Мыльные Пузыри

Гермиона тенью проскользнула в маленькое неприметное кафе в центре магловского Лондона и заняла самый дальний столик в тени высокого фикуса. У нее еще было несколько минут до назначенного времени и Грейнджер, не упуская ни одной секунды, раскинула сеть отслеживающих и проявляющих чар по всему небольшому залу. Осторожность не бывает лишней. Еще раз оглядев помещение цепким взглядом, Гермиона позволила себе немного расслабиться. Она не планировала эту встречу, но по какой-то причине именно сегодня Грейнджер решила ответить на еженедельный патронус Гарри с просьбой увидеться. В оправдание собственному поспешному решению, Гермиона убедила себя, что это лишь ради получения новой информации, а не потому, что она соскучилась. Хлопнула входная дверь и в скупо-освещенное кафе спешным шагом зашел Поттер. За полтора месяца он ничуть не изменился. Внутри, там, где билось сердце, сразу потеплело, все-таки как бы она не пыталась себя обмануть — она скучала по Гарри. Поттер сдвинул брови, осматривая небольшое кафе и в момент, когда его взгляд выхватил фигуру Гермионы, частично скрытую высоким растением, его лицо тут же озарила радостная улыбка. Гермиона не могла не улыбнуться в ответ. Ни теряя ни секунды, он в несколько шагов пересек расстояние между ними и остановилась в паре шагов, четко выполняя ее инструкции, которые она отправила ему ранее. Грейнджер не стала тянуть фестрала за рога и быстро бросила несколько невербальных заклинаний в Гарри. После еще раз проверила на наличие нежелательных персон в помещение, которые могли прийти с ним. Последним была проверка мантии невидимки, которую Поттер сейчас сжимал в руке. Гермиона молча дала понять, чтобы он показал старинный артефакт. Она, как никто другой, знала, как с помощью этой вещицы можно было скрыть свою присутствие. Гарри понял ее без слов и положил мантию на небольшой столик. Гермиона проверила артефакт несколькими заклинаниями и когда уверилась в том, что это оригинал, смогла, наконец, расслабить напряженные плечи и улыбнуться. Однозначно она страдала острой формой паранойи. — Я могу теперь тебя обнять? — ворчливо спросил Поттер, тем не менее его тон никак не соответствовал сияющей улыбке на лице. — Конечно, — засмеялась Гермиона и раскрыла руки для объятий. Ее тут же окутал запах патоки и Гарри, ее Гарри. Гермиона глубже вдохнула такой родной аромат, наслаждаясь приятным ощущением дома. Но объятия длились недолго, Гермиона первая разорвала контакт, возвращаясь на свое место за маленьких столиком и приглашая Поттера присоединиться. — Как ты? — спросила Грейнджер, внимательно всматриваясь в лицо лучшего друга. Он однозначно похудел, а лицо стало более острым, Гермиона бы даже сказала, что Поттер выглядел взрослее. — Если я скажу, что хорошо, ты поверишь? — вздохнул он. — Я сижу напротив тебя и наблюдаю как под твоими глазами образовались мини-котлованы, так что вряд ли, — горько усмехнулась Гермиона, намекая на черные круги под изумрудными глазами. — И ничего-то от тебя не укроешь. Давай я возьму нам кофе и поделимся нашими бедами, — улыбнулся Поттер, на что получил одобрительный кивок от Гермионы. Кофе, как и Гарри, не заставили себя долго ждать. — Черный без сахара? — спросил Гарри, ставя перед Гермионой высокий бумажный стаканчик с кофе и кладя рядом два пышных круассана. — Как обычно, — улыбнулась Гермиона, тем не менее, прежде чем сделать первый глоток, она проверила напиток на зелья, что не могло не укрыться от натренированного глаза аврора Поттера. — Не доверяешь? — грустно улыбнулся Гарри. — Я теперь никому не доверяю, Гарри, извини, — ее слова не звучали как оправдание и даже «извини» было больше для проформы. Гермиона и Гарри были аврорами с трехлетним стажем, и постоянная бдительность стала частью их самих. — Главное — не покупай себе глаз-проявитель, — засмеялся Гарри, он даже не думал обижаться, за что Гермиона его и любила. — О, не думаю он не подойдет к моему стилю, — подхватила она, вспоминая жуткое устройство Грюма. — Гермиона, я скучал по тебе, — внезапно оборвав смех, сказал Поттер. — Без тебя все как-то не так, Рон себе места не находит, перевернул вверх-дном и вашу комнату в Норе, и твою комнату на Гриммо, и даже кабинет в министерстве. — И как успехи? Нашел что? — с толикой злорадства спросила Грейнджер, делая глоток горячего напитка. — Нет, — нахмурился Поттер, — Но ты это, и так, знаешь, верно? — Было бы глупо уйти и оставить зацепки как меня найти, — пожала плечами Гермиона, тем не менее внутри стало как-то спокойнее, всегда оставалась возможность, что она могла что-то забыть или не уничтожить какие-то бумаги. — Ты не скажешь, где тебя можно найти, — Гарри не спрашивал — утверждал. — Нет, Гарри, я пока не готова. Мне нужно кое с чем разобраться, а это я смогу сделать только сама, — внезапный порыв и вот уже Гермиона накрывает теплую руку своего друга, убеждая того дать ей еще время. Не сказать, что Гермиона не доверяла Гарри, но сейчас слишком много было поставлено на карту. — Так и знал, — вздохнул Поттер и сжал ее ладошку в своей руке, — Но ты ведь скажешь, если тебе понадобится помощь или еще что-то? Ты ведь знаешь, что можешь всегда на меня положиться? Его слова были пропитаны искренностью и надеждой, и Гермиона не могла не пообещать: — Конечно, — мягко проговорила она, — Гарри, ведь ты мой лучший друг. А теперь расскажи мне, что у вас происходит? Из «Ежедневного пророка» мало что можно выяснить, но даже то, что я смогла уловить между строк… Мне показалось какой-то откровенной чушью, — Гермиона не сводила глаз с со своего друга. — Знал, что ты спросишь, — Гарри протяжно выдохнул и откинулся на спинку стула, запрокидывая голову к потолку. — Я даже не знаю, как это описать, кажется, что после твоего ухода все пошло по одному месту. — А конкретнее, — Гермиона подалась вперед, стараясь не пропустить ни единого слова. Информация от действующего аврора дорогого стоила. — Помнишь закон о маглорожденных? — Гермиона кивнула, показывая, что хорошо помнит этот закон. — Многие семьи, особенно те, в которых есть свои дети, естественно не обрадовались возможности взять еще одного ребенка под свою опеку. И чтобы побудить их, министерство теперь предлагает щедрое вознаграждение за каждого подопечного. — А что родители-маглы? — у Гермионы в очередной раз все похолодело внутри. Вознаграждение за подопечных, звучало как… — Тишина. Все подается так, будто родители сами соглашаются отдавать своих детей, ради их и общего блага. По мне так это все выглядит как торговля детьми, — Гермиона вздрогнула, Гарри озвучил то, о чем она отказывалась думать. — А что с нападениями? — она решила сменить тему. С маглорожденными они разберутся позже, сейчас ее интересовали так называемые теракты. Тем более, что совсем скоро она в прямом смысле породнится с, так сказать, самыми опасными преступниками. —Я не уверен, что могу тебе это рассказывать, — Гарри потупил взгляд и с какой-то опаской взглянул на нее. Она никак не показала своей излишней заинтересованности. Однако это не отменяло того, что Гермионе важно было знать, что происходит. Поэтому она слегка расслабилась и постаралась придать своему лицу выражение полнейшего понимания. — Я понимаю тебя, — кивнула Грейнджер, перемешивая остывший кофе деревянной палочкой. Она не поднимала взгляд на Гарри, продолжая говорить, — После смерти Коэна, я не хотела ничего слышать о рейдах или нападениях, казалось, если такой опытный аврор как Эшли не выжил в рейде, то что говорить о нас? Гермиона подняла глаза и постаралась всем своим видом передать Гарри свои эмоции: злость и