Симбиоз

      Сон, безнадежный сон, где холодный октябрь свирепо сдирает листья с деревьев. Свист, занавеса нового мира. Спишь и спишь, Алистер. Выбирайся уже, выбирайся отсюда. Хотя, куда уже выбираться. Такой запутанный и безнадежный сон сковал разум от и до. Не выбраться, не можешь, не можешь. Не хочешь? Хочешь! Хочешь! Ты видишь беспросветные оранжевые тучи, сквозь которых прыгает тень какого-то кривого существа. Его руки похожи на кракозябры, а голова напоминает сумасшедшую кляксу. Оно что-то прыгало и летало за облаками, чего-то искало. В одно мгновение оно устремило взгляд на него, одинокого путешественника, который, однако, одиноким не являлся. Существо подбегает, силуэт расширяется в облачной мгле. Становится всё больше и яркая вспышка слепит странника, вокруг звучат скрежет и другие шумы. Уши закладывает не по-детски, а огонь апельсиновых облаков вспыхивает перед лицом путешественника и сон обрывается. Алистер просыпается в холодном поту, испытывая сильное недомогание. — Оно, оно такое... Ох, такое большое... Я не могу, как-то мне плохо... - мальчик через не хочу пытался моргать, но глаза слипались в кучу. Утро явно не доброе.       К кровати подошла высокая тонкая фигура и смотрела на него минуту без остановки. Алистер не мог развидеть его, слишком ослаб, конечности свисали гирями, которые не поднять. Фигура склонилась над лицом мальчика и положила какой-то предмет перед матрасом, напоминающий некую емкость с палкой внутри. В ней плавала какая-то жижа. — Он вообще дышит? Эй, ты слышишь меня? - зазвенел голос поблизости. - Ладно, проснешься, съешь.       Голос стих и фигура отошла куда-то вдаль комнаты. Это был наш уважаемый, но не среди коллег, учёный. Кларенс сидел за своим столом и размышлял. После полутора минут вдумчивых дум он взял ручку и открыл дневник, но потом понял, что не знает, с чего начать. Всё ещё блуждая в мыслях, он таки пришёл к тому, что нужно написать:

День 163

— Господь Всемогущий, к такому меня жизнь не готовила. Я был там, на границе миров, где измерения связаны тесной нитью бытия. Это было оно, другие вселенные, где живут совершенно другие мы. А теперь...       Доктор, услыхав громкое мычание, понял, откуда доносится звук и сразу подбежал к парню. У того переливались вены на руках, а темно-голубые пятна на коже мерцали. Обратив внимание на испачканные штаны малого попаданца, Кларенс приметил капсулу с таблетками, которая выпала из обшитого кармана тех штанин с характерным шуршанием. Он поднял её и пытался найти на оборотной стороне название, но ничего. Пусто. Просто какая-то капсула с какими-то таблетками без рекомендаций и прочего. Броудек пришёл в ещё большее замешательство, чем до этого, и сел на пол, чтобы внимательно глазом изучить таблетку. Тут-то парень и застонал вновь, нечленораздельно произнося какие-то слова: — Эти облака... Облака... Оно... Ох! - юноша смог раскрыть глаза и мир стало гораздо чётче, фигура уже была целым человеком в халате, с таблетками в руках. Точно, таблетки, мальчику они были нужны не просто так. Эти пилюли спасали ему жизнь в критический момент, коих было много. И сейчас был один из них. — Таблеетки... Нужен "Эмерцин"... "Эмерци-ин"... - с болью в голосе мычал малой.       Кларенс поначалу замешкался, но понял, что от него требуется и сбегал на маленькую кухню, что располагалась за дверью возле рабочего стола учёного. Там он максимально быстро, насколько это возможно, богатырскими усилиями поднял пятилитровую бутыль и налил из неё воды в немытый стакан. Мужчина вернулся к юноше уже со всем необходимым, что могло помочь, однако понял, что в руки мальчику стеклянку лучше не давать. Учёный был уверен, что даже такое простое действие, как поднятие стакана, в нынешнем состоянии юнца будет тому не под силу. Кларенс сделал проще: он просто поднёс одну из таблеток к лицу мальчика, а сам паренёк открыл рот, чтобы наконец принять свою панацею. Следом учёный в прошлом поднёс уже стакан и сделал всё возможное, чтобы содержимое оказалось в организме его молодого "пациента". Вроде не подавился, уже хорошо. Лекарство отпито. Мальчик продолжил отлёживаться, закрыв глаза, а Броудек вновь отправился за рабочий стол делать записи в дневник:

