Intimacy

14 Июля 1997 года После того, как отбор закончился и Император выбрал в общей сложности шесть новых наложниц, Гарри усадили в ещё один экипаж. Этот был гораздо роскошнее того, в котором он ехал с Далией во дворец, и внутри он тоже был намного больше. Его убранство ясно показывало разницу между деньгами, которые Малфои заработали за столетия обмана, и богатством, которое Император приобрёл, завоевав мир. Он был чёрно-серебристого цвета, с гербом императорской семьи Слизерин, выгравированным на боках. Чёрное ковровое покрытие было мягким под его ногами, а сиденья — ещё более плюшевыми, с маленькими подушками для дополнительного комфорта. Неудивительно, что в экипаже, запряжённом гиппогрифами, на протяжении всего пути на него глазели люди, которых он сторонился, задергивая занавески, чтобы уединиться. Гарри не делил её ни с кем, будучи единственным аристократом, назначенным в эту комнату. И разве это не было потрясением? Даже Далию, чья семья была так тесно связана с самим Императором, назначили всего лишь служанкой первого класса. Она вместе с остальными четырьмя избранными ехала в необычном экипаже позади него, который казался меньше, но он знал, что в волшебном мире внешность обманчива. Благородные — это титул, который всего пару раз присваивали новым членам, и Гарри был благодарен за эту привилегию, за звание, которое облегчало ему задачу. Его положение принесло бы его семье определённый престиж, и он надеялся, что теперь будет только подниматься по карьерной лестнице в гареме. Чтобы его семья вернула себе прежний статус в обществе, его должны были назвать хотя бы наложником, что сделало бы его законным супругом императора. Он сомневался, что кто-то захочет пойти против семьи наложника, у которого были связи с правителем мира. Карета остановилась примерно через час после начала путешествия из Города Чести через Великий Город Вечного Господства во Двор Красоты и Страсти. Дверь открылась после резкого стука, и помещение залило светом. У подножия кареты стоял евнух, поклонившись и протянув руку. —Ваша светлость, благородный Поттер-Блэк, мы прибыли в Молитвенный зал.—Евнух был старше, чем кто-либо из тех, кого он видел раньше, но острый блеск в его глазах выдавал, что его нельзя недооценивать. —Пожалуйста, позвольте этому человеку проводить вас в ваши покои на вечер.— Гарри осторожно взял его за протянутую руку, опасаясь слишком сильно напрягать его, казалось бы, хрупкое тело. Его собственные служанки входили во двор через ворота для прислуги, так что они не могли сделать это как обычно. — Могу я узнать ваше имя? — спросил Гарри так вежливо, как только осмелился, обращаясь к тому, кто теперь считался ниже его по статусу. Ему нужно было быстро привыкнуть к этому, если он хотел иметь хоть какой-то шанс в этом смертоносном дворце, но ему это совсем не нравилось. Однако столкнуться с презрением других членов совета было бы слишком губительно для его семьи, чтобы пытаться пойти против таких правил. Только если он не получит высокий ранг и не завоюет расположение Его Величества. Пройдёт ещё несколько лет, прежде чем он сможет говорить так, как ему хочется. Будем надеяться. Старик ухмыльнулся, и его улыбка, добрая и по-дедовски заботливая, контрастировала с его каменным взглядом. —Я — старейшина Эверн, ваша светлость, евнух, который служит его величеству уже пятьдесят лет. —Это означало, что император собирал евнухов задолго до того, как официально стал императором. В благородных домах ходили слухи, что император считал, что его правление началось за много лет до завоевания Британии, когда он ещё носил титул «лорд». Должно быть, он тщательно спланировал своё вторжение на престол, если был так готов к возможному появлению гарема. — Старейшина Эверн, вы, должно быть, хорошо знаете Двор, да? — Гарри взглянул на евнуха, на лице которого не было никаких эмоций. —Конечно, даже помог построить небольшую часть Двора и теперь отвечаю за Залы Поклонения, где новые члены Гарема должны оставаться, пока не будут готовы их комнаты.