Карамель

What would you think if I sang out of tune? Would you stand up and walk out on me? Lend me your ears and I'll sing you a song And I'll try not to sing out of key

Oh, I get by with a little help from my friends Mm, I get high with a little help from my friends Mm, gonna try with a little help from my friends

What do I do when my love is away? Does it worry you to be alone? How do I feel by the end of the day? Are you sad because you're on your own?

No, I get by with a little help from my friends Mm, get high with a little help from my friends Mm, gonna try with a little help from my friends

Do you need anybody? I need somebody to love Could it be anybody? I want somebody to love

The Beatles – With a Little Help from My Friends Lyrics

До конца летних каникул оставалось меньше недели. Энни не торопилась подводить итоги этого лета: ещё одно дело, превосходящее по важности и безумию все её прошлые придумки, должно было быть выполнено до отъезда в Хогвартс. Она проснулась рано утром, чтобы успеть собраться, настроиться и в очередной раз всё перепроверить. Дело было ответственное и очень опасное — как для неё, так и для остальных. Одна она точно не справилась бы: слишком переживала. Умывшись и надев джинсы с пёстрой широкой футболкой, Энни села на кровать и разложила перед собой косметику. Она уже подкрашивала ресницы и слегка губы — так осторожно, что даже отец ничего не заметил. Но сегодня, в такой ответственный день, на который она так долго решалась, нужно было выглядеть идеально. Удерживая крохотное зеркало в одной руке, а кисточку в другой, Энни накрасила ресницы чёрной густой тушью. Потом положила капельку блеска на губы и растёрла его. Получилось слишком обычно. Слишком просто. Тогда она взяла одну из помад, купленных в магазине, — ярко-розовую — и размазала её поверх блеска. Теперь губы выглядели заметнее. Даже больше, чем обычно. Но с такими выделяющимися губами глаза, как ей показалось, совсем поблекли. Энни открыла тени и тщательно выбрала подходящий цвет. Пальцем потерев маленький квадратик, она нанесла на веко чёрный пигмент. Оценила результат, сравнила один глаз с другим и накрасила второй. Теперь, по её мнению, глаза тоже стали больше и ярче. Она поднялась, подошла к большому зеркалу у окна и долго рассматривала себя, крутясь и прищуриваясь. Потом подмигнула самой себе и широко улыбнулась, наслаждаясь получившимся макияжем. Для первого в жизни настоящего макияжа она справилась идеально. Даже лучше, чем сама от себя ожидала. А если макияж удался, значит, думала она, и задумка удастся. Всё пройдёт отлично. — Доброе утро! Эдгар завтракал перед работой, когда Энни спустилась вниз. Девочка заварила чай, положила пару сосисок на тарелку и села напротив отца. Эдгар мельком взглянул на дочь, едва не подавился тостом, но ничего по поводу её нового образа не сказал. — Какие планы на сегодня? — непринуждённо спросил он, изредка и будто незаметно поглядывая на Энни. — Пойду к Уизли. — М-м, — закивал он понимающе. — К Фреду и Джорджу? — Ну да, — неопределённо пожала плечом она. — А вот всё-таки, — начал Эдгар, протыкая воздух вилкой. — Кто из них смешнее? Фред или Джордж? — Что? — недоумённо вылупилась на отца Энни. — Они оба забавные. — Да, но кто-то всё-таки лучше, — не отставал он. — Мне кажется, Фред. — Что? Почему? — Или нет, всё-таки Джордж. — Папа, — нахмурилась Энни, — к чему этот разговор? Они оба одинаково смешно и несмешно шутят. Если кто-то говорит шутку, а другой нет, то только потому, что один оказался быстрее и сказал первым. Понимаешь, у них мозги одни на двоих, и так во всём, не только в юморе. — А, вот как… Они