Пленённый тобою: В ловушке молчания

Люди пропадают постоянно. И причин для пропажи людей может быть разное множество. Не все они связаны с преступлениями и не всегда есть кто-то, в кого можно тыкнуть пальцем и обвинить. Кто-то уходит сам. Устав от жизни или семьи, испытывая стресс и тревожность каждый день. Кто-то отличается склонностью к импульсивным поступкам. Кто-то теряется на природе. Теряется в пещерах, падает в обрывы, тонет или попадается на глаза хищникам. Кто-то склонен к авантюрам. Ловит попутку или сбегает с малознакомыми людьми на встречу приключениям. Но кто-то все-таки попадает просто не в то время и не в то место. Кто-то обладает качеством или каким-то внешним признаком. Кто-то – ходящий триггер для сумасшедшего человека, который сосредотачивается на тебе и не оставит в покое. И кто знает, что ждет именно тебя при встрече с таким? Насилие и смерть? Рабство? Продажа на органы? Или долгожданное освобождение после мучений? Все мы ходим по улице и не замечаем, как хищные руки вылавливают из толпы своих жертв. Как незаметно человеческие ряды пустеют, но потом потери восполняются. Кого-то выследят и поймают ночью, без свидетелей, а кто-то предпочитает охоту в толпе. Но ничего не случается просто так и у преступников всегда есть четкая цель. Даже если она кажется безумной или непонятной. Объявление о пропаже Юки не давало детективу покоя, но и времени на него не было. Заказы прибавлялись медленно, но занимали время. Тем более, что, будучи на службе, детектив занимался одним делом за раз, а теперь на него падают одно за другим и люди звонят, пишут, пытаясь выяснять, как успехи? Нашел ли он доказательства измены? Смог ли выяснить куда супруг ходит каждый день и как зовут тренера жены? Нашел ли кота? Смог ли проверить личность человека, что пытается устроиться на работу в нашу компанию? И люди готовы платить за каждый потраченный час, лишь бы получить в свои руки неопровержимое доказательство их подозрений и правоты. Это их дело. Рэнтаро поставил в кабинете принтер и распечатал фотографию с объявлением. Юки. Девятнадцать лет. Пропал в ноябре. Сегодня день выдался спокойный. Несколько заказов были выполнены, а новые еще не прибавились. И этот небольшой просвет надо было использовать с максимальной пользой. Мужчина набрал номер, что черным жирным шрифтом был написан снизу листовки. – Добрый день, – начал Рэнтаро, – я звоню по вашему объявлению. На том конце провода наступила небольшая пауза, а потом омега заговорил воодушевлённо: – Господи, да, я слушаю, вы его видели? Вы видели Юки? – Простите, не видел. Но хотел бы обсудить детали его пропажи подробнее, если позволите, просто… – Вы коп? – омега щелкнул зажигалкой, громко сделал первую затяжку. – Бывший, но сейчас занимаюсь частной работой, – Рэн чувствовал напряжение. На том конце громко вздохнули. – Хорошо-хорошо, хотите узнать детали, да? У меня нет денег заплатить вам, если вы мечтаете нажиться на моем горе. – Денег не надо, давайте просто поговорим, идет? Омега согласился. Но куда-либо ехать отказался, так что просто продиктовал свой адрес. Нужный район был не особо далеко. Окраина со старыми многоэтажными домами, где люди жили не особо богато, но ощутимо тесно. Дома стояли друг к другу довольно близко. Между окон люди протягивали веревки, чтобы вешать одежду или постельное белье. То тут то там стояли маленькие одноэтажные почти разбитые деревянные дома. Трущобы, одним словом. Рэн приехал по навигатору и припарковался у нужного дома, куда без каких-либо проблем зашел. Запах стоял не самый приятный. Грязная одежда, грязные тела вперемешку с сигаретным дымом и перегаром. Первый этаж