Глава 3
8 мая 2025 г., 19:50
Чтобы привлечь внимание любой девчонки, нужно что…? Правильно! Научиться двигаться! Это очевидно. Поэтому я записался на внеклассные занятия по танцам. Я выбрал диско, решив, что это самый верный способ стать крутым.
Я представлял, как плавно скольжу по танцполу, как Джон Траволта в «Лихорадке субботнего вечера», привлекая восхищённые взгляды всех девушек, включая Ким. В моих фантазиях она смотрит на меня с открытым ртом, поражённая моей грацией и талантом.
Реальность оказалась куда суровее. Оказалось, что я не Джон Траволта, а скорее… неуклюжий пингвин, пытающийся выбраться из сугроба. Я совершенно не умел танцевать.
Я путал шаги, спотыкался о собственные ноги и постоянно задевал других танцоров. Мои движения были резкими и дёргаными, как у робота, которому забыли смазать суставы.
Инструктор, уставший от моих неуклюжих попыток, решил дать мне индивидуальный урок. Он подошёл ко мне с таким выражением лица, словно собирался на казнь.
— Рон… — сказал он, вздыхая. — Послушай, у тебя… есть потенциал.Но тебе нужно расслабиться. Почувствовать музыку.
Я нахмурился. Чувствовать музыку? Я чувствовал только боль в ногах и жуткий стыд.
— Представь, что ты — спагетти, — сказал он.
— Спагетти? — переспросил я, удивлённо моргая. Что за бред?
— Да! Ты должен быть гибким, текучим, пластичным! Почувствуй, как музыка проникает в тебя и заставляет двигаться!
Я попытался почувствовать музыку. Я закрыл глаза и представил себя спагетти. Но вместо этого я почувствовал, как мои ноги начинают дрожать от напряжения. Я начал извиваться, как спагетти, но это выглядело скорее как конвульсии. Я дёргался, как марионетка, чьи нити перепутались, и мои движения больше напоминали эпилептический припадок, чем плавный танец.
В этот момент кто-то хихикнул. Я открыл глаза и увидел, что Ким и Моник случайно заглянули в танцевальный класс и увидели эту картину.
Ким не смогла сдержать смех. Она прикрыла рот рукой, но я видел, как дрожат её плечи. Моник же просто хохотала, не стесняясь привлекать к себе внимание. Я почувствовал, как мои щёки начинают гореть.
— Что ты делаешь? — спросила Ким, хихикая. — Пытаешься изобразить червяка, которого жарят на сковороде?
Я хотел провалиться сквозь землю.
— Не знаю. — ответила Моник, ухмыляясь. — Но выглядит забавно. Это охож на осьминога, попавшего в стиральную машину!
Я ненавидел себя. Ненавидел танцы. Ненавидел всё на свете.
В этот момент появился Джош. Он скривился, увидев меня.
— Зачем он вообще это делает? — проворчал он, обращаясь к Кими. — Просто привлекает к себе внимание. Как будто ему больше нечем заняться.
Я почувствовал, как во мне закипает злость.
— Может быть, он хочет произвести на тебя впечатление? — поддразнила его Моник.
Джош закатил глаза и ушел, недовольно ворча себе под нос.
После сокрушительного провала на танцполе я решил, что пора сменить тактику. Физическая форма, конечно, важна, но для настоящей крутости нужен интеллект! А что может быть более интеллектуальным и романтичным, чем знание иностранных языков? Французский! Le français! Самый чувственный, изысканный язык в мире. Я представлял, как говорю с Ким по-французски, покоряя ее своим изысканным акцентом, цитируя Бодлера и Верлена. Она же любит необычных парней? Не так ли? Наверняка этот Джош умеет только мычать по-английски, а тут я, Рон Так-Себе, интеллектуал и полиглот!
Но, как обычно, мои амбициозные планы разбились о скалы суровой реальности. Оказалось, что я совершенно не умею произносить французские слова. Мои попытки произнести «Бонжур» звучали как «Бонжурррр», а «Мерси» больше походило на «Мерсиииии». Мой акцент скорее напоминал смесь русского, немецкого и марсианского — адскую смесь, способную довести до слёз даже самого терпеливого француза.
