Выдающийся модельер Собакин.

Выдающийся модельер Собакин. Часть третья. Выбор цели - 2. ...События приходили в нашу обычную жизнь сами по себе. И я никогда не успевала за событиями... В последнее время случалось так много самых разных вещей. И каждая из них, наверное, имела свой собственный смысл, характер, значение… Но непонятно мне было, почему нельзя было предупредить или отловить заранее, только ещё наступающее событие, устроить событию предупредительный допрос и понять, как же необходимо на это всё реагировать… Пришла жить в соседские дворы и осталась там стая бродячих собак. Предводительница стаи, небольшая чёрная сучка, очень милая и грациозная, как крохотная лошадка, собранная по статя́м (так называют лошадники - специалисты части лошадиного тела), мягкая в походке, любила приходить в гости ко мне, встречала на улице, подходила близко и клала в мою ладонь свою мордочку. Потом вздыхала. Беспризорной собачке очень хотелось человеческого внимания, тепла, любви. И черноватая с про́седью собачья мордочка укладывалась целиком в моей ладони. Мы разговаривали без слов. Мы признавались друг другу молча в уважении, доверии и любви. Безымянная чёрная собачка была совсем молодая. И мордочка ее была с сединой из - за окраса, не из - за пожилого собачьего возраста. Потом размножалась собачка дважды в год. Выкармливала щенят. Была им хорошей матерью. И ранней весной, холодным мартом месяцем, по снегу и сугробам, бежали ко мне и к людям немного подрощенные щенки. Щенки торопились добраться, успеть, добежать. Щенки стремились к чашке с едой забавным щенячьим галопчиком. В азартном желании немножечко поесть, щенки сносили со своего пути любую миску с едой, что я им выставляла для подкормки. Потом доедали и слизывали кашу вместе со снегом. Итак, ежегодно, в марте и сентябре, во время выхода на улицу из своего тайного убежища подрощенных щенят, в нашей семье не было лишних продуктов: Круп, картофеля, вермишели. Все лишние, ненужные и нужные продукты уходили на прокорм маленьких щенят. Черная собачка была сучкой плодной, а мамочкой хорошей. Поэтому выбегали постоянно кормиться по шесть человек щенят. И дважды в году, ранней весной и в сентябре, осенью, я валялась в ногах у старшей дочери, умоляла её посидеть на городском Птичьем рынке и пораздавать щенят в добрые руки. Кобельков разбирали «в добрые руки» хорошо. Су́чки уходили с трудом, не очень быстро… Но все - таки эти подступающие, неожиданные события планировались хоть как - то и разрешиться могли. Мы, всей семьёй, с нашествием собак и щенят понемногу справлялись... Потом предводительница небольшой стаи и чёрная сучка ощенилась в каком - то другом, соседском, дворе. И выросшая стая беспризорных больших кобелей, всего шесть или семь собак: черных, пегих и рыженьких... Собачья стая разрослась и стала развлекаться тем, что собаки начали охотиться за кошками. В тот год мой младший ребёнок насмотрелся много раз, как выглядят трупы кошек и котят зверски разодранные собаками… Потом собачья стая начала нападать на людей. Около забора поймала, окружила и обгавкала почтальонку. Потом приставали собаки всей стаей к участковой медсестре. Зажали около забора, пытались содрать с женщины юбку. Кусать не покусали, но поцарапали ноги и разорвали у медсестры, что шла на вызов к больному пациенту, колготки или чулки. Потом, вдруг, всей стаей, собаки исчезли. Из слухов, что доносились, иногда, нельзя было ничего понять. Вроде бы, постреляли собачью стаю… Но страх на собак у моего младшего ребенка остался сильный. Теперь ребенок боялся и ненавидел собак. Собаки показали свое истинное лицо. Собаки были убийцы! Мы шли мимо церкви, украшенной синим и блестящим с позолотою. И если бы я умела молиться, то попросила бы всех богов - заступников, чтобы получилось у нас, чтобы мне удалось. Но я не умела молиться, пропитанная ещё в раннем школьном детстве основной идеологией воспитания тогдашних детей - атеизмом, как отсутствием веры во всех, абсолютно во всех богов. ...