Альфа для Гарри

      — Что это сейчас было? — спросила Гермиона, сбитая с толку.       — Просить Комнату предоставить нам укрытие было бы бесполезно, — сказал Гарри.       — Почему это? Конечно бы сработало!       Он покачал головой.              — Ну… да, Комната бы дала нам место, чтобы спрятаться, но это не помешало бы Доминантам попасть внутрь.       Гермиона выглядела так, будто собиралась возразить, но Гарри опередил её:       — Если они охотятся за нами, — Гарри, очевидно, наконец осознал суть проблемы, — они пойдут по следу запаха прямо к нам. И если они догадаются, что мы делаем, а они догадаются, ведь очевидно, что мы прячемся от них, то они смогут попасть внутрь…       Гермиона посмотрела на него в полном недоумении.       — Что? — Гарри усмехнулся. — Я тоже кое-что знаю, между прочим! Я хорошо изучил эту Комнату ещё на пятом курсе. Я часто использую её для тренировок, когда учусь в школе. Если бы мы попросили комнату, где можно спрятаться от Альф, всё, что им бы нужно было сделать — это попросить Комнату открыть ту самую комнату, в которой мы спрятались, и она бы открылась.       Гермиона посмотрела на него, явно разрываясь между ужасом от того, что их могли так легко поймать, и гордостью от того, что Гарри так много об этом знал.       — О чем же ты тогда просил? — спросила она с любопытством.       — Я попросил место, где ты сможешь объяснить, что, чёрт возьми, происходит, — с ухмылкой ответил Гарри. — Сомневаюсь, что они догадаются об этом. Комната понимает запрос буквально — чтобы попасть внутрь, нужно точно знать, чего человек просил.       Гермиона улыбнулась, успокоилась и огляделась. Комната дала им уютную маленькую комнатку, не слишком отличающуюся от гостиной Гриффиндора. В ней были удобные диваны и уютный огонь, пылающий в камине. Рон уже растянулся на одном из диванов, устроившись поудобнее.       Они все устроились у камина — Рон развалился на одном, а Гарри с Гермионой сели по краям другого дивана.       — Итак, Гермиона, — начал Гарри, — что происходит? Почему трое Доминантов охотятся на нас, а не на Сабмиссивов?       Гермиона вздохнула.       — Они не охотятся за нами, Гарри…       — Что! Но…       — Они охотятся не на нас, Гарри, они охотятся на тебя! Рон это понял первым. — Гермиона гордо посмотрела на Рона, прежде чем повернуться к Гарри. — Ты помнишь все, что я тебе сегодня рассказала?       Гарри кивнул.       — Так вот, я кое-что не учла. Похоже, профессора тоже это упустили. Я говорила тебе, что Доминанты ищут силу и чистоту, и что обычные волшебники их не привлекают, потому что не обладают нужной силой. Но мы все забыли одну вещь: хотя у нас — у меня, Рона и большинства учеников — такой силы нет, у тебя она есть.       Ты один из самых могущественных волшебников нашего времени, Гарри, особенно с учётом того, как ты вырос в этом году. Только Дамблдор и Волан-де-Морт могущественнее тебя, а тебе ведь всего шестнадцать — ты даже не достиг полного расцвета своих способностей. Очевидно, когда это произойдёт, ты станешь самым могущественным волшебником в мире.       Гарри уставился на нее с открытым ртом.       — Тебе и правда это не приходило в голову, да? Очевидно, что из-за твоей силы ты привлёк внимание некоторых Доминирующих…       — Н-но… чистота… моя кровь…       — Да, ты не чистокровный, но хотя тебя и воспитывали маглы, ты не рожден маглами; твой отец был чистокровным. Что еще важнее, когда дело доходит до этого, когда дело касается чистоты тела, ты не мог бы быть намного чище; потому что, насколько мне известно, тебя целовали только один раз, не говоря уже о чем-то другом».       