Intimacy

17 Августа 2000 г. - Четверг Встреча с другими супругами в тот четверг была мучительно болезненной после всего, что произошло всего за день до этого. За это время Пенни почти не общалась с другими наложницами, после встречи удаляясь в свой дворец. Она была слишком взвинчена, чтобы смотреть им в глаза и выдерживать их взгляды, чтобы не сломаться и не разрушить тот образ себя, который она с таким трудом создавала и поддерживала. Она была готова войти в родильную палату Гарри с улыбкой и поздравить его, независимо от того, родил ли он сына или дочь, теперь, когда император ясно дал понять, что пол не имеет значения в битве за престолонаследие. Это был еще один ребенок для императора, но простое рождение еще одного ребенка не позволило бы мужчине вытеснить ее с занимаемой должности , и было бы возможно, конечно , предотвратить дальнейшие беременности до того, как у нее появится своя. У Гарри были служанки, которыми можно было манипулировать, как и всеми наложницами. Лояльность по отношению к хозяину иногда ничего не значила перед лицом золота и внимания. Однако она не ожидала, что увидит второго ребёнка на руках у мужчины. Увидев, что Император не спешит броситься на крики своего ребёнка, она почувствовала самодовольство, приняв это за знак того, что его интерес к этому мужчине угасает. Но когда Гарри продолжал кричать, самодовольство сменилось замешательством, и она забеспокоилась, что что-то не так. Сердце её замерло, когда Император бросился в комнату. Вторая серия криков превратила кровь в ее жилах в лед, особенно когда дверь захлопнулась у нее перед носом, и все, что она могла слышать, было слабое бормотание за ней, голос Гарри, усталый, но сильный. Этого не может быть, думала она. Пенни пыталась убедить себя в этом, даже когда наложницы позади неё начали перешёптываться, выражая своё замешательство. Она не сводила глаз с двери, ожидая, когда она откроется, чтобы она могла убедиться, что ей показалось. Только, Пенни не показалось. Дверь открылась, и повитуха приветствовала их, а когда они вошли, то увидели, что на кровати лежит уставший, но чрезвычайно довольный Брат, а по обе стороны от него лежат младенцы, и Император, склонившись над ним, гладит золотые локоны младшего. Сердце Пенни упало прямо к её ногам, и ей показалось, что земля разверзлась, чтобы поглотить её вместе с сердцем. Она была уверена, что её отчаяние ясно читалось на лице. Этот мужчина не только снова стал папой, но и родил здоровых золотоволосых близнецов, мальчика и девочку. Пенни казалось, что боги смеются над ней. Теперь Гарри подарил императору троих детей, и на это у него ушло всего три года, в то время как у неё — двенадцать. Ей потребовались все силы, чтобы поздравить его, а мужчина, казалось, полностью игнорировал её присутствие, сосредоточившись на своих детях, плачущих новорождённых, которые неосознанно и по чистой случайности дали ему столько власти. У Поттеров никогда не было близнецов, так почему же сейчас ? Пенни даже не могла его винить. То, как Император смотрел на него, было неприкрытым выражением страсти и почти поклонения, и она тоже чувствовала, что может игнорировать всё остальное. Она почувствовала себя так, будто её ударили под дых, когда Император заговорил о титулах, называя их. —Если бы один из наших детей был мальчиком, я бы хотел назвать его Джулиусом, потому что, если он станет наследником одного из многочисленных титулов, которые ты сохранишь, он будет правителем, и я бы назвал его герцогом. Как и всех своих детей, которые станут лордами или леди в дополнение к своим ролям принцев и принцесс. Герцог, о, Пенни многое бы отдала за то, чтобы её ребёнок получил такой титул, как герцог или герцогиня, наряду с титулом принца или принцессы. Это дало бы им больше политической власти, роль в правительстве по сравнению с монархической властью и право голоса в управлении страной в Визенгамоте. Увы, император ясно дал понять, что такой