Мыльные Пузыри

В хижине было теплее, чем она помнила. Или это ее продрогшее тело так реагировало на перепад температур, но Гермионе казалось, что она вошла в жарко-натопленную сауну. Малфой с удобством разместился в ее кресле и выглядел так, словно не его некоторое время назад заманили именно сюда, а после связали и грозились убить. Гермиона сделала шаг, еще один. Пока Малфой сидел к ней спиной, и она могла видеть только его затылок и плечи, можно было даже забыть, что это его она желала убить всем своим естеством. Но что будет, когда она увидит его лицо? Гермиона не была наивна. Она прекрасно была осведомлена о своих недостатках и скверных чертах характера и знала, как может среагировать на Малфоя, даже несмотря на то, что самолично убедилась в его невиновности. Но после стольких лет, когда она день за днем представляла его лицо и как будет медленно и с удовольствием вершить свое правосудие — выдержать разговор с этим аристократом и не попытаться его убить будет непросто. — Малфой, — Гермиона остановились на середине пути, между входной дверью и пятачком перед камином. Она не собиралась идти дальше. Будет лучше, если Грейнджер установит дистанцию. Малфой поднимался медленно, с некоторой ленцой, растирая красные отметины на запястьях от веревок. Гермиона не могла не заметить, что со спины он выглядел очень даже ничего. Высокий, с широкими плечами и сильными мускулистыми руками, которые были заметны даже через водолазку — он не производил впечатление изнеженного мальчика. Больше нет. Но стоило ему повернуться, как все мысли о его телосложении вылетели из головы. Гермиона так сильно сжала челюсть, что казалось еще немного и она сотрет в пыль зубную эмаль. Она смотрела в лицо собственного насильника и убийцы. И только Мерлин знает, чего ей стоило не послать в него смертельное проклятье. — Итак Грейнджер, вижу ты вернулась. С нетерпением жду твоих извинений. И прошу не скупись в словах, — Малфой выглядел крайне самодовольно, но приглядевшись чуть лучше, Гермионе показалось, что это была лишь маска. Возможно, слишком серьезный взгляд или напряжение плеч, но что-то все же выдавало то, что он относится к этой ситуации не так легкомысленно, как пытался показать. — Не вижу причин приносить извинения, — Гермиона сложила руки на груди и перевела взгляд на оранжевое пламя в камине. Так было проще. Так она могла с ним говорить. — Нас двоих использовали. Кто-то похитил твою личность, чтобы навредить мне —логично, что я хотела справедливости. — У тебя какое-то извращенное понимание справедливости, Грейнджер. Или в аврорате учат, что вместо суда и следствия проще расправиться с человеком? — сквозь показное самодовольство Гермиона смогла услышать в его голосе явное напряжение и недовольство. — Нет, этому в аврорате не учат, — ответила она, продолжая наблюдать за тем, как огонь облизывает поленья. В единственной в доме комнате становилось все жарче и Гермиона почувствовала, как по спине скатилось несколько капелек пота. — Хм, странно. А я вот уверен, что все наоборот, — она резко перевела взгляд на Малфоя и тут же пожалела о своем опрометчивом поступке. Перед глазами возник образ из прошлого: мерзкая похотливая улыбка и черные глаза, в которых едва ли можно было увидеть серую радужку. Ей пришлось срочно перевести взгляд на что-то другое. Комната перед глазами начала вращаться, во рту появился привкус желчи. Становилось жарче, Гермиона уже отчетливо ощущала, как горят ее щеки, как очередная капелька пота скатывается теперь уже по виску. Не выдержав удушающего жара, Грейнджер махнула рукой, распахивая настежь дверь и окна. Ей нужен был свежий воздух. — Гермиона, — Пенси, как ее личный хранитель, тут же оказалась подле нее, но Гермиона лишь махнула головой. Лесная прохлада пробиралась в комнату медленно. Сначала Грейнджер почувствовала затылком, как легкий ветерок