Intimacy

Когда император Слизерин, тогда ещё лорд Томас Слизерин, объявил войну Британии, общественность презрительно усмехнулась и заверила, что министерство уничтожит его, как и других сторонников Грин-де-Вальда. Потребовалось более сотни смертей волшебников и ещё больше смертей магглов, прежде чем они начали воспринимать его как угрозу, но к тому времени было уже слишком поздно. То, что Дамблдор бросил Британию и группу, которую он создал исключительно для того, чтобы свергнуть Тёмного Лорда, стало последним гвоздём в крышку гроба. Не прошло и недели, как Лорд стал императором, а Британия — его империей. Когда он объявил войну всему миру, через четыре года после начала второй мировой войны, люди по всему миру боялись его вероятной победы, но скрывали это за ложной бравадой и нечестными заявлениями о стойкости. Однако это продолжалось недолго, поскольку страны начали распадаться под его властью. Император претендовал на окружающие его страны, и Империя стремительно расширялась. И когда в 1975 году он завершил своё завоевание мира, сама Земля остановилась, чтобы поклониться ему, — такова была абсурдность его силы.

***

Июль 1988 года —Объявляем о прибытии Его Императорского Величества, Верховного Императора династии Слизерин! — радостные возгласы разнеслись по городу, когда мужчина, облачённый в завораживающие чёрные и ослепительно-серебристые одеяния, вышел вперёд с твёрдым выражением лица. Император, обладавший всей полнотой власти в Империи, редко появлялся на публике, поэтому даже мельком увиденный вдалеке, он стоил того, чтобы подождать. Том, стоя на балконе, с удовлетворением наблюдал за восхищённой толпой внизу, медленно скользя по ней взглядом и наслаждаясь своим достижением. Этого момента он ждал долго, но теперь, после более чем десятилетнего уверенного правления над всем миром, Том наконец-то мог чувствовать себя довольным своей властью. Цокот шагов позади отвлёк его от наслаждения, и он краем глаза увидел, как члены его гарема медленно окружают его, низко кланяясь. Он не обратил на них внимания, переводя взгляд на людей перед собой, которые кричали и карабкались, пытаясь подобраться как можно ближе к существу, которое они считали своим богом. Он тихо усмехнулся, и его губы скривились в радостной ухмылке. —Восхитительно, не так ли? Такие простые создания, эти маглы, не так ли?—Ответа не последовало, но этого и следовало ожидать. То, что принадлежало ему, никогда бы не осмелилось заговорить в его присутствии. —Я даже чувствую присутствие каких-то ведьм там, внизу, но, по крайней мере, у них хватает приличия не толкаться и не пихаться, как стадо животных. Я ожидал бы не меньшего от тех, кто благословлён магией, но в наши дни люди продолжают меня удивлять.— Он вздохнул, прежде чем элегантно развернуться и встать лицом к ним. —На сегодня с меня хватит. Давайте уйдём. Эванджелина, пойдем со мной. По его знаку вперёд вышла светловолосая женщина с замысловатой причёской и протянула руку Тому, который осторожно её пожал. Она улыбнулась ему, и в её голубых глазах промелькнуло что-то, от чего он слегка вздрогнул, вспомнив врага, о котором не слышал почти сорок лет. — Да, ваше величество. Он скривил губы, бросив последний взгляд на толпу, а затем повёл свою свиту обратно в дом.

***

Где-то внизу, в толпе, стоял юный Гарри Поттер в окружении своих хмурых родителей и их друзей, которые сердито переговаривались друг с другом, обсуждая Императора. Гарри рассеянно слушал, как его родители повторяют оскорбления, его внимание было сосредоточено на другом. Он бросил один взгляд на мужчину, стоявшего на позолоченном балконе, облачённого в такие роскошные одежды, которые он видел лишь на нескольких волшебниках, и захотел с большим рвением. Ещё предстояло выяснить, хотел ли он того, что было у императора, или самого императора.

