительно не знал, что сказать. Почему бывший профессор ждал его в этом месте? По какой причине он решил заговорить с ним? Знает ли он, что Гарри увидел в его воспоминаниях?       Когда молчание затянулось, а Снейп продолжал смотреть на него с ожиданием, Гарри хриплым голосом ответил:       — Здравствуйте, эмм… сэр, что вы здесь делаете?       Снейп лишь закатил глаза:       — Вы, как всегда, отличаетесь вежливостью. Я здесь, чтобы дать тебе предупреждение.       Гарри почувствовал, как его сердце начало биться быстрее. Предупреждение? О чем может быть речь?       — Предупреждение о чем? — спросил Гарри, стараясь подавить нервозность в голосе.       Снейп поднял бровь, словно удивленный, что Гарри задал такой вопрос.              — О жизни, Поттер. О твоей жизни и о том, что с ней стоит делать дальше, — ответил он, пронзительно глядя на Гарри.       — Что вы имеете в виду? — спросил он, пытаясь понять смысл слов бывшего профессора.       — Я представляю собой нечто большее, чем просто образ твоего воспоминания, Поттер. Я — Смерть, — сказал он, его голос пронзил тишину вокруг них. Гарри вздрогнул.       — Смерть? — повторил он, слабо. Все это звучало слишком неправдоподобно, чтобы быть истиной.       Снейп (или лишь его образ?) кивнул:       — Да, я — воплощение Смерти. И я пришел, чтобы наказать тебя. Вместо того чтобы забрать твою душу, я даю шанс. Ты проживешь семь жизней. В каждой ты станешь другим человеком — мужчиной или женщиной, ребенком или стариком — и столкнешься с предстоящей смертью. Если у тебя получится спасти хоть кого-нибудь из них, ты сможешь продолжить жить, как этот человек. В его теле, с его судьбой, с его памятью. Если же ты умрешь во всех семи жизнях, то отправишься в то место, которое люди зовут адом.       Гарри вздрогнул. Он ощущал, что его дыхание становится неровным, а сердце бьется так сильно, что казалось, оно выскочит из груди. Он не мог поверить, что стоит перед Смертью, которая предлагает ему нечто столь странное.       — Но я не хочу, — прошептал Гарри. Он поднял взгляд и все еще видел перед собой Снейпа. Его подсознание отказывалось воспринимать существо перед ним как-то иначе, из-за чего желание сопротивляться было более сильным.       Снейп в ответ посмотрел на него, после чего презрительно усмехнулся:       — Твое желание не имеет значения. Ты не имел права решать, когда пришло твое время. Теперь ты должен исправить свою ошибку.       Гарри чувствовал, как что-то сжалось в груди — тугой, горький ком, подступающий к горлу. Слезы жгли глаза, но он упрямо держался. Не перед Смертью, принявшей облик человека, которого он когда-то ненавидел, и, возможно, начал прощать слишком поздно.       — Но я устал, — прошептал Гарри, пытаясь передать свою боль и отчаяние через свои слова. — Я устал от всего этого. От боли, от потерь, от борьбы. Я не знаю, смогу ли я справиться с этим еще раз.       Снейп склонил голову, взгляд его стал мягче, но голос звучал так же строго:       — Все устали, — сказал он наконец. Голос был все так же строг. — И все же идут дальше. Думаешь, только тебе тяжело? Думаешь, ты один страдал? Ты забрал себе право уйти. Не подумал, что этим мог обесценить чужие жертвы, любовь и боль. Теперь ты будешь жить. Семь раз. И в каждой жизни ты будешь не Гарри Поттер. Ты почувствуешь, что значит быть на грани. И только тогда поймешь, что смерть — это не конец.       