Карамель

Октябрь пришел с сладковатым запахом опавшей листвы днем и резкой, пьянящей свежестью от первых замерзших луж по ночам. Небо все чаще проливало на землю ровный моросящий дождь, и мощеные дорожки замка покрывались тонкими ручьями мерцающего серебра. В один из дней, прогуливаясь наедине с собой после насыщенного занятия по Травологии, Энни вышла на поляну за стенами замка — подышать свежим воздухом и полюбоваться видом, открывавшимся отсюда на Запретный лес, наряженный в магическое убранство осени. Высокие, старые деревья пестрели яркими красками, лесная подстилка из опавших листьев хрустела под тяжелым шагом Хагрида, возвращавшегося из леса. Заметив великана, Энни поспешила уйти, чтобы не наткнуться на новые проблемы. Ее отработка наказания у Снейпа давно закончилась, а инцидент в туалете постепенно канул в забвение, хотя еще несколько недель о нем перешептывались в коридорах. Энни стала все больше времени проводить в тихом одиночестве, но теперь старалась не засиживаться допоздна в библиотеке, опасаясь вновь наткнуться на Филча. Она невзлюбила его всей душой, как, впрочем, и большинство студентов, которые втайне мечтали проучить завхоза, но на решительные действия отваживались лишь немногие. Фред и Джордж Уизли были одними из тех немногих, если не единственными, кто осмелился на это. За взрыв туалета мальчики получили самое строгое, по их личному мнению, наказание из всех, что у них когда-либо были, и две недели ходили на отработки. Энни избегала их, хотя и не держала на них ни зла, ни обиды: чувства у нее давно утихли. Однако, возвращаясь в замок, она, засмотревшись на свои хлюпающие по влажной земле ботинки, не заметила близнецов и столкнулась с ними у Гремучей Ивы. — Энни, — радостно сказал Джордж, — ты одна что ли гуляешь? — Хочешь с нами? — предложил Фред. — Мы тут придумали как отточить нашу ловкость. — Будет весело. Энни посмотрела на старую иву, безмятежно и одиноко стоявшую на поляне, ее длинные ветви свисали почти до самой земли. Подойти к Гремучей Иве приравнивалось к самоубийству — волшебное дерево просыпалось, оживало и в ярости начинало нещадно размахивать своими ветвями, точно хлыстами, круша все, до чего могло дотянуться. — Если я и решу расстаться с жизнью, то найду более приятный способ это сделать, — презрительно сказала девочка. — Всего доброго. — Ты погляди на нее, какая важная! — воскликнул Фред. — Напомни мне, Джордж, это не ее мы еще несколько месяцев назад катили в старой бочке по полю? — И это была ее идея, — кивнул Джордж. — Это осталось в прошлом, — задрав нос, сказала Энн, — пора бы и вам уже наконец-то повзрослеть. — Ну, Энни, — воскликнул младший из близнецов, не позволяя девочке уйти, — останься хотя бы посмотреть. — Ты совсем перестала с нами общаться, — добавил старший. — Если я и останусь, то только, чтобы позвать мадам Помфри. — То есть, ты даже не станешь нас отговаривать? — напрягся Фред. Энни, достав учебник по Заклинаниям, чтобы время не было потрачено в пустую, уселась на лежавшую на земле корягу. Фред и Джордж сняли свои мантии, чтобы им было удобнее уворачиваться от хлестких ветвей дерева. — И когда она стала такой заучкой? — тихо шепнул брату Фред. — Кто первый добежит до ствола тот выиграл. На счет три братья рванули к иве. Волшебное дерево, погруженное в теплую осеннюю дремоту, не сразу осознало, что нарушен его покой. Лишь лениво шевельнуло несколькими ветвями — и в этот первый, короткий миг Фреду и Джорджу удалось добежать до самого ствола целыми и невредимыми. Гораздо сложнее оказалось выбраться обратно: разъяренная ива стряхнула остатки сна и ожила, распустив в стороны свои тяжелые ветви. Но и с этим близнецы справились — ловкость и скорость у них были не отнять. Фред и Джордж действительно были очень быстрыми. Но Энни это не впечатляло, она лишь закатывала глаза, наблюдая