Она взглянула на Гарри с вопросом, и он тут же покраснел.       Она снова улыбнулась:       — Вот видишь. Ты невероятно силён, достаточно чист по крови и полностью чист телом. Неудивительно, что ты привлёк внимание. Хотя вот кто именно заинтересовался тобой…       — Но я не хочу участвовать в… сексуальных прятках! — воскликнул Гарри, собираясь разразиться тирадой о том, почему всё всегда должно случаться с ним.       — Народ, — заговорил Рон, — а что нам теперь делать? Мы здесь в ловушке, если вы не заметили, и никто не знает, где мы.       Гарри ухмыльнулся. «       — Вообще-то у меня есть идее. Добби!       Раздался треск, и перед ними появился эльф.       — О, Гарри Поттер, сэр! Что Добби может сделать для вас?       — Добби, можешь сходить к профессору Дамблдору и сказать, что мы в Выручай-Комнате и хотим с ним поговорить. Скажи, что у нас есть камин. Добби радостно закивал:       — Конечно, Гарри Поттер, сэр, Добби с радостью поможет…       — Спасибо, Добби, — перебил Гарри. — Мы очень благодарны.       Снова раздался хлопок, и эльф исчез.       Через пару минут шипение и потрескивание в камине возвестили о появлении лица директора появившегося из углей.       — А, Гарри, мне кажется, у тебя небольшие проблемы.       И Гарри сразу понял — просто по тону и взгляду — что директор точно знает, какие у него трудности и почему. Этот манипулятор всё подстроил!       Гарри сжал зубы и уставился на директора:       — Да, профессор. Похоже, некоторые Альфы решили, что я привлекательнее Сабмиссивов в зоне Охоты. Буду признателен, если их найдут и обезвредят, чтобы мы могли выйти. Скорее всего, они сейчас за дверью Выручай-комнаты.       — О, Гарри, если бы я мог, — сказал Дамблдор, не выказывая ни малейшего сожаления. — Однако, у меня нет полномочий сделать это. Правила Охоты совершенно ясны: пока она продолжается, я не могу вмешиваться в дела Охотников.       — Но я не часть Охоты!       — Нет, но Охотники вольны преследовать любого, кого они считают подходящим Партнером. Мы не ожидали, что это может касаться не Омеги, но такое бывает, хоть и редко.       — Прекрасно! Просто чудесно! Как будто мне и без того проблем мало! — простонал Гарри.       Гермиона бросила на него сочувственный взгляд и снова посмотрела на директора.       — И что нам делать, сэр? Пока они там, мы не можем уйти.       — Придётся остаться на ночь, мисс Грейнджер. Утром, когда юноши немного придут в себя, мы обсудим ситуацию с Советом Охоты. Сейчас вам стоит попытаться поспать — Комната предоставит кровати и всё необходимое.       — Но профессор…              — Утром, мисс Грейнджер, — твёрдо сказал Дамблдор. — Спокойной ночи.       Его лицо внезапно исчезло.       Как только он ушел, Гарри взорвался:       — Вот же мерзавец! Он знал! Знал, что так может случиться! Он всё подстроил!       — Зачем ему это? — спросил Рон, явно сбитый с толку.       Гарри нахмурился и крепко сжал губы. Он чертовски хорошо знал, на что надеялся Дамблдор, но сейчас ему, возможно, лучше сосредоточиться на том, чтобы взять свой темперамент под контроль, прежде чем тот взорвется.       — Я думаю, Гарри прав, Рон, — сказала Гермиона.       Они оба удивленно посмотрели на нее. Раньше она всегда вставала на сторону директора.       Она закатила глаза:       — Прошу прощения, Гарри. Похоже, ты был прав. Нет шансов, что профессор не предвидел такой возможности. Он явно использует Охоту для достижения своих целей. Он хочет перетянуть Малфоев на нашу сторону?       