Гарри молчал. Ему нечего было сказать. Он так устал, что спорить совсем не хотелось, тем более, что Снейп явно не знал, что он чувствовал за мгновение до своей смерти.       — Оставьте меня в покое, — наконец произнес он. — Неужели я недостаточно настрадался? — Гарри не ожидал, что эти слова внезапно вырвутся. Он не привык жаловаться, да и никогда не ощущал недовольства от того, что ему приходилось проходить. Но оказавшись перед Смертью, он ощутил острую несправедливость.       — Ты? — Снейп хмыкнул. — А кто не страдал? Думаешь, ты один все потерял?       С трудом подавив смешанные чувства отчаяния и страха, Гарри смотрел на Снейпа, испытывая внутреннее смятение. Спорить и доказывать что-то казалось настолько бессмысленным, что Гарри на секунду лишь прикрыл глаза, стараясь при этом выровнять свое дыхание.       — Как это будет работать? — спросил Гарри, не имея желания дальше что-то объяснять.       — Как я и сказал, ты будешь перерождаться в телах семи разных людей. Твоя задача — повлиять на их жизни, чтобы спасти от смерти, исцеляя свою душу в процессе.       Гарри задумался над этими словами, осознавая глубину и сложность предложенного испытания. Ему не хотелось возвращаться, там его ждали снова трудности, которые он был не в состоянии преодолеть. Да и смысл? Оказаться в аду казалось намного проще, чем возвращаться в реальность, где каждый день был хуже настоящего пекла.       Он не просил второй шанс. И не верил, что заслужил его. Он был сломлен, измотан и опустошен. Вернуться значило снова идти по кругу. Снова надеяться и терять.       Но Снейп не собирался давать ему право выбора или даже время подумать. В следующий миг он поднял палочку.       Гарри не успел пошевелиться.       — Авада Кедавра!       Вспышка зеленого. Не было ни боли, ни даже страха — только опустошающее, ледяное спокойствие, как перед тем, как провалиться в сон. Он не почувствовал удара, не ощутил, как тело падает. Было только это странное, растягивающееся мгновение, когда кажется, будто время остановилось, и ты завис между прошлым и тем, чего еще нет. Он снова уходит. Но на этот раз не в знакомую темноту или в сладкое забытье. На этот раз он падал в пустоту, в неведомую глубину, лишенную формы и смысла. Все, что у него оставалось, это осознание — дальше будет не легче. Но выбора у него больше не было.

***

      Гарри чувствовал, как его сознание медленно возвращалось к реальности. Он мог почувствовать землю под собой и слабый ветер, касающийся его лица. Гарри медленно открыл глаза и осмотрелся вокруг. Он оказался в узком проходе, окруженном серыми каменными стенами.       Ощущение дезориентации охватило Гарри, когда он осознал, что находится в теле кого-то другого. Голова закружилась, а перед глазами замелькали обрывки воспоминаний, не принадлежащих ему. Он зажмурился, пытаясь собрать их воедино, и внезапно понял: его зовут Джейк, и он всего несколько месяцев назад стал аврором.       Память нового тела постепенно раскрывалась перед ним, вспышками показывая моменты недавнего прошлого. Джейк выслеживал сбежавшего Пожирателя Смерти. Гарри мог чувствовать это напряжение, азарт погони, почти осязаемую близость цели. И теперь он стоял здесь, в узком каменном проходе, скрытом от посторонних глаз.       Холод пробирал до костей, стены были покрыты влагой и мхом, а воздух казался густым, пропитанным запахом сырости. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь каплями воды, падающими на камень.       