колышет прилипшие волоски, следом предрассветный воздух лизнул горящие щеки, остудил пылающую голову и унял головокружение. Гермиона смогла вдохнуть полной грудью. — Я с тобой не собираюсь обсуждать методы и систему обучения в аврорате, — к ней вернулось прежнее хладнокровие. Хотя бы на сейчас. — Тогда какого хера вы меня тут держите? Ты узнала все что хотела, не вижу причин более оставаться тут, — Малфой отзеркалил ее позу, сложив руки на груди, и как бы она ни пыталась концентрировать внимание на чем-то другом, ее взгляд все равно так или иначе возвращался к нему. — В чем-то ты прав. Я действительно узнала, что ты невиновен, но это не все, что я хочу, — Гермиона сделала паузу, вдыхая полной грудью свежий воздух. Одно из поленьев треснуло и раскололось надвое, поднимая сноп искр и унося их в дымоход. — Я предлагаю тебе сделку. Позади послышался хрип, а рядом Пенси резко втянула в себя воздух. Гермиона не обратила на это никакого внимания, продолжая как завороженная наблюдать за огнем в камине. На периферии зрения мелькнула платина и стала ближе. И взгляд Гермионы снова остановился на Малфое. Она пыталась смотреть куда угодно: на широкую грудь в черной водолазке, на отдельные пряди платиновых волос, которые колыхал ветер, на пульсирующую жилку прямо над воротником. Куда угодно — только не на его лицо. — Премного благодарен, но я пас, — хмыкнул Малфой и пошел вперед. Тело Гермионы тут же напряглось, принимая боевую стойку. Она подняла глаза от его шеи и столкнулась с насмешливым взглядом глубоких серых глаз. — Разве не ты буквально вчера, просил Блейза прийти? — если абстрагироваться от всего лица, то она могла смотреть ему в глаза. По крайней мере, сейчас она видела в них привычное высокомерие и насмешку и это было хорошо. Это было терпимо. Это было именно тем, что нужно. — Видимо, я ошибся, — Малфой дернул плечом и прошел мимо Гермионы, даже не взглянув на нее. — Вы тут все прекрасно обосновались, вон даже гнездышко обустроили, так что пардон муа. Она слышала, как Забини что-то громко шептал Малфою, видимо уговаривая того задержаться, чувствовала кожей возмущение Паркинсон и веселье Нотта. Что ж, раз он не хочет обсудить все мирно, у Гермионы был один козырь, который точно не оставит Малфоя равнодушным. — Поможешь мне, и я помогу найти твоего отца. — в комнате резко стало тихо и только треск огня да легкое завывание ветра стало аккомпанементом ее слов. — Что ты сказала? — Гермиона почувствовала позади себя движение, а потом услышала голос Тео. — Держись подальше, дружок, если дорожишь своей шкурой, — она обернулась. Между ней и Малфоем стоял Тео. Он защищал ее от Малфоя или Малфоя от нее? Было неважно. Главное, что Нотт понимал — Драко Малфою стоит подумать несколько раз, прежде чем прикасаться к Гермионе. — Услуга за услугу. Ты помогаешь мне, а я помогаю тебе найти Люциуса — повторила Гермиона. — И что же ты от меня хочешь? — Малфой сделал шаг назад от Тео и от нее, ближе к двери. Но Гермиона видела, он не торопился уйти. — Мне нужен твой талант легилимента, — озвучила Гермиона. Она не смотрела ни на кого, кроме Малфоя, но чувствовала, как четыре пары глаз пристально ее рассматривают. Возможно, они уже поняли ее замысел, а может быть гадают, зачем ей легилименция — с этим Гермиона разберется потом. Сейчас ей важно было не упустить единственного человека, который обладал этим талантом и который учился у сильнейших. А в том, что его обучали — Грейнджер не сомневалась. Малфой молчал. Его глаза сузились до двух щелочек, сквозь которые проглядывало чистейшее серебро, желваки на щеках ходили ходуном, а ладони сжались в кулаки. Гермиона видела, как в нем борются два желания: послать ее куда подальше либо согласиться и, быть может, найти отца. Да, Малфой, мы с тобой по уши в дерьме. — Естественно, ты можешь все обдумать и сообщить позже, — Гермиона