Привязан по умолчанию

Школьная библиотека — одновременно самое уютное и самое нудное место во всей старшей школе Некома. Единственное, что тут можно услышать — так это шуршание страниц и шмыганье носов. Но вот если забраться немного дальше, зайти в глубь библиотеки по лабиринту из стеллажей, мимо секции научной фантастики, и дальше, к медицинским справочникам, а потом завернуть в уютное местечко с всемирной историей, то можно попасть в истинный рай на земле. Небольшой, забытый богом и уборщицей столик отрезают от остальной библиотеки три стеллажа. Вместо последнего завершающего импровизированную коробку — тут окно. Огромное окно сквозь которое льётся тёплый солнечный свет. Там, прямо над справочником «Краткий курс социальной истории» объемом с Властелина колец, с удобством расположился Куроо. В жизни бы он по своей воли не пошёл в библиотеку. Но учитель истории с своим идиотским проектом решила иначе. Он сидел прямо на полу и, от нечего делать, заплетал Кенме косички. Его длинные волосы теперь это позволяли. И, оказывается, это занятие может быть очень увлекательным. Кенма сидел перед ним, склонившись над книгой, где мелким шрифтом в три столбца пытались поведать нечто наверняка мудрое, но слишком скучное. Кенма не выдержал, захлопнул книгу и, потянувшись, зевнул. — Это ужас какой-то. Ну это всё к чёрту! Найдем в интернете. — Она говорила искать в книгах. — Тогда пускай сама и ищет. Эй! Что ты делаешь? — Кенма только сейчас заметил, во что превратил Куроо его волосы. — Тебе не нравится? — Нет, — отрезал он. Но расплетать не стал. Вместо этого потянулся за приставкой. — Когда ты отрастил волосы, с тобой стало намного интересней общаться, — не заметив особого протеста, он продолжил заплетать мелкие и крупные нелепые косички, переплетая их между собой. — Не привыкай. Скоро схожу к парикмахеру. — Врет. Не сходит. Куро не ответил. Он просто продолжал плести. Тёплые солнечные лучи окончательно разорили их — и в какой-то момент Кенма почувствовал, как ему на плечо легла голова друга. Куроо попросту уснул. Тихо сопел и совсем расслабился. Кенма задышал тише, размереннее, и замер, стараясь не двигаться. Это было странно приятно. Не хотелось терять это чувство. Через минут пять Куроо зашевелился, но не проснулся. Откинулся на книжный стеллаж. «Краткий курс социальной истории» угрожающе покачнулся, но устоял. Руки Куроо притянули себе Кенму. Было больше похоже на рефлекс: он явно сейчас был не в сознании и не понимал, что делал — попросту тянулся к живому теплу. Кенма не стал сопротивляться. Сидя боком к Куроо, он положил голову на его грудь. Услышал мерное биение сердца — приятное и успокаивающее. Теперь, как будто, можно было и отмереть. Не так переживать что может его разбудить. Кенма осторожно взял приставку. Выключил звук и продолжил играть. Это продолжалось пока от тепла солнца и ритма сердца Куроо Кенма не провалился в сон и сам. Такой тихий и спокойный без сновидений. Нет сна приятнее, чем с кем-то рядом. Когда они проснуться, то, естественно скомфузятся. По крайней мере, Куроо точно. Но примут это за неловкий случай. В конце концов, разве друзья не каждый день спят в дальнем углу библиотеке в обнимку?

~♡~

Зима — отвратное время года. Холодно, темно, и все считают, что уж после этого Нового года всё точно станет по-другому. Ну а Кенма-то тут причём? Он не хочет ни праздников, не холода, не темноты. Хотя нет, темноту оставьте. Всё остальное — вон из календаря! А вот Куроо, похоже, был более чем счастлив. Даже на прогулку позвал. А когда получил чёткое лаконичное «нет», то пригласил снова. После ещё одного лаконичного «пошёл нахер» — пришёл сам. Прямо в дом. Господи, лишь бы догадался, что это сарказм. — Идем гулять, — говорил покрытый снегом Куроо. Он стоял в дверях. И оказался явно не вампиром. Ведь чтобы протиснуться внутрь, приглашение ему не понадобилось. — Нет! Там дубак. — Там снег. Когда ты в последний раз видел снег? — В прошлом году.... в окно. И мне хватило. — Прекращай нудить. Идём. Я тебе кофе куплю. — И?... — И вкусняшку какую захочешь. Кенму не купить! Но вкусная еда и кофе — это ведь не подкуп? Это деловое предложение. На такое согласиться уже куда проще. Ну вот он и не заметил, как уже шёл по зимней улице возле Куроо. Закутанный во всё, что нашёл в шкафу. — Напомни мне, когда вернёмся домой, огромными буквами вытатуировать на лбу слово «НЕТ». — Прекращай. Ты не будешь всю зиму сидеть дома. — Почему нет? — Я тебе не позволю. Кенма уже придумывал ответ по извращённей, но вдруг чуть не упал. Снежок пришёлся ему в затылок. Он сделал пару шагов вперед, чтобы удержать равновесие. И когда только Куроо успел? Второй снежок пролетел прямо над его головой. Кенма успел пригнуться. Но обстрел не прекращался. Пора было переходить в атаку. — Мазила! Тренируй меткость, или хрен тебе, а не национальные. — крикнул Кенма и бросил снежок. Не такое уж и бессмысленное энерго расточительство, если он сможет поставить Куроо на место. Но тот увернулся — и запустил ответку. — Не волнуйся об этом. С тобой мы и на международные выйбем. — Куро падает на землю, уклоняясь от снаряда. — Не подлизывайся! Пощады тебе теперь всё равно не видать! — Кенма снова лепит снежок и, дабы точно попасть, подбегает ближе — Как скажешь, — капитулирует Куроо и, вскочив, отбегает назад. Новый снаряд, метко попав прямо в лицо, медленно падает на землю. Куроо недовольно отплевывается. — Надеюсь, ты сохранишь эту меткость для соревнований. — у него совсем красный нос от холода. Да и щёки такие же. — Надеюсь, на стороне соперников будет крупным планом твоя физиономия. Куроо закатывает глаза. — Ты слишком колючий. Сколько можно? Признай, что не жалеешь о том, что вышел на прогулку. — Иди к чёрту! — это однозначный проигрыш. Кенма проиграл с позором. Скрестил руки, надулся и пошел в тёплую кофейню. Да, он не жалел. Но признать это — всё равно что нарисовать на себе мишень для подколов Куроо. Обещанный кофе был вкусным и теплым. Обещанная вкусняшка — была. И была она последней на полке. Так что её пришлось выбивать у какого-то засевшего в кафешке айтишника. Это бремя взвалил на себя Куроо. А теперь с ухмылкой наблюдал за согревшимся и довольным Кенмой.