Последняя любовь

Вечер был прохладным, за окном моросил дождь, будто мир сам решил замедлиться. Оксана включила приглушённый свет, поставила на стол чайник и простое, но уютное угощение — запечённые яблоки с корицей и сыром. В доме пахло сладко и тепло. Регина пришла в простом свитере и джинсах, с чуть влажными волосами и лёгким румянцем от прохладного воздуха. — Я думала, мы просто чай попьём, — усмехнулась она, снимая куртку. — А мы и попьём, — ответила Оксана, — но просто… я соскучилась. В этот вечер разговор шёл легко. Они вспоминали смешные случаи из сада, говорили о будущем, смеялись. Но между смехом — взгляды. Долгие, тихие, наполненные. И вдруг — тишина. Та самая, что становится плотной, как ткань. Оксана подошла ближе. — Ты выглядишь красиво… как она. И в то же время — ты не она. Ты своя. Особенная. Регина смотрела на неё, не отводя глаз. — Я чувствую, будто прожила с тобой не одну жизнь. Но в этой… я хочу быть рядом. Не как тень. Как женщина. Оксана провела пальцами по щеке Регины. Осторожно. С замиранием. Их губы встретились мягко, неуверенно, как будто впервые. Потом — чуть смелее. Целуя её, Оксана чувствовала — здесь нет страха, нет вины. Только желание и трепет. Она взяла Регину за руку и повела в спальню. Там не было спешки. Одежда слетала медленно, с тихим шелестом. Каждое прикосновение было как признание — в том, как Оксана гладит её плечи, целует ключицу, проводит пальцами по талии. Регина отвечала так же нежно, но с жаром, с тоской по чему-то давно желанному. Их тела сливались в танце тихой страсти. Без грубости. Только дыхание, приглушённые вздохи, пальцы, вцепившиеся в простыни. Оксана шептала ей имя, не зная — чьё оно больше: Гульнур или Регины. Но в тот момент это уже не имело значения. Утром они проснулись в объятиях. За окном всё ещё моросил дождь. Но внутри было спокойно. На следующий день сад был как обычно шумен и полон детского смеха. Но для Регины всё звучало будто сквозь вату — будто она была не совсем здесь. Внутри неё всё металось: вспоминались ночные прикосновения, жар поцелуев, дрожь в теле и… шёпот Оксаны — "Ты моя". Она вошла в комнату тихо, как будто боясь своей тени. Оксана уже была там — причесывала девочку, говорила с ней ласково, как обычно. Но когда подняла взгляд на Регину, в нём на мгновение промелькнуло что-то — не просто тепло, а знание. Секрет. Связь. Регина отвела глаза. — Доброе утро, — тихо сказала она. — Доброе, Регина, — ответила Оксана чуть хрипловато, с мягкой полуулыбкой. И в эту секунду — заведующая. Она вошла с бумагами, глядя то на одну, то на другую. — У вас всё в порядке? — спросила она с прищуром. — А то в последнее время такие слухи пошли. Прямо кино какое-то. Регина похолодела. — Слухи? Какие? — голос дрогнул. — А ты не слышала? — усмехнулась одна из коллег. — Мол, ты и Оксана… ну, не просто сотрудницы. Видели, как вы на остановке друг друга провожаете, как Оксана тебя обнимает, когда думает, что никто не видит. Оксана в этот момент встала, положила руки на бёдра и спокойно, без колебаний произнесла: — А если и правда так? Вам-то что до этого? В комнате повисла гробовая тишина. Регина ощутила, как сердце застучало быстрее, как в груди вспыхивает жар. Заведующая хмыкнула. — Никому до этого дела нет, если работа не страдает. Всё остальное — ваша личная жизнь. Регина выдохнула. Но с облегчением пришёл страх — теперь всё настоящее. Всё по-настоящему. Она вышла в коридор, чтобы немного прийти в себя. Там её догнала Оксана. — Испугалась? — Не знаю… Это всё так быстро. Я до сих пор не понимаю, кто я. Чья я. Оксана приблизилась, почти не касаясь. — А мне всё равно. Главное — ты со мной. Хочешь — пойдём домой вместе. Сегодня. Без масок. Без вопросов. Просто ты и я.