натянула кривую улыбку. Пора было заканчивать. Она чувствовала, как жар снова приливает к ее лицу, как потеют ладони и липнет водолазка к мокрой спине. С ней творилось что-то не то, и она хотела как можно скорее остаться одна. — Естественно, — прошипел Малфой и на пятках развернулся к двери. — Я сообщу о своем решение через Блейза. Ему никто не ответил. Гермиона не сводила глаз с прямой спины, которая спешно пересекла площадку перед домом и скрылась в чаще леса. — Я его доведу до границы барьера, — внезапно сказал Блейз, спеша выйти из дома и догнать Малфоя. — Забини, — Блейз обернулся, не решаясь сделать следующий шаг. — Не забывай, кто твоя глава рода. Блейз молча кивнул и скрылся вслед за Малфоем. Только когда он исчез из виду, Гермиона смогла слегка прикрыть глаза. Ей срочно нужно было лечь, мир снова начинал вращаться как заведённая карусель. — Встретимся завтра — Гермиона чувствовала, как силы ее покидают. Она даже не посмотрела на Тео и Пенси, в надежде, что они все поймут и оставят ее одну. Из последних сил Гермиона пересекла зону гостиной и, обогнув стеллаж, оказалась в прохладной части комнаты, где стояла кровать. Единственное окно в этой части дома так же было распахнуто настежь и сейчас открывало вид на сереющий в предрассветных сумерках лес. Последнее, что помнила Гермиона, — как она сбросила одежду и, оставшись в одном нижнем белье, упала на кровать. А затем — пустота.

***

Драко шел, не глядя. Просто шагал вперед, в надежде поскорее оказаться где-нибудь еще, только не здесь. В голове крутились абсолютно нерадостные мысли. Его внешность не просто украли, ее использовали для одного из самых мерзких и низких поступков, которые Малфой мог только придумать. Кто-то, видимо, очень хотел не просто опорочить его имя, неизвестный сделал все, чтобы Грейнджер желала ему смерти. Ему это почти удалось, если бы не Забини. Забини. Малфой остановился и поднял глаза к светлеющему небу. Он никогда не мог предположить, что его друзья объединятся с Гермионой Грейнджер. Но сегодня, видя, как Тео, став буквально тенью, прикрывал ее спину, как Пенси, стоило только Грейнджер начать терять контроль, сразу же оказывалась рядом, и как Блейз, Блейз, которого Малфой всегда считал несерьезным, сейчас сделал все, чтобы Грейнджер получила то, что хотела. А хотела она — голову Малфоя. И Драко был уверен, если бы он оказался повинен в том, в чем его обвиняли — эти трое не посмотрели бы на их многолетнюю дружбу и с готовностью помогли бы «золотой девочке» с ним расправиться. Ну что ж, Драко, ты снова один и еще в большем дерьме, чем был до этого. Малфой криво усмехнулся и только сейчас заметил, что он остановился прямо посреди выжженной части леса. Он отчетливо чувствовал, как все это место пропитано магией, яростной и бесконтрольной. Что тут произошло? Учитывая отдаленность от дома и магический всплеск, который мог уничтожить часть столетнего леса, возможно ли что это была..? Мысль не успела сформироваться, Малфоя отвлек звук шагов позади. — Драко, — голос Блейза звучал глухо и устало. — Решил проверить, ушел я или нет или может не приведу ли сюда кого-то еще? — Малфой даже не обернулся, он смотрел прямо перед собой и планировал продолжить свой путь. Где-то точно должна была быть граница антиаппарационного барьера. Он был в этом уверен, как-то же Грейнджер его сюда притащила. — Вряд ли у тебя сейчас найдется хоть кто-то, кого ты сможешь сюда привести. Все либо мертвы, либо бежали из страны, — Забини бил по больному, по самой мысли, что Малфой остался без поддержки, совершенно один, — А по поводу второго, в какой-то мере ты прав, я решил проводить тебя до границы барьера. Лес густой, заблудишься еще. — Какая любезность с твоей стороны, — Драко склонил голову вбок и краем глаза увидел, как Блейз подходит ближе, абсолютно не опасаясь того, что Малфой мог бы и напасть