Однажды во время обеда я набрался храбрости и попытался произнести сакраментальную фразу «Je t’aime, Ким» («Я люблю тебя, Ким»). Я тренировался перед зеркалом всю ночь, но, видимо, этого было недостаточно. Вместо чувственного признания у меня получилось что-то вроде «Жа твой, Ким!».
Ким удивленно посмотрела на меня, отложив вилку.
— Что ты сказал? — спросила она, нахмурив брови. — «Жа твой»? Это что, какое-то новое ругательство? Или ты меня сейчас в рабство записываешь?
Я покраснел как рак, сгорая от стыда. Руфус, обычно уплетавший начос за обе щеки, замер, словно почувствовав, что сейчас произойдёт нечто ужасное.
— Нет! — пробормотал я, пытаясь оправдаться. — Я просто хотел сказать… по-французски… что…
— Что ты хочешь сделать с Ким? — подсказала мне Моник, хихикая и поглядывая на меня с явным удовольствием. — Приготовить ее на гриле? Пожарить на сковороде? Съесть живьем?
Ким засмеялась, прикрывая рот рукой.
— Ладно, Рон, — сказала она, успокаиваясь. — Лучше говори по-английски.Так будет понятнее.И безопаснее для всех окружающих.
И тут появился он. Джош Мэнки собственной персоной, с этой своей самодовольной улыбочкой. Он стоял неподалёку и, кажется, всё слышал.
— Похоже, французский не для тебя, дружище, — сказал он, ухмыляясь. — Тебе больше подходят начос и ниндзя-макаки.
Ну, конечно! Зачем упускать шанс унизить меня перед Ким?
— О, Джош, присоединяйся к нам! — неожиданно пригласила его за столик Ким.
Что?! Этого ещё не хватало! Я просто хотел провалиться сквозь землю. Или чтобы меня похитили пришельцы. Или чтобы Драккен напал на школу. Что угодно, лишь бы не видеть всего этого!
Крашеный блондин сел с другой стороны от Ким, нагло растянув губы в довольной улыбке. Он явно был доволен ее приглашением. Он даже подмигнул мне, словно говоря: «Смотри, Так-Себе, теперь я здесь главный!»
Вот радость-то… Мало того, что не смог произнести элементарную фразу на французском, так ещё и вынужден видеть этого Мэнки, который теперь сидит рядом с Ким.
Я ненавидел французский. Ненавидел Джоша. Ненавидел себя. И даже начос сегодня казались безвкусными.
***
Я лежал на кровати, уставившись в потолок. Вечер был безнадежно скучным. Я пытался играть в видеоигры, но даже это не приносило никакого удовольствия. В голове крутились одни и те же мысли: Ким, Джош, французский язык, провал… Кажется, моя жизнь превратилась в бесконечную череду неудач. Может, заказать начос? Но даже эта перспектива не вызывала особого энтузиазма. После сегодняшнего обеда я, кажется, на всю жизнь наелся этих проклятых чипсов. Руфус, свернувшись калачиком у меня на животе, тихо попискивал. Наверное, он тоже скучал. Или просто хотел, чтобы я встал и пошёл за едой. Я вздохнул. Что делать? Может, попробовать почитать что-нибудь? Хотя, что я могу читать? Учебник французского? Книгу по аэродинамике, чтобы научиться летать? Или лучше сразу пойти в цирк и стать клоуном? В этот момент зажужжал мой коммуникатор. Я лениво посмотрел на экран. Сообщение от… Ким? Сердце ёкнуло и забилось быстрее. Что ей нужно от меня? Я сглотнул и открыл сообщение. «Рон, SOS!!! Нужна твоя помощь! Родители ушли на вечер мексиканских танцев (это их очередное увлечение), оставили меня с Джимом и Тимом. Они просто невыносимы!!! Пожалуйста, приезжай, а то я сойду с ума! Спаси меня!!!» И все мои унылые мысли тут же улетучились! Ким нуждается во мне! И плевать, что ей просто нужна нянька для двух маленьких сорванцов. Я вскочил с кровати, как ужаленный. Руфус в испуге свалился на пол. — Руфус, собирайся! — крикнул я, хватая куртку. Он удивленно посмотрел на меня. — Начос? — спросил он. — Нет! — ответил я, улыбаясь. — Сегодня мы спасаем Ким! Как минимум от её младших братьев… И с этими словами я выбежал из комнаты, полный решимости и энтузиазма. Хотя, если честно, я немного нервничал. Я никогда не ладил с детьми. Но ради Ким я был готов на все. Даже на то, чтобы провести вечер с двумя неуправляемыми близнецами. «Это будет проще, чем французский», — подумал я, заводя свою старенькую Geo Metro». Я подъехал к дому Пять-с-Плюсом. Я выскочил из машины, как заправский супергерой, и решительно направился к двери.Стук! Стук! Стук!