Гарри медленно двинулся вперед, но в тот же миг уловил чужое присутствие. Где-то впереди донеслись слабый шум и движение. Его пальцы машинально сжались на палочке, готовся к схватке. Он сделал еще один шаг и увидел темную фигуру.       Кто-то был здесь.       Гарри задержал дыхание и рванул вперед, но незнакомец исчез за поворотом. Желание узнать, кто это, вспыхнуло мгновенно. Он ускорил шаг, не сводя глаз с темноты впереди.       Коридор становился уже, стены словно сжимались, но Гарри продолжал двигаться, пока не наткнулся на него — того самого незнакомца. Тот стоял спиной, но, услышав шаги, вздрогнул и резко развернулся, поднимая палочку.       — Кто ты? — голос его был напряженным и настороженным.       Гарри замер, вглядываясь в лицо молодого, бледного волшебника, который явно не ожидал здесь никого встретить, и в его глазах — широких, холодных — застыло тревожное, почти животное недоверие, которое с каждой секундой становилось все ближе к страху.       — Ты кто? — повторил он, на этот раз жестче.       Гарри сглотнул, понимая, что если скажет что-то не то, последствия могут быть непредсказуемыми.       — Я… Джейк, — просто ответил он.       Но не успел осознать, что сказал, не успел даже вдохнуть — как незнакомец рванулся вперед и взмахнул палочкой с такой отточенной уверенностью, что Гарри ничего не успел.       Зеленый свет ослепил Гарри, и мир вокруг растворился в темноте.       В следующий миг Гарри оказался на уже знакомом вокзале, лежа на полу и чувствуя остатки личности Джейка, которого сейчас настигла смерть.       Перед ним возник Снейп. Скрещенные руки, приподнятая бровь, взгляд, от которого сразу вспоминались колкие ремарки на уроках — смесь раздражения и привычного разочарования. Почти комично, насколько Смерть тщательно воспроизводила манеры бывшего профессора.       Но Гарри был слишком разозлен, чтобы долго думать об этом. Он поднялся на ноги и яростно произнес:       — Почему я? Почему всегда я? Зачем вы заставляете меня все это проходить снова и снова? — голос дрожал от усталости, злости и чувства бессилия.       Снейп лишь вздохнул:       — Ты все еще не понимаешь, Поттер. Это путь, который ты выбрал, и это последствия твоего выбора. Ты должен пройти через это, чтобы понять кое-что важное. И, признаться, ты даже не постарался в этот раз.       Гарри закрыл глаза, сжав кулаки. Он не хотел слышать. Не хотел признавать. Но слова попадали точно в цель — в ту часть души, где сидела вина.       Снейп подошел ближе к Гарри и взглянул ему в глаза:       — Жизнь — это не просто выбор. Это непрерывное испытание, в котором ты должен научиться принимать последствия своих поступков. Ты не можешь просто бежать от своих ошибок, ты должен их исправлять.       Гарри почувствовал, как гнев медленно утихает в его груди, оставляя за собой лишь слабость и усталость. Он слишком устал, чтобы спорить. Если ему нужно пройти эти испытания, чтобы умереть, он готов был сделать это.       Когда ему было легко хоть в чем-то?       — Хорошо, я сделаю это.       — Жизнь — это не всегда справедливо, Поттер. Но она дает нам возможность стать лучше, чем мы были. Ты сможешь преодолеть эти испытания.       Гарри медленно кивнул, почти не вникая в слова Снейпа. Не хотелось тратить время на пререкания, тем более, тот совсем не хотел его слушать. Когда Снейп поднял палочку, Гарри не шелохнулся. Снова вспышка — зеленая, яркая, слепящая. И снова — тьма.