—Гарри издал подобающий звук, в котором смешались незаинтересованность и любопытство, и всё ещё держался за руку старика, пока тот вёл его вверх по парадной лестнице в просторный зал. Его провели через дверь справа, которая вела к дубовой двери. —Это будут покои его светлости на время его отсутствия. Надеюсь, они вам понравятся. — Спасибо, что проводили меня, старейшина Эверн, — Гарри сунул несколько галеонов в ладонь мужчины, и его карие глаза заблестели от едва сдерживаемого ликования. —Благосклонность вашей светлости не знает границ. Благородный Поттер-Блэк — милостивый хозяин. Этот слуга будет преданно служить вам во всём.— Гарри кивнул, и евнух поспешил прочь, оглядываясь на ходу. Он устроился в комнате, которая была менее роскошной, чем те, что были в предыдущем замке, но он полагал, что этого и следовало ожидать от временного жилья. Он гадал, какими будут его покои при дворе, будут ли они такими же роскошными, как он ожидал для императорской семьи, или его статус благородного не так высок, как он думал. Расположение дворца было неизвестно широкой публике, император по возможности защищал себя и свою семью от покушений. Не то чтобы кто-то осмелился бы попытаться убить Императора. Это было бы глупо. Комната — а она была единственной — была окрашена в белые и золотые тона, подходящие для такого места, как Зал Поклонения. Она была пустой, лишённой каких-либо других оттенков, за исключением вазы с прекрасными красными розами, у которых были коротко подрезаны шипы. Они притягивали его взгляд, напоминая о рубиновых глазах самого Императора, и он вынул одну из них, чтобы поднести к лицу. Цветок не пах, что было разочарованием для такой красоты, поэтому он поставил его обратно в вазу. Шезлонг, стоявший рядом с арочным окном, был покрыт мягкими подушками и прогибался, когда он садился на него, слегка скрипя. Гарри наблюдал, как служанки вносят его вещи, и ему не терпелось встать и помочь им, но он сдерживался. Он довольствовался тем, что рассматривал потолок, гипнотизируя взглядом его завораживающую резьбу, в которой змеи обвивались вокруг друг друга в бесконечной массе. Это напоминало Тёмную метку, магический знак, который получали только самые могущественные и преданные рыцари его величества, и он не мог не смотреть на неё с тоской. Носить Тёмную метку было бы величайшей честью, и это спасло бы его семью от опасности на неопределённый срок. Он задавался вопросом, какую цену ему придётся заплатить за такую роскошь?

***

15 Июля 1997 года Гарри вместе с другими новыми наложницами низко поклонился женщине, сидевшей перед ними на роскошном стуле. Её живот заметно округлился из-за беременности. Вокруг них, в таких же позах, расположились остальные члены гарема, глядя на коленопреклонённых наложниц с разными выражениями лиц. —Мы приветствуем её высочество, первую супругу Слизерин-Блэк. Пусть её высочество всегда будет процветать, а её ребёнок будет благословлён благосклонной магией. —Это было формальное приветствие, ожидаемое от тех, у кого ещё не было реальных связей в гареме, отрепетированное так, чтобы в нём не было ни капли пренебрежения. Если, конечно, супруга не хотела, чтобы её ребёнок был сквибом. Странно, да, но не неслыханно. Гарем императора был до краёв наполнен странными личностями. Супруга Слизерина-Блэка, также известная как Беллатриса, слегка погладила свой округлившийся живот, и в её глазах появился довольный блеск. —Да, мой ребёнок, несомненно, будет жить в блаженстве. —Она ещё несколько мгновений молчала, окинув их тёмным оценивающим взглядом. —Вы можете встать, сёстры и братья. —Мы благодарим ее высочество. Она сделала паузу, глубоко вдохнула и гордо расправила плечи. —Я приветствую вас всех в гареме его величества. Быть частью императорского гарема — почётное положение в обществе, и это возможность, за которую стоит быть благодарными. Будьте благодарны за то, что император счёл каждую из вас достойной родить его королевских детей.