за безрассудным, но очень веселым развлечением ребят. — Энни! — окликнул Джордж, тяжело дыша. — давай с нами. — Нет, спасибо, — ровно ответила она, даже не подняв головы. — Как ты вообще попала на Гриффиндор, — начал задираться Фред. — Ты просто трусиха. — Это не правда, — спокойно сказала Энни, хотя слова мальчика больно кольнули ее сердце. — Дружба с вами — занятие исключительно для смелых. — А мы еще друзья? — удивился старший из близнецов. — Сейчас проверим это, — сказал Джордж и, резко выхватив учебник из рук Энни, швырнул его прямо к корням ивы. Этого не ожидал даже Фред, удивленно выпучивший глаза. Энни ошарашено вскочила на ноги, убедившись, что ее учебник лежал прямо под бушующем деревом. — Ты что наделал? — воскликнула она. — Вот так дела, — шокировано протянул Фред. — Теперь придется лезть туда. — Верните его, — приказным тоном сказала Энни, строго нахмурившись. — Сейчас же. — Еще чего, — нервно и неуверенно хмыкнул Фред, — твой учебник ты и лезь. — Это ты сделал, — накинулась она на Джорджа. — Ты же смелая, — спокойно сказал он. — Справишься и сама. Энни посмотрела на дерево, руки ее тряслись от злости — хотелось влепить обидчику со всей силы, заставив его пожалеть о содеянном. Но сдержалась. Сделала глубокий вдох и взяла себя в руки — поняла, что ничего не поделаешь. Она знала, с кем имеет дело. Фред и Джордж — случай не просто тяжелый, а безнадежный. Бессовестные наглецы, которых, если они что-то и задумали, было невозможно переубедить. Энни трезво осознавала: учебник вновь окажется в ее руках только если она сама заберет его — плакать или уговаривать близнецов Уизли было бессмысленно. Поэтому растолкав противных мальчишек, она подошла ближе к дереву, дожидаясь удачного момента. — Давай! — крикнул Фред, подсказав ей, и Энни, отключив голову, нырнула под ветви, закрывая лицо руками. Одна из веток задела ее плечо. Не рассекла кожу, но хлестнула с такой силой, что по телу прокатилась острая, колючая боль. В движении, почти не осознавая, Энни добралась до дерева, схватила учебник и уже собиралась выбраться обратно, когда Джордж, вдруг бросившись следом, налетел на нее и сбил с ног. Энни зажмурилась, приготовившись удариться головой о твердый ствол дерева, но этого не произошло. Они кубарем полетели вниз, провалившись в расщелину, раскрывшуюся у самого основания дерева. Падение было тяжелым. Тело ударилось о влажную землю, воздух с шипением вырвался из легких. Энни застонала, почувствовав, как под спиной ноет каждый позвонок. Нога Джорджа лежала на ее руке, и девочка с неприязнью откинула ее от себя. Вокруг было темно. Сырая, вязкая тьма облепила все сразу. Воздух был густым от земли, плесени, прелых корней. Пространство сжималось, вытягивалось вглубь, напоминая узкий, будто вырытый вручную тоннель. Слабый свет, пробивавшийся сквозь отверстие в стволе, почти не доходил до них — лишь скользил по полу размытым пятном, тая в черноте. Джордж, нащупав в кармане палочку, поднял ее и зажег на кончике яркий желтый огонек. — Вы живы? — донесся обеспокоенный голос Фреда сверху. — Я сейчас спущусь к вам! — Ну ничего себе, — прошептал Джордж, оглядываясь по сторонам. — Потайной тоннель. Круто! — Отсюда нужно выбираться. И как можно скорее, — сказала Энни. — Издеваешься? — воскликнули близнецы почти хором. — Нужно узнать, куда он ведет, — произнес Фред и шагнул вперед. — Так ли нужно? — язвительно заметила Энни, но ее слова растворились в безразличии. Мальчики продолжили путь, не оборачиваясь. — Ну разумеется, — пробормотала она, глядя им вслед. Они шли долго, то поднимаясь вверх, то спускаясь вниз, но чем дальше они продвигались, тем меньше Энни нравилась эта затея. Воздух становился тяжелее. Когда туннель закончился, и они оказались перед покосившейся деревянной дверью, ребята покрепче сжали свои палочки. — Готовы? — спросил