Мы шли мимо церкви, мимо её открытых ворот. Я помнила, как зимой, в попытке излечить страхи моего ребенка, я припадала или только пыталась припасть к церковным ритуалам и обрядам. Приходила несколько раз в церковь вместе с ребёнком. Покупала вместе с ним освященные наклеечки и облатки, церковные образки. Нам эти действия от детских страхов на злых собак не помогли... Теперь начинался мой следующий план по излечению детских затянувшихся страхов... Мы шли мимо церкви, совсем мимо церкви прошли. Свернули во дворы многоэтажных домов, что стояли рядом с церковью. Прошли мимо подъезда и увидели их!... ...Щеночков, что играли перед подъездом дома, возились в песке, совсем как возятся в песочнице человеческие детишки. Мой собственный ребёнок не канючил, не стонал: - Давай возьмем щенка! - Ребёнок напряженно ждал. И страхи внутри него боролись с ним сами, потому что щеночки были такие милые! ...Две сучки - мамочки приблудились в этот двор, пришлись здесь ко двору, теперь выросли и ощенились. Маленькие щеночки подрастали, были любимы всем двором, кормились пищевыми остатками. И около каждого подъезда стояли чашки с кормом. Мой собственный ребенок смотрел на маленьких щенят, не вдохновлялся, но и не пугался… А я боялась. Потому что не знала, какого размера мамочка у щеночков была. И если собака была крупная, то и зубы у этой собачки были длиною сантиметра в два. Или даже побольше и подлиннее. И как отреагирует мамочка, не знала я. Что сделает большая собака, когда мы будем забирать с собой её, собачье, крохотное, любимое, детище. Это и был мой секретный план. Последний план обороны от детских страхов, после того, как в своем раннем возрасте насмотрелся ребенок на множество загрызенных, задавленных и изъеденных собаками кошек. Теперь я стояла в большом, просторном и полутёмном дворе между двух высотных домов, нервничала и боялась. Щеночки были такие маленькие и милые. Но что же будет, если появится мамочка у них, большая и злобная собака. Естественное природное вооружение собак не только зубы, целая пасть, усеянная большими зубами, но и сильные лапы. И когти на сильных лапах у собак тоже есть. Стояла рядом со своим ребёнком, который и раньше очень боялся собак. Стояла рядом со своим ребёнком и была абсолютно беззащитная. У собак нельзя отнять их естественное, природой выданное вооружение. А у меня, в последнее время преследуемой той страшной картиной, которую я рисовала себе в голове, что догоняет меня стая злых собак, когда я рядышком по улице с ребенком иду, и начинают рвать на куски не меня, а ребенка. И я ничем своего детёныша защитить не могу, только смотрю на эту ужасающую картину. Потому что я хожу по городу абсолютно беззащитная и безоружная! И несколько раз, потихонечку, старательно вооружалась я. Но то, что дозволено собакам, никогда не бывает дозволено человеку в городе. Звенел звонок на входе в присутственное место, загорался огонёк на турникете охраны. И вытрясались у меня из сумки сре́дства защиты от злой собаки. Изымалась охранниками последовательно: Небольшая ручная тяпка - мотыжка: трёхзубая и острая, которую муж специально подточил. И обучал меня, как принять злобную собаку в прыжке, держать тя́почку за рукоятку крепко. Бить так, чтобы собака получила сильный удар, сама бы этого удара испугалась. Не стала бы больше собака преследовать ребёнка или меня. И даже спицу металлическую, вязальную, длинную, охранники безошибочно находили и изымали из сумки у меня. Охрана присутственных зданий и заведений живет совсем в другом, не нашем обычном, мире. Охранникам бесполезно объяснять, насколько пугает ребенка и может быть опасной для него целая стая бродячих собак! А если вдруг ребенок испугается! Собаки безошибочно чувствуют страх. В один прыжок настигнут и начинают рвать… И не успеет убежать человек. Он для побега от стаи собак ещё слишком маленький… …И вот мы дошли до двора, до стаи собак, что состояла из двух собачьих мамочек и десяти - двенадцати бездомных щенков, чтобы забрать с собой одного щеночка и вырастить щенка рядом с ребенком так, чтобы перепуганный злыми собаками маленький человек, рос вместе с собакой, понимал постепенно, что не все собаки его злобные враги, что бывают собаки хорошие, мирные и милые. И это был мой последний, секретный план. Так себе, если честно, план, как понимала я теперь, ожидая нападения мамаш - больших собак. Но другого плана у меня совсем не было…