join me

«Мне нравится проводить время с Блэйдом», — осознает Дань Хэн в один из дней. Он сидит на собрании одногруппников по поводу группового проекта и пытается скрыть, что ему невообразимо скучно, и мысли как-то сами приносят его к Блэйду, которому пришлось отказать во встрече, чтобы находиться тут, обсуждая нудную ерунду. Нет, этот проект он может сделать в одиночку за один вечер, зачем вообще лишняя морока? Поэтому Дань Хэн думает о Блэйде, будто это самое логичное, что можно сделать. А подумать есть о чем: например, как Блэйд слушает его жалобы на учёбу или грубых гостей; как Блэйд не перебивает его, стоит ему заговориться об недавно прочитанной книге; как Блэйд на него смотрит и улыбается; как Блэйд…. И от этого Дань Хэну на душе как-то и тепло, и беспокойно, словно некоторое затишье перед бурей: еще ничего не случилось, но его шестое чувство уже бьет тревогу. — Дань Хэн, — трясет его кто-то за плечо. Он поднимает взгляд и с удивлением понимает, что все уже собираются по домам, а он пропустил все, что обсуждали. — Я потом напишу в чат обязанности всех, лады? Дань Хэн кивает. *** — Ты помнишь про пятницу? — спрашивает Март, стоит ему заступить на смену. Дань Хэн трет глаза от усталости: позади бессонная ночь в попытке закончить свою часть проекта, объем которого он, к сожалению, недооценил, и две банки энергетика вместо всех приемов пищи, так что он даже не помнит какой день недели сегодня, чего уж говорить об событиях наступающих. Об этом он Март и сообщает. — Ты что! — восклицает она. — Твой бойфренд совсем о тебе не заботится, — и у него совсем нет сил отрицать это, — у нас в пятницу выходной. Технически. Будет большая вечеринка: мы, Химеко, господин Вельт, некоторые их знакомые… Нам десять лет, представляешь? Я даже столько здесь не работаю! — Март улыбается, снимая фартук. — Ты же придешь, да? — Приду, — говорит Дань Хэн, чувствуя, как слипаются глаза, будто приклеенные клеем. Ему не до работы и праздника, ему хочется лишь завалиться в свою теплую постель, накрыться тяжелым одеялом и проспать часов двенадцать, не отвечая на звонки и сообщения. — Вот и отлично! — Март протягивает ему две цветные бумажки, — на, отдашь второй кому-нибудь. Тебя и без него, конечно, пустят, но я считаю такие вещи надо сохранять на память! *** Пару дней спустя сдачи проекта он отсыпается, принимает душ и чувствует себя новым человеком. О словах Март он не вспоминает ровно до того момента, пока не находит два пригласительных у себя в сумке, когда тянется за кошельком, чтобы оплатить заказы в каком-то фургончике с едой в парке — в итоге мешкается, и Блэйду удается протянуть свою карточку раньше, чтобы заплатить за их хот-доги. В итоге и пригласительный достается Блэйду, хотя, конечно, и так ему бы достался. Будто ему есть кого звать еще, кроме Цзин Юаня, но с ним они пока только-только оттаявших отношениях и его звать кажется немного неуместно, и мысль об этом отдается неприятным тянущим чувством. Видимо, за свой поступок ему придется корить себя еще очень долго. — у Экспресса будет праздник в эту пятницу. — невзначай говорит Дань Хэн, протягивая Блэйду пригласительное. Тот щурит глаза и склоняет голову на бок. — Только для своих! Вы, конечно, все приглашены, но я бы хотел позвать тебя лично. Придешь? — А повод? — Десять лет кофейне! — Дань Хэн как-то горделиво улыбается. — Ладно, — скалится Блэйд, — приду, раз так просишь. *** Пятница наступает внезапно: Дань Хэн просыпается от звонка Март, радостно кричащей в трубку о большом-пребольшом дне. Приходится даже отказаться от ее помощи в выборе образа — становится даже несмешно насколько его считают беспомощным. И давно Март стала бюджетной версией Миранды Пристли? Первая половина дня проходит как обычно: сборы, учеба, возвращение домой. А вот часам к пяти вечера Дань Хэн начинает переживать. Неужели ему действительно надо наряжаться? Он даже тянется к красной подводке и тут же отдергивает себя — она как будто связана с неприятным событием, первой встречей с Блэйдом, что, в общем-то, таковым не является. И все же Дань Хэн решает никак не выделяться — к чему лишняя морока? Приезжает он на минут пятнадцать раньше назначенного времени и неловко топчется у закрытой двери, пока его не замечает господин Вельт. Он же и открывает дверь, и на улицу тут же вырывается музыка, в звучании которой Дань Хэн узнает