продолжили завтрак в молчании. Эдгар довольно улыбался, Энни озадаченно расковыривала сосиску. — Ну ладно, мне пора. — Я уберу, — сказала девочка, указывая на грязную посуду. — Спасибо, — Эдгар встал из-за стола, поцеловал дочь в макушку и направился к выходу. — Буду поздно. — Как обычно, — пробубнила себе под нос Энни, а следом улыбнулась — все шло по плану. Как только машина отъехала от дома, Энни закинула на плечо рюкзак, взяла поводок и вышла во двор за Омлетом. Резвый пёс тут же подбежал к хозяйке, радостно виляя хвостом и всем видом показывая, что готов участвовать в любых подозрительных делах, если там будут трава, дорога и возможность куда-нибудь сунуть нос. Они вышли через задний двор и направились к Уизли. Было только девять утра. Энни знала, что близнецов, скорее всего, придётся будить, учитывая их ночные прогулки из дома. Но, к удивлению девочки, Фред и Джордж не спали. Когда она подошла к Норе, то заметила, как две рыжие макушки уходят в сторону леса, и тут же двинулась следом. Близнецы остановились на небольшой поляне, спрятанной между деревьями. Поставив тяжелый сундук с металлическим грохотов на землю, Фред и Джордж размялись и проверили свои старые метлы. — Квиддич с утра пораньше? — выйдя из кустов, спросила Энни. — А где же Рон с Поттером? — Я же сказал тебе, что за нами шпионят, — сухо сказал Джордж брату. — Вы и без того в хорошей форме, — нарочито ласково сказала Энни, стараясь расположить к себе близнецов. — Видела? — Фред тут же задрал рукав футболки, демонстрируя мышцы. — Ого, — удивлённо закивала Энни. — Не знала, что вы настолько в хорошей форме. Есть планы на сегодня? — Как видишь, — сказал Джордж. — А после? — Перенесёмся в Лондон и будем есть мороженое. — Можем полететь на мётлах, — предложил Фред, подбросив свою метлу вверх и ловко перехватив рукоять ниже. — Ясно, — процедила Энни. — Дуетесь на меня из-за Лондона. Тогда, наверное, я пойду сегодня гулять по деревне и обязательно вас с собой не позову, ведь у меня тоже могут быть свои планы. — Нет, Фред, — сказал Джордж, обращаясь к брату, — на мётлах мы не полетим. Лучше пойдём к мистеру Хэддоку, одолжим пару лошадей и поскачем на них. Энни расхохоталась во весь голос. — Да уж лучше на мётлах до Хэддока. До него ехать на машине около часа, а пешком все три. А ещё лучше — угнать отцовский форд и полететь в незабываемое путешествие прямиком в Лондон! — Ты знаешь? — Джинни всё тебе рассказывает, да? — покачал головой Фред. — О, не переживай, — сказал Джордж. — Пойдём пешком. Мы быстро ходим. Энни, раззадорившись, встала бок о бок с Джорджем, пытаясь его растормошить. — Конечно, задницы-то, наверное, ещё побаливают, — сказала она, вытянув руку вверх, будто измеряла его рост. — Уже на четыре головы меня выше. — На десять, — закатил глаза Джордж. — Ладно, — девочка вдруг выхватила из его рук метлу и запрыгнула на неё так резво, что Джордж не успел среагировать. — Если вы так хотите в Лондон на лошадях, я с вами. Но только я на метле, если фордик теперь под замком. — Слезай, — строго сказал он. — Опять себе что-нибудь сломаешь. — Попробуй поймать, — дёрнув бровями, Энни начала отходить назад, держа заколдованную метлу между ног и стараясь при этом не терять концентрацию, чтобы случайно не улететь в Шотландию. Неожиданно и совершенно неуловимо для Энни Джордж резко рванул вперёд, схватил метлу за самый край древка, притянул её вместе с девочкой к себе и, перекинув левую ногу, сел впереди Энни. — Лучше держись, — крикнул он ей через плечо за секунду до того, как заставил метлу взмыть высоко вверх. Метла сорвалась с места так резко, что Энни даже не сразу поняла, что земля исчезла