Фред и, не дождавшись ответа, толкнул дверь. Пыль, копившаяся годами, взметнулась плотным облаком. Ребята закашлялись, отмахиваясь от липких хлопьев, и медленно вошли внутрь. — Где мы? — осторожно спросила Энни. — Очень похоже на дом, — ответил Джордж и был прав. Место напоминало забытое жилище, в котором давно не ступала нога человека. Все окна были заколочены досками, в стене темнел камин, от которого тянуло сыростью. В углах стояли кресла, накрытые грязными, потемневшими от времени тканями. У стены — накренившийся стол, одна нога которого уже подгнила. — Я вижу одичавшие сады, — удивленно сказал Фред, посмотрев сквозь щель между оконными досками, – неужели мы в Визжащей хижине? — Быть не может, — усомнился Джордж, подойдя к окну. — Это место проклято. — Круто, — воодушевленно вздохнули близнецы. — Не нравится мне это, — тихо зашептала Энни, сжимая в руке амулет служивший защитой от призраков, который профессор Алнвик научил всех делать после того, как школьный полтергейст Пивз поиздевался над несколькими беззащитными первокурсниками. Фред и Джордж решили осмотреть хижину, заглядывая во все углы и щели. Они были взбудоражены своим открытием, радуясь такому внезапному приключению. Энни же не хотела ничего трогать, опасаясь, что это может иметь последствия в виде проклятия в будущем, поэтому тихо сидела в углу на старом кресле, пока друзья весело бегали по комнатам. Вскоре встало окончательно понятно: никаких визжащих призраков в Визжащей хижине не было. — Зачем кому-то понадобилось строить хижину и проводить к ней тоннель из школы? — задумалась Энни. — Ерунда, — отмахнулся Фред, — в Хогвартсе и не такое можно отыскать. Знала бы ты сколько потайных ходов там есть. Но этот мы не видели на... Точно, — неожиданно хлопнул он себя по лбу, — посмотри там, Джордж. Младший из близнецов вытащил из кармана свернутый пергамент и палочку, но на мгновение замер, задумчиво взглянув на Энни. Девочка заинтересовалась, пытаясь рассмотреть, что за пергамент скрывал Джордж, пока близнецы Уизли переглядывались друг с другом, решая была ли Энни достойна узнать их секрет. — Что это? — не выдержав, спросила она. — Ладно, — с легкой досадой закатил глаза Фред, как будто отвечая на немой вопрос брата, — расскажи ей. — Это карта, — хитро улыбнулся Джордж и Энни подошла ближе, чтобы рассмотреть ее, но ничего не увидела. — Смотри внимательно. Мальчик тихо откашлялся, словно готовясь к чему-то важному, и несколько раз коснулся пергамента кончиком волшебной палочки. — Торжественно клянусь, что замышляю шалость, и только шалость! По пергаменту, до этого совершенно пустому, пробежала едва уловимая рябь, и пустота начала меняться: тончайшие линии, проступающие из глубины бумаги, соединялись, ветвились, расширялись, пока на глазах Энни не выросла подробная карта Хогвартса — с названиями комнат, коридоров и даже с именами студентов и учителей. — Невероятно! — восхищенно воскликнула девочка. — Это Хогвартс? Где взяли? Сами сделали? — Стащили из коморки Филча, когда он заставил нас перебирать его «архивы», — сказал Фред. — Ты же знаешь нашу слабость к “Особо опасным вещам”, — добавил Джордж. — Просто невероятно удачная находка. — Ну, хоть что-то хорошее из всей этой истории, — улыбнулась Энни. — Хотя признаться во всем МакГонагалл было с вашей стороны глупо. Я бы вас не выдала. — Признаться? — возмущенно переспросил Фред, так что Энни даже опешила. — Да ты чуть нам все не испортила своим появлением в туалете! Нас должны были наказать, а тут ты. Конечно, пришлось признаться как можно скорее. — Так, — задумалась Энни, — вы даже и не думали о том, чтобы защитить меня? — Этого в наших планах точно не было, — признал Джордж. — Мы специально размазали зелье по стенкам раковин, а не слили все сразу в трубу. — Чтобы к тому моменту, как оно коснется воды, в туалете уже никого