Искушение Падшего

Майк брел по улице, бесцельно глядя себе под ноги. Голова была полна мыслей, от которых хотелось просто убежать. Холодное, резкое “нет” Марии прозвучало в его голове эхом. Он не был готов к этому. Не был готов к ее равнодушию, к ее отказу. Дождь, который моросил весь день, наконец, стих. На улице было свежо, пахло влажной землей и мокрым асфальтом. Майк машинально перешагивал лужи, оставшиеся после дождя. Вдоль тротуара тянулись ряды лип, чьи ветви, усыпанные мелкими капельками воды, шелестели на ветру. Вдали слышался гул машин. Он прошел мимо небольшого сквера, где на скамейке сидела влюбленная пара. Их нежные прикосновения и тихие шепот казались Майку насмешкой. Он чувствовал себя одиноким и брошенным, как бездомная собака, скитаясь по городу. —Опять вы, как два мокрых котенка, пришли! - проворчала мама, глядя на два грязных пятна, которые оставили под собой Майк и его сестра Изабель. Их ботинки, промокшие насквозь, скрежетали по кафельному полу, будто пытались рассказать о своих приключениях. Изабель уже была готовой взорваться от смеха, смотря на усмешку Майка. Он всегда был главным зачинщиком их дождевых игр. Они провели весь день, бросив все дела, бегая по лужам, играя в прятки за ветвями мокрых деревьев, устраивая водные битвы с помощью палок и листьев. Дождь был настоящим волшебником, превращая обычный двор в волшебный лес. Капли стучали по их лицам, словно повторяя сказку, которую они сами сочиняли. Солнце, красное и уставшее, уже садилось за горизонт, оставляя после себя огненные полосы на небе. Майк, ссутулившись, шёл по тротуару, направляясь к церкви. К тёплому, спокойному месту. Каждый шаг давался ему с трудом. Тяжесть, что давила на его плечи, казалась неподъёмной. В церкви, думал он, ему станет легче. Хоть ненадолго, но он почувствует облегчение. Внутри пахло старыми книгами, ладаном и воском. Запах был одновременно сладкий и терпкий, как воспоминание о чём-то давно забытом. Майк слышал только собственное дыхание, а ещё - глухой стук собственных ботинок о деревянный пол. Церковь была пропитана тишиной, нарушаемой лишь шепотом молитв и шуршанием страниц Библии. В полумраке, пробивающемся сквозь высокие витражи, угадывались фигуры прихожан. Старушка с седыми волосами, сидящая в первом ряду, держала в руках чётки, перебирая их с печальной неспешностью. Неподалёку, на деревянной скамье, сидел мужчина в строгом костюме. Его лицо было скрыто в тени шляпы. А его руки лежали на коленях, сжатые в кулаки, как будто он держал в них все свои беды и страхи. Рядом с ним сидела женщина с маленьким ребёнком на руках. Её взгляд, устремленный в сторону, был полон тревоги. Ребёнок, не замечая состояния матери, играл с пуговицей на её платье, тихо смеясь беззаботным детским смехом. Майк, ища утешения, оглядел лица прихожан. Но ни одного знакомого он не увидел. Лишь застывшие в тишине лица, чьи глаза были полны тоски и надежды. Майк, сбитый с толку, уставился на Хенка. Тот сидел на скамье в среднем ряду. — Хенк? Ты здесь? В церкви? Хенк, заметив Майка, чуть приподнял брови, но сохранил бесстрастное выражение лица. — Ну, привет, Майк. Ожидал увидеть здесь пастора? Или, может, тебя интересует, как часто я причащаюсь? - А голосе Хенка проскользнула ирония, знакомая Майку. —Да нет, просто… ты же атеист, если я правильно помню...- Майк уставился на Хенка, будто пытаясь разгадать сложную головоломку. — Не обязательно верить, чтобы ценить красоту и спокойствие этого места, - Хенк пожал плечами, - Тишина здесь особенная. Она проникает в тебя, уносит все лишение мысли и тревоги. Мне это нравится. Майк присел на скамью рядом. Он почувствовал, что Хенк не просто так пришел в церковь. За его сарказмом что-то скрывалась. Он наблюдал за Хенком, пытаясь понять, что заставило его искать утешения в этом месте. Солнечный луч, пробиваясь сквозь витраж, окрашивал пол в разноцветные пятна. Внутри церкви было тихо, как в запертом шкафу. Воздух был пропитан ароматом ладана и пылью, что-то вроде старой книги с пожелтевшими страницами. — Ты тоже не любишь шум, да? - Хенк улыбнулся, обнажив пожелтевшие зубы. — Вроде того. - Майк неуверенно кивнул. — Прости, парень, - Хенк положил руку на плечо Майка, - Пугать я тебя не хотел. Просто мысли в голову лезут, а поделиться не с кем. — Понимаю, - Майк попытался улыбнуться, но у него получилась только кривая гримаса. — Ты долго грузить планируешь? - Хенк рассмеялся резким, немного грубым смехом. — Не знаю. - Майк перевел взгляд на расписные стены церкви. — Не так давно начал. Снова пауза. Тишина. — А тебе как? — Майк вздохнул, отводя взгляд. — Мне? - Хенк откинулся на скамье, уставившись в потолок. — А мне просто чтобы деньги платили надо... Да и привык как-то уже. — Прошлое - не всегда приятно. Майк замялся, отводя взгляд. Вдалеке прозвучал детский смех. Хенк внимательно посмотрел на руки Майка, заметив следы от шприцев. — Он тоже что-то искал. Смысл, спокойствие. И закончил так, как закончил. Но… он он хотел стать лучше. И я… я хотел, чтобы он стал лучше. Но… все равно. — Давай, — пробормотал он, поднимаясь с твердой скамьи. Выйдя на улицу, они оба оглянулись на церковь, словно пытаясь найти хоть какой-то намек на облегчение, на путь к исцелению. — Я знаю хорошее местечко - сказал Майк, уже привычно направляясь к знакомому месту. Хенк кивнул, его взгляд уходил вдаль, словно он был уже не здесь, а в мире своих мыслей.