из-под ног. Поляна провалилась вниз, деревья расплылись зелёным кругом, воздух ударил в лицо. Они летели быстро, слишком быстро, крутясь вихрем, делая резкие развороты и такие безумные виражи, что Энни начала визжать — то ли от страха, то ли от восторга, то ли от уверенности, что её сейчас стошнит прямо на Джорджа. Омлет носился по поляне, громко лаял и подпрыгивал вверх, будто собирался поймать метлу зубами. Фред уселся на траву, облокотившись спиной о сундук с мячами, и наблюдал за выходкой брата с явным удовольствием. Джордж вдруг резко направил метлу вниз. Они оказались почти перпендикулярно земле, и Энни почувствовала, как её начинает отрывать от древка. Она сильнее скрестила ноги и вцепилась Джорджу в талию. — Хватит, — пропищала она. Столкновение с землёй казалось неизбежным. До него оставались всего несколько секунд. Трава, сундук, Фред и лающий Омлет стремительно приближались. Энни зажмурилась. — Сдулась? — прокричал Джордж. Он сильнее сжал покрасневшими руками древко и стойко удержался на метле, удерживая не только себя, но и сидящую позади Энни. Когда до земли оставалось всего несколько футов, Джордж резко потянул древко на себя, приложив немалые усилия, чтобы не разбиться в лепёшку. Метла выровнялась почти у самой травы. Энни сползла на землю и, пошатываясь, прошла вперёд. Адреналин разрывал грудь. Ей было сладко ощущать то безумие, которое ещё продолжало твориться внутри после полёта. Это чувство она испытывала лишь однажды — в тот день на обрыве южного берега, хотя сейчас оно было другим. Тогда она заранее знала исход и понимала, что никто не поймает и не поддержит. А сейчас была уверена: Джордж не допустил бы, чтобы они разбились. — Ты как? — внимательно прищурившись, спросил парень. Энни вцепилась ему в руку, повиснув на нём. — Джордж Уизли, — прошептала она, впившись в него своими подведёнными чёрными глазами. — Это было супер круто! — Серьёзно? — рассмеялся Джордж. — Это какое-то безумие! — воскликнула Энни, улыбаясь. — Что вы сделали с этими старыми мётлами? И это вообще законно? — «Нимбус» ещё узнает о своих конкурентах, — самодовольно сказал Фред, откидывая чёлку с глаз. — Что же, — выдохнула она, уперев руки в бока, — я знала, к кому иду, и не ошиблась. Лишь самые талантливые изобретатели и авантюристы смогут помочь мне, а лучше вас я никого не знаю. — Подлиза, — лениво протянул Фред, перекатывая языком травинку от одного края рта к другому. — Что ты придумала? — спросил Джордж. — У нас тренировка, — взбодрился Фред, приподнявшись на локтях. — Я подожду, — сказала девочка. — Ну, начинайте же скорее. Фред и Джордж неохотно и словно нарочито медленно начали разминаться. Фред раскрыл сундук с мячами и выпустил бладжер. Омлет тут же ринулся за ним, но мяч, едва оказавшись на свободе, взмыл вверх и резко ушёл в сторону, оставив пса растерянно лаять в пустоту. Фред взлетел следом, высматривая бладжер между деревьями, а Джордж, держа метлу в руке, подбежал к Энни, развалившейся со своим псом в тени. — Это минут на сорок, не больше, — сказал он, присев рядом на корточки. — Хорошо, — улыбнулась девочка, используя Омлета как подушку. — Мы не торопимся. Главное, чтобы никто не нарушил наши планы. Рон дома? — Они с Гарри наказаны, — сообщил Джордж. — Ну, точнее, Рон наказан, а Гарри за компанию с ним отрабатывает. — А вас, значит, уже помиловали? Простили угон отцовского форда так быстро? — Это не развлечение, — свёл рыжие брови Джордж, — а серьёзный труд. Мама понимает, что от нас зависит судьба всего Гриффиндора. — Ну да, ну да, — расхохоталась Энни. — Эй, — Джордж протянул руку в кожаной перчатке к лицу девочки, — у тебя тут тушь