титул будет только у его детей, которые получат наследственные титулы. У самой Пенни не было таких титулов, которые она могла бы передать своим детям, и единственная надежда её детей заключалась в том, что Император дарует им титул Лорда Гонта и, возможно, Слизерина, если он отделит титул Лорда от должности Императора. К сожалению, почти все члены гарема и их дети оказались бы в таком же положении, претендуя на два возможных титула Лорда. Гарри, унаследовав в будущем титулы Поттера и Блэка, не мог и не смог бы даровать двум своим детям титул герцога или герцогини. Только девять других членов гарема были наследниками своих фамилий, что является высокой долей в других обстоятельствах. Однако из этих девяти только у троих — Айлы, Феликса и Лукаса — были дети. Остальные будут бороться за два титула, которые император мог бы подарить своим детям, если бы не создал для них новые лордства. И если бы он сохранил расположение императора, и это расположение перешло бы к их детям, то дети Гарри тоже могли бы получить титул своего отца. Это была дилемма. И это даже без учёта последствий, которые привносил с собой этот дополнительный ребёнок. Да, второй ребёнок укрепил бы положение Гарри в глазах многих, но сомнительно, что Император возвысил бы его над ней, у которой было трое детей и которая преданно служила ему в качестве наложницы в четыре раза дольше, независимо от того, в каком он был расположении духа. Совет бы возразил, у неё было много союзников, которые считали её лёгкой добычей, блондинкой-пуффендуйкой, проявляющей все заботливые черты, которые ожидались от члена её факультета в Хогвартсе. Однако, родился третий ребенок, теперь это изменило все. Пенни встретилась взглядом с тёмными глазами Беллатрисы и увидела бурю, которая в них бушевала. Ее коллеги-супруги, казалось, разделились во мнениях о том, как реагировать на внезапно возникшую перед ними ситуацию. Беллатрикс, как и Пенни, хотя и была совершенно неспособна скрыть свое недовольство ситуацией , казалась разгневанной. Эта женщина всегда была неуравновешенной, особенно в том, что касалось власти и детей, после того, как не смогла произвести на свет наследника для мужчины, которого так долго желала. Но безумие в ее глазах сейчас вызывало беспокойство. Ей нужно было убедиться, что Беллатриса не совершит ничего опрометчивого. Было бы досадно, если бы эту женщину казнили до того, как Пенни сможет лишить её ещё большей власти и превратить в призрак самой себя. Айла и Регулус, напротив, были гораздо менее возмущены ситуацией, чем, по мнению Пенни, следовало. Хотя им не грозило понижение в иерархии гарема, поскольку мальчик был выше их, это всё равно должно было их сильно беспокоить из-за власти, которую он получил. В конце концов, оставалась вероятность, что Гарри получит титул Первого Консорта или, к её величайшему ужасу, даже Благородного Консорта. В отличие от первой беременности, роды у неё начались в середине месяца, и император хранил молчание о том, повысит ли он её в должности или нет. Таким образом, две недели прошли в неопределённости и беспокойстве о том, лишит ли он её должности или всё останется относительно стабильным. Тем не менее, рождение близнецов значительно увеличило её влияние, особенно в глазах Совета, который постоянно требовал её внимания с момента рождения её третьего ребёнка. Ей нужен был четвёртый ребёнок как можно скорее, а с учётом угасающего интереса императора к ней, в нынешних условиях эту мечту было трудно осуществить, но Пенни сделала бы многое, чтобы обеспечить будущее своей семьи и своих детей. Приближался её день рождения, второе сентября. Это был бы её лучший шанс попросить Императора провести с ней ночь и, возможно, последний шанс, если Поттер получит статус Первого Супруга. Как только он его получит, он сможет использовать свою власть и расположение, чтобы наложить вето на такую просьбу, если ему так захочется, и Император будет вынужден его послушать.

