Альфа для Гарри

      Они все отступили, когда камин вспыхнул зелёным пламенем. Из него вышел Снейп, начав поправлять мантию, но в его глазах что-то сверкнуло — клыки удлинились и чуть выступали из-под губ. Он выпрямился и двинулся вперёд хищной походкой. Трое подростков попятились, когда он начал приближаться.       — Гермиона, что происходит? — прошептал Рон.       — Это заклинание. Профессор Снейп, должно быть, Альфа, оно действует и на него, — ответила Гермиона, одновременно с Гарри лихорадочно пытаясь придумать, как выбраться из ситуации.       — Прекрасная идея — позвать его, Гарри! — прошипел Рон.       — А я знал, что ли? — огрызнулся Гарри, но Снейп уже сменил направление и направился к двери.       Он распахнул дверь, и, как и предполагалось, трое Альф были прямо перед ней, они выглядели немного потрепанными, но без серьёзных повреждений. Завидев яростный взгляд Снейпа, они отступили, а Блейз сорвался с места и побежал обратно по коридору.       Гарри видел, как инстинкты Снейпа подталкивали его погнаться за другим Альфой, но он сдержался, переключив внимание на двух оставшихся. Северус зарычал на них, заставив отпрянуть, но не убежать.       Гарри посмотрел на Альф — все они выглядели по-разному. Снейп казался ростом около десяти футов, хотя Гарри знал, что это, иллюзия. Все Альфы выглядели больше обычного, но Снейп все равно был явно самым внушительным. Когда Драко зарычал на профессора, Гарри увидел, что у того тоже появились клыки и длинные, острые когти.       Некоторое время они просто смотрели друг на друга, никто не спешил сделать первый шаг. По крайней мере, Малфой и Корнфут не горели желанием нападать первыми… А Снейп, казалось, просто давал им шанс сбежать, как это сделал Блейз.       Корнфут был первым, кто решился на атаку. Гарри не мог сказать, что именно он пытался сделать, но прежде чем он смог дотронуться до Снейпа, уже валялся на спине, постанывая и пытаясь встать. Снейп ухмыльнулся, когда Корнфут с трудом поднялся, и Малфой решил воспользоваться этим моментом, нацелившись на живот Снейпа. Но тот легко увернулся, схватил Драко за запястье и без всякой церемонии швырнул его вниз по коридору.       Драко приземлился на ноги, пригнувшись в стиле Человека-паука, скользя по полу. Он зарычал, подпрыгнул и побежал прямо на Снейпа, вместе с Корнфутом, который поднялся и теперь сверлил Снейпа злым взглядом, готовясь к новой атаке.       Снейп даже не вздрогнул, когда они оба набросились на него, только отстранился, так что они оба отлетели за его спину, ударившись друг о друга и приземлившись с грохотом на пол. Теперь они оказались в одной комнате с Гарри, Роном и Гермионой, которые до сих пор наблюдали за происходящим с изумлением.       Увидев, как другие Альфы смотрят на Гарри, Снейп зарычал и с невозможной скоростью бросился на Драко и Корнфута, вырубив их обоих. Когда те уже без сознания лежали на полу, Снейп направился к Гарри, который, похоже, не мог пошевелиться.       Рон и Гермиона, у которых не было таких проблем, попытались оттащить Гарри.       — Не трогайте его! — плюнул им Снейп.       Они тут же перестали трогать Гарри, не в силах не подчиниться команде, но почти сразу же вновь потянулись к нему — они не собирались оставлять друга в опасности.       — Я причиню вам боль, если вы прикоснётесь к нему! — сказал Снейп — это не было угрозой, слова звучали так, словно их вырывали из него, как будто их было больно произносить. И по тому, как он скручивался, было понятно — так оно и было. — Я… наврежу вам… — он казался готовым потерять сознание, вонзая ногти себе в живот, пытаясь сохранить контроль. — Просто… просто отойдите от него.       Они посмотрели на Гарри, который кивнул им в ответ.       — Отойдите. Я буду в порядке. — заверил он, хотя сам в этом не был уверен. Снейп едва держался, но Гарри не мог допустить, чтобы его друзья пострадали.       Они неохотно отошли назад, и Снейп, до этого державшийся в стороне, подошёл к Гарри. Он обнял его, накрыв собой, словно заслоняя от всего остального мира. Гарри понял, что совсем не против такого положения вещей.       — Это значит, что он… Он собирается…? — Рон не хотел заканчивать ни одну из своих мыслей, как и Гермиона, которая уткнулась лицом его в грудь, не желая смотреть. Она знала, что бывает дальше — это часть Охоты, но Гарри не был частью Охоты. Это было несправедливо.       Но Снейп не сделал ничего, кроме как просто удерживать Гарри, осторожно опуская их обоих на пол. Гарри оказался у него на коленях, всё в объятиях, нос профессора уткнулся в его шею, вдыхая его запах. Гарри почувствовал, как тот начал успокаиваться.       — Я… не собираюсь причинять тебе боль. Я ничего не собираюсь делать, но я не могу оставить тебя прямо сейчас. — Снейп изо всех сил пытался объяснить, но Гарри видел, что он не в состоянии говорить внятно. Он сдвинул руку и почувствовал что-то тёплое и влажное — нахмурившись, Гарри наклонился, чтобы посмотреть на живот Снейпа.       Он вспомнил, как тот вонзал в себя ногти, пытаясь удержаться, и подумал о когтях Малфоя, задаваясь вопросом, насколько длинными и острыми должны быть когти самого Снейпа. С широко раскрытыми глазами он начал осторожно отодвигать его разорванные и залитые кровью мантии.       — Не надо. — Это было все, что мог выдавить мужчина. Гарри знал, что Снейп не вкладывал свою энергию в драку, он вкладывал ее, пытаясь ничего не сделать Гарри. Он боролся со всеми своими желаниями, лишь бы не причинить никому вреда.       — Позвольте мне. — Гарри настаивал. Он не совсем понимал, что делает, но чувствовал, что должен что-то сделать, даже если это просто обычная попытка остановить кровотечение.       Не имея сил сопротивляться, Снейп позволил Гарри продолжить, полагая, что тот просто посмотрит и скажет, что им нужно в больничное крыло, тогда он сможет отказаться, и на этом всё закончится. Ну, или не закончится — Гарри был упрям и, скорее всего, настаивал бы, чтобы его туда отвели. Но с этим можно было справиться — может, это было бы даже полезно, ведь Снейп всё равно не мог оставить Гарри на ночь.       Гарри осторожно оттянул мантию от кожи Снейпа и ахнул, когда увидел порезы на животе, из которых сочилась кровь. Не понимая толком зачем, он наклонился и начал вылизывать один из порезов.       Мальчик услышал, как Снейп сглотнул, но не видел Рона и Гермиону, которые по-прежнему оставались в комнате, отказываясь уходить, и наблюдали за происходящим с неясным отвращением и недоумением. Снейп понимал, что происходит, но был слишком занят попытками удержаться в себе, чтобы как-то отреагировать.       Снейп неловко заёрзал, пока Гарри продолжал, он, казалось, не мог остановиться, пока все порезы Снейпа не исчезли. Не осталось ни следа от ран, которые Снейп сам себе нанёс. Только засохшая кровь вокруг и изрезанная окровавленная мантия служили доказательством. Гарри покраснел, осознав, что он только что сделал, а затем начал паниковать от мысли, что на самом деле исцелил Снейпа. Мужчина почувствовал нарастающую панику и начал гладить мальчика по спине, прижимая крепче, стараясь успокоить.       — Я всё объясню завтра. — выдохнул Снейп.       Гарри кивнул, он не хотел сейчас давить на мужчину, возможно, это связано с Альфа-инстинктами. Как бы то ни было, он не собирался провоцировать Снейпа — тот и так едва держал себя в руках.       — Хорошо, сэр. — ответил Гарри.       И только тогда он заметил, насколько участилось дыхание Снейпа, как тот сжимал Поттера крепче, будто Гарри был единственным якорем в реальности. Его голова прижалась ещё сильнее к шее Гарри, объятия ослабли… И мальчик почувствовал, как между ними стало влажно и тепло. Смотреть вниз не требовалось — он уже всё понял.       Снейп знал, что ему должно было быть неловко, но, к счастью, у него не было сил беспокоиться. Он лишь обмяк, опираясь на Гарри, стараясь ни о чём не думать, пока остатки оргазма покидали его тело. Поттер не был уверен, что сказать, если вообще можно было что-то сказать. Его собственное поведение за ночь никак не укладывалось в рамки здравого смысла. Он выбрал промолчать — это казалось самым разумным решением.       Они провели вместе всю ночь — все шестеро.       Малфой и Корнфут лежали без сознания на полу вместе в куче, где их оставил Снейп. Гермиона решила, что подходить к ним не стоит — мало ли, как они отреагируют, когда очнутся. Рону же было всё равно — его мысли занимал только один вопрос: насколько в безопасности Гарри рядом со Снейпом?       Рон и Гермиона улеглись на кровать, которую предоставила комната. Хотя выйти из неё теперь было можно, оставлять Гарри наедине со Снейпом они не собирались. Просто не могли. Слишком непредсказуемо всё было. Когда стрелки перевалили за пять утра, они всё же решились попытаться уснуть. Но сон их был тревожным и прерывистым.       Поттер и Снейп были единственными, кто вообще не спали. Гарри чувствовал, что мог бы уснуть — неожиданно оказалось приятно находиться в его объятиях. Руки профессора Снейпа были сильными, надёжно прижимали его к себе, ближе некуда. И вопреки ожиданиям, он был тёплым, даже немного уютным. Гарри устроился у него на груди, уловив биение сердца, и замер. Он не хотел, чтобы всё это заканчивалось, но знал — утро расставит всё на свои места. Заклятие спадёт, и Снейп снова станет ненавидеть его.       Но сам Снейп далёк был от покоя. Каждый малейший жест Гарри вызывал у него первобытное желание — прижать его к полу и взять. Но он сдерживался. Он всегда хотел только защищать Гарри. Никогда не причинять вред. Мысли, однако, не умолкали. Они спорили в нём, вызывали желание закричать. Он не хотел задумываться — ни о том, как Гарри смог залечить его раны, ни о том, почему сейчас сидит с Мальчиком-который-выжил на коленях, в окружении бессознательных учеников. И уж точно не о том, откуда он примчался, в который раз спасать Поттера.       Завтрашний день будет тяжёлым — он это знал. Разговор с Дамблдором вряд ли пройдёт гладко. А беседа с Гарри будет не только трудной, но и мучительно неловкой. Любой, кто попытается подойти к мальчику, рискует закончить день в больничном крыле. Но всё это не имело значения сейчас. Сейчас он чувствовал себя полноценным, как никогда раньше. И именно от этого ощущения — от осознания, что у него с Гарри никогда не будет будущего — его почти тошнило.