Happy place

Утро наступило неожиданно, и, когда Мия открыла глаза, первое, что она увидела — это Пьеро, лежащего рядом. Её сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Она замерла, пытаясь понять, что это не сон. Но когда Пьеро, почувствовав её взгляд, открыл глаза, оба засмеялись, не веря, что проснулись вместе. — Это правда? Ты здесь? — с улыбкой сказал Пьеро, повернувшись к ней. — Кажется, да. Неужели мы… — она не могла поверить в происходящее и только покачала головой. Он усмехнулся и потянулся. — Ты в порядке? Вчера было не слишком сильно? — поддразнил её он, глядя на её недоумённое лицо. Мия, снова улыбнувшись, покачала головой. — Нет, все в порядке… Но ты точно здесь, да? Пьеро сел на кровати и посмотрел на неё, наслаждаясь видом. Мия, слегка покраснев, встала с кровати, совершенно не задумываясь о своей наготе. — Я за кофе, — сказала она. Но как только она сделала шаг, Пьеро схватил её за руку и, не сказав ни слова, с силой притянул её обратно в постель. — Куда ты собралась? — произнёс он с легкой улыбкой, и, поддавшись импульсу, снова затянул её в кровать, прижимая к себе. Мия не успела даже удивиться, как оказалась снова в его объятиях, и Пьеро накрыл её своим телом. Она почувствовала его дыхание на шее и снова смутилась, но при этом чувствовала, как её тело откликается на его близость. — Ты не устал от меня? — с шуткой спросила она, но голос выдал её — она уже не могла скрывать, как сильно ей хотелось остаться рядом с ним. Пьеро, слегка улыбнувшись, ответил: — От тебя? Ты что, с ума сошла? Они лежали так несколько секунд, наслаждаясь тишиной и близостью друг друга, пока наконец Мия не подняла глаза к Пьеро. — Нам точно надо вставать, — сказала она, но не успела закончить, как Пьеро снова накрыл её поцелуем. И так, их утро началось не с привычных забот и дел, а с ещё одного поцелуя, полного страсти и вожделения. Утро было по-летнему солнечным, а в номере пахло кофе и чем-то неприлично счастливым. Пьеро и Мия сидели в обнимку на диванчике, уставившись в один телефон, на котором они пытались выбрать, чем позавтракать, но в итоге просто смотрели друг на друга и хихикали. Через полчаса они спустились в лобби, стараясь вести себя «как обычно», но… зря старались. Иньяцио, завидев их, издал подозрительный свист. — А ну-ка, госпожа ассистентка и господин тенор… Чего это вы такие выспавшиеся, а? У всех под глазами баулы, а у вас — только сияние и грех на лице! Пьеро усмехнулся, расправляя воротник. — Просто спали… спокойно. — Слишком спокойно сказал он. Джанлука, не говоря ни слова, вынул из кармана 50 евро и протянул Иньяцио. — Серьёзно? — фыркнула Мия, округлив глаза. — Я ставил, что до конца тура вы не расколитесь , — пояснил он. — А Иньяцио поставил на… Бухарест. И вот — Бухарест! — Я говорил, что этот город волшебный, — с самодовольной ухмылкой сообщил Иньяцио, и, подмигнув Пьеро, добавил: — Особенно его тёмные закоулки за сценой. В этот момент мимо прошли Альфонсо и Элиза, которые, обменявшись многозначительными взглядами, тоже достали купюру — на этот раз Альфонсо передал 50 евро Элизе. — Серьёзно?! — засмеялась Мия. — И вы ещё ставки делали? — Мия, — сказала Элиза, — мы работаем с вами месяца. Это как смотреть романтический сериал в прямом эфире. Только тут вы реально целовались, а не делали вид. — Причём в каждом эпизоде, — добавил Альфонсо. — Нам бы сценарий, и Netflix