Морской ноктюрн: сердца глубин

Обладателей каменных сердец во времена их расцвета всего насчитывалось до десяти. Веритас знает лично только Яшму, про остальных — с легенд сухопутных жителей или с рассказов Ахерон, той, кто знает мир дольше него самого. Раньше глубоководные чудовища оправдывали своё звание одним видом. Их исполинские размеры нынешним людям разве что на картинках знакомы. Рацио тоже считается достаточно крупным по сравнению с большинством обитателей подводного царства, но если сравнивать с предками — он такая же мелкая сошка. Одним из самых известных монстров более двух столетий назад считался Алмаз. К какому конкретно виду он относился, до сих пор не решили, поэтому называют его левиафаном — мистической тварью, меняющей облик по одному желанию. Вот он, один из немногих, такой страшный и непобедимый, раздавал свою силу людям, которых считал достойными. За несколько сотен лет его существования в одной эпохе собралось десять людей, которым он позволил прикоснуться к своим силам. Десять из миллиона тех, кто пытался до них. Больше Рацио не знает, вернее, знает из легенд, но он зарёкся верить людям без доказательств. «— Авантюрин, камень хитрости, — напевно рассказывает Яшма: — Для него, Сугилита, Топаз и Обсидиан море было песочницей, где они провели отрочество. Самые молодые люди, среди всех, кто носил титул Каменных Сердец. — Почему именно Авантюрина ты советуешь найти? — Он ближе всех. Да и не все обладатели сердец остались бороздить моря. Взгляни на меня, я использовала дарованные мне силы, чтобы заключать сделки, а этим заниматься лучше на суше. — Что ты хочешь взамен на эту информацию? — Просто вытащи его из сна. В прошлый раз у другого человека не получилось это сделать. Боюсь, если он так и останется, то последствия будут печальны. — Рассказываешь ценную информацию без сделки? Ты меня настораживаешь». Хитрый пират — живой пират. — Не слишком ли много для него одного? — Рацио скептически осматривает статую пирата, повесив на неё очередное украшение. — Он же не поднимется под их тяжестью.

«Чтобы пробудить жадное сердце, необходимо отдать ему что-то равное его стоимости».

Яшма вручает осьминогу сундук сокровищ, который, как сказала, Авантюрин оставил ей на случай, если его надо будет срочно разбудить. Там были кольца, ожерелья, повязка на голову, увешанная золотыми монетами, кубиками, бусами.

«Надень эти украшения на него, все до единого, но левая рука должна быть без украшений. Запомни».

У людей, вроде бы, есть привычка украшать свои дома или какие-то вещи в честь праздников — Веритас ощущает себя примерно также, пытаясь понять, куда присобачить очередную побрякушку. Этот удаленький пират его выводит из себя, а пока и слова не сказал. Когда пиратская шляпа оказывается на голове мужчины, Рацио с помощью огня переносит в свои руки книгу.

«Последнее: на его левую руку надень исключительно своё украшение. Это послужит ему сигналом, когда проснётся. Оно должно быть неподдельное и дорогостоящее»

— Какие камни у них самые ценные? — осьминог озадаченно утыкается в страницы, чтобы вычитать побольше информации. — Или золото лучше? Один взгляд на пугало и морское чудовище качает головой — этого на нём предостаточно. Надо разбавить безвкусицу. В его логове немало так называемых украшений, но ценности для него они не представляют, поэтому валяются где попало. Изумруды, кристаллы, лунные камни, сапфиры. На последнем Веритас останавливает свой выбор. Память твердит, что где-то в углу, на полках, валяется один такой браслет — через секунду огонь перемещает в ладонь необходимое украшение. Чудесно. Книга закрывается и последний штрих завершён.

«На этом всё. Стоит подождать, пока сердце отреагирует, и ты сможешь с ним поговорить».

Рацио скрещивает руки на груди и через несколько секунд, глядя на то, как зелёное свечение становится всё сильнее, уплывает.

