Мыльные Пузыри

      Ночь ожидаемо прошла беспокойно.       Крики Гермионы, полные ужаса, тоски и боли, будили весь дом.       Миссис Уизли недовольно ворчала, в очередной, бесконечный раз проходя мимо их с Джинни спальни на кухню, чтобы попить воды и деликатно постучаться в дверь Гермионы на обратном пути.       Джинни зажимала голову подушкой в попытках уснуть, матерясь в полголоса.       От мистера Уизли не было слышно ни звука. Не исключено, что он как многодетный отец, привыкший к шуму и несмолкающим ночным крикам, был тем единственным в Норе, кто полноценно выспался этой ночью.       Гарри наперегонки с Роном предпринимали попытки успокоить Гермиону и крутили ручку двери в бесполезных порывах попасть к ней в комнату, но дверь, запечатанная чарами, не поддавалась.       Ближе к утру крики внезапно стихли.       Это показалось Поттеру странным, но он всячески заглушал беспокойство, зародившееся в груди.       Когда же вновь заторможенная и медленно реагирующая на вопросы Гермиона вышла на кухню, смутное беспокойство Гарри вылилось в неутешительное осознание.       Она снова выпила зелье Сна без сновидений — не смогла выдержать натиска собственных мыслей, которые не оставляли её в покое даже во сне…       — Позволишь за тобой поухаживать? — мягко улыбнулся подруге Поттер, поставив чайник на огонь.       — Я не против, — измученно улыбнулась Гермиона, присаживаясь за кухонный стол и выкладывая перед собой руки с изъязвлениями на пальцах.       Гарри поджал губы, едва заметно хмурясь.       Такова была Грейнджер…       Если она не могла немедленно найти ответ на мучавший её вопрос, она начинала монотонно ковырять свои многострадальные пальцы, как бы наказывая себя за отсутствие подходящего решения.       — Снова наказываешь себя… — с тихой укоризной в голосе проговорил Гарри, скользнув взглядом по стушевавшемуся лицу Гермионы: — Мы же обсуждали это вчера…       — Не так просто перестать винить себя, и… — тяжело сглотнув, Гермиона рывком убрала руки со стола и едва слышно закончила: — Кажется, у меня проблемы…       — Ты о чём-то конкретном? — нахмурился Гарри, поставив на стол две чашки кофе и присаживаясь за стол напротив Гермионы.       Быстрый, какой-то птичий кивок.       Тихий, на грани слышимости шёпот:       — У меня галлюцинации, Гарри… очень реальные. Я поняла, что мне всего лишь померещилось только утром… я чуть не умерла от ужаса.       — Что? Что тебе показалось, Гермиона? — нахмурившись, подался вперёд Гарри, наблюдая за тем, как болезненно сморщилось лицо Гермионы.       — Нет… нет, я не могу сказать. Это слишком страшно, — замотала головой Грейнджер, всхлипывая: — Я даже говорить об этом не хочу… просто… я думаю, что это из-за резкой отмены зелья, поэтому я всё-таки решила принять небольшую дозу.       — Ми… — разочарованно протянул Гарри, откидываясь на спинку своего стула и пристально вглядываясь в её бледное лицо: — Ты ведь понимаешь, что это не выход?       — Я пока не вижу выхода… — Гермиона сделала большой глоток из своей чашки и отвела в сторону блестящие от слёз глаза.       — Зато я вижу… — решительно поднялся со своего места Гарри.       Быстрым шагом Поттер, не обращая внимания на слабые протесты Гермионы, прошёл в её комнату и, выхватив палочку из кобуры на плече, произнёс:       — Акцио, зелье Сна без сновидений!       В ладонь прыгнула связка туго стянутых канцелярской резинкой скляночек с фиолетово-пурпурной жидкостью внутри.       — Гарри, прекрати, — выдохнула Гермиона, устало опираясь плечом о дверной косяк: — Не стоит…       — Нет, стоит! — твёрдо проговорил Гарри, прямо глядя в её глаза: — Я не хочу смотреть, как ты травишь себя этой дрянью. Я не хочу видеть, как ты медленно умираешь, и я должен был сделать это сразу, как только понял, что и к чему!       Размахнувшись, Поттер швырнул связку склянок об пол.       Влажно звякнув, бутылочки разлетелись на блестящие мелкие осколки и фиолетово-пурпурный веер брызг по светлым доскам.       — Вот и всё… — облегчённо пробормотал Поттер, не глядя под ноги и бормоча очищающее заклинание.       Помедлив, он подошёл к Гермионе и заключил её в объятия.       Подбородок Поттера упёрся в затылок Гермионы. Его дыхание ерошило мелкие кудряшки, щекотало шею.       Тихий, успокаивающий голос Гарри заставил Гермиону блаженно прикрыть глаза и прижаться к нему ещё теснее:       — Мы справимся со всем, слышишь? Ты никогда не бросала меня. Теперь моя очередь…       Всхлипнув и не находя в себе сил на слова, она кивнула, чувствуя, как едва ощутимое напряжение в руках Поттера ослабевает.       Ей стало легче. Немного. Но сейчас этого было достаточно.