***

Июль 1991 года Гарри низко поклонился, слегка дрожащими руками, хотя и старался унять дрожь, и тихо поприветствовал Императора, совсем не так, как его уверенный в себе отец. Его мать молчала, и Император не заметил её присутствия. Она стояла рядом с Гарри, молча, но твёрдо. — Приветствую Его Величество, Императора Слизерина. Благодарю Вас за приглашение. Мужчина пошевелился на троне, слегка наклонившись вперёд. Гарри вздрогнул от страха. —Наследник Поттер-Блэк, рад наконец-то с вами познакомиться. Моя дочь так много рассказывала мне о ваших способностях, а также о том, что вас приняли в Хогвартс. Я поздравляю вас с этим достижением. Пусть ваше пребывание в величайшей школе Империи будет благополучным. — Благодарю вас, Ваше Величество. — Он гордился тем, что его голос не дрожал так сильно, как ему хотелось: безжалостный император наказывал людей и за меньшее, чем просто дрожащий голос. —Лорд Поттер, похоже, в вашем сыне сильна ваша кровь. Пусть это будет благословением для вас, кто ещё не произвёл на свет чистокровное потомство и не взял в наложницы чистокровную волшебницу. —Тон императора был снисходительным, он намеревался смутить отца Гарри перед собравшимся вокруг них двором, безмолвно наблюдавшим за их мучениями. Он возблагодарил небеса за то, что лорда Малфоя не было рядом, поскольку, несмотря на дружбу с его детьми, этот человек никогда не ладил с семьёй Поттеров, особенно после того, как их статус был практически отнят у них. Его отец, казалось, слегка напыжился от едва скрываемого оскорбления в адрес его жены. —Я счастлив с ребёнком, которого я зачал, и с женой, которую я взял в жёны, Ваше Величество. Я не чувствую необходимости добавлять к ним кого-то в ближайшем будущем.—Он гордился своим отцом за его уверенный тон, столь непохожий на тот, что он сам мог бы использовать под неодобрительным взглядом такого существа. Он мог лишь надеяться, что годы, проведённые в Хогвартсе, помогут ему выбраться из своей скорлупы и позволят стать тем, кем он хочет быть, не прячась от страха. — Наглость высшей степени, лорд Поттер. Однажды вы поймёте, что заблуждаетесь. Как же вам повезло, что ваш сын оказался таким могущественным волшебником, несмотря на кровь его матери. Я надеюсь, что вы, наследник Поттер-Блэк, в будущем будете выбирать себе супругу с умом, если ваш отец не сделает этого сам. Гарри просто кивнул, не поднимая глаз. Он не хотел смотреть в глаза Императору, потому что всё детство слышал истории об ужасах, которые случались с теми, кто это делал. Он услышал, как Император слегка вздохнул, и вздрогнул, невольно отступив на шаг назад. Повисла пауза, и воздух начал давить на него, пока шли секунды, а ответа не было. —Мне надоела эта встреча. Уходите, — приказал Император, глядя на Поттеров со смешанным чувством презрения и восхищения. Презрения к родителям, которые много раз причиняли ему зло, и восхищения маленьким мальчиком, которого они создали и который превосходил своих сверстников во всех аспектах, от магии до интеллекта. Он был любопытен, но слишком мал, чтобы вести с ним содержательный разговор. Поэтому он больше не нуждался в присутствии Поттера. Кроме того, Том не был уверен, что из-за сильного страха мальчик не применит магию случайно, а ему не хотелось бы наказывать его за демонстрацию силы. Троица выбежала из его роскошного зала для приёмов, взрослые вели мальчика за собой, прикрывая его от взгляда императора. И разве не жаль, что мальчик уже попался в ловушку? Он наблюдал, как мальчик — а ведь ему было всего десять лет — бросил взгляд через плечо, любопытное маленькое создание. Их взгляды встретились, зелёный столкнулся с красным, и этого было достаточно, чтобы Том мягко погрузился в сознание мальчика, просто читая его поверхностные мысли. —«Он действительно красивый. Я хочу его, я хочу быть таким, как он». —Прежде чем он успел договорить, Гарри резко повернул голову, покраснев от того, что его застали за разглядыванием. В глубине души Том чувствовал, что он определённо встретится с Гарри ещё раз.