можно писать. Пьеро развёл руками: — Ну извините, любовь — штука непредсказуемая. — И шумная, — пробормотал Иньяцио, изображая затычки в ушах. — Серьёзно, ребята. Звукоизоляция — миф. Мия бросила в него салфеткой, смеясь: — Ты просто завидуешь. — Завидую?? Нет-нет. Я просто рад, что теперь у нас будет премия "поцелуй дня", и угадайте, кто будет номинирован каждый день? Пьеро обнял Мию за талию, притянул ближе и тихо прошептал ей в ухо: — Думаешь, мы можем выиграть и "поцелуй недели"? Она рассмеялась, чувствуя, как приятно по телу разливается тепло. — Если продолжишь в том же духе, мы выиграем "поцелуй года". Позже в тот же день, во время короткой репетиции, когда сцена готовилась к вечеру, вся команда собралась в зале. Мия стояла у пульта, настраивая звук, а Пьеро на сцене без стеснения смотрел только в одну сторону — туда, где была она. Иньяцио, пробегая мимо с микрофоном, шепнул Джанлуке: — Он даже не моргает. Как будто боится, что она исчезнет. — Если бы на меня так смотрели… я бы уже женился, — усмехнулся Джанлука. В этот момент Мия, ловя взгляд Пьеро, покраснела до ушей. Он подмигнул ей — и без всякого стыда на глазах у всех показательно послал воздушный поцелуй. — Оу-оу, — протянул Иньяцио. — Это был выстрел. В прямое сердце. — Можем мы вообще проводить репетиции, не ощущая, что находимся в фанфике? — вздохнула Элиза, хотя улыбка на лице выдавала, что ей нравится весь этот театр. Альфонсо, как всегда, сидел с блокнотом в руках:  — Я просто записываю. Кто знает, может это потом станет сценарием фильма. Рабочее название — "Tenor in Love: история одного тура". Мия, стараясь не рассмеяться, вышла и подошла ближе к сцене. — Можешь хоть на минуту вести себя… ну, как обычный человек? Пьеро спрыгнул со сцены, подошёл к ней и, не отрывая взгляда, тихо сказал: — С тех пор как ты поцеловала меня , я забыл, как быть обычным. Сзади кто-то театрально ахнул. Иньяцио приложил ладонь к груди:  — Господи, дай нам силы. Или хотя бы беруши. — Или валерьянку, — добавила Элиза, смеясь. Вечером, когда шум после общего вечера стих, а коридоры отеля погрузились в тишину, дверь номера Мии тихо постучали. Она знала, кто это, ещё до того, как подошла. — Кто там? — спросила она, приоткрывая дверь, скрывая за ней своё лукавое выражение. — Твой наркоман, — раздался за дверью знакомый низкий голос. — Мне срочно нужно… ну, ты знаешь. Твоя доза. Мия прикусила губу, чуть приоткрыв дверь шире. Она была в футболке, очевидно его, и коротких шортах. — Проходи, наркоман. Аптечка открыта. Пьеро шагнул ближе, но тут же остановился. — Нет, нельзя. Это ловушка. Я просто пришёл за поцелуем. Один. Ну, может, два. — Он поднял палец, но голос его дрогнул, когда она сделала шаг назад, приглашая внутрь. — Один? — переспросила она, лениво облокотившись на косяк двери. — А ты точно Пьеро Бароне, а не его двойник? Он сделал шаг, почти переступив порог, но отшатнулся, будто ударила волна жара. — Нет. Нельзя. У меня завтра концерт. Мне нужно беречь голос. И силы. И лёгкие. Всё! — А поцелуи влияют на голос? — лукаво спросила Мия, подходя ближе. — Если с тобой — то да. Очень. Это опасно. Я могу… остаться без слов. — Странно, — прошептала она, обвивая руками его шею. — А я думала, ты певец. — Бывший певец, если сейчас не уйду. Она поцеловала его в уголок губ — лёгко, почти невинно. Он сжал челюсть, закрыл глаза. — Это уже нарушение всех границ, — выдохнул он. — Тогда иди. Или зайди. Но решайся. Я долго не обещаю себя сдерживать. Пьеро сделал последний героический вдох, покачал головой... и, конечно же, шагнул внутрь, захлопнув за собой дверь. — Я погибаю с улыбкой, — прошептал он, прижимая её к себе. — Но, чёрт возьми, как же сладко.  