что-то от Eagles. — Я рад, что ты пришел, — говорит Вельт, — я совсем не вижу всех вас за бумажной волокитой, а вы вообще-то и держите нас на плаву. — Не то, чтобы от вас ничего не зависит, — неловко улыбается Дань Хэн. — И то верно. Проходи, мы скоро все начнем. «Астральный Экспресс» преображается — вокруг висят поздравительные растяжки и гирлянды, на барной стойке россыпь цветов и лепестков, и всюду приятный шум немногочисленных разговоров. Люди подходят: забегают Март и Стелла, откуда-то появляется высокий, длинноволосый блондин, приходят и Кафка с еще двумя девушками — Дань Хэн решает, что это Вульф и Светлячок, раз с ними разговаривает еще и Стелла. Но Блэйд все ещё не видно. Дань Хэн даже начинает немного переживать. — Он скоро придет, — к нему сзади подкрадывается Кафка, чем пугает его до ужаса, — закончит эфир и вернется. Перерыв в вещании — это не очень хорошо, — она, кажется, собирается сказать что-то ещё, но её тут же перебивает стук об стекло. — Дорогие друзья, — начинает Вельт в центре кофейни. Рядом с ним стоит улыбающаяся Химеко, — спасибо, что пришли. Когда-то давно мы с другом купили это заведение, находящееся на грани закрытия, — он кивает в сторону блондина, — и вскоре поняли, что наших усилий не хватает, чтобы превратить его в достойное заведение — мы сами едва не обанкротились и уже почти сдались, когда поняли, что едва сводим концы с концами. Но, как вы знаете, нет тьмы более совершенной, чем тьма предрассветная, и именно тогда появилась Химеко, которая и спасла нас. — Ну, спасла это сильно сказано, — смеется та. — Нет, именно так все и было, — продолжает Вельт. — Ты поставила нас на ноги, и уже вместе мы продолжили этот путь. А позже к нам присоединились наши несменные бариста. В общем, без всех вас у нас бы ничего не получилось. Спасибо! Дань Хэн находит в толпе Стеллу и Март, переглядывается с ними, чувствуя, как жар заливает его лицо и оседает где-то в груди. Действительно, а что бы он делал без Вельта, Химеко, Стеллы и Март? — Тогда за всех нас! — говорит Химеко, поднимая бокал. Дань Хэн присоединяется, отпивая совсем чуть-чуть из своего бокала. Час спустя гости вокруг веселятся, распивая алкоголь и общаясь. Дань Хэн не отстает, хотя пьет немного, больше тратя время на разговоры — две девушки, с которыми пришла Кафка, действительно оказываются Вульф и Светлячком, с которыми он добрые двадцать минут спорят о какой-то видеоигре, в которую обе девушки играют. Чуть позже Вельт представляет ему блондина, и они снова болтают ни о чем, пока Дань Хэн пытается не коситься на часы. — Ну и как тебе? — наконец-то вылавливают его Март и Стелла. — Мы столько мучились с украшениями! Даже растяжку с поздравлениями сами сделали! — жалуется Март. — Вы молодцы, девочки, — искренне хвалит Дань Хэн, обнимая их. — А вы не видели Блэйда? — Он там, с Кафкой, — кивает Стелла в глубину кофейни. — Как грубо, — шутливо бормочет Март, — мы тебя только нашли, а ты сразу уходишь. Дань Хэн не отвечает. Кафка, замечая его, говорит что-то Блэйду и уходит. — Ты пришел, — говорит он, подходя. — Ты позвал, — пожимает плечами Блэйд. — Или сомневался, что я приду? — Только немного, — откровенничает Дань Хэн. Блэйд смеется. У Дань Хэна теплеет где-то в груди от его смеха. — Здесь хорошо. Теперь я понимаю, почему ты тут работаешь, — невзначай говорит Блэйд, — кто захочет лишаться такого коллектива? — Хочешь сказать, что твои коллеги не очень? — Не хочу. Мне нравится. Они тихонько стоят в углу, иногда перекидываясь фразами, но больше наблюдая за происходящим. Дань Хэн чувствует, как алкоголь понемногу овладевает его разумом — не так, чтобы не отвечать за свои действия, но так, чтобы расслабиться больше обычного. — Дань Хэн! Пойдем фотографироваться! — их спокойствие нарушает Март, размахивая камерой в руке. И она тут же хватает его за руку, утаскивая к остальным. Камера кочует в руки присутствующих, пока они впятером позируют, хотя в основном этим занимаются Март и Стелла. Дань Хэну остается лишь стоять рядом и улыбаться. — Отличные фото! Я распечатаю на всех нас и принесу! К концу всей пытки Дань Хэн почти не замечает пропажу Блэйда — глаза едва фокусируются, уставшие от вспышек. Впрочем, он тут же находится, курящим на крыльце кофейни. Дань Хэн выходит следом. Он даже не осознает, насколько ему было жарко, пока не оказывается на улице и не чувствует