размазалась. Погоди, я вытру. — Вот же… Она вскочила так резко, что Омлет испугался, навострил уши и начал размахивать ими из стороны в сторону в поисках опасности. Энни тут же потянулась к рюкзаку за зеркальцем. — Всё? — Да, — улыбнулся Джордж. Он поднялся, сел на метлу и взмыл вверх. Метлы у близнецов были старые, исцарапанные, с не самым ровным прутом, но держались они на них так уверенно, будто родились где-то между древком и небом. Фред работал резче, азартнее, любил подставляться под удар в последний момент и отбивать бладжер почти у самого плеча. Джордж летал спокойнее, но от этого не менее нахально: уходил от мяча в сторону за миг до столкновения, разворачивался, догонял и отправлял обратно так точно, что Фреду приходилось ругаться сквозь смех. Когда ребята наконец спустились, разгорячённые после тренировки, с растрёпанными волосами и довольными лицами, Энни, больше часа терпеливо их ожидавшая, тут же напомнила о цели своего прихода. — Омлет поедет в Хогвартс со мной, — сказала она. Фред расхохотался так искренне и несдержанно, что у Джорджа тоже появилась улыбка. — Я просто представил, — сказал он, хватаясь за живот, — как твой бешеный пёс гоняет весь Хогвартс. Это же кошачье царство! Это гениально, Энни, сто очков. Мне правда нравится. — Мы поддерживаем, — кивнул Джордж. — Достойный противник миссис Норрис. — Нет же, — нахмурилась Энни. — Никто не позволит мне привезти собаку. Как ты правильно заметил, Фред, Хогвартс — это сообщество кошатников. И в этом море шерсти и токсоплазмоза лишь один столп благоразумия и правильных взглядов — Хагрид. Но это, к сожалению, не прецедент. Клык особый пёс, и в замке он не живёт. Нам надо замаскировать Омлетика, чтобы он смог находиться вместе со мной в школе. — Успеешь сшить ему маскировку? — спросил Фред. — У тебя всего три дня в запасе. — Мы же волшебники, — хитро огляделась Энни, доставая из рюкзака волшебную палочку. — Помните наш поход в Запретную секцию? Казалось, зря потраченное время, вот только книга, которую мисс Пинс дала мне на прочтение, содержала всю необходимую информацию о трансфигурации животных. — Мы пробовали превращать мышей в ёлочные шары, — сообщил Джордж. — Это другое, — ответила девочка. — Нам предстоит превратить один вид живого существа в совершенно другой, заменив все внешние признаки и поведенческие. А это гораздо сложнее, чем превратить кого-то во что-то. — А мы-то тебе зачем? Сообщников набираешь? — Именно так, — усмехнулся Джордж. — Какого вы обо мне мнения! — возмутилась девочка. — Я пришла за поддержкой друзей… ну, и ещё нужен ваш двор. — Наш? — недовольно воскликнули близнецы. — А если что-то пойдёт не так? — обеспокоенно посмотрел на собаку Джордж. — Мне нравится этот оболтус. — Я тренировалась, — поспешила успокоить их Энни. — Так же как и успела изучить правила колдовства. Слышали о таких? Нора — подходящее место, чтобы дети могли колдовать безнаказанно. Задумайтесь, сколько раз Билл, Чарли, вы, Рон и Джинни колдовали втайне от родителей? Бессчётное количество. И ни разу за всё время никакой кляузы из Министерства. — Это и так понятно, — сказал Джордж. — Нас так много, что не разберёшь, кто и когда. — Вот именно, — довольно улыбнулась девочка. — А если я буду колдовать у себя дома? Представили? На всю округу ни одного волшебника, кроме меня. Я же у всех на виду! — Энни, — сказал Фред, — мы тратим время впустую. Мы и без твоих уговоров заведомо согласны. — Но только чтобы миссис Уизли не узнала, — предупредила она. — Это будет страшнее Министерства. — Да нам-то что, — махнул рукой Джордж. — Пускай узнает, — сказал Фред. — Свалим всё на тебя. — И не солжём, — дружно