***

Май 1997 года — Гарри, ты же не серьёзно! Намереваешься вступить в императорский гарем? Ты с ума сошёл? Тебя там убьют. Ты знаешь, насколько там жестоко? Просто слушая эти истории, я радуюсь, что у меня практически нет шансов даже ступить на территорию великого города, не говоря уже о личном дворе императора, где живут эти бесхребетные сучки! — Гермиона отчитывала Гарри, пока они шли по оживлённому коридору, привлекая всеобщее внимание. В конце концов, нечасто можно увидеть магглорождённого в самой престижной школе мира. Не говоря уже о том, чтобы ходить по коридорам с высоко поднятой головой, рука об руку с Поттером, всё ещё принадлежащим к благородному роду, каким бы опозоренным он ни был. — Я буду в порядке, Гермиона, — он вздохнул, закатив глаза, когда она остановилась, чтобы сердито посмотреть на него, и потянула его за рукав мантии, чтобы остановить. — О, неужели? И откуда ты это знаешь, а? — Ведьма не сдвинулась с места, игнорируя злобные взгляды, которыми её одаривали снующие вокруг ученики. Гарри застонал, слегка потянув её за рукав, чтобы заставить двигаться, и поморщился от сердитого бормотания, которое услышал. — Ладно, я не знаю наверняка, но Гермиона… — Что это за веская причина, ради которой ты готов рискнуть своей жизнью? — прошептала она, слегка стиснув зубы от разочарования. — Если бы ты дала мне закончить, ты бы уже знала. Итак, ты знаешь, что моя семья не обладает и долей былого престижа? — Потому что твой прадед любил магглов. — Именно. И тот факт, что мой отец женился на магглорождённой, совсем не помог вернуть его обратно, а, кажется, ещё больше ухудшил положение, — Гермиона фыркнула. Она уже слышала о внезапном падении Поттеров с вершины власти и поделилась своими мыслями о том, что совсем не согласна с причиной этого. — Итак, я подумал. Что, если я присоединюсь к императорскому гарему? Это, несомненно, вернуло бы моей семье немного власти. — Гарри, нет. Ты что, не слышал, что я сказала? Гарем — это… —Гарем чрезвычайно опасен, да, да, я знаю. Но оно того стоит. Мою семью... отца и мать высмеивают в обществе. А с ребёнком на подходе... Я просто подумал, что... — Ты хочешь, чтобы они выросли без того презрения, которое испытал ты, — её голос был мягким и понимающим. — Хорошо, я понимаю. Но! Это не значит, что я с этим согласна. До того дня, когда ты отправишься на отбор, я буду перечислять всё, что может пойти не так в гареме. Во-первых, Беллатриса Лестрейндж — самая высокопоставленная участница императорского гарема и сумасшедшая, безумная стерва. Ты знаешь, какой безжалостной была эта женщина, когда гарем стал больше? Гарри резко втянул воздух сквозь зубы и потянул сильнее. — Гермиона! Тихо! — Что, я ошибаюсь? — Следи за тем, что говоришь! — рявкнул он на неё, слегка нахмурившись при виде голов, повернувшихся в их сторону. — Мы посреди коридора! Если кто-нибудь донесёт на тебя, тебя могут обвинить в попытке поднять восстание против монархии! — Гарри схватил её за руку и потащил к старому кабинету трансфигурации. — Император ещё более безжалостен, чем наложница Беллатриса. Он не пощадил бы и чистокровного за такие комментарии, не говоря уже о магглорождённом! — Он закрыл за ними дверь и прислонился к ней, слегка покраснев. — Хочешь услышать причину номер два? —... да, продолжай. —Номер два, младшая сестра Драко Малфоя стремится присоединиться к гарему. Драко Малфоя, который одержим тобой… — Ну, я бы не сказал, что он одержим, — он встретился взглядом с Гермионой. — О да, я и забыла, что в волшебном обществе распространены попытки выдать сыновей замуж. Разве он не сказал, что сделает тебя своим супругом? Это довольно высокая должность для этого фанатичного придурка. —Он сказал, что подождёт, пока мы закончим Хогвартс, на самом деле. Кроме того, его отец сразу же отверг это предложение. Видимо, я слишком "магглолюб" для его драгоценного наследника. Не то чтобы Император принимал в свой гарем даже магглорождённых или что-то в этом роде.— Он саркастически хихикнул, но она не обратила на него внимания. —В любом случае, младшая сестра Драко Малфоя пытается вступить, и я точно знаю, что она, скорее всего, подойдет. Судя по тому, что я слышала, она ничуть не лучше своего брата — даже хуже! — Гермиона всплеснула руками, глядя на него слегка безумными глазами. —Далия — милая, и ты это знаешь. И она была бы милой, если ты была одной из её друзей. В противном случае она невыносимо злобная. Буквально на прошлой неделе она публично отвергла предложение руки и сердца от парня из Рейвенкло, заявив, что никто, кроме Императора, не стоит её времени. Она жестоко разорвала письмо, которое мальчик попросил её передать отцу, прямо у него на глазах и в присутствии всех учеников сказала ему, что он её недостоин. — Нет, это не так! Я не могу в это поверить, ты тоже ослеп из-за неё, этой коварной… — Я еду с ней в город в карете Малфоев. —...Что? Почему - Гарри! — Мне пора, скоро начнётся урок истории! — крикнул он, выбегая из комнаты. — Ты даже не изучаешь историю!