холод уже ночного ветерка. — А вот и ты, — глупо говорит он. Блэйд хмыкает. — Спасибо, что пришел. — Было весело, — наконец отвечает Блэйд. — Я давно не выбирался в люди. — Я тоже, — признается Дань Хэн, — собрания по поводу групповых проектов не считаются. В прохладе и тишине приятно, даже если это тишина номинальная, и до них все равно доходят голоса из закрытых дверей. Но вскоре Дань Хэн начинает чувствовать, что замерзает, поэтому обхватывает себя руками. Вот и весь обман природы — когда куда-то идешь, всегда слишком тепло для куртки, но, когда уходишь — слишком холодно для легкой кофты. Stop and wait a sec.. when you look at me like that, my darlin', what did you expect? — Возвращаемся? — спрашивает Блэйд, и Дань Хэн с удивлением замечает, что тот уже докурил. — Не хочется. Честно говоря, — он зевает, — я бы лучше пошел домой. — Я тебя проведу. Стоит Дань Хэну двинуться в сторону дома, как он чувствует резкий прилив тепла и тяжесть на спине. Блэйд, будто совсем ничего не заметивший, продолжает путь за ним. — А как же ты? — шокировано спрашивает Дань Хэн, удерживая чужую куртку у себя на плечах. — Обойдусь. Он почти смущен этим ответом, словно Блэйд прямо тут признался, что лучше будет мерзнуть, лишь бы Дань Хэну было тепло. Так оно и есть, впрочем. — Спасибо… — говорит он, пока надевает куртку. Блэйд не отвечает, продолжая идти вперед. Все это как-то странно: и куртка, и желание проводить, и необычное молчание Блэйда. Дань Хэн пытается понять, что бы это могло значить, но сонливость и усталость берут своё, так что он просто решает тратить усилия на дорогу до дома, чем на анализ. Это все можно сделать потом. Сейчас лишь бы добраться до кровати и мягкой подушки. Обычно он едет на автобусе, чтобы вернуться в квартиру, но сейчас навряд ли ходит какой-то транспорт — судя по темени вокруг, должно быть перевалило за полночь, да и зачем лишать себя радости компании Блэйда. В итоге, они добираются минут за сорок. Не то, чтобы Дань Хэн считал, но судя по тому, как зудят его ноги, они определенно потратили больше времени, чем нужно. Дань Хэн останавливается около многоквартирного дома. — Вот тут я живу, — зачем-то говорит он. — Спасибо, что провёл. — Мне не сложно. — Ну, я пойду? — и на Дань Хэна нападает эта глупая неловкость, отчего ему тут же хочется сбежать, лишь бы не наговорить лишнего. Прощаться не хочется, но приходится. Блэйд отчего-то тоже тушуется, словно неловкость заразительна. Он смотрит прямо на Дань Хэна и отчего-то кажется, что он на что-то решается. — До встречи? — начинает Дань Хэн, разворачиваясь, чтобы уйти. — Иньюэ-цзюнь, — зовёт Блэйд. Дань Хэн не успевает ответить, когда его хватают за воротник куртки и притягивают к себе. Блэйд впивается ему в губы. Дань Хэн застывает, будто мраморная статуя. Чужое дыхание опаляет рот. Блэйд даже кусается, и только тогда Дань Хэн понимает, что его целуют. Ему жарко. Он сжимает пальцами чужую футболку, решаясь, оттолкнуть или прижать ближе. Все в нем кричит и взрывается, будто он бомба, на детонатор которой нажали. Но все же, Дань Хэн кладет руки на чужие плечи, и отвечает на поцелуй, будто это самое естественное, что можно сделать. Воздуха не хватает, он слышит биение в ушах, и оно отдается прямо в мозг, отчего в голове становится совершенно пусто. Блэйд его целует. Блэйд. Его. Целует. Дань Хэн сжимает чужие плечи до боли в суставах. От Блэйда пахнет табаком и чем-то ещё, непонятным, и весь этот запах душит ещё сильнее. Он задыхается. Наконец, они отстраняются, и Блэйд смотрит на него одновременно со каким-то страхом и надеждой, будто ожидая ответ. Но после тут же отпускает, отходит, отчего руки Дань Хэна падают, как ненужный балласт. — Спокойной ночи, — говорит Блэйд, делая очередной шаг назад. — Ага, и тебе, — тупо отвечает Дань Хэн, ожидая пока его мозг снова включится, и пытается восстановить дыхание. Блэйд снова странно смотрит, быстро пробегаясь по нему с ног до головы. Потом кивает, будто ничего не произошло, будто это не он только что перевернул их едва вернувшиеся отношения на сто восемьдесят градусов, разворачивается и уходит. Дань Хэн смотрит ему вслед, пока тот полностью не теряется из поля зрения. Его мозг вопит, а сердце продолжает стучать прямо в мозгу. Что только что произошло? I'm going back to 505... If it's a seven hour flight or a forty-five minute drive...