переглянулись они. Энни радостно хлопнула в ладоши, готовая приступить к колдовству прямо сейчас. Ребята подошли к дому Уизли и незаметно пробрались к сараям, где Билл и Чарли в своё время покуривали втайне от родителей. Место было удобное: за сараями густо росла крапива, лопухи и какие-то упрямые колючие кусты. Старые доски забора позеленели от сырости, у стены валялись ржавые ведра, сломанные грабли и несколько пустых ящиков. Отсюда плохо просматривался двор, зато хорошо было слышно всё, что происходило у дома, — главное вовремя замолчать, если миссис Уизли вдруг выйдет на крыльцо. Омлета посадили на спиленный пень. Бедный пёс сразу понял, что с ним собираются что-то сделать, поджал хвост и сделал такую тревожную грустную морду, что Энни на секунду усомнилась в правильности своих действий. — Тише, тише, — шептала Энни, гладя питомца по голове. — Подержи его, Фред, я не могу найти заклинание. — Ты не выучила его? — укоризненно зашипел старший из близнецов. — Это чтобы не ошибиться! Тихо… — Сама орёшь на всю округу. — Вот, ай! — доставая из переднего кармана утрамбовавшуюся в самую глубь бумажку с заклинанием, Энни задела локтем торчащую сухую ветку и поцарапала руку. — Вот оно. Итак. Кхм. — Ты уверена? — спросил Джордж. — Да, — шепнула она, желая сделать всё как можно быстрее. — Ему будет лучше рядом со мной, иначе опять одичает. Итак… Энни несколько раз перечитала про себя заклинание. Оно было длинным, местами трудно произносимым, и ошибиться было нельзя: важно правильно расставить ударения и чётко проговорить все звуки. Сделав глубокий вдох, выдох и снова вдох, она направила волшебную палочку на пса. — Forma canis mutetur, natura lateat, corpus felis induat, vox, ungues, aures et cauda conveniant. На миг ничего не произошло. Омлет только жалобно моргнул и сильнее прижал уши, всё ещё сидя на пне между Фредом и Джорджем. Потом его шерсть вдруг вспухла, будто под ней разом расправился целый клубок пружин. Рыжие пятна поползли по бокам, лапы втянулись куда-то внутрь, морда смялась, хвост дёрнулся и торчком взлетел вверх. — Вот чёрт! — воскликнул Фред. — Что же мы наделали, — выпучил глаза Джордж. Омлет превратился в сплошной комок шерсти без морды и лап, зато с хвостом. Хвост торчал из середины этого безобразия и нервно подрагивал. — Расколдуй его! Расколдуй! Энни взмахнула палочкой ещё раз. Яркая вспышка света, а затем клуб дыма. На этот раз Омлет вернул свой прежний вид, но лапы увеличились раз в пять, как и количество хвостов. Пёс ошалело замотал сразу всеми хвостами, но, кажется, был цел: дышал, моргал и даже попытался лизнуть Фреда в палец. — Мы сотворили шишигу, — обречённо прошептал Фред. — Придётся получать лицензию в Министерстве. Энни, чем чёрт не шутит, верни как было. — То есть шар тебе понравился больше? — спросил Джордж. — Помолчите, — вспылила Энни. — Мне нужно сосредоточиться, а вы отвлекаете меня. Ещё несколько раз кусты за сараями озарялись пёстрыми вспышками. Омлет то покрывался полосами, то становился слишком длинным, то вдруг обзаводился кошачьими ушами и совершенно собачьей задней частью. Наконец у Энни получилось сотворить из него нечто, отдалённо напоминающее кота. Фред и Джордж стояли в молчании, неоднозначно переглядываясь. Оба были красные — то ли от жары, то ли от сдерживаемого смеха, то ли от ужаса. — По-моему, идеально, — счастливо улыбнулась Энни. — Энн, — Джордж выдул воздух, который, кажется, слишком долго держал внутри, растёр руками лицо, подошёл к Энни со спины и прикрыл ей глаза ладонью. — Эй, я видела такое в кино, шею мне свернуть хочешь? — пошутила она, ощупывая его руку. — Четыре, три, два, один, — отсчитал