Замок на стеклянной скале

      Даниэль резко остановился и посмотрел на девчонку. — Это ты о чем? — спросил он. — Телефон. Видела, как ты достал его, потом отдал тому парню.       Даниэль усмехнулся про себя. Что за глупости. Конечно, она физически не могла видеть самого движения, а только, как он отдал телефон. А догнала, чтобы познакомиться. В баре не решилась. Очередная маленькая дурочка, напрочь лишённая чувства опасности. — Окей. Молодец. Мне некогда, — небрежно бросил он и зашагал, было, дальше, когда её следующая реплика заставила его замереть на месте. — Ты не понял. Я видела, как ты его вытащил из сумки той телки. С какой скоростью. Ты хотел напугать и выбесить рыжую, так? Я поняла, кто ты. Как вы называетесь?       Вот это уже было лишнее. Даниэль резко развернулся и в упор посмотрел ей в глаза. — Поняла, кто я? И кто же я? — вкрадчиво спросил он. — Типа энергетического вампира или вроде того, — не моргнув глазом, ответила странная девчонка.       Это было точно лишнее. Очень мило с её стороны, конечно, самой догнать его и сообщить, что она слишком много знает. Теперь, по-хорошему, она должна исчезнуть бесследно вместе со своим лишним знанием. Даниэль медлил. Нет, он же теперь так не делает. Да и чем она может быть опасна? Кто ей поверит, даже если она расскажет? Веками ему подобные придерживались правила: не оставлять в живых свидетелей, не посвящать в правду о себе случайных людей. Но не слишком ли архаичное правило? — Что за бред ты несёшь? — спокойно произнёс он, слегка улыбаясь и делая шаг к ней.       Узкая тёмная улица была совершенно безлюдна, свет редких фонарей не доставал до подворотни, у которой они стояли. Камер здесь не было. И все-таки, девчонка смотрела на него без тени опаски, стоя прямо, вскинув острый подбородок и сунув руки в карманы пуховика. — Ты ничего не видела, — приблизившись и глядя ей в глаза, заговорил Даниэль, — ты пойдёшь обратно и забудешь, что видела меня.       Странное ощущение заставило его резко замолчать и с недоверием прислушаться к себе. Её аура как будто не поддавалась. Не получалось ни читать её, ни манипулировать ею. Он попробовал притянуть немного, но она не поддалась. — Что ты делаешь? — спросила ходячая аномалия, всё так же спокойно глядя ему в глаза, — ты меня что, гипнотизируешь? Так я не поддаюсь гипнозу, у меня такая особенность с рождения. Некоторые уже пытались.       Она усмехнулась. Даниэль начал раздражаться. Что ещё за неведомая фигня на его голову? И что теперь с ней делать? Правда, что ли, прикончить, пока совсем не опоздал к Алексу? Нет, он попробует ещё раз. — Слушай, ты под чем-то, да? — отступив на шаг, снова заговорил он, — Так я тебе одно могу сказать, бросай это дело. Это зло. Глюки вон всякие вызывает, и всё такое. Я вынул телефон и вернул его владельцу, потому что одна девушка хотела подставить другую. Очевидно, соперницу. Как я это сделал? Я вор. Карманник. Поняла? Но по пятницам я не работаю, у меня выходной. Поэтому вернул телефон. Всё, теперь иди, ты своей дорогой, а я своей.       Но она не сдавалась. — Хорошая попытка. Но я всё равно видела, как ты это сделал. Люди так не могут. Даже воры-карманники. У меня знакомый есть, щипач. Они по-другому совсем делают.       Это уже ни в какие ворота не лезло. — Я в последний раз тебе говорю по-хорошему, — стараясь сохранять спокойствие, сказал Даниэль, — иди отсюда и забудь всё, что ты себе напридумывала. Соблазн свернуть ей шею неумолимо рос, и он спешил уйти, пока хищная сверхъестественная природа не взяла верх над его лучшей частью. Девчонка не успела ответить.       В эту самую секунду прямо напротив них затормозила машина, черный седан с тонированными стёклами — единственная машина на этой улице, не считая нескольких, припаркованных у обочин, припорошенных снегом. Из машины выскочили трое типов лет по двадцать максимум, с совершенно, как отметил про себя Даниэль, протокольными физиономиями. Все трое сразу обступили их с девчонкой, выкрикивая что-то о том, что какому-то лошаре давали достаточно времени, но, раз он твёрдо решил кинуть уважаемых людей, она пока побудет у них.       Вечер определённо становился нестандартным. — А ты потеряйся, слыш, пока не прилетело, — прибавил один из уважаемых людей, обращаясь к Даниэлю и попытался толкнуть его.       Даниэль, удивлённый таким пассажем, поймал мальца за запястье и легко отшвырнул в подворотню. Тот ударился о каменную стену и глухо взвыл, с изумлением таращась то на Даниэля, то на свою сломанную руку. Двое других, озверев, бросились на Даниэля. Одного он откинул к машине, подцепив носком ботинка под дых, другого слегка приподнял, держа одной рукой за ворот куртки, другой за горло, чтобы не шумел. — Сели в машину и исчезли. Лошара вам ничего не должен, ее вы не знаете, меня никогда не видели.       Договорив, Даниэль на секунду заколебался, меря глазами в ужасе хрипящего придурка. Тот смешно болтал ногами в воздухе, цепляясь обеими руками за запястья Даниэля и выглядел на редкость не аппетитно. Нет, Даниэль прекрасно обойдётся без его ауры. Брезгливо бросив молодчика на снег, он махнул девчонке идти за собой. — Давай быстро.       Всё это время она стояла, оцепенев, отшатнувшись к стене и молча глядя на происходящее. Теперь её всю трясло, и она бежала, не поспевая за Даниэлем, прерывисто дыша и всхлипывая. — Значит, слушай внимательно, — серьёзно проговорил он, — я так понял, твой парень был им должен. Больше не должен, и тебя они не тронут. Забудь всё, что видела. Скажешь хоть кому-нибудь, я сделаю всё, как было. Усекла?       Она всхлипнула и мелко закивала. — Да. — Всё. Иди отсюда.       Она остановилась. Даниэль шёл дальше, пока она не окликнула его. — Подожди!       Он обернулся. — Что ещё? — Меня зовут Виолетта, а тебя?       Ему вдруг стало смешно. Виолетта! — Дэн, — бросил он и пошёл дальше. — Спасибо, Дэн! И он не мой парень.