День 163

— Господь Всемогущий, к такому меня жизнь не готовила. Я был там, на границе миров, где измерения связаны тесной нитью бытия. Это было оно, другие вселенные, где живут совершенно другие мы. А теперь я сижу тут, опять. Камера вышла из строя. Починить её... Не знаю, получится ли. Пока мои мысли заняты этим мелюзгой из альтернативного пространства. И ладно бы, обычный подросток, но нет, с прибабахом. Весь в пятнах и тухлым лицом, будто больной леопард. Мы прибыли вместе, когда я вошёл в один из порталов и меня засосало обратно, вместе с ним. Я помню, что он, вроде как, пытался взять меня за руку. Если всё и вправду так, плохая была идея. Теперь я только и делаю, что нянчусь с ним и, видимо, получается плохо. Он никакущий, почти мертвый. Такое впечатление, будто скоро перестанет дышать. Вот же чёрт! Хотел сделать открытие, а в итоге нажил себе на голову такую проблему...       Вмиг учёный уловил правым ухом скрип старых досок, чьи-то ноги топчут пол. Это был мальчик, который поступательно подходил к учёному и остановился в центре замызганной комнатушки. Мужчина обернулся и они начали прожигать друг друга неловкими взглядами. Всё это дело продолжалось секунд десять, пока профессор не спросил: — Эмм... Ты ещё долго будешь продолжать так на меня смотреть? - с заминкой спросил Кларенс. — Сам не знаю, этот сон дурманит. А до этого ещё и сон во сне. Странно, странно это. Какая-то ловушка. — Я уже говорил, что это не сон. Выслушай меня, ты сейчас в другом измерении. Здесь всё другое, и попал ты сюда, потому что сам всё для этого сделал. — В смысле? Как это? - замялся подросток. — В прямом. Чья рука пыталась меня удержать? Это же был ты, не так ли? Я жил не слишком хорошо в этой дыре, так ещё и посмотрите, у меня теперь под опекой больной шкет, которого и кормить, и поить надо! — Я... Я... Извините, но я просто хотел... Знаете, это всё какая-то ошибка. Может, и вправду не сон. - юноша отошёл к стене и взглянул в трещины старого дома. - Что ж, хорошо... Если представить, что это не сон, то... Пожалуйста, объясните мне всё более подробно, что здесь происходит и как. Я до сих пор мало что понимаю.       Учёный немного рассердился, так как уже пояснял ликбез местного пространства, но, хорошо, если парень пришёл в себя, то сделать это придется ещё раз. Максимально развернуто и доступно: — Итак, прежде всего начну с себя. Я Кларенс Броудек – учёный, в общем-то. Я создал устройство, способное открывать порталы в альтернативные измерения. И оно сработало. Я увидел множество порталов, в них было всякое, это поражало мое воображение. Но отчетливее всего я видел твою реальность. Мне стало любопытно, что происходит в потустороннем мире и я вошёл. Вошёл в портал. Я перешёл черту. Зря. Мало того, что ничего путного из этого не вышло, так ещё и ты здесь со мной застрял. И я не знаю, надолго ли. Может, вообще навсегда...       Броудек по привычке вывалил всё как есть. Его отличительной чертой, по сравнению с остальными научными деятелями, являлась пылающая и даже иногда до одури вульгарная откровенность. Он не привык утаивать что-то среди своих коллег, друзей или близких знакомых. Как дело обстояло, так он и его и называл, даже не гнушался употребить красное словцо в подобных случаях. Правда, иногда такая честность играла с ним злую шутку. Юноша побледнел и затрясся, в его взгляде голосил пронзительный страх. Страх того, что он никогда не увидит родителей, тех малочисленных друзей, которые помогали ему справляться с невзгодами, свою комнату, в которой он засиживался часами напролёт. Мужчина же предположил, что сейчас сам же спровоцировал молодого человека на истерику, и уже приготовился выслушивать бурный поток слов, но всё обернулось иным образом. Парень, как с комом в горле, вздохнул и посмотрел в сторону окна, открывающим дождливую улицу. И проговорил: — Никогда... Никогда... Хе-хе, ну, никогда не говори "никогда", правда? Эх... Извините, что сразу не представился. Сами понимаете, такое не каждый день случается. Я Алистер. Уже бывший школьник. Увлекаюсь... Там... Науками. Почти окончил учёбу, собирался поступать в колледж. А теперь здесь. - мягким тоном рассказывал малец о себе. — Науки? Хм... Интересно. Ну, тогда пожмём друг другу руки. За знакомство? - Броудек подошёл к Алистеру протянул тощую руку, как клешню, в его сторону. — Что уж говорить, за знакомство. - молодой человек направил руку в ответ и робкое рукопожатие произошло. - Ну, если уж на то пошло, а где здесь... Ну, туалет? - застенчиво спросил Алистер. — На кухне возле холодильника дверь, всё там. Проводить? — Нет, спасибо. Думаю, в свои восемнадцать смогу разобраться, хе-хе. - нервно посмеялся юноша.       Алистер уже уверенным шагом отправился по своим делам в ванную комнату, а Броудек в очередной раз сел за дневник. Волна его мыслей претерпела значительные изменения, Кларенс после разговора с молодым человеком остался более менее воодушевлен, хотя беседа всё равно ощущалась скомканной.

