Глава 1: Эмоции — тоже краски
6 мая 2025 г., 20:32
Она ожидала от больничного крыла или духа лекарств или трав — но в Хогвартсе его почему-то заменил липкий запах жжёного сахара и мяты.
И это было хорошо. Успокаивающе.
«Неплохо отгоняет ощущение того что лежишь в больнице, — она так и продолжала сжимать что-то мягкое, не желая открывать глаза. Вокруг иногда появлялись люди, но ей нужно было просто немного покоя. — Я конечно слышала что тело может подводить, только не думала что настолько буквально. Очаровательно.»
Сейчас оно ощущалось абсолютно нормально — будто и не было недавно плавящимся под пальцами воском. Органы на месте, сознание не давит петля из паники и усиливающей её деформации.
«Молодое, здоровое, вроде даже смазливое. И проклятое. Судьба — ироничная сука, да? — то что она сжимала в руках перестало казаться подушкой. Слишком мягкое и плюшевое. — Почему-то я уверена, что у оригинальной Нимфадоры не было проблем с трансформацией. Только вот, она слишком похожа на смещение сломанных костей. Уже после обезбола. Вроде и не больно, но…»
Тонкс поморщилась от воспоминаний и сжала услужливо выданную кем-то игрушку.
А к койке приблизились очередные шаги. Более тяжёлые чем все прошлые, сопровождаемые тонким ароматом земли и скошенной травы.
— Я не видела тебя в таком состоянии со времён экзаменов на пятом курсе, — она узнала задорный голос. Помона Спраут, её новый декан. — Не хочу лезть в душу… Но если это как-то связано с мистером Роули… Ты ведь никогда не соглашалась идти к слизеринцам пока не попросил именно он. А утром была сильно потрясена.
Спраут явно подбирала слова осторожно и с опытом в подобных разговорах. Но Тонкс не смогла сдержать печальный смешок — подозрение в какой-то подростковой драме было бы забавным, если бы не было таким грустным.
Однако её ответ восприняли неправильно, Помона села на край кровати:
— Это бывает с кажд-…
Слушать дальнейшую утешающую речь ей было откровенно не интересно — незачем мучать этой неловкостью ни себя ни преподавателя. Да и она уже собралась с силами:
— Спасибо, мадам Спраут, но нет, — она аккуратно передвинулась под накрахмаленой простынёй и подняла взгляд на преподавателя. — Это никак не связано с хвойным мальчиком. Просто…
«Выпускной.» — ложь привычно скользнула на язык.
—… всё навалилось. Экзамены, выпуск. Будущее. И они веселятся и смеются будто на этой пьянке самое тяжёлое заканчивается, а не начинается.
Несколько мгновений улыбающиеся ореховые глаза рассматривали её, будто не веря. Но быстро, поза Помоны стала менее напряжённой:
— Хорошо… — она поправила шляпу чуть неловким движением и усмехнулась, — то есть не хорошо, но вести подобные разговоры я не умею. Мне ближе земля и корешки. Работа. И прежде чем ты спросишь — я обо всём для тебя позаботилась.
Спраут извлекла из-под мантии конверт и положила его рядом с ней. Герб на печати ей ничего не говорил. Но от необходимости его открывать её избавили:
— Обычно они требуют письмо от самого абитуриента, но я знаю одноглазого чёрта, — ей заговорщически подмигнули, — так что Аластор учёл твоё недомогание. И принял заявку в школу Аврората из моих рук. И тут же её подписал. Так что мои поздравления, кадет Тонкс.
Она непонимающе моргнула. Один раз, второй.
«Аврорат… Это же магический СОБР? — она опустила игрушку и схватив письмо, резко сорвала печать. Помона наблюдала умилённо. — Приняты на обучение, три года, отработка, контракт… Да ну нахер, какой спецназ?!»
Волосы полыхнули гневным красным — но тело в этот раз не плыло. Только кожа на руках дрогнула, делая их более тощими и хищными.