не было. Да там и так почти никто не появляется. — Кроме Плаксы Миртл. — Кроме Плаксы, — повторил Фред. — Мы хотели сделать подарок Чарли, поэтому и придумали все это. Энни схватилась за голову и опустилась в кресло. Внутри все смешалось: слова близнецов становились только страннее — она уже ничего не понимала. — Подарок? — нервно усмехнулась она. — Это шутка такая? — Вовсе нет, — серьезно сказал Джордж. — Ты же видишь, что Чарли в последнее время… как бы это сказать… — Бешеный. — Да, очень точно. Он с каких-то пор озаботился своими оценками, как будто это важно, и своей характеристикой. — Что совсем глупо, — добавил Джордж. — Ну, вот мы и решили ему немного помочь. — У Филча есть целый архив в коморке, где на каждого ученика заведена собственная папка, — объяснил Джордж. — Ну, «архив» — громко сказано. Всего несколько полок. — Ты бы удивилась, узнав, что Чарли вытворял на первых курсах, — посмеялся младший из братьев. — И этот человек еще пытается нас воспитывать! — Значит, все это ради Чарли? — задумчиво сказала Энни. — А что еще, кроме карты и папки с «достижениями» на Чарли, вы взяли оттуда? — Только это. Пусть остальные помогают себе сами, — сказал Фред. Энни укоризненно покачала головой. — А вы не подумали, что это будет выглядеть подозрительно, когда Филч обнаружит пропажу именно этой папки? У Чарли могут быть неприятности: все остальные ведь на месте. — Дряньство, — прошептал Джордж. — Все было напрасно. — Напрасно? — переспросила Энни, чувствуя, как внутри поднимается дрожь от воспоминания о том злосчастном вечере в туалете Плаксы Миртл. — Нужно будет придумать, как нам снова попасть в его кабинет, — сказал Фред. И тут Энни, сама не ожидая от себя, вспыхнула: — Прекрасная идея! Сто сорок очков Гриффиндору. Почему бы вам не взорвать еще один туалет? И лучше сразу в кабинете Дамблдора, чтобы наверняка. Вы даже представить себе не можете, какой ужас я пережила из-за вас! Я думала, что умру там от сердечного приступа. Вы совершенно не задумываетесь о том, что ваши проделки и розыгрыши могут причинить вред людям? Да? — Ты чего разошлась? — спросил Фред, когда Энни наконец выговорилась и отошла к окну, пытаясь успокоиться. — Мы же уже извинились, — сказал Джордж, — к тому же это была случайность. Мы же не затащили тебя туда силой. — О, я не была бы удивлена, если вы бы это сделали! — раздраженно воскликнула девочка. — Рядом с вами невозможно расслабиться, никогда не знаешь, что вам взбредет в голову. Вот и сейчас, я совсем не хотела идти сюда, но вы меня заставили. Вы относитесь ко мне как к своей подопытной зверюшке, над которой можно ставить самые безумные эксперименты. Вы весь август обманывали меня, смеялись за моей спиной, а я вам верила! «Это же Энни, она такая наивная глупышка», — говорила она, передразнивая их голоса. — «Она поверит любому нашему слову. Может, заставим ее прыгать по деревьям, как мартышка по лианам? А может, задерживать дыхание под водой? Ходить на руках? Подраться с петухом? Просидеть час на чердаке в компании упыря? Все сразу!» А между прочим, петух больно кусается, а за туалет вы так и не извинились. На минуту в комнате повисла тишина, при которой никто не решался пошевелиться или громко вздохнуть. — Ну, — промямлил Джордж, — извини. — Ну извини, — фыркнула девочка. — Но ты сама сказала, что было весело, — возразил Фред, виновато осунувшись. — Так и было, — согласилась она. — Но не очень хочется смеяться, когда у тебя колени в крови и руки разодраны. В конце концов... Я же девочка! Я требую уважения к себе. Энни много хотела сказать им в тот день, но замолчала, решив, что лишь напрасно потратит силы — ни Фред, ни Джордж, казалось ей, не были способны поставить себя на место другого человека. До сих пор она закрывала глаза на многое, принимая друзей такими какими они есть, но, как оказалось, и у нее