***

26 Августа 2000 года - Суббота Празднование рождения близнецов состоялось, когда им было по полторы недели. Зал был полон ожидающих членов семьи и знакомых, которые хотели взглянуть на новорождённых принца и принцессу, чтобы заявить о своём родстве. Гарри вошёл с близнецами на руках, разодетый в пух и прах, в белом одеянии с золотыми узорами в виде цветов, змей и звёзд, с короной консорта на голове. От лёгкого вздоха его губы дрогнули в улыбке, но он не сводил глаз с Томаса, который спускался по ступеням со своего трона, держа Альсефину на руках. Гарри заметил похожие детали на мантии Императора: серебряных змей, мерцающие звёзды и веточки руэлии, украшающие рукава. Его сердце смягчилось, и, встретив Императора в центре зала, он тихо вздохнул, когда их губы встретились. — Мой супруг, — заговорил Томас, переложив старшую дочь на бедро, чтобы взять Лилаю на руки и освободить Гарри от их общего веса. — Ты выглядишь восхитительно. Гарри покраснел от шеи до ушей, чувствуя, как жар разливается по его лицу. — Благодарю вас, Ваше Величество, — тихо ответил он, чувствуя на себе взгляды всех присутствующих, пристально наблюдающих за каждым его движением. Его мужу, казалось, было всё равно, он смотрел на Гарри с неприкрытой благодарностью. Гарри почти растворился в этом моменте, когда всё внимание мужчины было приковано к нему, а их трое детей окружили их, но у них обоих были свои обязанности. Гарри снова взял Лилайю под руку и слегка поклонился. - Ваше величество, — он говорил четче, чтобы могла слышать толпа. —Я официально представляю тебе, твоих младших дети, твой сын, Седьмой принц Джулиус Слизерин и твоя дочь, Восемнадцатая принцесса Лилайя Слизерин. Хотя Гарри и не видел этого, он знал, что Император кивнул в знак согласия и поднялся. Чего он не ожидал, так это того, что нежная рука коснётся его щеки, а на губы ляжет ещё один поцелуй, прежде чем мужчина с ухмылкой отстранится и без слов снова поднимется на подиум. Его внушительный вид слегка портила их яркая дочь, которая цеплялась за его руку, но Томас, казалось, не обращал на это внимания, когда усадил её так, чтобы она смотрела на зал, как только они сели на трон. Император в последний раз кивнул, и зал, казалось, снова ожил, формальности тоже были соблюдены. Гарри сделал глубокий вдох, его сердце билось в груди как сумасшедшее, и он повернулся, чтобы найти своих родителей. Ему не пришлось далеко искать: мама поспешила к нему, а папа, Сириус и Ремус следовали за ней по пятам. Гарри одарил их широкой , облегчённой улыбкой и погрузился в тёплые объятия мамы. — Гарри, — она вздохнула, и на её лице отразились любовь и облегчение, а взгляд стал мягким. Он на мгновение придвинулся ближе, а затем отстранился, чтобы обнять отца и крёстного. —Мама, папа, Сириус, Ремус, — он смаковал каждое имя, слетавшее с его губ, и смотрел им всем прямо в глаза, чтобы передать свою радость от их присутствия. Из-за всей этой драмы с гаремом он и не осознавал, как сильно скучал по ним, но теперь, когда они были здесь, Гарри чувствовал себя цельным. Он усмехнулся, когда их взгляды обратились на близнецов у него на руках, и его улыбка смягчилась. —Познакомьтесь с моими близнецами. —О Гарри, они великолепны!—Восторженно воскликнула его мама, наклоняясь ближе. —Это Лилайя Люция, ваша младшая внучка.