— Она выпрямилась и царственно посмотрела на них. —Благородный Гаррисон Поттер-Блэк. —Гарри быстро поднялся, сделал несколько шагов вперёд и опустился на колени, сложив руки. —Ваше высочество. Супруга Слизерин-Блэк сердито посмотрела на него, но на её лице появилась улыбка, когда она успокаивающе погладила свой живот. —Император счёл нужным присвоить вам звание «Седьмого Благородного», примите его с благодарностью. Это честь — получить такое звание сразу после отбора. —Я благодарю его величество Императора за его благосклонность и клянусь оправдать его ожидания.—Гарри низко поклонился, коснувшись головой пола, прежде чем вернуться на своё место в группе. —Служительница первого класса Далия Малфой.—Гарри наблюдал, как его подруга уверенно и спокойно вышла вперёд, даже под взглядами таких влиятельных людей. Она грациозно опустилась на землю, её белые одежды окутали её, словно самое дорогое облако. — Ваше высочество, супруга Слизерина-Блэка. Беллатриса улыбнулась теплее, чем раньше. Далия была сводной сестрой Драко по отцу и, следовательно, приходилась ей племянницей. —Император присвоил вам звание «Первой наложницы первого класса». Примите его с благодарностью, так как это звание предполагает большую ответственность. В этом звании вы отвечаете за других наложниц, имеющих звание «Наложница первого класса». —Я благодарю его величество за доверие ко мне и его благосклонность и клянусь выполнять все его требования в меру своих возможностей. —Она поклонилась, на мгновение коснувшись лбом мраморного пола, и вернулась к группе, мягко улыбаясь в знак триумфа. Следующие формальности прошли как в тумане, Гарри запомнил только порядок имён. Он сам, Далия, затем Дафна Гринграсс — ещё одна близкая подруга Далии, — которая стала второкурсницей Гринграсс. Следующей была Луна Лавгуд — рассеянная когтевранка на год младше него, которая за последние несколько лет стала одной из его ближайших подруг и стала третьекурсницей Лавгуд. Теодор Нотт, слизеринец, который тусовался с Драко, стал четвёртым. Захария Смит, пуффендуец, чья семья утверждала, что является потомками этого факультета, получил звание пятого старосты первого класса, последнее в списке. Гарри видел, что остальные члены гарема, окружавшие его, по мере того, как шли минуты, начинали заметно нервничать, и не мог не презирать их про себя. Они сидели в удобных креслах, вокруг них суетились служанки с подносами, на которых стояли напитки, и они начинали нервничать? Его колени болезненно заныли, словно напоминая ему о его собственном положении — он стоял на коленях на мраморном полу. —В ближайшие несколько дней никому из вас не нужно будет приветствовать меня по утрам. Сосредоточьтесь на том, чтобы заранее обустроиться в гареме. Сейчас евнух проводит вас и ваших личных служанок в ваши покои. Я надеюсь, что вы найдёте своё жильё... удовлетворительным. Каждый из вас был выбран самим императором. Теперь вы свободны. —Мы благодарим её высочество.— Она взмахнула рукой с перстнем, прогоняя их, и повернулась, чтобы начать разговор с наложницей слева от неё. Гарри набрался смелости и возглавил группу, как и подобает человеку с самым высоким положением, а Далия следовала за ним по пятам, и её присутствие пугало не меньше, чем успокаивало. Она всё делала так безупречно, что он не мог не чувствовать себя неполноценным по сравнению с ней, что именно она должна была быть на его месте. Однако улыбка Ани смягчила его чувство неполноценности, когда их служанки присоединились к ним за пределами Зала Собраний, окружив каждого из своих господ. «Аня, Киа, Табита». Эти три служанки практически выросли вместе с ним, будучи дочерьми служанок его отца, поэтому именно в их присутствии он впервые почувствовал, что может расслабиться в стенах Двора. — Господин. — Ваша светлость. — ... — Он улыбнулся им в ответ и повернул голову, когда Табита указала ему на приближающихся