был лимит терпения. Мальчики стояли молчала, потупив взгляды. Они никогда не видели подругу такой рассерженной, поэтому не знали, чего можно было ожидать от нее в следующую секунду. Когда ее плечи внезапно дернулись, Фред инстинктивно напрягся: он подумал, что она снова повернется и накричит на них. Но вскоре они поняли — плечи подрагивали не от злости. Энни стояла у заколоченного окна и тихо плакала, отвернувшись. — Не трогай меня Джордж, — сказала Энни, вытирая непослушные слезы. — Прости нас, Энни, — тихо сказал мальчик. — За туалет… и за то, что напугали тебя. — И за все остальное тоже, — участливо сказал Фред. — Мы же друзья? Пожалуйста, Энни, не плачь. — Все нормально, — сказала она, стараясь не встречаться с ними взглядом. — Я просто очень устала. Это сложно. — От чего? — удивился Джордж. — От нас? Или только от Фреда? — Эй! — Нет, — сказала девочка, не пытаясь даже улыбнуться. — Учеба отнимает все время и силы. Мадам Помфри посоветовала больше бывать на свежем воздухе, но это не помогает… — Так отвлекись, — сказал Джордж. — Забей на домашку, нельзя так доводить себя. — Ты все время в библиотеке сидишь, — сказал Фред. — Некоторым книгам там тысячи лет, так можно и древнюю заразу какую-нибудь подхватить. Поэтому мы туда стараемся вообще не заходить. Джордж укоризненно посмотрел на брата — подобные ситуации выбивали Фреда из колеи, и он начинал несмешно шутить. Энни не рассмеялась этой шутке, зато совершенно неожиданно вновь заплакала. — Вы не понимаете, да? — прошептала она, задерживая воздух в легких. — Я, как оказалось, очень слабая волшебница. — Кто сказал тебя такую глупость? — возмущенно воскликнул Фред. — Снейп... — Нашла кого слушать, — закатили глаза близнецы. — Остальные преподаватели тоже... Не прямо, но дают понять, — призналась Энни, смяв край своей юбки. — Я стараюсь больше всех, но все равно отстаю... Пока кому-то достаточно непринужденно взмахнуть волшебной палочкой, мне приходится часами отрабатывать элементарное заклинание. Близнецы переглянулись, не зная, что сказать. Не нашлось такой шутки, которая смогла бы хоть немного разрядить обстановку. — Я не знаю, как помочь тебе, — честно признался Джордж, сев на корточки перед подругой. — Но плакать — не выход. — Согласен, — сказал Фред, усаживаясь на подлокотник старого кресла. — Единственное, что ты можешь и обязана сделать — доказать всем, что они ошибаются. — Не переживай из-за того, что кто-то лучше тебя, так будет всегда. — Особенно на первом курсе. Дождись хотя-бы пятого, когда будешь готовиться к ЖАБА. Вот там нервишки у многих начнут сдавать, и ты поймешь, что не одна такая. — К концу этого года ты будешь вспоминать себя сейчас и смеяться. — Впереди еще столько нового, — поддакивал Фред. — Ты точно станешь умнее. — И сильнее, — сказал Джордж. — Настолько сильной, что твоих сил хватит на то, чтобы заставить звезды дрожать. — Спасибо вам, — улыбнулась Энни, немного успокоившись. — Хочешь мы поможем тебе с уроками? — предложил Фред. — Позанимаетесь со мной? — удивилась Энни. — Ну, уж нет, — фыркнул Фред, подняв ладони. — Но мы можем найти наши конспекты с прошлого года, тебе не придется писать тоже самое. Сэкономишь время. — У тебя остались какие-то записи? — изумился Джордж. — Я и не помню, писал ли вообще хоть половину. — Ты забыл, — закатил глаза старший из близнецов, — половину делал я, половину ты. Но если что, на каникулах можно будет поискать свитки Перси. У него то уж точно ничего не потерялось. — Нет, — затрясла головой Энни, — это глупо, так я ничему не научусь. Вам бы тоже стоило перестать так делать. — Мы бы рады, но не можем, — театрально вздохнул Фред, разводя руками. — Мы же близнецы, Энни. Нам достался один мозг на двоих. — У меня левое полушарие, а у Фреда — правое, — подхватил Джордж. — Ты думала, почему мы такие глупые? Это не выбор. Мы