День 163

— (продолжение...) Как интересно, мы с этим парнем всё таки умудрились поговорить. Я ожидал, что недопониманий будет слишком много, а оказалось совсем наоборот. Приветливый молодой человек, таких в нашем мире осталось немного. Ему бы не сойти с ума, как мне когда-то, ушедшего с головой в работу. А его хобби, вот это да. Хмм, наука? Вот так удача! Если он разбирается в химии или физике, то я поймал джекпот. Я всегда мечтал об ассистенте (нормальном ассистенте). Доктор Фармаинд был совсем далек от того, что я называю "идеальным ассистентом". Вечно опаздывал, иногда даже приходил подвыпившим. Не было видно огня в его глазах, он больше увлекался скорее чеками за проделанную работу, а в особенности цифрами на них. Знаниями он обладал совершенно базовыми, хотя именно его голова, по нелепой случайности (я так считаю), выдумала тот самый принцип работы кристалла в портальной камере. Бьюсь об заклад, что этот ленивец занял моё место и сейчас довольный восседает в мягком рабочем кресле, а вечерами пьёт элитный бренди в роскошной квартире со всеми удобствами. Ладно, чего-то я разошелся. Надо бы этому парнишке устроить допрос с пристрастием, что за науки он изучает и как.       Тем временем Алистер пребывал в туалете, совсем темном и мрачном. Стены были обвешаны черствой зеленью, а в ванне лежал мёртвый паук. Парень ползучих не на шутку боялся, хотя и не был отъявленным арахнофобом. Впрочем, в том помещении чувство внутренней тревоги достигло некого апогея, глухие стучащие звуки только усугубляли нервную обстановку. Но кое-как юноша смог себя успокоить и попытался справить нужду. Что ж, дело сделано. Ах да, незадача – слив засорился. Кнопка ничего не смывала. Не мудрено в таком-то месте, - посчитал Алистер, и уже собирался уходить, как вдруг перед ним ванной уже стоял Кларенс во весь рост. — Черт! Зачем вы сюда вошли?! - воскликнул юноша. — Я думал, ты уже закончил свои дела. И оказался прав, как вижу. Руки помой на кухне, здесь какие-то неполадки с водой. - сухо продекларировал доктор наук.       Алистер помыл руки на кухне, которая чистотой тоже не отличалась. Однако, выглядела всё равно более дружелюбно, чем туалет. По крайней мере до неё доходили какие-то всполохи света. Затем Алистер вошёл обратно в гостевую комнату и заприметил лабораторный стол с мензурками и химическими реактивами, рядом лежал какой-то ежедневник. Пока Броудек торчал в уборной, юноша решил слегка порезвиться, ему всё ещё не хватало эмоциональной разрядки. Юнец в первую очередь обратил внимание на тот самый ежедневник. Он решил не читать последнюю исписанную страницу, а просто полистать, и в этот же момент дверь нараспашку открывает Броудек. Видя, как кто-то копается в его личных записях, учёный