встречал во всей красе сразу же расставляя точки над и. Сразу демонстрируя какой контингент тут живет. Детектив поднялся по лестнице, переступая мусор, обходил заинтересованных соседей или бегающих по коридорам детей. Вздыхал, наблюдая за такой печальной картиной. А потом постучался в нужную квартиру, номер которой ему продиктовали еще по телефону. – Открыто! – крикнули изнутри и он вошел. Маленькая двухкомнатная квартирка была завалена вещами. Пахло кошачьи туалетом вместе с сигаретным дымом. Из большой комнаты слышался детский плач. Обои на стенах немного ободранные, пожелтевшие от дыма, а местами разрисованные фломастерами. Рэн завис прямо на месте. Что угодно он представлял, когда увидел объявление. Растерянных родителей, что полгода льют слезы по любимому сыну, большую семью, что не теряет надежду, но не ожидал погрузиться в абсолютную нищету, которая кричит о том, что любой человек пожелал бы удрать отсюда, если бы у него появилась возможность. Из этой квартиры, из этого дома, из этого района. Он не осуждал, а сочувствовал, понимая, что у некоторых просто нет выбора и они не могут по щелчку пальца заиметь лучшую жизнь. Через минутку из большой комнаты выскочил омега в одной майке и шортах, завязывая растрепанные волосы в хвост. – Это вы звонили? Проходите на кухню. Налить вам? Есть пиво и саке. – Спасибо, но не надо, я за рулем, – Рэн улыбнулся и с позволения хозяина прошел вперед, в маленькую тесную кухню, обои и мебель которой так же пожелтели от сигаретного дыма, а тумбочки были покрыты не оттираемыми каплями масла и чем-то еще. – Как знаете. Значит вы детектив? Я пытался обратиться в агентство, но там такую цену назвали, что у меня чуть челюсть не отвисла. Так что я был уверен, что мои пути с частниками разошлись раз и навсегда. Вы точно не будете просить денег? Как видите: у меня лишних нет. Омега говорил быстро и недовольно, но Рэн постарался его успокоить: – Господин, мне ничего не надо. И я понимаю, что вам тяжело. Я пришел просто поговорить о Юки. Это ваш брат? – Мой сын, – быстро отрезал хозяин дома и Рэнтаро еще раз его осмотрел. Выглядит довольно молодо. Наверное, родил рано. В шестнадцать или семнадцать, но не позже это точно. – Расскажите подробнее о том, что случилось. Детектив достал небольшого размера блокнотик, что удобно умещался в одной ладони, и ручку. – Кхм, меня зовут Киоко,  – омега заметил серьезность мужчины и постарался говорить спокойнее и менее импульсивно. – Меня можете звать Рэн. – Хорошо, Рэн. Это нелегко, – парень не знал с чего начать, – понимаете? Я один, с двумя детьми. Папашки их сбежали. Денег особо нет, и я понимаю, что из меня просто ужасная мать. Самая отвратительная, но я старался. Всё для них делать старался! И стараюсь по сей день. А Юки… ему всегда было мало. Я знаю, что он ненавидел это место, этот дом, постоянно удирал. Мы постоянно ругались, но всё же. Это ведь его дом, верно я говорю? Разве можно бросить свою семью? – Расскажите: как вы поняли, что Юки пропал, – чувствуя, что омега очень эмоционален, Рэнтаро решил направлять его вопросами, да и сосредоточиться так будет проще. – Он ушел погулять. И не вернулся. Я ждал сутки, до вечера следующего дня, потому что… ну он уже так делал, понимаете? Уже сбегал куда-нибудь, но трезвел и выходил на связь. Вечером я позвонил, но телефон оказался выключенным. Я стал волноваться. Прошелся по его знакомым, но никто его не видел. Еще через пару дней я пошел в полицию. – Вы написали там заявление? – Мм, не сразу. Мне сказали подождать еще, потому что с ним такое не первый раз. Я подождал еще сутки, а потом заявление все-таки приняли. – И с тех пор его ищут? Я