шестерых старших евнухов, за которыми следовала группа молодых евнухов с паланкином. Один из старших евнухов был одет чуть более изысканно, чем остальные, и Гарри предположил, что именно за ним послали. Более изысканно одетый евнух заговорил. — Лорд и леди Светлости. —Они поклонились, сложив руки за спиной. —Мы те, кого послали проводить вас до вашего жилья. —Легким движением руки пятый шагнул вперед и жестом пригласил остальных следовать за ними, оставив Гарри и его горничных наедине с ним и теми, кто нес Паланкин. - Император любезно прислал за его светлостью Паланкин, чтобы тот мог проехаться в нем верхом. Путь до Дворца Благородной Красоты долог, и Император не желает, чтобы Благородному Поттеру-Блэку было больно. — Он протянул руку, сохраняя на лице профессиональное выражение. Гарри окинул взглядом красиво вырезанную древесину, выкрашенную в светло-голубой цвет, соответствующий его рангу, и вошёл.

***

— Благородный Поттер-Блэк, мы прибыли во Дворец Благородной Красоты. —Он вышел, держа Аню за руку, и его глаза расширились. Дворец был прекрасен: он был окрашен в светло-голубые тона, украшен белым мрамором и серебром. Он был в два этажа высотой, с башнями по углам и черепичной светло-голубой крышей. Каменные зубчатые стены придавали дворцу более королевский вид, чем он ожидал увидеть во дворце благородного. — Сколько ещё человек живёт здесь? — спросил Гарри, считая окна, которые видел со своего места. Конечно, в этом дворце мог бы поместиться весь нынешний гарем, так почему же он такой большой? —Только благородный Диггори вместе с вашей светлостью проживают в этом Дворце, как единственные дворяне мужского пола в гареме его Величества. Благородный Диггори живет в одной из самых восточных комнат Дворца. Всего их четырнадцать, каждая двухэтажная и с собственным садом. —И в каких из них я должен быть? —Ворота, перед которыми мы сейчас стоим, ведут в покои вашей светлости. Это боковой вход, который занимает гораздо меньше места, чем парадные ворота. Это стало для него неожиданностью. Ворота вели в одну из крайних комнат, в которой был сад гораздо больше, чем в остальных. Диггори был в похожей комнате, но он не мог не думать о том, что, вероятно, ему пришлось заслужить эти комнаты. Или, по крайней мере, он мог надеяться, что это делает более вероятным то, что он привлёк внимание Императора. Евнух открыл перед ним ворота, и Гарри вошёл в сад, который должен был принадлежать ему, пока он будет благородным. Что, будем надеяться, продлится не больше пары лет. Это было прекрасное зрелище: аккуратно подстриженная трава, идеально подстриженные растения, и даже маленький пруд в углу выглядел потрясающе, наполненный стайкой карпов кои. Однако он был довольно простым. Евнух продолжил свои объяснения, полные профессионализма. —Из шести служанок, назначенных Императорским двором его светлости, трое обладают квалификацией, необходимой для ухода за садом. Одна из них также обладает квалификацией, необходимой для ухода за магическими существами до XXX класса. —Одна из моих личных служанок также обладает квалификацией в области продвинутой гербологии, так что мой сад будет очень красивым. —Евнух (Гарри действительно стоило бы узнать его имя) вежливо усмехнулся и протянул руку, когда они подошли к ступеням. Он посмотрел на здание, отметив, что его балкон увит цветущими лианами, и вышел во внутренний дворик. Резная дверь открылась, и служанка, одетая в светло-голубое, вежливо поклонилась. —Добро пожаловать, ваша светлость.—У неё были тёмные волосы, не совсем чёрные, как у него, и тёплые карие глаза, которые смотрели на него с лёгким любопытством. Отступив назад, она пригласила их войти, и евнух удалился, так как больше не был нужен. Гарри заметил, что вход вёл прямо в главную комнату покоев — просторное помещение, предназначенное для собраний. Всё выглядело безликим и роскошным, как он и ожидал. Но больше всего его внимание привлекли другие служанки, приписанные к дворцу. —Мы приветствуем его светлость, благородного Поттера-Блэка.