***

Гарри теребил рукава белоснежного халата, накинутого на него, и с тревогой смотрел в окно кареты, запряжённой фестралами. Улицы были заполнены людьми, желавшими взглянуть на кандидатов в наложницы этого года, одним из которых, к сожалению, был он сам. — Гаррисон, перестань теребить рукава. Ты их помнёшь, — огрызнулась девушка напротив, сморщив свой идеальный аристократический носик. Её серые глаза выжидающе уставились на него, когда он вскинул голову. Гарри смущённо опустил голову, расправляя рукава и стараясь изо всех сил разгладить их. —Прости, Далия. Она фыркнула, как будто он был причиной всех её проблем. —Тебе нужно выглядеть наилучшим образом, если ты пытаешься привлечь внимание императора. У меня есть верный способ попасть во дворец, папа пользуется благосклонностью его величества, но ты... твои родители не в фаворе у него. —Я знаю.—Он тихо вздохнул. —Вот почему я здесь.—Гарри повернул голову, продолжая наблюдать за дорогой впереди, наблюдая, как великий замок становится все ближе. Он был намного больше Хогвартса, к тому же более экстравагантный, построенный из белого камня, который поблескивал на солнце, и украшенный мраморными статуями с золотыми деталями. Однако это было не то место, где жил император со своим Гаремом. Замок был просто демонстрацией власти, он располагался в Городе Почёта, бывшем Лондоне, и служил базой для отбора. Никому, кроме императора, его гарема, детей и тех, кто служил ему, не разрешалось входить во дворец императора, который удачно назывался Дворцом красоты и страсти. Услышав насмешку Далии, он снова обратил внимание на карету. —Если бы твой отец не разбавил свою кровь, то его единственному сыну не пришлось бы унижаться перед его величеством, чтобы хоть немного заслужить уважение.— Она скрестила руки на груди и откинулась на плюшевые фиолетовые сиденья с видом превосходства. —Если бы папа не женился на моей маме, меня бы не было. И что бы ты делала без своего лучшего друга, а?— Он хищно улыбнулся, обидевшись на завуалированное оскорбление в адрес предков его матери. — Как будто ты самый лучший! Мы с Дафной ведём такие интеллектуальные беседы, когда тебя нет рядом. — Заметил, что ты не упомянула Пэнси? —Пэнси — чистокровная породистая кошка. - И фанатичная, бесхребетная сука! —... с которой я могу вести содержательные беседы. — Что ты привязалась к разговорам? Разве не веселее, когда носишься по своему поместью, а за нами гонятся домовые? —Я чуть не умерла в тот день! — Я же говорил тебе, что впереди дерево. Это не моя вина, что у тебя избирательное восприятие. —Я…— Карета остановилась, и Далия выпрямилась, пристально глядя на Гарри, чтобы он повторил её движения. Дверь распахнулась, и они увидели, что остановились перед величественными воротами, которые, казалось, были сделаны из чистого золота. Гарри предположил, что так оно и было, зная, кто приказал их построить. Далия грациозно встала, осторожно взявшись за руку одного из мужчин у двери, который склонил голову, стараясь не смотреть ей в глаза. Она спустилась по ступенькам на белую дорожку, оглянувшись на Гарри, чтобы подтолкнуть его. Он поспешил за ней, не обращая внимания на разочарованный взгляд, которым его одарили, когда он спускался по ступенькам. Остановившись рядом с ней, он ухмыльнулся, когда она закатила глаза. Пара элегантно подошла к воротам, которые открылись, как только стражник подтвердил их личности, и их провели через ворота, которые закрылись за ними с громким стуком, когда вбежал их последний слуга. Из-за этого всё происходящее внезапно показалось Гарри более реальным. Пути назад не было, если только Император не отвергнет его, а это пугающая возможность, от которой он вздрогнул. Он посмотрел на спину своей подруги. Если один из них пройдёт, а другой нет, он может никогда больше её не увидеть. Далия, которая была на несколько шагов впереди него, сделала глубокий вдох и расправила плечи. —Пойдём, Гаррисон, нам нужно поздороваться с другими кандидатками до начала отбора. Не стоит вести себя грубо перед нашими, возможно, будущими соналожницами, мы должны поприветствовать их сердечно. —Гарри пошёл за ней и глубоко вдохнул, стараясь успокоить нервы. — Да, давай сразимся с соперниками.