родились такими. — Так и живем, — с печальным видом кивнул Фред. — Вот, — вздохнула Энни, — вы опять обманываете меня, а я ведь могу поверить. Придется искать в библиотеке книги о близнецах. — Это же шутка, — улыбнулся младший из братьев. — Давайте лучше выбираться отсюда? — предложил другой. За окнами уже сгущались сумерки, и в Хогсмиде, неподалеку от Визжащей хижины, начали загораться фонари и окна домов. — Посмотрим, где сейчас Филч, — сказал Джордж, сверяясь с картой. — Опять гоняется за Пивзом. Если поторопимся, ни с одним, ни с другим не пересечемся. — Вы были правы насчет Филча, — сказала Энни, собирая вещи. — Он и правда ненавидит детей. А из-за миссис Норрис я снова начала бояться кошек. Только мистер Лапкинс мне по-прежнему нравится. — Хочешь, мы отомстим ему за тебя? — спросил Джордж, с неожиданной яростью. — Старый сквиб! Нашел равного себе в лице беззащитной девчонки. — Не стоит, — сказала Энни. — Иначе опять накажет вас. — Ты снова забываешь, — усмехнулся Фред, — нас никогда не поймают, если мы не захотим быть пойманными. — Было бы здорово сделать хижину нашим секретным местом, — сказал Джордж, идя по туннелю, пригнувшись. — Никто не рискнет даже подумать о том, чтобы приблизиться к ней. Все боятся приведений. — Надо будет как-нибудь привести сюда Ли, — кивнул Фред. Путь по туннелю от хижины до Гремучей Ивы занял у ребят меньше времени, чем в прошлый раз. Теперь они шли увереннее, не ожидая за каждым поворотом ловушек или чудовищ, которые прежде так живо рисовало воображение. Но испытание все еще было впереди — им вновь предстояло столкнуться с деревом, проснувшимся сразу же, как только почувствовало движение в своих корнях. Как только ребята оказались у выхода, мощные ветви взметнулись в воздух, обрушиваясь на землю с глухим хлестким звуком. Дерево яростно крутило стволом, вздымая воздух и не давая подойти ближе ни на шаг. — Побежали! — выждав момент, закричал Фред, и ребята рванули вперед, повалившись на влажную траву. — У тебя кровь, — ахнула Энни, взглянув на Джорджа. На его щеке проступала свежая глубокая царапина. Девочка попыталась отыскать в темноте свои вещи, чтобы достать платок. — Где же он… Где портфель?.. Фред, посмотри там. — Я уже все обыскал, — сказал мальчик. — Не нужно было оставлять его прямо на улице. — Нужно было забрать его, — вспылила Энни. — Я же упала в тоннель! — Ну извините, — язвительно ответил мальчик, — я думал, что спасти ваши жизни будет важнее дурацкой сумки. К тому же наши мантии тоже пропали, а это проблема посерьезнее. Что если их нашли слизеринцы и решат замаскироваться, чтобы подкрасться и отомстить? — Ради Годрика Гриффиндора, Фред, успокойся... Сильно болит? — спросила Энни у Джорджа. — Я бы и не заметил, если бы ты не сказала, — улыбнулся мальчик. — Кто эт тут? — раздался громкий низкий голос из темноты. — Эй, стоять, не двигаться! Фред и Джордж ничуть не испугались, сразу узнав голос добродушного Хагрида, зато Энни боязно спряталась за спиной Джорджа, что очень понравилось мальчику. — Хагрид это мы, — сказал он. — О, — удивился великан, посмотрев вниз, — опять вы, проказники. Что эт с вами случилось? Еще и девочку втянули в свои игры. — Энни потеряла свой портфель, — сказал Фред. — Мы ищем. — Этот что-ли? — спросил Хагрид, достав из своего тканевого мешка маленький школьный портфель Энни. — Собирался отнести его в школу. А еще мантии. — Спасибо, — смущенно отведя взгляд, сказала Энни. — А чего с вами случилось то? — спросил он, осматривая детей: вся одежда троицы была перепачкана в пыли и грязи, на щеке Джорджа — кровь, а у Фреда был разодран рукав. — Неужто в лес опять пытались пролезть? И вижу, сегодня получилось. — Нет, — поспешил ответить Фред, — мы даже и не думали. — Просто упали, — добавил Джордж. — Упали, говорите... — Хагрид прищурился с недоверием. — А вид у вас