— Они поклонились, два ряда женщин, одетых одинаково, в бледно-голубые мантии с эмблемами Поттеров и Блэков, аккуратно пришитыми к лацканам, — знак того, что они принадлежат ему. Он едва не поморщился при виде этого. Горничная, которая привела их сюда, присоединилась к небольшой группе, словно никуда и не уходила. Он задумался, как долго они так его ждали. — Пожалуйста, встаньте. — Не поднимая глаз, служанки выпрямились запрограммированным движением, синхронно друг с другом. Они молчали и стояли неподвижно, ожидая следующей команды. Гарри с трудом проглотил комок, который подступал к горлу. — Аня, пожалуйста, покажи им, что нужно делать. Я устал после дороги и встречи и хотел бы отдохнуть. Табита, Киа, пожалуйста, помогите мне. —Да, хозяин. —Две служанки плавно двигались вокруг него, осторожно ведя его вверх по лестнице в спальню. Табита начала готовить покои, открывая двери, ведущие на балкон, и расставляя по комнате его любимые безделушки, чтобы сделать атмосферу более уютной. Киа начала развязывать его мантию, взмахом палочки отправляя её в шкаф, и накинула на его плечи менее официальную мантию. Затем она сняла с него все украшения, начиная со светло-голубой заколки в волосах. —Хозяин собирается спать? — Нет, просто отдыхать. Я бы хотел начать читать книгу, которую дал мне Сириус, — о Великой войне. — Он хмыкнул и повернулся, чтобы положить его серьги в шкатулку. — Табита поставит её на прикроватную тумбочку. — Она распустила изящные золотые локоны, уложенные в причёску, и позаботилась о них так, чтобы они сохранили форму. Гарри хмыкнул, терпеливо ожидая, пока она закончит, прежде чем забраться на мягкую кровать с балдахином у дальней стены. Он вздохнул, погружаясь в подушки. —Пожалуйста, не могли бы вы сказать одной из горничных, куда положить мои вещи, когда они поднимутся сюда? Я бы предпочёл, чтобы меня оставили в покое и дали почитать. — Да, господин, — Табита подошла к нему с книгой в руках и молча передала её с поклоном. Он благодарно улыбнулся ей и открыл книгу на первой странице. —Великая мировая война — 1946–1975

***

Несколько часов спустя... Его чтение прервал евнух из Императорского дома, пришедший с еженедельной жалованьем. Мужчина был одет в характерную чёрно-белую форму, которую носили все сотрудники департамента. —Император шлёт свои благословения и приветствует благородного Поттера-Блэка в своём гареме. —Аня, вышедшая вперёд, получила светло-голубой, богато украшенный мешочек с галеонами, и её глаза слегка расширились от его веса. Гарри бросил на неё взгляд и повернулся, чтобы кивнуть евнуху. —Я благодарю его величество за любезный приём. Как только мужчина, поклонившись, ушёл, Гарри подозвал свою главную горничную и вопросительно посмотрел на неё. —Что такое, Аня? Что-то не так с мешочком?—Ему не повезло бы, если бы он уже привлекал к себе негативное внимание обитателей Двора, будь то фанатики-чистокровные из департамента, недовольные его «нечистой» кровью, или кто-то из гарема, завидующий его высокому положению. Несмотря на то, что официально Гарри провёл в гареме меньше суток, он уже был четырнадцатым по силе, опережая одиннадцать других. Он решил, что это справедливо — получить меньше галеонов, чем ожидалось. Поэтому следующие слова Ани сильно удивили его. —Господин, я считаю, что вам очень повезло. Его Величество выделил вам больше денег, чем обычно, на пятую часть больше, чем положено благородным. Так и было. В кошельке должно было быть пятьсот галлонов, но после того, как он пересчитал их несколько раз, оказалось, что всего их шестьсот. Не хватало всего двадцати пяти галлонов до еженедельного пособия наложницы. —Пожалуйста, сообщите об этом одному из королевских канцлеров. Я уверен, что произошла ошибка. И даже если её не было, лучше сообщить на случай, если это попытка саботажа. — Да, хозяин, — Аня поспешила прочь, желая исполнить волю своего хозяина.