Гарри устало кивнул:       — Думаю, да. Из тех троих за дверью, только он представляет ценность. Семья Корнфута уже на нашей стороне, а мать Забини всегда была нейтральна и вряд ли изменит позицию.       — Я ничего не понимаю! — воскликнул Рон. — О, Рон, ну подумай же! — Гермиона снова уселась. — Директор хочет заставить Малфоев переметнуться. Малфои стратегически важны: Люциус Малфой — правая рука Волан-де-Морта. Если его сын и Наследник свяжет себя с Мальчиком-Который-Выжил в качестве своей пары. Нельзя сказать, что Темный Лорд одобрит такой союз. Люциуса Малфоя интересует только власть и получение как можно большего: стать по сути тестем Гарри Поттера означает, что Гарри Поттера можно будет контролировать. Люциус может отречься от Драко, но это маловероятно — род Малфоев для него важнее всего.       Он бы этого в любом случае не сделал, — вздохнул Гарри. — Единственное, что волнует Люциуса Малфоя больше, чем власть или его Лорд, — это репутация. Драко — его единственный ребенок, и он не лишит его наследства, потому что это будет означать конец рода Малфоев.       — Ладно, допустим. Но почему Дамблдор думал, что это вообще сработает? — вставил Рон, — Ведь шанс, что Малфой выберет Гарри вместо Подчинённых — один на миллион!       Гермиона покачала головой.       — На самом деле, это логично. Малфой — сильнейший Доминирующий. А его влечение к власти в крови. И, учитывая их с Гарри историю… думаю, его магическая сущность хочет наконец подчинить Гарри, ведь до этого он всегда проигрывал.       Парни на мгновение тупо уставились на Гермиону, пока их не осенило. Гарри тут же покраснел и отвернулся, в то время как Рон слегка позеленел. Она фыркнула на с их реакции. Гермиона хмыкнула — от Рона она такого и ожидала, а вот реакция Гарри была интереснее.       Она слегка нахмурилась.       — Я уверена, что читала что-то о похожей ситуации в одной из книг, которые нашла в библиотеке, когда услышала, что будет Охота. Хотела как бы это вспомнить… Жалко, что мы не можем попасть в библиотеку!       — Эмм, Миона, — сказал Гарри, — Это же выручай-комната! Просто попроси то, что хочешь.       — Блестяще, Гарри! — Она ухмыльнулась ему, прежде чем закрыть глаза и сосредоточиться на том, что она хотела. Мгновенно на столе перед ней появилась небольшая стопка книг; она набросилась на них, перебирая в поисках нужной.       Гарри с нежностью посмотрел на неё, затем взял кусок пергамента и перо и начал быстро писать записку.       — Кому это, приятель? — спросил Рон.       — Ну, если Дамблдор что-то замышляет, мне нужен кто-то на моей стороне, кто не в восторге от него, верно? И, по сути, есть только один вариант, — он подписал записку и позвал — Добби!       Эльф появился с треском.       — Гарри Поттеру нужен Добби, сэр?       — Да, Добби, спасибо. Можешь передать эту записку профессору Снейпу? — Гарри услышал, как Рон резко втянул воздух. — Тебе нужно убедиться, что он один, когда ты передашь ему. Ты же не обязан рассказывать Дамблдору, верно? — спросил он с лёгким беспокойством.       — Добби может это сделать, сэр. Добби может хранить секреты Гарри Поттера; Добби — свободный эльф! — эльф энергично начал махать головой.       Гарри немного расслабился.       — Спасибо, Добби, я ценю это.       Эльф снова кивнул, а затем щелкнул пальцами и исчез.       — Снейп? СНЕЙП, Гарри! — Рон смотрел на него, как будто тот сошёл с ума. — Ты ведь помнишь, что он тебя ненавидит, да?       Гарри потёр усталые глаза и рухнул на диван позади себя.       — На самом деле он не ненавидит меня, Рон, — Рон просто скептически посмотрел на меня. — Я тренируюсь с ним уже почти год. Ладно, он никогда не бывает приятным, но он… вежливый, он тренирует меня усердно, но он не такой, как раньше… просто поверь мне, пожалуйста?       Рон неохотно кивнул.       — Я тебе верю, Гарри, ты же знаешь. Но почему ты думаешь, что Снейп вообще захочет помочь? Он ведь должен пойти против Дамблдора.       Гарри ухмыльнулся:        — Потому что, даже если не ради меня, он, возможно, сделает это ради Забини. И особенно ради Малфоя. Как ни крути, но Снейп заботится о своих змейках…       Рон пробормотал что-то себе под нос.       Гарри покачал головой:       — Им нужна его защита, Рон. Больше никто в этой школе не верит им даже чуточку. Они ведь не все юные и кровожадные Пожиратели смерти.       Рон смотрел на него с полным недоверием, даже Гермиона оторвалась от книг, глядя на Гарри с любопытством. Но он просто покраснел и отвёл взгляд — казалось, видимо краснеет Поттер сегодня чаще, чем за всю жизнь до этого.       — Послушайте, — сказал он, пока Рон не начал возмущаться, — всё, что я хочу сказать — Снейп может не захотеть ввязываться в это ради меня, но ради своих слизеринцев — вполне возможно.       — Очень проницательно с вашей стороны, мистер Поттер, — раздался голос Снейпа из камина, откуда на них смотрело его крайне недовольное лицо.       — Ну, Поттер? Должна же быть веская причина, по которой вы заставил этого своего безумного эльфа доставить запискус просьбой явиться в Комнату Требований в два часа ночи. И какое отношение к этому имеют мистер Малфой и мистер Забини?       Гарри удивился:       — Дамблдор не рассказал вам, что происходит?       — Не то чтобы это тебя касалось, мистер Поттер, — сказал Снейп с усмешкой, — но сегодня вечером меня не было в замке по срочным… делам.       Все трое услышали невысказанный намек на то, что его призвал Волан-де-Морт.       — Это касается Охоты, сэр…       Гарри рассказал, что произошло этим вечером: как они наблюдали за участниками Охоты, спускающимися вниз, как трое Альф вернулись в замок, и о выводах Рона, вызвавших усмешку у Снейпа — ту, что Гарри уже научился распознавать как выражение удивления.       Он продолжил: рассказал о том, как они сбежали в Комнату, о разговоре с Дамблдором и о размышлениях о происходящем.       — Он подставляет Малфоя, сэр, и использует меня, будь я проклят, если позволю ему так меня обмануть! — запальчиво сказал Гарри.       — Гарри! — вскрикнула Гермиона. И она, и Рон уставились на него. Гарри задавался вопросом, было ли это потому, что они только что поняли, что именно Дамблдор запланировал для него, или потому, что он осмелился сказать такое именно Снейпу.       — Выражения, Поттер! — рассеянно сказал Снейп, явно глубоко задумавшись.       Наконец он посмотрел на них:       — Я прихожу к тем же выводам, что и вы, мистер Поттер: директор пытается манипулировать Люциусом Малфоем, используя для этого Драко и вас. Я уже выражал сомнения по поводу присутствия столь могущественного волшебника, коим вы стали, — Рон аж рот открыл от изумления, услышав, что Снейп это признал, — во время Охоты. Он отклонил мои опасения, сказав, что такие случаи чрезвычайно редки и что он, разумеется, будет рядом, чтобы уладить любые сложности. Похоже, наше представление о том, что значит «уладить», значительно различается.       — О, сэр, вы можете что-нибудь сделать? — обеспокоенно спросила Гермиона.       — Я приду и посмотрю, смогу ли я сдержать их, чтобы вы могли уйти. — вздохнул Снейп, явно не в восторге от того, что придётся иметь с этим дело.