Я постучал в дверь, но в ответ услышал только грохот, крики и какие-то странные звуки, похожие на взрывы. Что там у них происходит?! Неужели Джим и Тим уже захватили дом? Я не стал ждать, пока кто-нибудь откроет дверь. С решимостью, я ворвался внутрь. Картина, которую я увидел, превзошла все мои ожидания. В гостиной царил полный хаос! Подушки были разбросаны по полу, журналы валялись разорванными на части, а Джим и Тим… Джим и Тим летали по комнате, держась вдвоём за какую-то «улучшенную» игрушку. Что за чёрт?! Кажется, эти сорванцы изобрели портативный турбо-винтовой двигатель или что-то в этом роде. Они носились по комнате, как две ракеты, с безумными криками и воплями. — Эй! Эй! — закричал я, пытаясь хоть как-то остановить этот безумный полёт.Я понимал, что нужно действовать быстро, пока они не разнесли весь дом.Или не вылетели в окно. Я подбежал к ним и, недолго думая, схватил Тима за ноги. Мой героический поступок привёл к неожиданным последствиям. Оба мальчика отцепились от игрушки и рухнули на пол с оглушительным грохотом. — РООООН!!! — закричали близнецы, словно я только что отнял у них последнюю надежду на счастье. — Это был наш самый долгий полёт! 14,6 десятых секунды! Ты испортил наш рекорд! Из-за угла выбежала Ким. Она была запыхавшейся, с растрёпанными волосами и перепачканным лицом, наверное, пыталась поймать этих сорванцов. Но даже в таком виде она выглядела… идеально. Идеально для меня, в моих глазах. — О, наконец-то! — сказала она, с облегчением выдохнув. — Они меня совсем достали! Я уже думала, что поседею к концу вечера. Она посмотрела на меня с благодарностью. И этот взгляд, словно солнечный луч, прогнал все мои сомнения. — Не волнуйся, — сказал я, стараясь говорить как можно увереннее. — Ты же знаешь, я настоящий эксперт по детям! Особенно по близнецам! Она усмехнулась, сложив руки на груди. — Именно поэтому ты единственный ребёнок в семье. — подколола она меня. — Итак, — сказал я, хлопнув в ладоши, — чем бы нам занять наших маленьких друзей? Есть какие-нибудь предложения? К счастью, у Ким оказался неплохой набор развлечений. Через несколько минут Джим и Тим уже увлечённо играли в какую-то компьютерную игру, забыв о своих турбовинтовых пропеллерах и разрушительных планах. -Ну вот, — сказал я, довольно улыбаясь. — Видишь? Я же говорил, что я эксперт! — Не расслабляйся, — предупредила меня Ким. — Это ненадолго. Но пока была тишина, и мы решили воспользоваться моментом. — Может, пока наведём порядок? — предложила Ким, оглядывая разгром в гостиной. И мы начали убираться. Ким собирала разбросанные подушки, а я подметал осколки разбитой вазы (интересно, когда они успели это сделать?). Почему-то это занятие, обычно такое скучное, сегодня казалось мне вполне приятным. Я украдкой поглядывал на Ким. Она была сосредоточена на уборке, и ее лицо казалось таким безмятежным. Но даже за такой простой работой она выглядела невероятно. Я заметил, как ловко она поднимает подушки, как аккуратно складывает журналы, как улыбается, когда находит под диваном потерянную игрушку. Я никогда не замечал, какие у неё красивые руки. Тонкие пальцы, аккуратные ногти… И эта маленькая родинка на запястье… А как забавно она морщит нос, когда