***

«— Назови своё желание. — Ты же всё знаешь. Чего спрашиваешь, раз умный такой? — Я всё знаю, но люди нередко противоречат собственным внутренним стремлениям. — Ха-ха, не сомневайся, приятель, я живу на волоске от смерти слишком долго, чтобы ещё и заниматься самообманом! Я хочу быть на своём корабле всю... Нет, вечность! Буду бороться с любой тварью, с любым флотом, идти в центр шторма, пока есть вода на этой земле! — Этот ответ более чем меня устраивает. — А ещё... А ещё, чтобы мой корабль был самым безопасным местом для моих матросов! Сможешь так сделать? — Это уже два желания, но, допустим, я достаточно благосклонен к тем, кто решил остаться на воде даже после испытания. Будь по-твоему». Морская гладь нарушается стремительным всплеском столба воды. На поверхность выталкивает целый корабль. Его приподнятый нос, как у огромной рыбы-меча, легко устремляется в небо, пока тяжёлый корпус не приземляется. С мокрой ткани парусов столбом стекает вода, быстро сбегая в самый низ. На мелководье спрыгивает пара сапог. Фигура мужчины шатается, даже стоя на одном месте, но он всё равно раскидывает руки в стороны, его голос звучит очень радостно, будто на встрече со старым другом: — Ха-ха, Талия! Лучший круиз! Ты как всегда встречаешь бродяг очарова— Не успевает пират сделать шаг и тут же плюхается на колени. Пиратская шляпа падает с головы и многочисленные драгоценности с шеи тянут прямо вниз. — Мать моя Гаятра, я, кажется, разучился ходить, — пират тянет за ожерелья, чтобы ослабить хватку. — Сейчас задохнусь, меня этими подарками задушить хотели? Кто так бездарно их развесил? Руки-клешни, чтоб его... Вокруг ни души, только корабль позади, такой же потерянный и неряшливый, как он сам, дрейфует на спокойных волнах. — Ладно, надо найти своих клоунов, а там уже дело само пойдёт, — Авантюрин кряхтит, но кое-как выпрямляется, солнце беспощадно жарит голову, поэтому мокрая шляпа сразу оказывается на голове. — Ничего себе, откуда столько бесхозных драгоценостей? Капитан натыкается на старое ружьё, поднимает, проверяет пустую обойму, но всё равно суёт себе за пояс. Пару раз споткнувшись об обломки бочек и разорванные паруса, Авантюрин выходит на чистую часть берега, подальше от моря. По пути подбирает какую-то цветную тряпку, ржавый кинжал и никому ненужные игральные кости. Всё распихивает по карманам плаща. — Итак, как там он говорил? «Встаньте у самого большого камня лицом к морю... — Авантюрин находит большой булыжник во весь свой рост. — ...сделайте столько шагов в сторону руки, которая украшена кольцами, сколько надо, чтобы дважды вдоль пройти вашу каюту, как дойдёте, крутитесь на месте, пока не упадёте». Следующие минуты три пират крутится на месте, пока слабые ноги, наконец, не подкашиваются. Мужчина выставляет руки перед собой, шляпа опять падает, но он не спешит поднимать. — «Где упали, там и копайте», ха-ха, ну всё. Я тебя нашёл, — сняв с себя плащ, Авантюрин закатывает рукава, начиная копать как настоящий пёс. Пират уходит вниз почти до пояса, как вдруг на что-то натыкается. Ему приходится потратить пару секунд, чтобы понять, какая это часть тела. Конечно же это торчащая кверху задница. — Как всегда ищу хоть что-то и нахожу сокровища, моя удача чертовски меня любит, — ещё немного освободив находку, Авантюрин встаёт на свои две ноги, сплевывает на ладони, трёт друг о друга и хватается за ремни, свисающие с грязных штанов. — И-и раз! И-и-и два! И-и... фух, что-то ты потолстел, приятель, и-и-и три! На третий счёт пират прикладывает столько сил, сколько есть в только пробудившемся теле. Из песка на солнечный свет показывается ещё один мужчина. Он кашляет, пытается протереть глаза от песка. Безуспешно, ведь его руки