— Мадам Спраут, — она глубоко вздохнула, беря чувства под контроль, — я могу как-то… отменить контракт? Они ведь ещё не закончили приём и не заверили его, так?
Умиление в жестах Помоны сменилось удивлением:
— Почему? Ты ведь последние годы только что не убивалась ради этого…
— А теперь убьюсь на первой операции, от страха потеряв контроль над телом и сместив центр тяжести, — затравленно мечущийся разум выдавал аргументы мгновенно. — Иногда понимание своей ошибки приходит поздно. Думаю вы такое уже видели.
Она шатко поднялась с койки, заматываясь в простыню за отсутствием одежды.
— Если мы поспешим…
— То не успеем, — Спраут смотрела не на неё, виновато отводила взгляд в сторону. Но тоже встала. — У Аластора слово с делом не расходится, он бы точно оформил заявку сразу. Чтобы в случае проверки решение уже не смогли отменить.
Тонкс замерла. И наконец опустила руки:
— Нимфадора имеет слишком хороших друзей для своего же блага, — волосы медленно окрашивались в печально-серый. — Вообще никак?
Помона спрятала взгляд по полами шляпы и кивнула. И шагнула к ней, кладя руку плечо:
— Во всём есть свои плюсы, Тонкс. Учат в академии хорошо, после отработки сможешь куда захочешь поступить — а стажёров на опасные задания не посылают.
«Научусь. Конечно. Я не знаю за какой конец палочку держать… — дёрнув щекой, она оправила свою тогу и схватила с койки плюшевого нюхлера. — Выжить и найти местечко поспокойнее. Магия не магия, некоторые это не повод менять цели.»
— Сделаем так: я не рыдаю, вы не говорите пафосных речей. И я получаю какао. С зефирками. Много, — она скорчила просящую рожицу. И получила кивок.
«Выкинуть меня с целевого и навесить неустойку всё равно хер выйдет. А пофилонить три года… Что-ж, не впервой. Главное чтобы потому усадили бумажки перебирать, а не в поле. Поганый мир.»
Упавшее на письмо завершалось кратким: «Ожидаем вас в отделе магического правопорядка 07.07.1990.»
***
Тонкс рассматривала упавшую чашку с болезненным любопытством — разлившийся какао растекался по полу коридора и обжигал стопы. Но ей сейчас было не до того. Уже третий раз она не могла совершить простейшее действие. «У этой херни есть выключатель, руль? — растопыренные пальцы под её взглядом чуть меняли длину. — Мне интересно как она с этим вообще ходила…» Она смогла пройти от больничного крыла только пару коридоров, до ближайшего подоконника. По стенке. Чтобы на него упасть. И сейчас разбилась даже мрачная радость от того что напиток был сохранён в целости. — Не суперспособность, да? — она забрала ноги наверх, обнимая колени. — Вегетативная функция плотно интегрированная с психикой. Реагирует на любую смену эмоций и при этом не имеет никакого «стабильного» состояния. Может контролироваться сознательно. Но требует постоянной концентрации и поддержания ровных эмоцией. Ей удалось заставить фаланги неестественно изогнуться, выпирая из-под кожи. И тут же вспышка отвращения сбила превращение снова их удлинняя. «Мама говорила что зря три года на психфаке просрала. А тут считай вместо тела — лаба по анатомке. Очаровательно.» — Если это называется даром, мне страшно представить, что считается проклятьем. Она не успела закончить мысль — вздрогнула. Чашка на полу со звоном собралась обратно, взлетая на край подоконника, исчез разлитый напиток. А из-за поворота показалась дружелюбно улыбающаяся пухлощёкая девушка с галстуком пуффендуя. В каноне она её не видела. «Значок старосты, большая шишка, — она вяло улыбнулась, внимательно следя за местным авторитетом. Та смотрела в ответ. — Недружелюбный авторитет.» Староста явно пыталась скрыть неприязнь за маской, но