Мыльные Пузыри

      Жёсткие ворсинки мата в тренировочном центре, впивающиеся в нежную щёку Гермионы, стали для неё уже как родные. Наверное, она могла пересчитать каждое пятнышко, каждую выемку на ринге. С усилием поднявшись на руках, Грейнджер выплюнула кровь от прикушенного языка. Твою мать, на ней не было живого места: казалось, болели даже волосы, а что творилось с телом, страшно было даже подумать. Сейчас она напоминала себе одну сплошную гематому.       — Кадет Грейнджер, ты долго будешь валяться без дела? — зычный голос тренера ударил молотом по ушам.       Гермиона попыталась подняться на ноги, используя силу рук, но конечности были настолько ватными, что единственное, чего она добилась — это снова поприветствовала мат своим лицом.       — Тренер, может, стоит дать Гермионе передохнуть? — Грейнджер хмыкнула прямо в грубую ткань, поднимая крупицы пыли. Гарри какого-то чёрта решил взять над ней протекцию в Подготовительном Центре авроров.       — Поттер, — взревел тренер Коэн. — ты что, считаешь, раз победил змееподобного еле живого волшебника, кое-как размахивая палочкой, то сразу стал подготовленным аврором?       — Ну, не такой уж он и был слабый, — пробурчал Поттер.       Она приготовилась. Ой, что сейчас начнётся. Вот так было всегда — Гарри никогда не мог просто промолчать.       — Десять кругов по залу, быстро! — прошипел Коэн. Гермиона, даже не смотря на него, могла отчётливо представить, как у тренера зашлись желваки от такой наглости. — Если ты будешь и дальше с ней сюсюкаться, она так и останется мешком из мяса и костей. Пошёл.       — Слушаюсь, тренер, — проворчал Гарри, по звуку спрыгивая с ринга и начиная свой марафон в десять кругов.       — Итак, кадет Грейнджер, ты всё-таки решила сдаться? Что ж, неудивительно, книжки ведь проще, — она знала этот метод руководителя центра подготовки — Эшли Коэна, но в очередной раз вскипела кровь, и перед глазами вновь предстал домик в Австралии, объятый пламенем.       Сцепив зубы, Грейнджер поднялась сначала на руках и, оттолкнувшись, заставила себя встать на ноги. Она не позволит себе быть слабой, больше — нет. Вытерев тыльной стороной ладони кровь, перемешанную с потом, Гермиона открыто посмотрела на Коэна. Тот после своих слов будто полностью потерял к ней интерес и слишком внимательно наблюдал за парочкой таких же новобранцев, которые сейчас спаринговались на соседнем мате.       — Ми, — тихий осторожный голос отвлёк Гермиону от расчленения тренера взглядом.       Рон стоял у края ринга так, чтобы Коэн его не увидел, хотя она сказала бы, что тот просто не обращал внимания на Уизли намеренно.       — Что? — хрипло спросила Грейнджер. Голубые глаза Рона смотрели с какой-то опаской, жалостью, и вот в такие минуты ей хотелось опробовать на нём все свои приобретённые навыки.       — Может, хватит? Ты только калечишь себя, — этот разговор происходил у них каждый день уже на протяжении трех месяцев, как она пришла в Подготовительный Центр.       — Рон, ты знаешь мой ответ, — Гермиона отказывалась бросать всё на полпути. У неё была цель, и для её достижения она готова снова и снова «целовать» тренировочный мат.       — Уизли! Тебе заняться нечем или ты решил присоединиться к своему дружку? — Коэн всё-таки обратил на них внимание.       Рон подскочил как ужаленный и на удивление быстро ретировался. Грейнджер только покачала головой — в этом был весь он. Повернувшись к тренеру, она потуже затянула эластичные бинты на сбитых костяшках.       — Ну что, Грейнджер, готова к новому раунду? — оскалился как хищник Коэн, обещая всем своим видом, что Гермиона не будет для него исключением из-за своего пола, и за это она была ему благодарна. Ей не нужна жалость, не нужна мнимая забота. Единственное, что ей нужно — это стать сильнее и выпотрошить Малфоя как дичь на охоте.       — Конечно, тренер Эшли, — улыбнулась в ответ Грейнджер, отчего недавно зажившая губа лопнула. Гермиона облизнула ранку, чувствуя на языке вкус металла и собственной крови. Она готова.