Intimacy

24 июля 1997 года, четверг, [вторая половина дня] В течение следующих нескольких дней Гарри ещё дважды встречался с Седриком за чаем, а с Помонатом — в остальные дни, один из которых был сегодня. Пока что беседа была непринуждённой, чай и закуски подавались, и их встреча проходила идеально, несмотря на язвительные замечания Гринграсс и чрезмерно почтительные действия Клируотер. Поэтому, когда к столу подошёл евнух, они не ожидали ничего примечательного. Особенно той информации, которую он принёс. —Его Императорское Величество, Император, желает провести этот вечер с Первой Наложницей Малфой. Ожидается, что леди Малфой встретит Его Величество ровно в 17:00 в императорской столовой. Его Величество просит свою наложницу одеться подобающим образом, чтобы присутствовать на ужине вместе с его королевским советником. Евнух будет ждать леди Малфой, чтобы сопроводить её туда. Группа погрузилась в гробовое молчание, повернувшись лицом к евнуху. Гарри почувствовал, как вежливая улыбка на его лице угасла при виде бордовых мантий, которые носили личные слуги его величества, чтобы отличаться от остальных. И они едва ли обратили внимание на его приближение. Он чувствовал, как Гринграсс сверлит его взглядом, нетерпеливо ожидая его реакции. Всё, что Гарри мог сделать, — это с растущей тревогой смотреть на евнуха. —Поздравляю, сестра. —Ему стало немного не по себе, но он всё же сумел изобразить на лице убедительную полуулыбку, прежде чем она заметила его гримасу. Далия, которая всё ещё смотрела на евнуха с открытым недоверием и изумлением, резко повернула к нему голову и улыбнулась сквозь слёзы. —Спасибо, брат. —Она снова повернулась к терпеливо ожидавшему мужчине, всё ещё склонившемуся в поклоне. —Я благодарна за возможность провести время с его величеством. Пожалуйста, передайте мою искреннюю благодарность. — Да, миледи. — В последний раз поклонившись их группе, мужчина поспешил прочь. Далия быстро встала, как только он скрылся из виду, всё ещё счастливо улыбаясь, не подозревая или, возможно, просто не заботясь о том, какие последствия может иметь эта встреча, о том, что она посылает и как это повлияет на то, как другие наложницы будут относиться к ней. —Простите, сёстры и братья, но я должна уйти. До того, как его величество ждёт меня, осталось всего несколько часов, и мне нужно подготовиться. Спасибо, что прекрасно провели время, брат Гарри. — Она быстро чмокнула его в щёку и взяла под руку свою горничную. — Ах, я пойду с тобой, сестра, — Гринграсс встала, Нотт последовал за ней, извинившись, а Клируотер пробормотала что-то неразборчивое и тоже убежала. Гарри и Луна неожиданно остались за столом одни, хотя рядом с ними по-прежнему стояли горничные. Он поднёс чашку с чаем к губам и слегка нахмурился, заметив, что его рука слегка дрожит. Он не мог поверить, что всё ещё так слабоволен. Конечно, Император захочет встретиться с Далией, дочерью его ближайших советников, новым цветком общества и, в довершение всего, чистокровной, чья семья всегда была связана с тьмой. Неважно, что у него был более высокий ранг, она обладала большей властью. — Гарри, — он повернул голову к подруге, поражённый мягкой улыбкой на её губах. — Не бойся, что тебя не выбрали. Интерес императора к тебе растёт с каждым днём, и скоро это будешь ты. — Она допила остатки чая и встала, звякнув чашкой. — Я должна идти. Я уверена, что Нарглы были заняты, пока меня не было; в последнее время мои украшения пропадают всё чаще. — Да, лучше тебе поторопиться. Я надеюсь, ты остановишь... Нарглов, — заикаясь, произнёс Гарри, и Луна хихикнула в ответ. Она развернулась, и горничная схватила её за руку, предостерегающе глядя на неё. —Госпожа! — Пока, Гарри! Увидимся завтра! —Пока. И спасибо, Луна!