как будто с оборотнем повстречались. Пошли-ка лучше ко мне. В таком виде в школу возвращаться нельзя. — Мы что, — шепнула Энни, заметив, как друзья без колебаний двинулись за лесничим, — действительно пойдем с ним? — А что такого? — удивленно спросил Фред. — У нас разве есть выбор? — Хагрид классный, — сказал Джордж, — мы часто заходим к нему. — Мне это не нравится. Хижина, где жил Хагрид, стояла недалеко от кромки Запретного леса и была довольно маленькой — всего две комнаты. Стены, сложенные из деревянных досок, давно потемнели и посерели от времени и непогоды, а из узких окон лился тусклый, теплый свет лампы, окрашивая землю снаружи в медовые оттенки. Позади дома виднелся огород — неровные грядки, заросшие травой, и ряды гигантских тыкв, таких огромных, что казались почти сказочными. Совсем скоро из них должны были приготовить угощения к приближающемуся Хэллоуину. Хагрид отпер толстую дверь из темного дуба, и ребята, войдя внутрь, едва смогли устоять на ногах — из полумрака на низ с грохотом вылетел огромный пес, лая от радости и отчаянно виляя хвостом. Он прыгал между ними, встречая и хозяина, и гостей, словно не видел их годами. — Фу, — строго сказал лесничий, — Клык, фу! Нельзя, непослушное ты животное. — Это же, — сказала Энни, счастливо смеясь, — собака! — Не пойму, — осторожно спросил Хагрид у Фреда, недоверчиво посмотрев на обслюнявленную Клыком Энни, — она радуется так или как? — О, — засмеялся Джордж, — она в восторге. — Поставлю-ка тогда чайник, — сказал великан. Внутри хижины лесничего было тесновато: одна комната служила и спальней, и кухней, и столовой, а другая кладовой. Деревянные полки на стенах были густо заставлены всевозможными предметами, сушеными травами и ингредиентами. Энни устроилась в старом кресле у камина, неторопливо гладя мягкие, бархатные уши неаполитанского мастифа по имени Клык. Клык покорил Энни своей добротой, и она вдруг подумала, что такой хороший пес просто не мог быть другом злому человеку, поэтому она пригляделась к Хагриду получше и поняла, что он действительно был настоящим добряком. Фред, морщась от сосредоточенности, долго пытался вспомнить заклинание, чтобы зашить свою мантию. После нескольких попыток ему наконец удалось. Хагрид дал Джорджу мазь собственного приготовления, которая быстро затянула его царапину на щеке. Одежда у всех троих была приведена в порядок, и теперь они сидели у камина, попивая чай из неудобно больших, но очень забавных глиняных кружек. — Я всегда оставляю свет, — рассказывал Хагрид, — иначе Клык начинает скрестись в дверь и скулить. Боится темноты. — Просто чудо, — умилилась Энни. — Почему нельзя брать с собой в школу собак? Это несправедливо. — У тебя даже собаки нет, — напомнил Фред. — Если бы было можно, то была бы. Уверена, Седрик тоже бы привез Зефира с собой в школу. — Он бы поел всех кошек, — сказал Джордж, закатывая глаза. — Это не правда, —насупилась девочка. — Думаю, — сказал Хагрид, — всему виной кошки. Не дружат они, коты с собаками, вот и нельзя. — Личный приказ профессора МакГонагалл, — посмеялся Фред. — Все может быть, — призадумался великан. — Вы не подумайте, я всех животных люблю, но Клык мой лучший друг. — А можно Энни будет навещать его? — спросил неожиданно для всех Джордж, и Энни расцвела, благодарно улыбнувшись другу. Сама бы она никогда не решилась попросить об этом, хотя ей очень хотелось. — А то, — сказал Хагрид, — Клык только рад будет. — И я, — улыбнулась девочка. — Ну ладно, пора нам, — сказал лесничий, взглянув на часы, —  ужин скоро начнется. Если спросят, то вы мне помогали, потому что я попросил. Ребята согласно кивнули и отправились вместе с Хагридом в замок. Когда они вошли в Большой зал, то все уже собрались, а на золотых тарелках уже лежали десерты. — Часы сломались, — виновато сказал Хагрид, поспешив за учительский стол.