Смерть доряшяя жизни новые краски

София

Вот уже целый год мне нравится один мальчик, он старшеклассник, хоть я и знала, что мы не сможем быть вместе, но мечтать мне запретить никто не мог, ведь то, что у меня в голове, — это только мои проблемы. Я, семиклассница, по уши втрескалась в Олега Сверлов из девятого «А» класса, он высокий и красивый, я знала, что он встречался со многими девушками, но что я могу поделать, он мой мир, он моя мечта. На перемене наши глаза встретились, и сердце замерло. Жар охватил тело. Это не описать словами — нужно почувствовать. Я ощутила, как сильно меня тянет к нему. Он — моя первая любовь, мой первый мир и первые слезы по ночам. Я никому не говорила, что в моем сердце поселился человек, который не хотел оттуда уходить. Я пыталась забыть его, пыталась влюбиться в кого-то другого, но все чувства, все внутри меня принадлежало именно ему, и поделать ничего я не могла. Весь мой мир в один момент вспыхнул пожаром, а именно тогда, когда он написал мне ночью всего пару строчек, но как же чертовски я была рада, рада тому, что он заметил, я особенная, он знает, что я есть. «Хелоу, малая, не против прогуляться?» Когда я прочитала его сообщение, я чуть не завизжала, мои глаза горели огоньками счастья, вот что значит любить, вот что значит счастье. В тот день я впервые в жизни ушла из дома ночью. Мы гуляли всю ночь, болтая, смеясь, он был таким красивым при свете луны, особенно его выразительные черты лица. От его улыбки все внутри меня горело, а ноги подкашивались, заставляя все тело дрожать. Он шикарен. Все мои мысли были о нем, о том, чтосейчас мы наедине гуляем, он моя мечта, он заметил меня. Каждую ночь я сбегала из дома на прогулки с ним, и в одну из этих ночей он поцеловал меня, сердце замерло, конечности онемели, а мои нежные губы коснулись его в невинном, но до боли желанном поцелуе. Мы начали встречаться, но говорить кому-либо было запрещено, а аргументировал он это тем, что счастье любит тишину. Я словно в облаках витала, я была готова ради него на все, все для него сделать, последнее отдать, лишь бы он был со мной, лишь бы не бросил, лишь бы не предал. В одну из ночей таких теплых от него пришло сообщение, которое заставило меня засомневаться, но любовь закрывала мне все глаза и уши, ябыла очарована им и поддалась. На его телефон пришло пару фотографий моих, фотографий личного или даже интимного характера. «Умница». Это было его последнее сообщение, которое он мне после этого отправил. Последнее сообщение перед моей смертью. Спустя пару дней, когда я ходила по школе, все косо смотрели на меня и звали шлюхой и другими словами, я не понимала, что происходит, но, услышав кое-что, я обомлела, и земля ушла из-под ног. Эта дурочка реально подумала, что я ее люблю. Хохотал Олег, делясь с друзьями, по-видимому, радостной новостью. Развести ее на интимки было проще простого, Господи, шкура. На этих словах мое сердце рухнуло, все сложилось в два плюс два, и до меня дошло, все эти косые взгляды, все обзывательства, все. Внутри все болело, кололо, словно тысячи ножей проткнули мое сердце и душу, меня всю проткнул огромным кинжалом всю. Я убежала домой, в голове много мыслей: он предал меня, он предал меня, предал. Я, рыдая, завалилась на свою кровать, мне было так мерзко от всего, от него, от всех людей на свете, а особенно от себя за то, что поверила, что он сможет полюбить меня. Таблетки нашлись быстро, много-много пачек лежали на полу передо мной, а в голове сомнение, но я пыталась заглушить эту чертову боль, глотая все больше и больше. Мне так захотелось спать, а душевную боль перекрывала боль живота, мне становилось легче, хоть и встать с пола я не могла, таблетки, много пустых пачек валялись рядом со мной, окружая мое тело. Дышать было сложно, слезы катились градом, я понимала, на что я иду, я понимала, зачем я это сделала, чтобы заглушить мою боль, боль моего сердца, заглушить все, что есть живое для себя навечно, чтобы не чувствовать, чтобы не слышать. Из носа потекла кровь, но мой разум был затуманен, все двоилось. Сердце билось все реже, тук-тук, и в один момент перестало. Жизнь ушла вся, боль и отчаянье ушло, я ушла, оставив после себя только оболочку тела, бросив все. Я заглушила свою боль ценою своей жизни.