не преуспевала. Или не слишком и хотела. — Не усложняй работу эльфам, Тонкс. Дай им заняться чем-то кроме уборки твоих промахов, — палочка так и осталась в руке гостьи. Она мимолётно подумала попытаться вывести разговор на дружелюбную ноту, только вот будущая аврорша точно была личностью боевитой. И если ей грубили, значит претензии были основательными. Однако Тонкс всё равно улыбнулась, чуть склонив голову набок. Черты лица в такт раздражению, болезненно и жутковато заострились. — У тебя ко мне какие-то вопросы? Не люблю, знаешь ли, долгих прелюдий, — слабость не слабость, а показывать её перед окружающими не надо. Настоящая Тонкс так бы никогда не сделала. Как и она. На миг воцарилась тишина. Её с удивлением рассматривали — будто её колкий образ не вписывался в ледяные сквозняки шнырявшие по замку и скрип доспехов. — Вопросы к тебе у аврората, Тонкс, тебя заселяют в казармы почти сразу с поезда, — староста наконец небрежно пожала плечами. — Спраут попросила помочь тебе собрать вещи, так как ты не можешь из-за недомогания. И если ты в подземельях у кого-то яду набралась, советую сплюнуть. Портить со всему отношения в последнюю неделю это плохая идея. Эта смена настроя сбила её с агрессивной мысли. Староста все ещё не смотрела на неё с любовью, но пассивная агрессия куда-то ушла. — Ты шла высказывать мне претензии, нет? — наконец Нимфадора перестала непонимающе хмуриться и отвернулась к окну. К бегающим по двору за какой-то летающей штуке младшекурсникам. — Несомненно, — она почти услышала закатывание глаз. А её сумку бесцеремонно стащили. — Хотела высказать претензии к тому что ты своим отказом попускаешь все усилия своих друзей по помощи в подготовке. И то что Спраут использовала свои контакты. Но тебя так… курса со второго не корёжило? Её руку спокойно схватили, ощупывая. — Кости снова плывут. Если ты настолько потеряла контроль, придётся снова сидеть на подавляющих зельях, это плохое состояние для боя, — небрежный взмах чужой палочки собрал её растрёпанные волосы в какое-то подобие причёски. — А теперь не трать мой заслуженный отдых и двигай ногами. «Кто она вообще такая?..» — она всё же приняла подставленный локоть, спускаясь. И игнорируя поторапливающий взгляд, спросила: — А ты?.. — надежда, что собеседница сама достроит вопрос оправдалась. — Несчастная которую обязали следить за вашими бедовыми головами. Так что у меня всё давно собрано, — помогая ей стоять на нетвёрдых ногах, её уверенно потащили куда-то вглубь замка. — Каждый блядь год одно и тоже…***
Из-за бочки-входа в гостинную факультета, на них вывалилась мешанина шумов. Разговоры, звон стекла и фарфора, негромкие взрывы. Попытаться понять что происходит внутри Тонкс просто не успела — староста ловко помогла ей забраться внутрь. Она точно делала это не первый раз. — Праздник ещё не для всех кончился, да? — её бормотание было едва слышно. А круглом тёплом зале гостинной их встретили ученики — приветливым ли салютом чашкой, словами или суетливой попыткой что-то спрятать. На неё мимоходом смотрели многие, но центром оставалась староста. И та улыбалась факультету в ответ. Гордо и ласково, как чему-то родному. «Не так уж ты устала от этой работы как показываешь, Джейн?» — мешать старосте чьё имя только что услышала Тонкс не хотела. И дождавшись пока та увлечётся разговором, ускользнула. Одна из любопытных вещей что она заметила — её нахождение на чужом факультете явно не было чем-то уникальным. Посторонних было немного, но тут и там мелькали контрастные цвета. «Рыжий гриффиндорец, явно старший Уизли. Билл вроде? — её взгляд мазнул по аж пятерым мелким воронятам