точно в таких же крупицах. Авантюрин успевает вернуться к воде, наполнить шляпу водой и вылить её на бедолагу. — Вот и помылся заодно. Мужчина у его ног крупнее и выше телосложением, но очень смешно прикрывается в защитном жесте, пока не осознает, чей голос слышит. — К-капитан, это вы? Боже, я думал, меня бандиты нашли. — Сампо, если бы бандиты увидели твою задницу, они бы просто что-то в неё запихнули без разбору и оставили тебя без штанов, не переоценивай себя. — И то верно, — стряхнув с синих волос остатки песка, ещё один член команды поднимается ноги. — Искорку ещё не нашли? — Не-а, сам только обмылки протёр и ни черта не узнаю. Глянь туда, — Авантюрин указывает на сборище обломков. — Они устроили какую-то войнушку? — И без нас? Я сомневаюсь, — Сампо прислоняет ладонь ко лбу, делая козырёк от солнца, чтобы видеть лучше. — Кстати, капитан, вам не кажется, что море стало ближе? — Скажу больше, я оставлял Павлина на берегу Талии, а проснулся под водой вместе с ним, — Авантюрин делает крутой разворот на каблуках и шагает в сторону склада мусора. — Ладно, потом разберёмся, надо подружку нашу найти. Сампо тем временем подбирает вещи капитана с песка и идёт следом. — Сколько тут кораблей... Я даже не уверен, что они здесь встретили свой конец. Может вынесло водой? — Хватит спрашивать, приятель, моё ориентирование в ситуации не лучше твоего. — Мои связки так долго не шевелились, поэтому не обращайте внимания, мне надо снова привыкнуть к своему голосу. — Мне тоже. — Ха-ха, ваш голос всегда неотразим. — Я знаю. Про твой же речь идёт. — .... — Сампо обречённо вздыхает, глядя, как капитан открывает каждую бочку и коробку. Поиски ещё продолжаются некоторое время, пока Авантюрин не опускает руки: — Ладно, мне нужна подсказка, я растерял все навыки игры в прятки. — Так бы сразу, — Сампо тянет добродушную улыбку (от души там ничего нет). — Она сказала, что превратится в то, что вы не сможете съесть. — Просто чудесно, — пират начинает осматривать рыбацкие сети в шлюпках и в третьей находит необыкновенно яркую рыбу. К плавнику, с виду мёртвой находки, прикреплён пергамент. На нём очень небрежно нарисован облезлый павлин со слезами на глазах. Авантюрин шумно берёт воздух через нос: — Какой глубокий смысл. Что же она пытается донести? — мужчина бросает рыбу на берег и давит её ногой. Хлопок. Сампо успевает вовремя отбежать на дистанцию, а вот непутёвого капитана обдает яркой красной пыльцой, небольшая ударная волна его ещё и с ног сбивает. — Опять эта хлопушка... Почему я каждый раз на это ведусь? — выплёвывая красные блёстки, мужчина рукавом вытирает лицо. — Она знает, что вы всегда небрежны к своей безопасности, — Сампо помогает встать. Оба видят на месте рыбы спящую девчушку невысокого роста. — Нет, спящая красавица тут только я, — Авантюрин толкает её сапогом в плечо. Огромные глаза тут же широко открываются. Сначала поднимаются ноги, будто их тянет ниточка с неба, и так пока девушка не становится на обе руки. Изящно оттолкнувшись, она осторожно приземляется на босые пятки. Поправив волосы, указывает пальцем на капитана, наблюдающего за представлением с видом постоянного незаинтересованного зрителя. — Ага, вот мы снова встретились, хитрый презренный пират! Как ты посмел так грубо обращаться со сном неотразимой Искорки!? — С возвращением, — Сампо машет рукой. Авантюрин ставит руку на пояс: — Я когда-то вёл себя иначе? И вообще, сама заснула в теле рыбы, лишь бы надо мной пошутить. Девушка отзеркаливает позу, меняет тон с театрального на обыкновенный: — Слышу это от пирата, который спал 111 лет. — Сколько-сколько?! — в унисон вступают мужчины. — Искорка считала, это очень скучно, поэтому уснула, — девушка вприпрыжку начинает