— Он с гордостью представил её, улыбаясь, когда мама осторожно взяла Лилу на руки и нежно заворковала с ней. —У неё такие же кудри, как у моей матери, — прошептала его мама тихим, полным эмоций голосом и всхлипнула. —У неё были самые красивые волосы , я всегда ей завидовала. Я рада, что они передались по наследству. Теперь Гарри смотрел на волосы близнецов с большим пониманием. Он думал, что мягкие локоны достались им от Томаса, но на самом деле они достались им от прабабушки. — А это Джулиус Сириус, ваш внук, — с той же гордостью, с какой он представлял Лилу, Гарри показал своей семье мальчика на своих руках. Гарри не ожидал, что, обернувшись, увидит слёзы в глазах Сириуса, когда тот смотрел на него и на маленький свёрток в его руках. —Ты назвал своего сына в мою честь? От звука срывающегося голоса крёстного у Гарри задрожали губы, и он выругался про себя, проклиная чрезмерную эмоциональность, и глубоко вздохнул, чтобы слегка дрожащей улыбкой скрыть волнение. —Я надеялся, что один из этих детей станет наследником твоего рода после меня, поскольку Альси, скорее всего, станет наследницей титула Поттеров. Они оба названы в честь семейной традиции Блэков, хотя я должен признать, что, услышав, как Луна называет его "моя звезда ", я решил выбрать его. В конце концов, он мой второй сын.— Когда его Крестный промолчал, Гарри продолжил. —Я люблю тебя, Сири. Ты, конечно, мне как дядя, и я бы назвал ребёнка в твою честь, как надеюсь в какой-то момент почтить всех самых важных взрослых в моей жизни, если мне повезёт и у меня будет больше детей. — Боже, Гар, — выдавил из себя его отец, и его голос дрогнул от волнения, несмотря на шутливый тон. — Уже планируешь пополнить свою мини-армию? Скоро у тебя будет своя команда по квиддичу. Он издал смешок, быстро взглянув вниз, чтобы убедиться, что внезапный громкий звук не разбудил ни одного из близнецов. Оба все еще крепко спали, и Гарри был бесконечно благодарен за то, что они хорошо спят. Он моргнул, и в его голове промелькнула мысль. — Где Флоренс? - спросил он. Его отец вздохнул и провел рукой по лицу. —Дома. Мы собирались привезти ее, но она закатила истерику и ни за что не соглашалась. В конце концов, она невзлюбила нас обоих и прилипла к своей няне. Прости, Гар , но мы не смогли ее привезти. Он слегка рассмеялся, понимая. И разве это не странное чувство — так глубоко понимать своих родителей и их радости и горести, связанные с воспитанием ребёнка? —Я посмотрю, смогу ли я договориться о нашей встрече в другой раз. Мне не нравится, что я не вижу, как она растёт, я не могу поверить, что ей уже два с половиной года. Кажется, будто вчера ты прислала мне письмо о том, что она родилась. — Кажется, будто ты только вчера родился, Щенок! — Сириус рассмеялся, его серые глаза всё ещё блестели. — Я помню, как твой папа передал тебя мне на руки, крошечного, маленького, младенца Гарри с большими зелёными глазами, и попросил меня стать твоим крёстным отцом. А теперь ты уже отец троих детей! Гарри посмотрел на своих близнецов, на их золотистые волосы и довольные лица, а затем поднял взгляд туда, где сидели их отец и старшая сестра. Маленькая девочка радостно болтала с ним, а он потакал ей. И он сомневался, что когда-либо был более доволен.

***

1 Сентября 2000 года - Пятница Гарри не спал, когда главный евнух рано утром прибыл в его дворец. Его режим сна сбился с тех пор, как родились близнецы. Джулиусу и Лилайе было уже две недели, и их режим наконец-то совпал. Однако это не сильно облегчило ситуацию, потому что теперь они оба хотели его внимания одновременно, и, к сожалению, никто другой не мог с ними справиться, даже их отец. В последнюю неделю Томас всё больше времени проводил во дворце Гарри, по-видимому, очарованный близнецами. Только вчера, держа Альсефину на бедре, он подхватил их обеих одной рукой и понёс по саду, ничего не говоря, просто наслаждаясь последним летним теплом, когда дни стали короче. Главный евнух низко поклонился ему, и Гарри моргнул. —Ваше Высочество, император просит вас прибыть к нему в течение часа. Ему нужно поделиться с вами важной информацией перед утренним совещанием. Он нахмурился, не понимая. — Всё в порядке? Мужчина, стоявший перед ним, мгновение смотрел на него, а затем, нарушив свой обычно стоический вид, слегка приподнял уголки губ. —Более чем хорошо, Ваше Высочество. Уверяю вас, новости вас не разочаруют. Вашему Высочеству не о чем беспокоиться. Гарри кивнул, слегка улыбнувшись евнуху. —Я скоро буду там, если дети позволят. Главный евнух ещё раз поклонился и отступил. —Я доложу Его Величеству. Хорошего дня, Ваше Высочество.

***

Гарри выскочил из седана и, припрыгивая, направился к дворцу. Он глубоко вдохнул, готовясь к предстоящему разговору, несмотря на то, что главный евнух сказал, что ему не о чем беспокоиться. Аня, всегда заботливая и находящаяся рядом, помогла ему подняться по ступеням, и рыцари, стоявшие на страже, пропустили их, прежде чем он успел открыть рот. Главный евнух ждал их, чтобы отвести Гарри туда, где жил император, и, к его удивлению, тот оказался в саду, в своём личном павильоне. Он встал, когда Гарри подошёл ближе, и на его губах появилась лёгкая улыбка. Гарри отмахнулся от Ани, шагнув вперёд, и его муж помог ему сесть на мягкую скамью, которая окружала очаг в центре. — Мой супруг, благодарю тебя за то, что ты так быстро прибыл, — сказал Томас, когда их помощники вышли из павильона, позволив им свободно поговорить. Гарри приподнял бровь. — Я бы не отказался от встречи с тобой, Томас. Мужчина тихо усмехнулся и потянулся вперёд, чтобы погладить его по щеке. От нежности этого жеста Гарри захотелось большего, и он наклонился вперёд, следуя за рукой, которая убрала ладонь, и встретился губами с Императором. Мужчина не отстранился, приняв поцелуй с ухмылкой, которую Гарри скорее почувствовал, чем увидел. В конце концов Гарри отстранился, чувствуя, как краснеют его щёки от смущения, и напоминая себе, что это Император, а не какой-то школьник, с которым можно тайком целоваться в коридорах и чуланах. Он откашлялся, пытаясь прийти в себя, несмотря на головокружение, которое вызывало у него каждое общение с мужем. —Главный евнух сказал, что ты хочешь сказать мне что-то важное перед встречей. Однако сегодня я не приду, так что… — Я знаю, мой супруг, — перебил его мужчина, взяв его руку в свою с лукавой улыбкой. От этого по спине Гарри пробежала дрожь, а в глубине души вспыхнул инстинктивный страх, но он быстро его подавил. Несмотря на ужас, который, как он знал, этот мужчина внушал многим, ему не нужно было бояться того же. Однако было трудно подавить свои инстинкты перед лицом настоящего хищника. — Тебе не обязательно присутствовать на утреннем собрании, но на нём будет обсуждаться кое-что, и я хотел, чтобы ты услышал это от меня до того, как другие наложницы постучатся в твою дверь. Гарри удивлённо приподнял бровь. Что могло бы- Было первое сентября. Детей ещё не отправили в Хогвартс, так что это не касалось их, но это было первое число месяца - — Ах, я вижу, ты понял, — голос Томаса был самодовольным и пьянящим. Он встретился взглядом с мужчиной, широко раскрыв глаза от удивления, и почувствовал, как у него перехватило дыхание, когда он пришёл к единственному возможному выводу. — Я повышаю тебя до ранга благородного супруга, и ты станешь моим основным супругом. Дыхание, застрявшее в его груди, вырвалось наружу с шумом , когда он изумлённо выдохнул, произнося слова, прежде чем они вырвались из его груди. —Благородный супруг? — недоверчиво спросил Гарри, к явному удовольствию мужчины. Тот кивнул, и Гарри почувствовал, как его ноги превращаются в желе, а напряжение покидает тело. Томас сложил руки на груди, и его лицо стало серьёзным. —Тебе не нужно снова посещать собрания, пока ты не будешь готов. Я объявлю о твоем повышении сегодня, а Пенни продолжит исполнять обязанности главной супруги в твое отсутствие. В тот день, когда ты снова начнёшь посещать собрания, пожалуйста, приходи ко мне перед собранием, чтобы я мог сообщить тебе, что будет обсуждаться этим утром. Я заметил, что Пенни не берёт тебя с собой на эти утренние обсуждения, несмотря на то, что это твое право как второстепенного супруга. Неважно, — ухмыльнулся он. — Теперь ты можешь отплатить ей тем же. Гарри улыбнулся, и при этой мысли его охватило злорадное самодовольство.

***

Пенни поднялась по ступеням Императорского дворца, кивая рыцарям, которые выпрямились под её взглядом. - Хейнс, Феррингтон, - улыбнулась она, делая шаг вперед. - Сегодня утром у меня назначена встреча с Его Величеством. Он сейчас свободен? Видите ли, я приехала немного раньше, и мне не хочется проделывать весь путь обратно в свой Дворец. Удивительно, но эта пара на мгновение переглянулась, вместо того чтобы сразу же прийти к согласию. —Его Величество в настоящее время встречается с Его Высочеством, Вторым Консортом, и не желает, чтобы его беспокоили. Её улыбка чуть не сошла на нет, но она усилием воли удержала её на лице, превратив в простую маскировку для чувств, которые она в тот момент испытывала. —Брат Гарри? Зачем? — вежливо спросила Пенни, так как было бы бесполезно начинать предъявлять требования рыцарям. Они были беззаветно преданы своему хозяину, и ей ещё предстояло обрести какую-то силу, чтобы бросить вызов этой преданности. —Его Величество не сказал, Ваше Высочество. Однако я сомневаюсь, что это надолго. Его Высочество Седан все еще здесь , он вернется в свой дворец, так как не будет присутствовать на утреннем совещании. Пенни моргнула. - Ах, это так? Тогда я останусь в своем собственном седане, пока Его Величество не освободится. Доброго дня. —Она кивнула, отметив, что они едва поклонились в ответ, и целеустремленно направилась обратно к своему седану. Она отбросила от себя руку Старшей горничной, когда та попыталась помочь ей войти. —Закрой дверь, но не позволяй им переместить меня. Кажется, мне придётся немного подождать.—Она резко оборвала его, и, когда дверь захлопнулась, на её лице появилось безразличное выражение. Усмехнувшись, она слегка отодвинула занавески, чтобы ей было хорошо видно парадные двери императорского дворца. Рыцари сказали правду, потому что не прошло и десяти минут, как Поттер выскочил из дворца с глупой улыбкой на лице. Она наблюдала, как он направился к своему экипажу, точной копии её собственного, с ярко-жёлтыми украшениями, указывающими на его статус консорта, и как ему помогала сесть в него такая же улыбающаяся служанка. Пенни прищурилась, наблюдая за этой сценой, и почувствовала, как её терпение иссякает. Мальчик оказался гораздо более настойчивым препятствием, чем она думала. Пенни подождала, пока его седан отъедет, прежде чем тихонько постучать в дверь, ее старшая горничная быстро открыла ее, пока она не потеряла и без того напряженное терпение, и протянула руку. На этот раз Пенни пожала ее, грациозно выйдя и приблизившись к дверям еще раз. На этот раз они открылись без суеты, и Рыцари поклонились ей чуть более уважительно. Хорошо, как и должно быть. Она шла по коридорам дворца, направляясь в кабинет императора, предполагая, что он будет там, как всегда, когда они встречались. Поэтому она не удивилась, когда главный евнух встретил её у дверей, придерживая одну из них, чтобы она могла войти, и посмотрел ей в глаза. Она скрыла дрожь страха, которая всегда пробегала по ее спине при их встрече, замаскировав ее легкой усмешкой. Евнух с грохотом закрыл за ними дверь, и Пенни посмотрела на императора. Он был занят работой, свитки были аккуратно разбросаны по столу, голова опущена. Она терпеливо ждала, пока он обратит на неё внимание, и смотрела, сколько работы он уже выполнил. Похоже, они с Гарри тоже встречались в его кабинете. Хорошо, это снижало вероятность того, что они проводили время более тесно, как она сначала предположила. Наконец, спустя несколько минут, её муж поднял голову и изогнул бровь. — Ты опоздала, — только и сказал он, и Пенни с трудом сдержалась, чтобы не фыркнуть. —Вы встречались с братом Гарри , и с моей стороны было бы невежливо прерывать вас. Губы императора слегка дрогнули, и он откинулся назад, чтобы посмотреть на неё. —Это не первый раз, когда ты так поступаешь, но я отвлекся. Сегодня я хочу поделиться с тобой важными новостями. Элсон.—Он щёлкнул пальцами, и Элсон, казалось, достал свиток из рукава. Главный евнух передал ей свиток с непроницаемым выражением лица, слегка поклонившись. Будучи ближайшим доверенным лицом императора, этот человек был освобождён от многих формальностей, которые требовались от обычных евнухов. Он был скорее верховным лордом, чем кем-либо ещё, и имел доступ к самому могущественному человеку в мире. —Сегодня мы обсудим изменения в ранге, Пенни, — начал Император, и она выпрямилась, слегка расширив глаза. Она почувствовала, как у неё похолодели щёки. —И, пожалуйста, не забудь объявить об этом должным образом. Гарри не присоединится к вам сегодня снова , так как он всё ещё восстанавливается. — Да, Ваше Величество. Я передам ваши пожелания в гарем. Мужчина ухмыльнулся, увидев выражение ее лица. - А теперь тогда беги, ты же не хочешь опоздать на утреннюю встречу. Информация, содержащаяся в этом свитке, будет очень интересной для всех вас , я уверен. Пенни определённо нужно будет попросить разрешения провести ночь с императором завтра, в свой день рождения, потому что, если она правильно понимает его отношение, её положение в гареме может очень скоро измениться. И ей нужно будет воспользоваться тем небольшим количеством времени, которое Гарри будет отсутствовать, чтобы не наложить вето.

***

Далия выпрямилась, когда супруга Пенни поспешно вошла в зал, как будто торопилась сюда. На её лице, несмотря на попытки скрыть это,было выражение растерянности и страха, и она подалась вперёд в ожидании. Что бы ни было в том свитке, который она сжимала в руках крепко хотелось бы надеяться, что это будет хорошо, и осуждающий по отношению к высокомерному Супругу. Пенни села на стул так грациозно, как только могла в своём взвинченном состоянии, и в зале воцарилась тишина: все наложницы заметили необычно взволнованное лицо главы гарема. Беллатриса была единственной, кто осмелился или, возможно, был достаточно глуп, чтобы заговорить с ней и открыто спросить, что случилось, в то время как она была на взводе. —Сестра Пенни, что случилось? Ты выглядишь... расстроенной. — радостно прошипела она, ёрзая на стуле. Её тётя уже несколько недель была не в себе, с тех пор как Поттер родил близнецов, и искала, на ком бы сорваться, чтобы у неё была веская причина для нападения. К счастью, другие наложницы были достаточно благоразумны, чтобы не доводить её до такого состояния , но многие служанки и евнухи страдали от её гнева за малейшие проступки. Близнецы Поттера стали для них всех неожиданностью, неприятной неожиданностью. То, что он забеременел так скоро после рождения первого ребёнка, было трудно принять, и Далия знала, что Дафна и Захария были в ярости из-за этой новости, но это было терпимо. Двое детей — это не так уж много, если они скоро привлекут внимание Императора и повторят то, что сделал Поттер. Или, что ещё лучше, родят близнецов, как Кэрроу. Дафна хвасталась с тех пор, как год назад у неё родились брат и сестра-близнецы, намекая, что она тоже может родить близнецов, как её мать. Однако трое — это бесконечно сложнее, и это только увеличило разрыв между Поттером и теми, с кем он вошёл в гарем. Теперь, спустя несколько недель, Далия едва могла смириться с этой новостью. Он так сильно превзошёл их всех, поднявшись на одну ступень с нынешней главной супругой, Консортом Пенни, и покойной благородной супругой Эванджелиной, которые потратили годы своей жизни, чтобы завести троих детей. У Гарри они появились с разницей почти в год. Ее единственным утешением было то, что она все еще была главой Гарема, и она надеялась, что супруга Пенни сохранит этот титул еще немного, ровно настолько, чтобы Далия могла начать делать себе имя и родить Императору их ребенка. Одного было бы достаточно, чтобы навсегда соединить род Малфоев с императорской семьей. Всего одной кровной связи было бы достаточно, чтобы они сохранили власть на протяжении нескольких поколений, особенно учитывая, что ее ребенок был потомком первого императора Династии. Однако её желания, связанные с этим мужчиной, казалось, всегда приводили к неожиданным последствиям. Пенни откашлялась, уставившись вниз на открытый перед ней свиток, побледнев как полотно. —Его…— её голос внезапно оборвался, и бумага под её пальцами смялась ещё сильнее. —Его Величество с большой радостью объявляет… — глубокий вдох Пенни был слышен даже на другом конце комнаты, и Далия почувствовала, как её сердце забилось быстрее в предвкушении. —Супруг Слизерин-Поттер-Блэк должен принять титул основного супруга, и поэтому он также повышается до ранга основного благородного супруга за рождение их близнецов. В напряжённой тишине, повисшей в зале, можно было услышать, как падает булавка. Дыхание каждой из наложниц остановилось, когда прозвучало объявление, которое было таким неожиданным, но не должно было быть на самом деле . Позже, намного позже, Далия подумает, что было очевидно, что Поттер только поднимался, и с неудержимой скоростью. Рано или поздно он бы превзошёл Пенни, потому что она становилась старше и менее привлекательной в глазах Императора, который теперь был полностью сосредоточен на своем любимом наложнике. Его главном супруге. Однако в тот момент она могла лишь ошеломлённо сидеть, пока Беллатриса и Патриция одновременно вскочили на ноги, осыпая друг друга проклятиями, и выбежали из зала, чтобы дуться и злиться в уединении своих дворцов. Другие наложницы восприняли новость не намного лучше, чем она, за исключением горстки избранных, которым теперь посчастливилось считаться союзницами нового Главного Супруга и Главы Гарема. Далия просто почувствовала оцепенение, и через годы поймет, что это был поворотный момент, с которого все началось. Падение гарема и возвышение первого супруга императора.

***

4 Сентября 2000 года - Понедельник Хотя Гарри потребовалось гораздо больше времени, чтобы прийти в себя после рождения близнецов, чем просто Альсефине, теперь он чувствовал, что готов присутствовать на утреннем собрании и взять на себя обязанности главного супруга и единственного благородного консорта императора. По крайней мере, присутствовать на них. Стоя перед зеркалом, он поморщился, увидев новые оранжевые драгоценные камни, украшавшие его украшения. По крайней мере, он мог носить оранжевые детали на разноцветных мантиях, но оранжевые драгоценные камни выделялись. Это делало его единственным благородным супругом, но Гарри всё равно не любил этот цвет. Он был даже хуже жёлтого, который ему нравился в то время, когда он был супругом. Однако это была цена, которую он был готов заплатить , чтобы получить награды, которые давал ему новый ранг и титул. Отступив от зеркала и бросив на себя последний взгляд, Гарри развернулся, увидел гордую улыбку Ани и слегка покраснел,увидев её заплаканные глаза. — Ваше высочество, вы чудесно выглядите. —Она выпалила, и он не почувствовал ни малейшего намека на ложь, несмотря на тот факт, что они оба знали оранжевый ужасно контрастировал с его бледным оттенком кожи и зелеными глазами. Он скорее думал, что похож на морковку. —Спасибо, Аня.— Он всё равно ответил, протянув ей руку, чтобы она могла проводить его к ожидавшему их у ворот дворца экипажу. Он всё ещё жил во дворце супруга, хотя переехал бы в течение недели, если бы служанки и евнухи поспешили подготовить один из пустых дворцов. И с его переездом в новый дворец к нему прибудут новые служанки, а также та, что была прислана из его семьи. Скоро у него на службе будет всего восемнадцать человек. Гарри забрался в «Седан», свежевыкрашенный в оранжевый цвет и украшенный гербами семей Поттеров и Блэков. Внутри всё было чёрно-белым, так как он отказался сидеть на оранжевых сиденьях. Он вздохнул, когда за ним мягко закрылась дверь, закрыл глаза и начал мысленно готовиться к предстоящему насыщенному событиями утру.

***

—Почему ты на моем месте, сестра? Гарри наслаждался, произнося эти слова, и заметил, какое выражение было на лице Пенни, когда он шёл по проходу, а её лицо застыло в шоке. Очевидно, никто из них не ожидал, что он начнёт посещать собрания так скоро. Они и не подозревали, что Гарри и не собирался позволять ей продолжать управлять гаремом, даже ещё несколько дней, чтобы дать отдых своему всё ещё ноющему и меняющемуся телу. Он возьмёт бразды правления в свои руки, как только сможет, чтобы пресечь любые попытки её удержать власть. — Я… — начала женщина, прежде чем откинуть плечи назад и выпрямиться. — Не нужно так обвинять меня, брат. Я просто сидела здесь, как и положено следующей по старшинству наложнице, пока ты приходил в себя. Я предположила, что ты не собирался присутствовать на этом собрании, так как сейчас уже десять минут второго. Он остановился у ступеней, заметив, что она так и не сдвинулась с места. —И ты должна были догадаться по тому, что ты не встретилась сегодня с императором, что я был здоров и присутствовал на встрече. Поскольку это мой первый официальный день в качестве главы гарема, его величество хотел поговорить со мной о более мелких деталях. А теперь, пожалуйста, вернись на своё место, так как я уже здесь. Пенни неохотно поднялась, разглаживая мантию. Она не посмотрела на него, проходя мимо и возвращаясь на пустое место слева от него. Похоже, никто из остальных не был настолько самонадеян, чтобы занять не принадлежащие им места. Даже Беллатриса, хотя он предполагал, что ей было удобно на месте Третьего Супруга, ставшего теперь Вторым Супругом. Повышение Гарри даже повысило её в каком-то смысле. Он подошёл к трону, испытывая трепет, сел и посмотрел вниз на множество наложниц, уставившихся на него , их выражения лиц были разными, и их было легко разглядеть сверху. Неудивительно, что место главного супруга было таким желанным, помимо очевидных причин. Оно позволяло наблюдать за тем, что не было видно на одном уровне с остальными. Он откинулся на спинку кресла, устроившись поудобнее, насколько это было возможно, чувствуя себя так, словно он выставлен на всеобщее обозрение, и тихо вздохнул. Гарри достал из рукава свиток, который передал ему Император, и начал первое утреннее совещание в качестве главы гарема. Он откашлялся, посмотрел на свиток и прочитал витиеватый почерк императора. Этот человек изложил ему все ключевые моменты, которые нужно было обсудить этим утром, и посоветовал, как обращаться с определёнными политическими темами, не вызывая беспокойства, и как теперь обращаться с гаремом как с техническим слугой. И если бы это всё ещё не было невероятной, пьянящей мыслью. —Братья, сёстры, спасибо вам всем за то, что были так терпеливы, пока я поправлялся, и за все добрые пожелания, которые вы присылали мне после рождения моих близнецов. Я рад сообщить, что они в добром здоровии, и что Император чувствует себя благословлённым, получив ещё одну пару близнецов от своих наложниц. — начал Гарри, внимательно наблюдая за теми, кто поморщился от его слов, и теми, кто, казалось, был рад их услышать. Похоже, таких было немного. Это, ему придется изменить, если он хочет, чтобы его правление в качестве Основного супруга было длительным и относительно беззаботным. Таким же беззаботным, как у члена кровожадного гарема. —Итак, как вы все уже прекрасно знаете, с этого момента я глава Гарема, что означает, что мой долг присматривать за всеми вами, заботиться о вас и обеспечивать, чтобы споры внутри Гарема разрешались без кровопролития. Поэтому, если у кого-то есть претензии, которые они хотят высказать, пожалуйста, сделайте это сейчас. Как будто он зажег спичку и вызвал невидимый взрыв , когда Беллатриса стояла, сверкая глазами. —Претензии? У меня их много, Брат. — Прошипела она, и Гарри приподнял бровь, жестом предлагая ей продолжать, хотя она и не ждала его разрешения для этого . —И большинство сосредоточено вокруг тебя. — Не соблаговолите ли объяснить, в чём дело, сестра? — спросил Гарри, положив свиток на колени и скрестив руки на груди. Его слова только ещё больше раззадорили её, и она сделала шаг вперёд. Его палочка выскользнула из кобуры и легла в ладонь, согретая магией и готовая среагировать в любой момент. —Тот Первое, и самое насущное, по моему и многим другим мнению... - Она оглядела других наложниц, многие выглядели испуганными под ее безумным взглядом. —... заключается в том, что вы прячете Его Величество. Гарри моргнул и подался вперёд. —Простите?—Его недоверчивый голос эхом разнёсся по залу, и тогда Гарри запрокинул голову и расхохотался.