которые увлечённо играли в какую-то настолку с местными детьми. — Что-то около десятка в целом, да.» Наконец она перестала делать вид что не замечает слона в комнате. И повернулась к основному источнику внимания: симпатичному слизеринцу-старшекурснику удивительно похожему на молодого Тома Реддла, что до их прихода спокойно читал в углу. А сейчас смотрел на неё. Она не видела его лица раньше. Но была уверена — это и есть тот не назвавшийся еловый мальчик в объятиях которого она проснулась. «Некий Розье.» Проблема не потому что он её знал, а из-за его заинтересованности. Остальным было плевать как она изменилась и что с ней случилось. А этот ждал. «По крайней мере, близких друзей у неё не было, — она оперлась о спинку одного из кресел, раздумывая что делать. — Вытяну я импровизацию с ним или нет? Зависит от отношений. Но судя по словам Спраут, они не были близки долго. Если повезёт это будет вообще какой-нибудь роман без обязательств…» Этот вариант сулил возможность быстро отделаться от слизеринца. Но ни он не судьба не собирались давать ей слишком долго размышлять — юноша поднялся, направляясь к ней сам: — Тебе стало лучше? — в его голосе звучала лёгкая, скорее формальная вина. — Я не ожидал что алкоголь столь плохо тебя подействует. До этого не было таких… неприятностей. Она криво улыбнулась на последних его словах. Это были слишком мягкие слова для выворачивающего на изнанку процесса через которых она прошла. — Я уже могу стоять. И иду на поправку, — немного лжи, капля правды. Идеальное соотношение. — Но спасибо за беспокойство, и за помощь утром. Она надеялась что какой-нибудь странный эффект не выдал её чувств — держать стабильной структуру лица было тяжело. Слизеринец мимолётно прикрыл глаза и кивнул, будто давая какой-то знак. Который она не знала. — Для меня было бы потерей — лишиться такого друга как ты, — а вот следующая ухмылка была почти издевательской. — И раз с тобой всё в порядке, то я покину ваше общество. Передавай привет матушке! Он не стал даже прощаться, просто зашагал в сторону выхода. И оставив её хлопать глазами в недоумении. «Ни драмы, ни каких-то знаков внимания, ни… — она с трудом сдержала тяжёлый вздох. — Да. Тайные знаки и факультет аристократии. Очень надеюсь что это было не какое-нибудь секретное назначение рандеву.» Она выкинула его из головы быстро, раз он не доставлял проблем и они скоро разъезжались — и направилась обратно к Джейн. Та уже начинала на неё посматривать. Через пять минут она оказалась в одном из многочисленных отнорков-общежитий, в комнатке на две кровати. Одна — небрежно накрытая простынкой и заваленная хламом, а вторая идеально заправленная. С уже сложенными вещами под ней. Это объясняло почему помочь попросили именно Джейн. Та устало выдохнула, захлопывая за ними дверь и усаживая её на кровать. Молча отошла к полке с книгами. Пальцы Джейн мягко скользили по корешкам учебников, пока Нимфадора с интересом за ней наблюдала. Наконец староста вытянула одну, небольшую тетрадь: — Я знаю что никогда не были подругами, — она раскрыла эту тетрадь, что-то читая. И неожиданно улыбаясь, — однако это предпоследний наш день вместе... Рывок, вспышка. Воздух рвёт заклинание, окаменяя тело Тонкс. И над ней раздаётся тихое: — И ты блядь не она, — сверху на паралич легли ещё одни путы и ещё целый каскад неясных чар. Но её оставили в сознании. — Тонкс упряма как взрывопотам. Она бы не попыталась отказаться от мечты. Вопрос только в одном: кто же у нас ты?
Примечания:
Да, обучение Тонкс смещено на год раньше, чтобы не вмешивать канонный цирк с Поттером в сюжет. Пока что, по крайней мере.