так понимаю: это случилось еще осенью, то есть полгода прошло? – Нет, дело закрыли. Потому что его нашли. Точнее… останки, – Киоко тяжело вздохнул, стараясь смотреть в сторону. Тяжелые воспоминания. – Но вы продолжаете вешать объявление. Это ведь делаете именно вы? Вы не верите, что эти останки принадлежат Юки? Омега задумался на минуту. – Это был не он. Мне позвонили через три недели, после объявления его в розыск. Пригласили на опознание. Но я был… боже, ну вы должны меня понять, я ведь мама! А тут мне говорят, что нашли останки моего ребенка! Я был не в себе! У меня была истерика, я не… я не мог смотреть на это. Просто не мог. Это было изуродованное тело, там ничего не было понятно, я не рассматривал его. Я просто не мог, я не… Рэнтаро отложил блокнот и протянул свою руку вперед, чтобы сжать чужую ладонь. У Киоко потекли слезы, но он продолжил: – А полицейский позади бесконечно наседал с вопросом: он или не он, он или не он, он или не он. – И вы сказали…? – Я сказал, что это он. Мне сунули на подпись бумажку, что я опознал тело и все. Я больше на него не смотрел.  Дело закрыли. А больше я его и не видел, потому что потом тело кремировали. – Вы были в шоке, верно я понимаю? – Рэн старался говорить мягко и негромко, – и, когда шок отступил, вы поняли, что ошиблись? – Да-да, так и было! Я пытался достучаться до них, говорил, что ошибся, что у меня нет уверенности в том, что это мой Юки, даже просил показать мне фотографии тела. Просил повторно открыть дело, поискать его! Но мне отказали. Телефон его так и не нашли. Никаких ДНК экспертиз делать не стали, а теперь уже и поздно. Но тогда я доверился им, тогда я поверил, что это Юки. Но теперь я не верю. Я думаю, что это кто-то другой, может быть похожий, но не он. Но никто больше не будет искать его бесплатно. Тем более спустя столько времени. Материнское горе было велико. Киоко старался утереть слезы, а Рэнтаро не мог даже близко представить, что парень чувствует. И полгода никаких новостей. Ничего. Но надежда в нем не гаснет, раз он продолжает вешать листовки. – Расскажите больше о вашем сыне. Чем он увлекался, куда любил ходить, почему вы ругались. И если поначалу Рэн не был уверен, что идет сюда не зря, то по мере рассказа сомнения улетучились. Киоко рассказал о том, что его сын был довольно веселым мальчиком, но очень не любил это место. Окружающая нищета постоянно давила на юношу. Он грезил поиском богатого жениха. И не стеснялся постоянно знакомиться с альфами, в надежде подцепить кого-нибудь. Мама честно признался, что прекрасно понимает, что его сын начал рано вести половую жизнь, успел сделать даже аборт в восемнадцать, но свою любовь так и не нашел. Периодически он встречал кого-нибудь. Поэтому и сбегал. Своих мужчин сюда никогда не приводил. И пока он был с ними они покупали ему шмотки, кормили, водили в рестораны или еще куда-нибудь. Юки цеплял красивым лицом и прекрасным телом, молодостью и легкостью характера. Альфам было трудно перед ним устоять. – Только не спешите меня осуждать, детектив. Потому что всё, что вы скажите я слышал уже сотню раз. И от Юки лично в том числе. Да, я не образцовая мать, но я любил его и желал ему только счастья. – Я не собирался вас ругать, Киоко, – Рэн печально вздохнул, когда они зашли в комнату Юки. Вещи там прибрали, но ничего не выкинули. Мама верил, что ребенок вернется домой. Сама по себе комната выглядела ухоженно и очень отличалась от другой части квартиры. Словно Юки пытался сделать все, чтобы создать вокруг себя другой мир. Менее нищий и грязный. – Он часто ходил в клубы? Вы сказали, что он постоянно где-то знакомился. Это было там? Рэн