бегать по острову. — Теперь хоть ножки размять могу! Ура! — Ничего себе. Я хотел всего на месяцок прилечь, — капитан чешет затылок, пока Сампо помогает ему накинуть плащ и возвращает на голову шляпу. — А оно вот как получается... — Вот и я думал, что недолго будете спать, поэтому спрятался совсем рядом, а песком захоронило почти... — Ну, то, что ты лентяй, мы выяснили, — на двух руках Искорка ходит мимо обломков и перебирает мелкие побрякушки, сдувая с них песок. — Мы без тебя проснуться не могли, а тебя просто так никто бы не нашёл. Кто это был? Точно. Авантюрин забыл, что не осматривал себя совсем. Однако он точно знает, что все украшения на нём раньше были у Яшмы на сохранении. Если они на нём, то, считай, её рук дело, однако, звука шипения змеи нигде нет. Да и сердце его молчит, если бы рядом находился другой камень, то он непременно бы среагировал. На левой руке обнаруживается незнакомый браслет из ряда чистейших сапфиров. От него веет холодом и злобой. — Надо найти Яшму, — Авантюрин смотрит на глубокий окрас и не может оторвать взгляда. — Если меня разбудили таким образом, то что-то случилось. С помощью своего сердца я ощущаю её, но очень далеко, где-то за морем. — Тогда у нас другая проблема, капитан, — Сампо смотрит на недалеко дрейфующий корабль. — Если вы заснули на месяц и сказали об этом команде, то... — Да, они уже точно нас не дождались, — Авантюрин нервно смеётся. — Неловко получилось. Даже не знаю, может, найти их потомков и извиниться? — Ты имена-то их помнишь? — Искорка свисает со сломанной фок-мачты, торчащей из земли. По правде говоря, только некоторых, и то, может, даже неправильно. Дело гиблое, да и кто сказал, что эти люди завели семью, оставшись на месте? — Ладно, тогда нам для начала надо набрать новую команду! — капитан с энтузиазмом указывает на едва заметную тропу, ведущую от берега. — Мы же на Талии! Это остров всех пиратов, нам важно, чтобы были живые, а какие навыки — это уже второстепенное! — А вот это уже будет забавно! Хи-хи, новые куклы в театре абсурда госпожи Искорки! — девушка ловко спрыгивает на песок и босыми ногами бежит вперёд. — Стой, ты их спугнёшь своей рожей! Дай я сначала перед ними покрасуюсь! — Ребята, прошло столетие, вы уверены, что всё так просто? Авантюрин хочет похвалить Сампо за очевидную заметку, но замечает в тени деревьев надгробие. Обыкновенное, даже без каких-либо цветов или погребальных венков. Мужчина пытается заставить себя отвести взгляд, но всё равно направляется к нему — небольшая веранда даёт немного личного пространства вокруг надгробия, внутри очень чисто, хотя кое-куда ветер уже занёс песок. Имени на камне нет, стоит только маленькая чашка, наполненная вином. — Это кому-то из нас? — Искорка выглядывает из-за спины Сампо. Именно он тихо возражает: — Сомневаюсь, пиратам могилы на суше не делают. — На Талии такого никогда не было. Здесь нет прав, защищающих памятники. Обворуют и раскопают, — Авантюрин проводит кончиками синих пальцев по холодной поверхности. — За ним ухаживают, даже налёта от влажности нет. Пират так всматривается, будто его необыкновенные глаза должны помочь найти зацепки. Тишина намертво приковывает к месту, не давая подняться с колен. — Кажется, мы правда что-то пропустили, — Сампо хлопает мужчину по плечу. — Чем оперативнее наберём команду, тем быстрее найдём госпожу Яшму. — Да! Идём скорее! Не хочу внезапно споткнуться о слезливую историю! Бе! — закатив глаза, Искорка быстро теряет интерес к надгробию и скачет по прежнему направлению, напевая стишок:

Кто к нам на борт поспешит,

Тот всех рыб рассмешит.

Ну же, дружок, не зевай.

Удачу свою испытай —

Игральным костям дай путь диктовать.

Всё равно смерти тебе не видать.