что-то не получается! И как грациозно она наклоняется, чтобы поднять что-то с пола! И как ее волосы слегка касаются щеки, когда она поворачивает голову! Я ловил каждое её движение, каждый жест, каждый взгляд. Она была прекрасна. И я был рядом с ней. И в тот момент мне казалось, что все мои прошлые неудачи не имеют никакого значения. Вся моя неуклюжесть, все мои провалы, все мои несбывшиеся мечты — всё это не имело значения. Потому что сейчас, здесь, я был рядом с ней. И это было всё, что мне было нужно. Я просто хотел, чтобы этот момент длился вечно. Чтобы мы всегда были вместе. Чтобы я всегда мог смотреть на неё и восхищаться ею. Чтобы она всегда улыбалась мне так, как сейчас. — Отлично, вроде закончили, — подводит итог Ким, падая на диван с блаженной улыбкой. Я не удержался и последовал её примеру, упав рядом с ней. Мы оба сидели в расслабленной позе, наслаждаясь тишиной и покоем. Даже неугомонные Джим и Тим, кажется, временно успокоились, увлечённо смотря мультики в другой комнате. Было так приятно просто сидеть рядом с Ким, не говорить ни слова, не делать ничего особенного. Просто чувствовать её присутствие, ощущать тепло её тела, слышать её дыхание. — Знаешь… — неожиданно прерывая наше молчание, говорит Ким, глядя в потолок. — Глядя на них, я иногда вспоминаю нас с тобой в том же возрасте. Мы тоже были непоседливыми. Конечно, не настолько… Но тоже… Она немного помолчала, словно погрузившись в воспоминания. Я ждал, затаив дыхание, боясь нарушить эту хрупкую идиллию. — Да… было время… — тихо ответил я, вспоминая наше детство. Бесконечные игры, приключения, секреты… Мы были неразлучны. Мы были лучшими друзьями. Мы были… кем-то большим? Кем-то, что я всегда чувствовал, но боялся признать даже самому себе? Не успел я додумать свою мысль, как Ким повернулась ко мне и улыбнулась. В ее глазах читались теплота и нежность. — Помнишь, как мы… — начала она, но её прервал громкий крик. — РООООООООН!!! Я вздохнул. Кажется, романтика не для меня. — Игнорируем, — сказала Ким, закатив глаза. — В любом случае… Помнишь, как мы в третьем классе решили построить штаб в лесу? Я улыбнулся, вспоминая этот безумный проект. — Как такое забудешь! — ответил я. — Мы потратили целую неделю на его строительство! Таскали брёвна, копали ямы… — А потом пришел медведь, — закончила она, хихикая. — Это был енот! — поправил я её. — Неважно, — отмахнулась она. — Важно то, что мы так испугались, что бросили всё и убежали! — И потеряли все наши инструменты! — добавил я. — А потом родители отругали нас за то, что мы ходили в лес без разрешения. Ким засмеялась. Но это было круто! — сказала она. — Мы были настоящими героями! Мы строили штаб! Мы сражались с дикими зверями! — И убегали от них, — напомнил я ей. — Главное — участие, — парировала она, подмигнув мне. — Но знаешь, что я больше всего запомнила? — Я вопросительно посмотрел на неё. — Помню, как ты отдал мне свой MP3-плеер, когда я упала и поранила коленку. Мое сердце забилось быстрее. Я совсем забыл про этот случай. — Я просто не хотел, чтобы ты плакала, — смущённо пробормотал я. — Я не плакала! — возразила она. — Просто немного расстроилась. Но это было очень мило с твоей стороны. Она посмотрела на меня с такой нежностью, что я почувствовал, как мои щёки начинают гореть. — Ты всегда был рядом, когда мне было плохо, — сказала она. — Ты всегда умел меня развеселить.