***

      В этот раз пробуждение было более тяжелым. Гарри почувствовал острую боль в груди, когда открыл глаза и обнаружил себя в светлом помещении с высокими потолками и роскошной мебелью. Постепенно Гарри осознал, что лежал на широкой кровати с тяжелыми золотыми балдахинами, а атмосфера комнаты говорила о богатстве хозяина.       Гарри почувствовал, что его тело не такое, как прежде. Оно было слабым и усталым, а подняв руку, чтобы рассмотреть пальцы, он увидел, что они тонкие и ухоженные, покрытые дорогими кольцами, но при этом довольно морщинистые и явно принадлежащие пожилому человеку.       «Кто я на этот раз?» — подумал Гарри, пытаясь сообразить, где он находится и что с ним происходит.       Гарри попытался приподняться, но его тело откликнулось слабостью и болью. Он с трудом сел на постели и осмотрел комнату. Стены были украшены картинами, изображающими сцены охоты и семейные портреты. Тяжелые бархатные шторы закрывали окна, сквозь которые пробивался слабый свет.       В этот момент дверь открылась, и в комнату зашла пожилая женщина в униформе горничной. Она остановилась, увидев, что Гарри проснулся, и поспешила к нему.       — Мистер Гринвунд, вы проснулись! — сказала она, ее голос дрожал от волнения. — Как вы себя чувствуете?       В тот самый миг на Гарри обрушился поток чужих воспоминаний, из которых стало ясно: он оказался в теле состоятельного аристократа, прожившего почти всю жизнь в Австрии, вдали от войны и ее последствий. Мужчина никогда не участвовал в сражениях, был окружен роскошью и спокойствием, но последние годы боролся с тяжелой, наследственной болезнью. И, похоже, теперь болезнь взяла свое. Его время подходило к концу.       — Я... чувствую себя немного слабым, — ответил Гарри, пытаясь соответствовать ситуации.       Горничная кивнула и помогла ему устроиться поудобнее на подушках.       — Доктор скоро придет, мистер Гринвунд. Вам нужно отдохнуть.       Гарри вздохнул. Теперь он понимал, почему его выбрали именно для этого тела. Ему предстояло пережить жизнь, полную страданий, но, возможно, именно в этом испытании он сможет найти способ помочь другим или изменить что-то в себе.       — Спасибо, — сказал Гарри, стараясь говорить уверенно, хотя внутри него все бурлило от смешанных чувств.       Горничная кивнула и вышла, оставив его в одиночестве. Гарри оглядел комнату, пытаясь понять, как он сможет справиться с этой новой реальностью.       Он с трудом поднялся с кровати и подошел к зеркалу, стоящему у стены. Гарри увидел отражение старого мужчины лет с аристократическими чертами лица, темными волосами и глазами, которые выражали усталость. Он провел рукой по лицу, пытаясь привыкнуть к новому облику.       Гарри попытался сосредоточиться на воспоминаниях Гринвунда, чтобы понять, что происходит. Тот был одним из тех, кто не принимал активного участия в войне против Волдеморта, его семья, обладая влиянием и богатством, сумела избежать обвинений и последствий.       Гринвунд страдал от редкого и неизлечимого магического заболевания, которое постепенно истощало его силы и жизненную энергию. Гарри чувствовал это каждую секунду: тяжесть в груди, дрожь в пальцах, ноющую ломоту в костях. Он даже не сразу понял, насколько привык быть сильным, пока не потерял контроль над самым простым — телом.       «Значит, я снова умираю», — горько подумал Гарри. Его охватило отчаяние. Он вспомнил Смерть-Снейпа и тот странный договор. Теперь ему предстояло прожить жизнь, сражаясь не с темными волшебниками, а со смертельной болезнью.       Прошло несколько дней, и Гарри начал понемногу привыкать к новой реальности, хоть и все ему было чужим. Привычка быть сильным, решительным, вечно спасающим кого-то — все это рухнуло перед лицом той беспомощности, что теперь определяла каждый его день. Его новое тело было истощено болезнью: каждый вдох сопровождался легкой болью в груди.       Больше всего мучило не это. А тишина. В доме, полном слуг, книг, уюта — царила гнетущая тишина, в которой Гарри снова и снова возвращался мыслями на Астрономическую башню. Он прокручивал события последних месяцев, искал ответы и спрашивал себя: а что, если бы он не прыгнул? Смог бы он выкарабкаться, найти в себе силы жить? В глубине души он знал ответ — вряд ли. Война выжгла его изнутри, превратила в тень самого себя, и ничего бы не принесло облегчения.       И теперь, лежа в просторной комнате Гарри ловил себя на странном чувстве — зависти. Он завидовал мистеру Гринвуду, человеку, чья жизнь теперь по воле случая принадлежала ему. Тот никогда не держал палочку с дрожащей рукой перед лицом врага, не терял друзей и не хоронил надежды. Он жил просто — семья, книги, бизнес, долгие прогулки по саду званые ужины.       Но даже это чужое спокойствие подходило к концу. Гарри ощущал, как с каждым днем тело сдается все больше. Сначала исчез аппетит, потом сон стал обрывочным и тревожным, а затем пришла слабость, словно сжимавшая его каждую мышцу холодной рукой. Он понял: конец близко. И на удивление не испугался.       Последним, что он услышал, был голос Снейпа:       «Ты еще не закончил, Поттер. У тебя впереди много испытаний».