***

16 Июля 1997 года Кровать, на которой он проспал всю ночь, была удобнее любой другой, в которой он когда-либо спал, но ранним утром казалась холодной и пустой. Простыни из шёлка акрамантула были слишком шелковистыми, они скользили по коже, и от этого по спине бежали мурашки. Подушки, хоть и мягкие, проминались сильнее, чем он привык, они были набиты мягкими перьями и, вероятно, стоили дороже некоторых его украшений. Гарри окружали светло-голубые, слегка прозрачные занавески, свисавшие с балдахина над кроватью. Всё в комнате, во всей его части дворца, было светло-голубым. Диван напротив, с видом на балкон, книжные полки с приглушёнными тонами, шкаф слева, в котором хранилась его пижама, ковёр на полу, небо, которое он видел через двери патио. Красные розы, которых не было, когда он засыпал, ослепительно сияли в его ярко-синей комнате. Он медленно сел, зевая и потягиваясь, и удовлетворенно вздохнул. Ночная рубашка, которую Киа заставила его надеть накануне вечером, слегка сползла с плеча, и он раздраженно потянул ее вверх, свесив ноги с кровати и почувствовав головокружение от резкого движения. Гарри еще раз зевнул, отдернул занавески в сторону и встал, радуясь мягкому ковру под ногами, пока шел к вазе с розами. Они были красивыми, словно только что сорванными в одном из многочисленных садов при дворе. Гарри задумался, кто из его служанок положил их туда, потому что Аня вряд ли стала бы это делать, а две другие не любили ничего делать без спроса. Всего их было тринадцать, все идеально сформировавшиеся, с аккуратно подрезанными шипами. Скрип за его спиной заставил его развернуться, и палочка выскользнула из кобуры, упав ему на ладонь. Это была одна из дворцовых служанок, лицо которой оставалось бесстрастным даже при виде палочки. Он убрал её в кобуру, выпрямился и откашлялся, слегка смущённый своей импульсивной реакцией. —Доброе утро. Её голос был нежным и мягким, напоминая голос Луны, хотя и не такой звонкий. —Доброе утро, ваша светлость. —Она поклонилась, и её светлые волосы засияли в лучах утреннего солнца. Они молча постояли немного. —Я просто любовался этими розами. Должно быть, они появились, пока я спал. Кто их сюда принёс? —Евнух отказался сказать, от кого они, господин. Он сказал, что отправитель приказал ему молчать. Я прошу прощения, что не знаю ответа.— Гарри снова повернулся и посмотрел на розы, нахмурив брови в подозрении. — Как вас зовут и какое у вас здесь положение? — спросил он, не отворачиваясь от роз, хотя чувствовал, как она сверлит взглядом его спину — Аойфе, ваша светлость. Мой хозяин сам решит, что мне делать. — Тогда, Аойфе, пожалуйста, отправь их на экспертизу, чтобы проверить, не было ли здесь нечестия. Я бы предпочёл не умирать в первую же неделю здесь. - Да, ваша светлость.