Вечер

Тот вечер был прохладным, особенно для июля. Мысль о том, что Далия в данный момент ужинает с императором, всё ещё не давала ему покоя, и в голове крутились мысли обо всём, что могло произойти. Гарри нервно покусывал губу. Он чувствовал себя глупо из-за этого. У императора было много наложниц и детей, и то, что он уделял внимание его подруге, не могло навредить Гарри или его статусу. И всё же он не мог не думать о том, что его шансы завоевать расположение императора тают с каждой минутой, пока он не получит приглашения. Это было показательным: наложницу вызвали к императору, что было необычным событием. Несомненно, остальные сделали бы из этого выводы. Аня нарушила тяжёлое молчание, поставив перед ним чашку с водой. —Как вы себя чувствуете, господин?— Гарри вопросительно хмыкнул, и она пояснила: —По поводу встречи леди Далии с его величеством. —Я не имею права испытывать к своей сестре ничего, кроме счастья. Мы все — наложницы его величества, здесь, чтобы служить ему, как он пожелает, и сегодня он хочет поужинать с Далией. — Конечно, господин. Как я смею предполагать, что вы испытываете какую-либо неприязнь к леди Далии. Он позволил ей кланяться чуть дольше, чем обычно, внезапно почувствовав себя измотанным и уставшим. —Аня... Я больше не обычный человек. Я должен соответствовать ожиданиям и подавлять чувства из-за этих обстоятельств. Я не могу позволить себе показывать другим, что я на самом деле чувствую, пока не обрету здесь прочное положение. —Конечно, хозяин. —Я обожаю Далию всем сердцем; она моя самая близкая подруга, с тех пор как мы были маленькими. Но... я не могу испытать облегчение от того, что его величество отказывается брать в постель своих молодых наложниц, даже когда я знаю, что она очень хочет от него ребёнка. Я знаю, что это неправильно, но я надеюсь, что она не забеременеет раньше меня.— Он позволил себе на мгновение насладиться тишиной, тяжело сглотнув. — В любом случае, хватит об этом! Я голоден. Пожалуйста, одень меня поскорее. —Да, хозяин. 25 июля 1997 года, пятница [раннее утро] — Мы просто разговаривали с моим отцом, Гарри, больше ничего не произошло. Если хочешь знать, это было довольно скучно, хотя появления императора было достаточно, чтобы немного развеять скуку. — Далия изящно отпила чай, улыбаясь ему поверх чашки и сверкая глазами. Гарри рассмеялся, поднимая свою чашку. —Позаботься о том, чтобы никто не услышал, как ты это говоришь, сестра. Не думаю, что многим понравится, если ты назовёшь присутствие Императора «скучным». —Не будь моего отца, всё было бы не так скучно! Он не позволил мне поговорить с императором, кроме как поздороваться с ним, и меня отослали через несколько минут после его ухода. Кажется, Его Величество хотел, чтобы я была там только для того, чтобы убедиться, чтобы разговор между ними прошёл хорошо. —У твоего отца есть привычка испытывать терпение Его Величества. —Они усмехнулись друг другу, и Далия придвинулась к нему. Они сидели в гостиной Гарри на одном из кресел у окна и наблюдали, как служанки ухаживают за садом. Он хорошо прижился, уже не выглядел таким голым, как раньше, а дополнительные клумбы с цветами оживляли прежде однообразное пространство. Он был рад расслабиться в её присутствии, откинувшись на мягкие подушки. Далия тяжело вздохнула и выпрямилась, чтобы привлечь его внимание. —Знаешь, Гарри... ты действительно отличный друг. —Он вопросительно посмотрел на неё, сбитый с толку внезапной сменой тона. —Надеюсь, что наше соперничество за то, чтобы родить Императору детей и получить самый высокий статус, на это не повлияет. Не знаю, смогу ли я вынести, если ты станешь моим врагом. Он мягко улыбнулся. - Я тоже, Лия. — Но… — тут её голос стал жёстче, и Гарри мельком увидел, что значит быть врагом Далии. Её глаза слегка светились от избытка магической силы, волосы слегка колыхались. — Если ты каким-либо