***

      Снейп ждал его на платформе, сложив руки на груди. Заметив Гарри, он слегка прищурился и поинтересовался:       — Как тебе твоя жизнь в теле дряхлого старика?       — Ко всему привыкаешь, — пожал плечами Гарри, не желая признавать, что лежать целыми днями в постели и не иметь сил сделать даже несколько шагов, было невыносимо.       Снейп будто прочитал его мысли, усмехнулся, не скрывая своего сарказма.       — Видишь ли, Поттер, — начал он, — жизнь не всегда состоит из героических подвигов и триумфов. Иногда это просто борьба за каждый прожитый день.       Гарри почувствовал, как внутри вспыхнула злость.       — Да, я это понял, — резко ответил он.       Снейп посмотрел на него долгим, изучающим взглядом, прежде чем заговорить снова:       — Смерть не терпит слабости. Тебе придется научиться ценить жизнь, каждый ее миг, независимо от того, каким он будет. Лишь тогда ты сможешь получить то, что желаешь.       Гарри чувствовал, как его сердце сжалось от боли. Он знал, что Снейп прав, но это не делало его путь легче.       — А что дальше? — спросил он, пытаясь удержать голос от дрожи. — Кем я стану в следующий раз?       Снейп не ответил сразу. Он на мгновение задумался, прежде чем сказать:       — Увидишь.       Он поднял палочку и в третий раз произнес Убивающее заклятие.       Гарри снова ощутил странное дезориентирующее чувство, когда его сознание переносилось в новое тело.       Он вдохнул. Резко, с трудом. Воздух был спертым, пропитанным гарью и чем-то металлическим, от чего тут же начало першить в горле.       Первые звуки, прорезавшие тишину — крики. Громкие, истеричные, полные боли. Потом — вспышки заклинаний. Гарри медленно открыл глаза, и сердце едва не выскочило из груди: всего в нескольких шагах от него лежала мертвая женщина. Широко открытые глаза уставились в пустоту, а по щеке стекала тонкая струйка крови.       Он был под кроватью. Маленький, прижавшийся к пыльному полу. Руки дрожали, а все тело сжималось от страха.       Не успел он опомниться, как кто-то грубой магией выдернул его из укрытия. Гарри на секунду зажмурился от резкой боли в спине, а перед глазами уже мелькали воспоминания.       На этот раз Гарри оказался в теле пятилетнего мальчика по имени Тим. Его родители оказывали активное сопротивление армии Волдеморта, за что и поплатились этой ночью.       Небольшая группа Пожирателей ворвалась в их дом. Сначала они схватили его мать и долго мучили ее на глазах у мужа, а когда им надоело и они избавились от нее, принялись за мужчину. Дыхание перехватило от осознавания ужаса ситуации. На глазах у ребенка развернулся настоящий кошмар, но он ничего не мог поделать.       — Эй, смотри, ублюдок, мы нашли твоего сынка! — раздался хриплый голос.       Чьи-то грубые руки схватили Гарри за плечи и резко подняли, подтолкнув вперед.              Перед ним, на полу, скорчившись в беззащитной позе, стоял мужчина — окровавленный, измученный, почти неузнаваемый. Это был отец Тима.       В следующий момент стоящий позади с силой толкнул Гарри в спину, из-за чего он так же упал на колени.       — Не трогайте его! — закричал мужчина, пытаясь вырваться из захвата Пожирателей, за что его наградили коротким круциатусом.       Гарри сжал кулаки. Он никогда не мог спокойно смотреть на чужие страдания, и даже теперь, будучи в теле ребенка, которого не мог защитить, в нем вскипела злость. Он сделал шаг вперед, забыв обо всем.       — Маленький гаденыш! — раздался крик, и его отбросило заклинанием. Боль пронзила все тело, и Гарри упал, ударившись лицом о пол.       — Пожалуйста… оставьте его в покое… — прошептал отец. В его голосе дрожали слезы. — Он просто ребенок…       Смех. Холодный, громкий и безумный.       — Это маленькое отродье — полукровка, от которых стоит избавляться, — произнес один из Пожирателей, подходя ближе.       Гарри с трудом поднял голову. Он не мог ничего сделать. Ничего сказать. Только смотреть. В который раз он был бессилен.       — Давайте уже покончим с этим, — бросил кто-то раздраженно. — Мне надоело.       Отец Тима во весь голос закричал, продолжая вырываться из захвата, но это было бессмысленно. Один из Пожирателей направил палочку на Гарри, игнорируя вопли и тихо посмеиваясь. Последователи Волдеморта никогда не отличались состраданием.       Гарри не было страшно. Он уже привык умирать, но его сердце сжалось от понимания, что этот мальчик хотел жить. Но ему пришлось погибнуть от рук сумасшедших ублюдков, которые не знали, что такое мораль и сочувствие. От этого все внутри сжималось от всепоглощающей боли, из-за которой хотелось выть.       Он снова беспомощен.       Гарри смотрел на Пожирателя перед собой, еще раз вспоминая, с каким именно злом боролся все эти годы. Тот же обратился к отцу Тима, не опуская палочки:       — Это будет тебе уроком, чем заканчивается сопротивление Темному Лорду.       Он снова повернулся к Гарри, несколько секунд просто рассматривал его, без тени сомнений и капли жалости. Только презрение.       — Авада Кедавра!

***

      Гарри открыл глаза и опять оказался на платформе Кингс-Кросс.       — Ну, здравствуй снова, Поттер, — прозвучал знакомый голос. Гарри повернулся и увидел фигуру Снейпа, стоящего неподалеку.       — Что теперь? — Гарри сразу перешел к делу.       Снейп внимательно посмотрел на него, и Гарри почувствовал, что он ожидает ответа.       — Я понимаю, что вы хотите меня наказать, — сказал Гарри. — Но я уже устал от всего этого. Зачем вы отправили меня в тело того ребенка?       Снейп нахмурился:       — Так нужно было. Неужели ты ничего не понял?       Гарри вздохнул, чувствуя, как отчаяние снова начинает овладевать им.       — Я не понимаю, зачем все это. Я пытался помочь людям, делал все, что мог... Но что мне это дало? — спросил он, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями. — Я знал, что последователи Волдеморта не отличались особой гуманностью, но зачем мне было наблюдать за этим снова?       Гарри судорожно вздохнул — в ушах до сих пор стояли крики бедного мужчины, который потерял за одну ночь всю семью. А сколько еще таких историй? Как много детей было убито во время войны?       Снейп сделал шаг вперед и посмотрел Гарри прямо в глаза.       — Ты считаешь, что все твои усилия были напрасны? — спросил он. — Ты думаешь, что спасение одной жизни не имеет значения? Каждый твой поступок, каждое действие имеет последствия. Ты увидел своими глазами, что не все смогли пережить это страшное время. Многие маленькие волшебники были убиты, хотя только начинали жить. Ты же так легко отказался от всего, с таким трудом выжив.       Гарри устало вздохнул. Ему нечего было на это ответить. Он понимал, что Снейп пытался до него донести, но именно все это отняло у Гарри последние силы. Правильно говорят, война закончилась, но для сражавшихся она продолжится. Он просто не мог больше вынести всю ту боль, которую чувствовал каждый день.       — Просто отправляйте меня дальше. Хочу быстрее покончить с этим, и больше не возвращаться туда.       Несколько долгих секунд Снейп просто изучал Гарри внимательным взглядом, словно пытался прочесть все его мысли. После чего медленно поднял палочку и сказал:       — В этот раз ты окажешься в ситуации, которая заставит тебя переосмыслить свое прошлое, если ты до сих пор так легкомысленно относишься к своему наказанию.       Помещение снова озарила зеленая вспышка, и Гарри отправился в новое тело.