отчаянье, а еще немного страха. Отчасти то, что говорила Гермиона было правдой, но лишь отчасти. Она ушла не потому, что испугалась или не могла пережить потерю своего наставника и друга, она ушла по причине явного предательства со стороны своих же, особенно того, кого она считала семьей. — Прости, я не думал, что все обстоит именно так. Я не могу раскрыть тебе всех деталей, но одно могу сказать, нападений меньше не стало и их цель все та же — магло-магические поселения. — Хоть что-то предпринимается для того, чтобы это остановить? — Гермиона говорила сдавленно, она всеми силами удерживала себя от вспышки гнева. Сейчас нужно было оставаться спокойной, сейчас важна была информация, а не эмоции. — Реестр палочек, — скупо ответил Гарри и замолчал. — Что? — Грейнджер удивленно посмотрела на друга, не совсем понимая, о чем он говорит. — Министерство обязало всех зарегистрировать свои палочки для того, чтобы наложить на них отслеживающее, — Гарри хмурился, она видела, как ему не нравилась эта идея и неудивительно — уж очень все походило на то, что делалось при правлении Волан-де-Морта. — И как к этому отнеслись? — Гермиона скупо задавала наводящие вопросы, не вдаваясь в детали. Пока Гарри говорил, нужно было ловить каждое слово. — Не сказать, что в восторге, но министерство снова все обставило в свою пользу. Все ради безопасности и поимки Пожирателей. Обещают, что отслеживать будут только запрещенные заклинания и еще… — Что? — Гермиона не могла придумать, что еще может быть хуже постоянной слежки. — Все родственники пособников Волан-де-Морта обязаны проходить оценку в министерстве. Без исключения. — Мне казалось, что все, кто был причастен к деяниям Тома уже давно либо арестованы, либо убиты, либо бежали, — Гермиона вспомнила леди Паркинсон и Нотта-старшего и волна ненависти к этим ублюдкам поднялась к горлу, сдавливая мышцы. — Да, но остались и дальние родственники: племянники и племянницы, кузены и дальше по родовым ветвям, — Гарри замолчал, давая Гермионе время осознать масштабы. Дальние родственники, скорее всего дети или те, кто связан лишь фамилией и давними родственными связями. Затылок обдало холодом — министерство не просто проверяет, оно разбивает волшебников на классы. Когда общество разрозненно — им легче управлять, плюс маглорожденные, которые изначально будут расти в магическом мире и не знать альтернатив. — Дети не должны платить за деяния своих родителей, — прошептала Гермиона, сжимая свой стаканчик в руке. — Да, не должны, — согласился с ней Гарри. — Но это уже началось, из Хогвартса забрали племянниц Селвина и Рабастана. Сейчас они проходят оценку. Гермиона, им всего по пятнадцать лет. Последнее Гарри буквально прошептал с такой яростью и отчаяньем, что Гермиона прямо сейчас готова была забрать своего друга с собой — объединившись, они точно могли остановить все, что творило министерство. Им это было не впервой. А объясниться можно и позже, Гермиона точно знала — Гарри поймет. — Это какой-то сюр, — тихо ответила она, потирая лицо, стараясь унять бушующее эмоции. Как бы ей ни хотелось, она не могла вот так взять и втянуть Поттера в свою войну. Сейчас вопрос стоял не только в Гермионе, после вечера воспоминаний, она отчетливо начала осознавать ответственность за троих так называемых Пожирателей. И рассказать сейчас все Гарри — значило подставить под удар Пенси, Блейза и Тео. Гермиона не могла так рисковать. — Возможно если бы ты осталась, мы могли бы что-то придумать, — горько усмехнулся Гарри и сразу же добавил. — А возможно и нет. Трудно бороться с системой. — Вряд ли бы нас двоих послушали, Гарри, — Гермиона постаралась успокоить друга и снова положила руку на его ладонь слегка сжимая. — А что Рон и семья Уизли? Гарри словно ударило хлыстом, он резко выпрямился, а лицо превратилось