строго возразил: — В твоём возрасте уже можно было бы догадаться, что шариться в чужих вещах – признак дурного тона! — Прошу прощения, просто вы тут так интересно обрисовываете изобретения. С точки зрения физики это должно быть очень сложно. - Алистер встал из-за стола и отошёл на пару метров, чтобы лишний раз не гневить старожила науки. — Правда интересно? Хм, а что ты вообще знаешь в физике? — Я немного разбираюсь в квантовой механике, изучал тонкости теории относительности, Кстати, очень много читал о принципе неопределённости Хайзенберга. А что? — Да думаю, хмм... Ладно, это потом, иди пока полежи. Можешь взять что-нибудь из шкафа, почитать, не знаю, "Гравитацию" Виллера Минсэра. - хмурился учёный, желающий заняться каким-нибудь научным изысканием и отвлечься от Алистера, но тут он кое-что вспомнил. - Хотя постой, один вопрос. Что это за таблетки у тебя в кармане? — А, это "Эмерцин". Они помогают мне ускорить сердечный ритм и стабилизировать нервную систему. Это всё трансолепсия, мой организм каждый день замедляется в своем быстродействии и я чувствую огромную усталость. Пятна, что на моей коже, один из симптомов и отчетливых признаков болезни. Когда самоутомление достигает пика, они светятся. Главное, до этого момента принять пилюлю, иначе всё может кончиться плохо. — Как сегодня? — Они светились, да? Повезло мне тогда. Эх, надо бы взять ещё одну банку из... Ой, неет... Одна банка, блин... — У тебя всего одна банка, так? — Да, одна. Одна банка. Одна. Дерьмо, дерьмо, дерьмо. Сколько их осталось там? - спешно заглядывает вовнутрь. - Двадцать штук, хух, почти полная. Извините, Кларенс, да? Вы слышали что-то о лекарстве "Эмерцин"? Может, оно и здесь существует, в этом... Мире. — Трансолепсия, хм, "Эмерцин"... В молодости я любил изучать всякие человеческие болячки, но ни о чем таком я ранее не слышал. — Дрянь! Ммм, ещё и умереть тут не хватало. - выругался юноша. Кларенс остолбенел: — Погоди, умереть?! То есть под "очень плохо" ты это имел в виду? - потрясенно спросил учёный, не желая знать ответ. — Да, именно оно. Без "Эмерцина" я буквально труп. - чётко произнёс Алистер.       Слово "труп" застряло в голове Броудека и глухо отдавалось внутри учёного. Вот так раз, мало того, что вынужден кормить этого мальчугана, так он ещё, скорее всего, умрёт через три недели. И что делать с телом, как потом жить с таким воспоминанием? Да его лицо будет сниться Кларенсу каждую ночь! Пелена вопросов окутала разум озадаченного профессора, Алистер же в тот момент сел на матрас и безнадежно глядел на профессора в желании услышать, что изобретатель скажет дальше.

День кончался, а вопросов становилось всё больше...

— ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ —