Служебный роман

Макс зашел во двор, прошел к своей парадной. Он уже чувствовал весь сок предстоящей встречи с любимым — как он утопает в объятиях Чернышова, вдыхая запах его тела, его тепло и близость. Каждая минута ожидания казалась ему вечностью. Перейдя порог квартиры, он не услышал привычного "привет, солнце", а вместо этого — грохот и шум из спальни. Сердце забилось сильнее. Не раздеваясь, Макс рванул на шум. Перед ним открылась ошеломляющая картина — одновременно тревожная и в то же время успокаивающая. Артем лежал на полу, с веревкой на шее. Точнее — с оборванным концом веревки. Слава богу, она не выдержала и порвалась. Вся кровь отошла у Макса в голову. Он упал на колени перед любимым, глаза наполнились слезами — страх потерять Артема был для него самым страшным и острым чувством. — Тёма! — кричал он, умоляя: — Очнись! Ты слышишь меня?! — его голос дрожал от истерики, слезы катились по щекам. Он пытался выдавить эти слова из себя, но получалось больше какое-то мычание или невнятное бормотание. Грудная клетка Артема приподнялась. Он был жив. Макс почувствовал это и немного успокоился. Грудь Чернышова медленно ходила — вдохи и выдохи были не глубокими, но они были. Он был живой. Макс аккуратно переложил расслабленное тело Артема на кровать, стараясь не навредить ему еще больше. Сегодня было слишком много стресса — он чувствовал себя опустошенным до предела. Внутри всё сжалось от страха и боли. Он переоделся быстро и лег рядом с любимым, укрывшись одеялом и поцеловав его в лоб. Спать почему-то не получалось — сердце билось так сильно, что казалось сейчас оно вырвется из груди. Макс боялся уснуть — боялся потерять Артема навсегда. Прошло около двух часов. Макс ничего не хотел делать — лишь лежал с прикрытыми глазами, пытаясь собраться с мыслями или просто дождаться утра. В комнате он уже прибрался: замел следы попытки суицида, чтобы скрыть свою слабость и отчаяние. Вдруг его разбудил тихий хриплый голос: — Макс…? Этот родной для него голос встревожил сердце младшего парня до боли. — Тёма… живой… — Макс расплылся в улыбке сквозь слезы. Его охватило облегчение и радость одновременно. — Зачем… зачем ты так сделал? — прошептал он. Артем чуть приподнялся на локтях, тяжело дыша: — Прости… — его голос был хриплым и полным боли.— Просто я… ну слава… Макс понял всё без слов: он догадался о том, что произошло. — Приревновал? Ну сразу бы сказал… А то пугаешь меня так… Я думал, что сейчас вместе с тобой тут копыта откину. Артем кое-как протянул руку и коснулся пальцами прядей волос Макса, гладя его голову, заправляя волосы за ухо. — Давай просто уедем отсюда,— продолжил Макс тихо,— уедем и будем жить счастливо где-нибудь подальше от всего этого дерьма. Поедем в Германию. У меня есть связи там… найдем работу, жилье — всё у нас будет по-другому. Там никто не помешает нам быть вместе. Прошло чуть более месяца с той ужасной ситуации. У Артема остался небольшой шрам на шее — напоминание о том дне навсегда запечатлелось в памяти. Парни стояли в аэропорту: все вещи были упакованы, из школы всё забрано — они оставляли этот город навсегда. Нужно было начать всё заново: с чистого листа. — На самолет *** по рейсу «Санкт-Петербург — Берлин» начинается посадка...— прозвучали последние слова перед взлетом.— Вперёд к новой жизни! И вот они стоят рядом у трапа самолета, держась за руки крепко-крепко. В их глазах горит надежда на лучшее будущее: светлое будущее без страха и боли, без предательства и разлуки. Это начало новой главы их жизни — счастливой и свободной.