Мия отступила назад, ведя его за собой в номер, всё ещё притворяясь серьёзной. — Я даже воды тебе дам, певец ты мой хрупкоголосый. — Она усадила его на край кровати и протянула бутылку воды с насмешливым выражением лица. — Спасибо, — он сделал глоток. — Ты такая заботливая. Слишком. Подозрительно слишком. Она присела рядом, невинно положив ладонь на его колено. — Просто я хочу, чтобы ты пел завтра идеально. Чтобы не сказали, что это я тебя испортила. Он вскинул брови. — Испортила? Мия, ты уже испортила всё. У меня в голове только ты. Я уже дважды забыл слова на бекстейдже. И всё из-за твоей футболки. — Моей? — она расплылась в улыбке. — А может, ты хочешь, чтобы я её сняла, чтобы не отвлекала? — Не смей, — он поднял руки. — Нет. Стой. Хотя... Она встала с кровати, медленно потянулась, и его взгляд скользнул по ней с откровенным вожделением. — Мия... — предостерёг он, сам же притягивая её за запястье. — Мы договорились. Один поцелуй. Только один. — Конечно. Только один, — прошептала она, садясь ему на колени. И этот «один» поцелуй стал затяжным, тёплым, мягким и одновременно безумно глубоким. От одного прикосновения их дыхание сбилось, ладони скользнули по коже, по тканям... Поцелуй стал вторым. Третьим. А потом счёт исчез. Они отдавались друг другу медленно, с той самой ласковой страстью, которую берегли и скрывали — как драгоценность. Всё было в прикосновениях, в дыхании, в взгляде. Эта ночь стала другой — без смущения, без лишней суеты. Только они. Только желания, которые больше не скрывались. Пьеро вошёл в зал с термосом в руках и шарфом на шее, будто собирался выступать на сноуборде, а не репетировать. — Бароне, — протянул Иньяцио с самым невинным видом, — скажи честно… Ты простудился или просто перепел ночью в дуэте "поцелуй-минор"? Джанлука фальшиво вскинул брови: — О, я думал это был новый вокальный приём. Типа "баритон-после-страсти". — Или "горло-не-выдержало", — вставил Альфонсо, крутя ручку гитары. — Бывает. — Очень артистично, — добавила Элиза, — только ты, Пьеро, теперь поешь как дед после караоке. Пьеро шумно вдохнул, пытаясь сохранить серьёзное лицо, но Мия как раз в этот момент прошла мимо него с папкой, и их взгляды пересеклись. Иньяцио не упустил момент: — Ты хоть папку держи крепче, Мия. А то Бароне сейчас вздохнёт — и она улетит к потолку. — А вы не думали, — сказал Пьеро, приподняв бровь, — что я просто не выспался? — Конечно, не выспался! — Джанлука хлопнул себя по коленке. — После трёх ночей без "репетиций" ты бы уже песни шептал! Пьеро, краснея, отхлебнул чай и прошипел: — Знаете что? Вы мне все завидуете. — Конечно! — в унисон ответили Иньяцио и Джанлука. — Ты — первый, кто потерял голос от «поцелуев», а не от сцены! Мия в этот момент фыркнула, повернувшись к ним: — Вам бы лишь поболтать. А вот кто вчера струны на гитаре порвал? — Не смей переводить стрелки! — вскинул руки Иньяцио. — Это были нервы, я волновался за Пьеро! Все засмеялись, а Пьеро только покачал головой, шепнув Мие: — В следующий раз будем тише. Мия тихо рассмеялась: — Не думаю, что у тебя получится.