в безэмоциональную маску, и только в зеленых глазах запылал совсем недобрый огонь. — Они одни из тех, кто считает, что министерство делает все правильно, Гермиона кивнула его словам. Она так и думала. А Гарри тем временем продолжил: — Я пытался поговорить сначала с мистером Уизли, потом с Роном, но это как биться об глухую стену. Эффекта, наверное, было бы больше. — А как они объясняют…? — Никак, говорят, что так будет лучше для всех и что Бруствер знает, что делает. Такое чувство, что после войны они словно забыли обо всем и теперь с радостью принимают новую реальность. Пока она их не касается и пока у них есть финансы и связи. Гермиона нечего было на это ответить. Гарри был прав, пока Уизли обладали тем, чего были лишены несколько десятилетий, они будут в ряду первых, кто поддержит министерство. И не просто поддержит, а активно будут содействовать созданию этого нового лучшего мира. Грейнджер бросила короткий взгляд на часы над баром и только сейчас поняла, что они проговорили дольше, чем она рассчитывала. Ей уже было пора. Гарри словно прочитав ее мысли, грустно улыбнулся: — Видимо тебе пора. — Да, Гарри прости, — Гермиона поднялась и подошла к Гарри для прощального объятия. — Мы скоро снова увидимся, а пока, я прошу тебя, не делай глупостей. — Удивительно, что это ты мне говоришь. Не я сбежал ото всех и теперь прячусь неизвестно где, — ухмыльнулся Гарри, выпуская ее из кольца рук. — Я не бежала, мне просто необходимо время и пространство, — Гермиона мягко улыбнулась другу, накидывая пальто на плечи. Она вышла из кафе, ни разу не обернувшись. В лицо ударил косой дождь, и Гермиона плотнее запахнула пальто, заворачивая в темной проулок. Она не могла раскрыть Гарри, где сейчас живет и что планировала делать, пока что не могла. Но что она могла сделать, так это подкинуть другу небольшую зацепку на что стоит смотреть и где искать. Гермиона надеялась, что Поттер поймет. Новости, которые рассказал ей Гарри стали для нее оглушительными. Конечно же, она уже знала, что аврорат использует своих же для подставных рейдов, но чтобы спустить всех собак на ни в чем неповинных волшебников, да еще и детей. Это было слишком. Гермиона дошла до темного переулка и, проверив нет ли кого поблизости, с тихим хлопком аппарировала прямо к дверям бара Забини. Зайдя в теплое, пахнущее деревом и кожей, помещение, Гермиона обдумывала дальнейшие действия после создания рода. Несмотря на желание помешать министерству, у нее была клятва отмщения и если она ее не исполнит, то никогда не сможет жить спокойно. Поэтому в мысленном списке под номером один стоял Малфой. Он всегда был ее целью и это не изменилось, а потом, когда она утолит свою жажду мести, они разберутся и с министерством. Гермиона не допустит, чтобы они творили все, что им вздумается и особенно использовали ради этого таких как она. Не останавливаясь, Грейнджер прошла прямо к кабинету Забини и без стука вошла. Пенси и Тео уже были там, Блейз, как всегда, сверкал белозубой улыбкой. — Опаздываешь, душенька, — усмехнулся Забини, вставая из-за рабочего стола. — Были дела, — скупо ответила Гермиона, обводя всех присутствующих внимательным взглядом. На лицах каждого отчетливо виднелись события прошлой ночи, Гермиона подумала, что она выглядела не лучше. — Собирайтесь, мы отправляемся в одно защищенное место, — на Гермиону в удивлении уставились три пары глаз, но никто не сказал ни слова, когда подошел к ней для аппарации. Гермиона еще раз посмотрела на тех, кого буквально недавно считала врагами и улыбнулась. Что же, мир меняется, и старые враги станут самыми надежными союзниками, а потом они разрушат то, что пытается создать министерство, но прежде каждый из них отомстит. Под первым пунктом появился второй: отомстить всем, кто причинил боль ее новой семье.