заметил, что на столе лежит проходной браслетик одного из таких заведений, который мальчик, видимо, оставил себе на память. Детектив взял его в руку, осматривая и щупая. Мягкая резина, яркий розовый цвет, название клуба сбоку, которое он сразу узнал. – Да, частенько. Он, иногда, знакомился в интернете. Но чаще в живую. Вы гляньте на его гардероб. Я даже не знаю откуда половина этих вещей. Он говорил, что ему их дарят, но, знаете, я уже подумал, что он… может за деньги там что-то делал, – Киоко тяжело выдохнул. – Он бы не стал пропадать с концами. Он бы вышел на связь. Да, мы ругались, я мог запереть его дома, запретить идти на очередную тусовку или к друзьям, но ведь все родители такие, верно? Я сам в молодости кучу глупостей наворотил, и я не хотел, чтобы он прошел моим путем. Я хотел, чтобы он вырвался отсюда. Но в его глазах вырваться – значит найти себе папика. – Он с вами делился такими планами? Прям так и говорил? – Ну в порыве эмоций разве что. Но да. Говорил, что переживать не о чем. Что он удачно выйдет замуж и всё будет хорошо. И что нас с его младшим братом заберет. – В тот вечер вы поругались? Или всё было как обычно? Он мог странно себя вести, например, поглядывать тревожно в телефон или на дверь? – Рэн продолжал оглядывать вещи в комнате, пока слушал. – Мы не ругались, нет. Он сказал, что пойдет погулять и вернется поздно. Он так часто делал. Потом ехал к друзьям, ну или говорил, что ехал, а сам может и к мужчине какому-нибудь уходил. Но всегда возвращался. Всегда звонил. – Вы знали его парней? Он кого-нибудь приводил? Может называл имя или место работы? – Нет. Никого не приводил и в детали не вдавался. Мы не были особо близки, я занят младшим ребенком большую часть времени. – Это место вы знаете? – Рэн протянул Киоко розовый клубный браслет. – Да, он как-то хвастался, что ходит туда. Это далеко, ближе к центру. Какой-то крупный крутой клуб кажется. Говорил, что там можно и каких-то его кумиров из интернета встретить и богатых парней полно. И что туда пускают далеко не всех. Я предупреждал его, что там никто жену искать не будет, но его это не волновало. – Как вы думаете, Киоко, ваш сын мог в тот вечер отправиться туда же? – Мог. Я не знаю точно куда он пошел, но оделся он довольно откровенно. Я заставил его взять с собой куртку, но он убежал и оставил ее на пороге. Наступила пауза. Рэн сжимал мягкий кислотно-розовый браслет, разглядывая название клуба. Юный тусовщик, в поисках богатого парня, уехал в клуб. Как любил делать это и прежде. И больше не вернулся. Его телефон пропал. Личико симпатичное. Фигура стройная и красивая. Очевидно без комплексов. Если похититель богат или красив Юки мог уехать с ним по своей воле без лишних вопросов. И уговаривать бы не пришлось. Детектив словно уже знал, что найти его живым вряд ли возможно. – Вы будете его искать? Будете бесплатно расследовать его пропажу? – Киоко приобнял сам себя и смотрел в пол. – Я расследую похожее дело. И заметил сходство, когда наткнулся на вашу листовку. Поэтому и хотел поговорить, – честно признался Рэн и погладил омегу по руке. – Если вдруг что-то вспомните, то позвоните мне, хорошо? – Угу, – более печально отозвался парень, – скажите мне правду: есть ли шанс найти его живым? Рэн задумался: – Боюсь, что прошло много времени и ответ неутешительный. Но я добавлю его к другим похожим делам и может быть я что-то узнаю. И если так, то я обязательно дам вам знать. Рэнтаро тоскливо улыбнулся и двинулся к выходу. – Детектив, а у вас есть дети? – Есть сын. Он еще маленький, так что… – Не упустите его. Время быстро летит. Мужчина лишь кивнул и с тяжелым сердцем вышел из квартиры.