он и убрал ладонь. — Ну как? — Всё так же, — недоумённо вытаращилась на него девочка. — Я думал, у тебя глаз замылился. Ну знаешь… неудачная шутка. Он неловко улыбнулся, потом посмотрел на свою почерневшую ладонь и вытер её о штаны. — Это заклинание само по себе не просто превращение собаки в кошку, а попытка навязать телу новый устойчивый облик. В книге отдельно предупреждали: без ясного образа результат может закрепиться частично или исказиться. — Энни, это нельзя выпускать в свет, — вмешался Фред. — Это не кот, это чупакабра. Представь: ты приносишь это к котам и говоришь им: «Это кот». Но коты не примут его за своего. Они его изобьют как юродивого. — Слишком много мыслей о чувствах котов. Посмотрите, — Энни взяла Омлета на руки, и котопёс тут же начал лизать её по-собачьи. — Ушки маленькие, да, висят по-прежнему, но это даже мило. Хвостик длинный и пушистый. Лапки маленькие, носик… да, с носиком беда. — И с глазами, — Джордж отвёл взгляд и зажмурился. — Прямо в душу смотрят, — сказал Фред. — Если не присматриваться слишком внимательно, особенно издалека и в сумерках, его вполне можно было принять за странного, очень некрасивого кота. — И почему он короткошёрстный, а хвост как у длинношёрстного? — Подумаешь. Как будто мало сейчас селекционеры выводят новых пород. — Если бы такое появилось на свет, то где-нибудь в сточной яме. — Точно, — согласился Джордж. — Лучше попробовать ещё раз. — Может получиться хуже, — запротестовала Энни. Пока что это был её лучший результат. — Ты главное визуализируй получше. — Давай, — Джордж сунул ей в руку волшебную палочку. Спустя мгновение Омлет вновь поменял облик. Теперь он стал хотя и не самым презентабельным представителем кошачьих, но всё-таки куда ближе к ним, чем во все предыдущие разы. Окрас остался прежним — беленький с рыжими пятнами. Рыжие уши выпрямились и стали острыми, хотя всё ещё были слишком большими по сравнению с настоящими кошачьими ушами. Когти сделались тоньше и острее, хвост вытянулся трубой. А вот морда продолжала напоминать собачью: нос укоротился, но во всём этом всё равно было что-то неестественное. — Хочу шерсть подлиннее, — сказала Энни и уже замахнулась, но близнецы одновременно подскочили к ней и отобрали палочку. — Достаточно, — убедительно сказал Джордж. Энни осмотрела Омлета. Пёс не был подавлен или расстроен, но явно заслуживал вкусняшку за послушание и терпение. Она достала из рюкзака ломтики колбасы, которые теперь всегда носила с собой, чтобы поощрять друга, тем самым дрессируя его. Омлет осторожно взял колбасу, прожевал и облизнулся всё тем же совершенно собачьим способом. — Фред, Джордж, — Энни кивнула друзьям, разворачиваясь, — меня здесь не было. — И даже спасибо не сказала, — возмутился Фред. Энни расхохоталась, взглянув на обиженные лица ребят, и, ничего не сказав, расцеловала их в разные щёки. А потом убежала, крепко прижимая к себе Омлета, который теперь выглядел как кот, если бы кота придумал человек, очень любивший собак. Самая сложная часть плана была выполнена, но за ней следовала не менее трудоёмкая задача — продержаться ещё два дня до отъезда в Хогвартс так, чтобы Эдгар не заметил новое обличье Омлета и ничего не понял. А потом нужно было как-то провести пса в поезде несколько часов. И то и другое казалось почти невыполнимым. Омлет, как очень активный пёс, постоянно что-нибудь чудил и был не в силах просидеть спокойно даже полчаса. Хотя внешне он теперь и напоминал кота, повадки у него остались совершенно собачьи, и ни одним заклинанием этого изменить не удалось. Он грыз вещи, гонялся за всем, что двигалось, дышал, высунув язык, радостно вилял хвостом и вообще