Ты всегда был моим лучшим другом. И в этот момент я понял, что, может быть, мне и не стоит меняться. Может быть, мне и не нужно изображать из себя кого-то другого. Может быть, Ким любит меня таким, какой я есть. Просто за то, что я всегда рядом. Просто за то, что я умею ее развеселить. Но, как всегда, мои размышления были прерваны. — РОООООООООН!!! НАМ СКУЧНО!!! Я вздохнул и неохотно поднялся с дивана. Романтика откладывается. Снова в бой с этими маленькими демонами. — Иду, иду, — пробормотал я, направляясь в сторону гостиной. Ким с сочувствием посмотрела на меня. — Удачи, — сказала она, подмигнув. — Я верю в тебя. Я вошел в гостиную с решительным видом и постарался придумать что-нибудь интересное. Нужно было отвлечь их, пока они снова не начали крушить дом. — Так… — сказал я, хлопнув в ладоши. — Что будем делать? А, придумал! Давайте играть в… «Найди сокровище ниндзя-макаки»! Близнецы удивленно посмотрели на меня. — Что это? — спросил Джим. — Это очень крутая игра! — ответил я, импровизируя на ходу. — Я буду прятать «сокровища» по всему дому, а вы будете их искать. Но чтобы их найти, вам придётся отгадывать мои загадки! — А какие сокровища? — спросил Тим. — Секрет! — ответил я, загадочно улыбаясь. — Но скажу вам по секрету, они очень вкусные! И я начал прятать конфеты по всему дому, придумывая на ходу глупые загадки, связанные с макаками-ниндзя и их любовью к бананам. Близнецы с энтузиазмом принялись за поиски, и в гостиной снова воцарилась тишина. Я украдкой взглянул на Ким. Она стояла в дверях и с улыбкой наблюдала за нами. Кажется, ей нравилось то, что я делаю. И это было главное. — Эй, Рон, можешь мне помочь наверху? — вдруг спросила она. Моё сердце ёкнуло. Наверху? В её комнате? Наедине? Так! Только не додумывай! Мы с Кими часто тусим в комнатах друг у друга! — Конечно! — ответил я, не раздумывая. Я оставил близнецов наедине с их поисками сокровищ и поспешил за Ким. Мы поднялись по лестнице и вошли в её комнату. В комнате Ким всегда царил идеальный порядок. Все вещи лежали на своих местах, книги были аккуратно расставлены на полках, а на столе стояла ваза с цветами. Я всегда удивлялся, как ей это удаётся. — Мне нужно твоё экспертное мнение, — сказала Ким, открывая дверцу шкафа. Внутри шкафа висело множество разных вещей. Платья, юбки, блузки, джинсы… Мой мозг завис. — Я тут купила новые джинсы, — сказала Ким, доставая две пары. — Не могу решить, какие лучше. Она протянула мне джинсы и посмотрела на меня с вопросом. — Вот, смотри, — сказала она, доставая белую майку на тонких бретельках с надписью «Club Banana».— С этими синими джинсами будет хорошо смотреться? Затем достала черный топ с большим вырезом. — Или, может, лучше с этими? Они с более низкой посадкой и кофейного цвета, — предложила она. Я неловко сглотнул, пытаясь сосредоточиться на джинсах. — Ну? — спросила она, нетерпеливо глядя на меня. — Что скажешь? Что я скажу? Я скажу, что она прекрасна в любом наряде. Я скажу, что люблю ее. Я скажу… — Просто Джош пригласил меня на ярмарку на выходных. Я хочу выглядеть круто.