образом попытаешься помешать мне, я не буду сожалеть о том, что сделаю. — Я и не ожидал меньшего, — Гарри положил руку ей на плечо, наблюдая, как Далия просияла и поставила чашку на стол, уверенная, что её точка зрения была донесена. — Однако... — Гарри позволил своей магии просочиться наружу, окутав комнату опасным покрывалом чистой злобы. Она замерла, её глаза расширились, а по телу побежали мурашки. — Не жди, что я сдамся без боя. Независимо от наших отношений, моя семья для меня на первом месте. — Конечно, брат Гаррисон. Я прислушаюсь к вашему предупреждению, если вы прислушаетесь к моему. — Хорошо, ты сказала, что у Его Величества есть планы по трудоустройству Драко после окончания учёбы? — Угу, потому что Драко сейчас так хорошо справляется с Защитой от Тёмных искусств, он лучший в классе, и теперь, когда ты ушел, он подумывает о том, чтобы предложить ему место в своих рыцарях! Отец и мать так гордятся, это большая честь, ведь это будет означать, что его отметят. — Ух ты, это потрясающе! Обычно его величество не посещает Хогвартс. — В том-то и дело, что он не стал. Вместо него его рекомендовала первая принцесса Эвана! Знаешь, я думаю, что он ей нравится, она всегда крутится вокруг него и заискивает перед ним. — Разве это не будет немного странно? Я имею в виду, ты его сестра, замужем за его величеством, а она — дочь его величества. — Она не моя дочь, а Драко — всего лишь мой сводный брат. Отношения будут только между моими детьми и его детьми. —И все же... — О, брось, Гарри, дай мне помечтать! [8 утра-9 утра] Позже в то утро началось собрание, и Беллатриса с группой, которая держалась вокруг неё, уже сидели на своих местах, когда вошёл Гарри. Он на мгновение остановился у дверей, окинув комнату настороженным взглядом. Это было необычно. Обычно они приходили последними. Им нравилось заявлять, что они могут войти, когда захотят. Он сел на своё обычное место, одетый в изящное синее одеяние с узором из одуванчиков, и стал ждать начала собрания. Супруга начала встречу как обычно, болтая без умолку о том, что «мой малыш в последнее время стал более активным, его толчки становятся сильнее!» и «Его Величество очень рад, что я так хорошо себя чувствую. Я почти не испытываю дискомфорта, и королевский врач говорит, что малыш выглядит здоровым». Пока, конечно, не прошло время. —Ах, и раз уж мы заговорили о беременности... — тут она повернула голову и лукаво улыбнулась девушке, сидевшей слева от Гарри, которую, как он узнал, звали Пиппа Макмиллан. Судя по тому, что Гарри видел до сих пор, она была в основном тихой женщиной, редко говорившей во время ежедневных совещаний, но в ней также чувствовалась почти неосознанная снобистская нотка, которая удерживала его от приближения к ней. Даже во время чаепития, на котором он присутствовал вместе с ней несколько дней назад, она не сказала ему ни слова. —Поздравляю с беременностью, сестра Макмиллан! Его Величество с нетерпением ждал появления у вас ребёнка. Пусть союз между вашими семьями укрепится благодаря этой радостной новости! — ...Спасибо, сестра, я с радостью выслушаю вас. Я сама узнала об этом только вчера вечером. — Женщине, похоже, было невероятно неловко говорить об этом, и Гарри стало её жаль. Она явно стремилась как можно дольше скрывать новость о своей беременности, но как только она узнала о ней, выбор был сделан за неё. — О, разве это не чудесно! Так давно не было столько беременных наложниц одновременно! Мне очень жаль, что мой ребёнок должен родиться в этом году, а твой, сестры Пенни и сестры Жасмин — в следующем. Однако я ожидаю, что все дети будут учиться в Хогвартсе на одном курсе. Беллатриса выглядела взволнованной, и, судя по испуганным взглядам, которыми обменивались остальные, это была нежелательная реакция. Её магия, которая раньше была спокойной, бурлила от эмоций, и это было явным признаком беременности. — Кузина Белла, успокойся. Не стоит так волноваться, это вредно для ребёнка. Гарри впервые услышал его голос и сразу понял, что Регулус Слизерин-Блэк совсем не похож на своего старшего брата. Его голос был более мягким, утончённым, хотя в нём не было той живости, которая так щедро присутствовала в голосе Сириуса. Он почувствовал тоску по дому, просто думая о своём крёстном, скучая по его беззаботной манере держаться по сравнению с его братом-оболочкой. Беллатрикс мгновенно расслабилась от слов кузена, в тревоге прижимая к животу руки. —Все в порядке, милый, мама не хотела причинить тебе никакого вреда. Мамочка просто немного разволновалась на мгновение. —Ее улыбка казалась менее легкомысленной, чем раньше, когда она, наконец, подняла глаза. Супруга нерешительно махнула рукой, вся предыдущая помпезность померкла. - Вы можете поговорить между собой. Разговоры начались сразу же, независимо от того, обсуждали ли они вспышку Беллатрисы или новость, которую она так неожиданно им сообщила. Поскольку Пиппа, женщина, причастная к последней новости, сидела слева от него, Гарри подслушивал её разговор. — Сколько дней ты уже беременна? Ты забеременела, когда его величество пригласил тебя? — Да, сегодня уже одиннадцать дней. Целительнице едва удалось понять, что я беременна, и это стало для меня таким потрясением. — Благородная леди всё ещё выглядела довольно измождённой, бледной и сжимала перед своей мантии, словно защищая растущую внутри неё жизнь. — Боже, тебе так повезло, что ты узнала о своей беременности так рано, сестра. Я бы хотела, чтобы у меня было ещё несколько недель на планирование; я была не готова ко многому. Моя Серина была такой непоседой в детстве; я так рада, что она уже не ребёнок. Сестра Жасмин, ты ведь тоже сейчас беременна в первый раз, верно? — У тебя есть какой-нибудь совет для сестры Пиппы? — Жасмин, сидевшая рядом с Пиппой, смущённо улыбнулась, и ямочки на её щеках подчеркнули её простую красоту. — Боюсь, что нет. Я пока мало что испытала. Мне самой чуть больше месяца. — Ах, как жаль. Исходя из моего опыта, я считаю, что лучше всего, если вы попросите отдел по работе с клиентами как можно скорее начать поиск необходимых вам товаров. Месяцы летят незаметно, и вскоре вы захотите большего. Кроме того, попросите их доставлять на вашу кухню разнообразные продукты, ваши вкусовые предпочтения будут часто менятся. —Спасибо вам за совет, сестра Эрин. —Всё, что угодно, лишь бы помочь моей сестре. —Благородная леди улыбнулась, и её веснушчатое лицо и рыжевато-каштановые волосы причинили Гарри острую боль, напомнив о давнем друге, который отвернулся от него. Мальчик никогда не разделял его увлечения всем, что связано с Императором. —Я бы не стала прислушиваться к советам сестры Уитт по поводу беременности, сестра Пиппа. В конце концов, разве она не потерпела неудачу, трижды принеся в этот мир детей Его Величества? И даже несмотря на то, что она успешно родила Десятую принцессу, её послужной список оставляет желать лучшего. — Сестра Корделия, это неуместно! — резкий голос Второстепенной Благородной леди заставил их обратить взгляды на неё. Она выглядела такой же болезненной, как обычно, но в её глазах читалось осуждение. — Не стоит говорить о трудностях других наложниц, если ты сама никогда не испытывала той боли, через которую они прошли! — Разве это не правда? — в ответ она получила лишь сердитые взгляды, поэтому она цокнула языком и вернулась к книге, лежащей у неё на коленях. — Не плачь мне в жилетку, когда съешь что-нибудь не то из-за советов сестры Эрин. Нужно быть осторожным с тем, что ты перевариваешь, лучше придерживаться того, что знает твоё тело. — Её служанки не настолько глупы, чтобы дать ей что-то, что может причинить вред, — горячо возразила Эрин, и румянец залил её щёки. Корделия подняла на неё пристальный взгляд голубых глаз. —Но у тебя-то они были.