на него. — Ты меня обижаешь, я же сам гостеприимность, — Блейз обошел Драко и теперь стоял перед ним спиной. Абсолютная беспечность, Малфой не мог не указать на это. — Ты настолько меня недооцениваешь, что даже спиной повернулся. Неужели не боишься, что я в отместку нападу на тебя? — палочка Малфоя была зажата у него в руке, но он не торопился пустить ее в ход. Не было желания. За эту долгую ночь, он дико устал. — Я прекрасно знаю на что ты способен, Драко, — спокойно ответил Забини и пошел вперед, побуждая Малфоя следовать за ним. — И я уверен, что несмотря на это недоразумение, ты не опустишься до мелкой мести. — Я бы не называл нападение в собственном доме, преследование, похищение и попытку убийства — недоразумением, — Драко ничего не оставалось как последовать за Забини. Они пересекли поляну и снова вошли в глухую чащу. — Ты забыл шантаж, — губы Блейза растянулись в легкой улыбке, Малфой на это замечание лишь закатил глаза, продолжая шагать меж елей и кустарников. — Так зачем ты пришел? Не нужно мне втирать про роль провожатого — я ни хера тебе не поверю, — особенно сухая ветка хрустнула под ногой Малфоя, где-то заухала сова. Сквозь плотные ветви деревьев пробился первый луч солнца. Наступило утро. — Я хочу попросить тебя подумать, Драко — начал Блейз, не смотря на него и не сбавляя шага. — Мы не просто так объединились с Гермионой, она видит ситуацию лучше, чем кто-либо из нас. — Ага. Скорее ее мозги уже давно двинулись на жажде мести, — Драко не до конца верил тому, что говорил, все же она его не убила. Но он был абсолютно уверен, что эта ведьма ненормальная. — Мы все такие, разве нет? — Блейз остановился, и когда Драко поравнялся с ним, он почувствовал, как проходит сквозь тонкий еле заметный барьер. Теперь он мог аппарировать. — Говори прямо, Забини. Я не в настроение вести светскую беседу, особенно в этой глуши. — Гермиона прекрасно понимает, что повлечет за собой убийство всех наших врагов и она готова на это. Не просто расквитаться со всеми обидчиками, а перекроить этот мир и сделать его пригодным к жизни даже таким, как мы. Именно поэтому мы согласились ее поддержать, именно поэтому мы стоим бок о бок с ней, — Блейз сделал шаг назад, внутрь барьера, и продолжил: — Что ее отличает от нас, это практически полное отсутствие эгоизма. Она приняла наши истории, как и мы приняли ее, она дала обещание, и она сдержит его. И сейчас я хочу, чтобы ты хорошенько подумал, кто может тебе помочь найти отца. Драко молчал. Он и без Блейза прекрасно понимал, что облажался на всех фронтах и у него ничего не осталось. — Я предлагаю тебе согласиться на сделку с Гермионой. Подумай сам — твой врожденный талант на помощь в поиске и освобождение отца. Мне кажется это более чем выгодная сделка. А ты ведь любишь выгоду, правда Малфой? — Блейз не стал дожидаться ответа. Развернувшись, он зашагал обратно, сливаясь с лесным сумраком. — Твою мать, — выругался Малфой и аппарировал. Малфой-менор встретил его лучами утреннего солнца, которые беспрепятственно проникали сквозь разбитое окно. Он без сил опустился на мягкую кушетку, прикрывая уставшие глаза. Сделка. С Грейнджер. Драко усмехнулся собственным мыслям. Это надо же, он ведь всерьез об этом задумался. С другой стороны, он знал ответ еще в ту минуту, когда Грейнджер озвучила свои условия. Драко еще некоторое время оставался в малой гостиной, пока солнце не поднялось выше к зениту. Открыв глаза, он поднялся на ноги, на губах играла легкая хитрая ухмылка. — Ну что ж, Гермиона Грейнджер. Раз тебе нужен легилимент — ты его получишь, — выходя из комнаты, в которую буквально прошлым вечером ворвалась упомянутая ведьма с желанием его прикончить, Драко уже знал свой ответ. Малфои всегда умели приспосабливаться и договариваться — и этот случай не был исключением. Услуга за услугу Гермиона Грейнджер. Услуга за услугу.