вёл себя без малейшей кошачьей гордости в манерах. Несмотря на подступающую осень в доме ещё пахло летом: нагретыми за день стенами, садовой землёй, яблоками, старыми пластинками и цветами, которые Энни всё ещё срезала и ставила в банки вместо ваз. Каждое утро казалось последним настоящим утром каникул, каждая чашка чая — последней домашней чашкой перед Хогвартсом, каждая прогулка — чем-то, что нужно запомнить особенно крепко. Энни лежала на кровати, подводя итоги летних каникул. Перед ней лежал список ста дел на лето, и она честно отмечала, что удалось, а что провалилось самым позорным образом. Дом на дереве она так и не построила, зато вместо этого сделала уютную будку для Омлета, предварительно напрягши отца на строительство. Из двадцати книг прочитала только пять. Лук для стрельбы остался на стадии выпиливания рукояти из бревна, а занозы, полученные в результате этого великого труда, Энни вытаскивала ещё неделю. Зато к морю она ходила четыре раза — на три больше, чем планировала. Омлет выучил несколько команд, а потом был превращён в кота, что тоже можно было считать достижением, пусть и спорным. Рецепт голубого чая стал лучше. Она летала на метле со скоростью света, гуляла по Лондону, рисовала картину, ходила на озеро, вкусно ела, смеялась и была счастлива. Да, лето у Энни выдалось прекрасное. Написав на листке со списком небольшое послание самой себе в будущее, девочка положила его в коробку воспоминаний. Потом спрятала всё надёжно, посмотрела на уже собранные чемоданы и упала спиной на кровать, распластавшись звездой.

***

I got my first real six-string Bought it at the Five and Dime Played it 'til my fingers bled Was the summer of '69 Me and some guys from school Had a band and we tried real hard Jimmy quit, Jody got married Should've known we'd never get far Oh, when I look back now That summer seemed to last forever And if I had the choice Yeah, I'd always wanna be there Those were the best days of my life Hey!

Bryan Adams – Summer of '69'

— Ты точно ничего не забыла? — спросил Эдгар, стоя на платформе 9 и ¾. — Точно, — улыбнулась Энни. И тут же горькая слеза покатилась по её щеке. Эдгар осторожно вытер её большим пальцем. Он хотел улыбнуться, сказать что-нибудь лёгкое, обычное, отцовское — про письма, тёплые носки или то, что Хогвартс никуда от неё не денется. Но слова вдруг застряли. Ком подступил к горлу так неожиданно, что Эдгар только сильнее сжал её плечо. — Если что забыла, отправь Фиджета, — сказал он наконец, стараясь говорить спокойно. — И всё, что забыла, я с ним передам. — Я ничего не забыла, — сказала Энни и обернулась на предупреждающий гудок поезда. — Пора… — Будь умницей, — Эдгар поцеловал дочь в макушку и мягко подтолкнул её к вагону. — Как и всегда, — сказала Энни. Она поднялась в поезд, втащила за собой чемодан и обернулась у двери. Эдгар стоял на платформе, подняв руку. Энни тоже помахала — сначала спокойно, потом всё быстрее, когда поезд дрогнул, тяжело вздохнул паром и медленно тронулся. Платформа поплыла назад. Лица, чемоданы, клетки, родители, яркие шарфы, поднятые руки — всё стало двигаться, смешиваться, отдаляться. Эдгар ещё шёл рядом с вагоном несколько шагов, улыбаясь и махая ей, пока не остановился у края толпы. Поезд набирал ход. Платформа девять и три четверти осталась позади, а впереди снова ждал Хогвартс. Хотелось снова увидеть башни, Большой зал, лестницы, теплицы, гриффиндорскую гостиную, шум коридоров, запах пергамента и свечей, утреннюю суету перед уроками. Хотелось вернуться туда, где всё начиналось заново, даже если впереди ждали домашние задания, холодные подземелья и подозрительные профессора.