—На этом дискуссия закончилась, Благородная Эрин замкнулась в себе и больше не разговаривала, а Первородная Благородная продолжила читать свою книгу. Настроение было испорчено, поэтому никто из остальных не пытался его поднять. Беллатрикс воспользовалась этим моментом, чтобы хлопнуть в ладоши и приступить к изложению истинной цели их собрания.— Хорошо, теперь давайте обсудим недавние изменения в расписании Императора. Обязанности его величества значительно сократились, так что будьте готовы к тому, что отныне вас будут вызывать чаще. Конечно, он, скорее всего, обратится к тем, с кем знаком, так что не ожидайте ничего такого, чего вы не заслуживаете... 31 Июля 1997- Четверг Неделю спустя Гарри наконец-то исполнилось семнадцать. Это была важная веха в его жизни, которую обычно с большой помпой праздновали его семья и друзья. Однако в Гареме всё было по-другому. У него был довольно низкий ранг, поэтому грандиозного празднования не было. Его друзья и семья не были приглашены, и лишь немногие наложницы прислали ему подарки, чтобы поздравить. Только Далия, Седрик, Луна и несколько служанок прислали ему подарки, в основном простые вещи, такие как рулоны шёлка, слишком женственные на его вкус, или книги, содержащие информацию, которая была ему не нужна. В общем, это был его самый скучный день рождения на сегодняшний день. Однако стук евнуха в дверь, как обычно, всё изменил. —Его Величество Император приглашает Благородного Поттера-Блэка на ужин в честь его семнадцатилетия. Он просит его светлость прибыть во дворец Императора к 6 часам вечера, одевшись подобающим образом. Император также советует горничным его светлости взять с собой ночное бельё, так как Благородный Поттер-Блэк останется на ночь. Гарри чуть не сел обратно от удивления, и только крепкая хватка Ани удержала его на ногах. Что? Император собирался лично отпраздновать с ним его день рождения? И он собирался остаться на ночь? Конечно, император не собирался спать с ним в его первую ночь в качестве совершеннолетнего. До этого мужчина никогда не проявлял такого желания ни с одной из своих наложниц. —Я ... я благодарю его Величество за его заботу. Пожалуйста, передайте ему благодарность, которую я испытываю, и попросите ожидать меня в указанное время.— Евнух поклонился, оставив пару наедине с их мыслями. - Аня! —Господин, не бойтесь. Мы готовили наряды для такого случая с тех пор, как вас выбрали. Они все готовы, вам просто нужно выбрать один, а обо всём остальном мы позаботимся. —Спасибо тебе, Аня. —Это просто моя работа, хозяин. [6 часов вечера] — Благородный Поттер-Блэк, я вижу, что вы довольно пунктуальны. — Его голос совсем не изменился с тех пор, как Гарри в последний раз видел Императора чуть больше двух недель назад, но реакция Гарри была такой же. Колени у него задрожали, когда он, спотыкаясь, двинулся вперёд, едва способный стоять под пристальным вниманием столь могущественного существа. — Ваше Величество. Спасибо, что пригласили меня. — Гарри поклонился, осознавая, как много кожи открывали его новые одежды. Они ни в коем случае не были непристойными, но были гораздо более откровенными, чем любая другая одежда, которая у него была, с глубоким вырезом, который оставлял многое, но не всё, на волю воображения. Это была идея Амари, которая хихикала всё время, пока украшала его простыми, но красивыми украшениями, такими как ожерелье, которое он носил. Это была обычная серебряная цепочка с ярко-голубым камнем, который выделялся на бледной коже его груди, сверкая в лучах летнего солнца, которое всё ещё яростно палило снаружи. — Садись, — внушительный мужчина указал на плюшевое кресло на противоположной стороне стола, и Гарри осторожно сел в него, несмотря на то, что чувствовал себя неуютно, сидя прямо перед императором. — Элсон, подай чай. Евнух появился словно из ниоткуда и наполнил кубки, которые, как он не заметил, стояли на столе. Император даже не взглянул на него, продолжая пристально смотреть на Гарри. Мужчина был невероятно красив, как и всегда, с идеально уложенными чёрными волосами, острым подбородком и пронзительными красными глазами, которые только добавляли ему привлекательности. От того, что всё его внимание было приковано к нему, Гарри заёрзал на стуле. Император пошевелился, и одна сторона его мантии соскользнула на плечо. — Надеюсь, вам нравится ромашка. Гарри откашлялся. —Да, нравится.—Ему не нравилось. На вкус это было как носки в лучшие времена. Взгляд Императора не ослабевал, а, казалось, даже стал острее. Он решительно поднял руку, и Гарри инстинктивно отпрянул, но тут же нетерпеливо наклонился вперёд, когда Император простым взмахом руки просто-напросто испарил содержимое своей чашки. —Элсон, подай ещё чаю Благородному Поттеру-Блэку. С мятой? — Ах, да, это мой любимый. Евнух послушно кивнул, словно из ниоткуда достав мешочек с чаем и ещё один чайник. Он налил чай и исчез, как только закончил свою работу. Они немного посидели в тишине, время от времени делая глотки чая. — Если вам интересно, ужин скоро подадут. Я отложил его на время, потому что хочу задать вам вопрос. — Что вы хотите узнать, Ваше Величество? — Почему ты, у которого такие перспективы и который является наследником двух благородных родов, решил покинуть Хогвартс и стать моим наложником? Гарри глубоко вдохнул, собираясь с духом. Он ожидал подобных вопросов, зная, что для наследника семьи крайне необычно вступать в гарем. —Чтобы помочь моей семье вернуть былую славу и статус, Ваше Величество. Самый верный способ сделать это — стать вашей наложником и родить вам детей. Император рассмеялся над его прямотой. Это был приятный звук, в котором смешивались веселье и насмешка, и он понимал, что этим комментарием переходит границы вежливого разговора. —Мой новый наложник довольно амбициозен. Только двенадцать из тридцати одной наложницы, которые у меня когда-либо были, родили мне ребёнка, и только три из них родили мне нескольких детей. Чтобы полностью восстановить статус твоей семьи, тебе нужно родить мне сына, возможного наследника престола. У меня только четверо живых сыновей, несмотря на то, что я нахожусь на троне уже двадцать один год. —На этом император умолк, давая понять, насколько маловероятным было его намерение. — Я надеюсь, что не разочарую вас, Ваше Величество. С голодным блеском в глазах Император выпрямился и наклонился вперёд. —Значит, я могу надеяться, что у меня будет по сыну от каждого из рода? Сколько это будет, четыре? Слизерин, Гонт.— Он положил руку на грудь, а затем протянул её, чтобы взять руку Гарри. —Поттер и Блэк. Гарри, ощутив тепло руки Императора на своей, осмелел. —Возможно, у нас родится пятый сын, поскольку мы оба потомки Певереллов, он тоже сможет получить этот титул. Это будет пятый, Ваше Величество. —Он поднял взгляд и вздрогнул, увидев горящие красные глаза. Что он сказал?! Пять! Пять сыновей!? Мерлин, почему он никогда не может держать рот на замке!? Император наклонил голову, пристально наблюдая за тем, как он извивается. —Надо же, как смело с твоей стороны, Благородный Поттер-Блэк. Интересно, что даёт тебе такую уверенность в том, что ты когда-нибудь родишь мне ребёнка?— Гарри глубоко вдохнул и закрыл глаза, готовясь к этому. Он не мог поверить, что был настолько смелым, бросая вызов Императору, как будто они были друзьями. —Нам просто нужно подождать и посмотреть, не так ли?Полагаю, ты должен знать, что уже привлёк моё внимание, и теперь тебе остаётся только яростно его удерживать. —От резкого укола в кончик носа Гарри взвизгнул и отпрянул, слегка приоткрыв слезящиеся глаза. Император улыбался . Его голос был мягким, как шёлк, когда он снова заговорил, глядя за спину Гарри. —Ах, смотри, ужин подан. Я слышал, что тебе нравится индейка, да?