Солнце Цишань Вэнь

Вот список имен старейшин и их чин. 1) Вэнь Аань. (o^▽^o)Этот старик, несмотря на свою мощь и мудрость, был на удивление чутким и добрым человеком. Он легко приходил в восторг от милых вещей (вспомните, как он сам смастерил чучело кролика для маленького Вэй Ина). Да, он мог быть немного забывчивым. Но когда он злился, он становился беспощадным. 2) Вэнь Тянь. <(￣︶￣)> Этот мудрый старик, увлеченный чтением и эрудированный в самых разных областях, считает книги лучшими друзьями. Он строго следит за успехами своих учеников, лично занимался с Вэнь Жоханем и сейчас наставляет двух молодых мастеров, мечтая и дальше передавать свои знания. Несмотря на его отрицание, все знают, как сильно он переживает за их успехи. 3) Вэнь Лин. ⌒(o＾▽＾o)ノ Он обладает замечательными кулинарными способностями, особенно в приготовлении десертов. Согласно его братьям, его юэбины — это драгоценное лакомство, ради которого даже боги готовы бы постараться попробовать их. Он крайне упрям, иногда вступает в споры с братьями и проявляет защитное поведение, поэтому его грудь наполняется гордостью, когда он наблюдает за своим лидером в состоянии территориальной готовности 4) Вэнь Хэ. (；⌣̀_⌣́) Он - стратег, способный анализировать сложные ситуации, и опытный фехтовальщик, для которого меч - не просто оружие, а ценный артефакт. Его отличает элегантность и аккуратность. Он гордится тем, что обучал лидера Вэня фехтованию, и иногда позволяет себе подшучивать над братьями по этому поводу. Несмотря на немногословность и сдержанность, он не лишен чувства юмора и любит поддразнивать окружающих, хотя и делает это неявно. 5) Вэнь Фо ♡＼(￣▽￣)／♡ Самый младший из братьев, он сохранил детскую непосредственность, но это не мешает ему быть блестящим стратегом. Его ум - настоящий генератор идей, и никто не знает, что он придумает в следующий момент. Его часто можно застать за экспериментами, особенно в компании мадам Вэнь, с которой они создают удивительные вещи. Он всегда готов к озорству, ведь его душа полна юношеского задора. -------------------------------------------------------------------------------- Хотя время в обществе питомца прошло очень весело, у них накопилось множество неотложных дел, поэтому они попрощались с ней и оставили её отдыхать в глубине пещеры. Они пообещали вернуться к ней в ближайшее время. Когда Вэй Ин отошёл в сторону, его внимание полностью захватил Чжан фу. –Расскажи мне, — прошептал он, и Вэнь Жохань, с нежной улыбкой, поцеловал тыльную сторону его ладони в ответ. –Зачем ты активировал амулет раньше — спросил Вэй Ин. Вэнь Жохань удивлённо приподнял брови, а затем лукаво усмехнулся: –Ты такой наблюдательный, мой дорогой. Чтобы подчеркнуть свою близость, он обнял Ци цзы сзади, обхватив талию и опустив подбородок на его плечо. –Я сделал это, потому что опасался, что кто-то может проследить за нами и застать нас в... интимной ситуации здесь, в пещере. Вэй Ин, уловив подтекст, покраснел. –Бесстыдник!— воскликнул он. Смех Вэнь Жоханя эхом отозвался в теле Вэй Ин, ведь они стояли так близко. –Эта идея казалась тебе весьма заманчивой раньше, не так ли, любимый? Его тёплое дыхание скользило по чувствительной коже шеи Вэй Ин, заставляя его ноги дрожать. Вскоре лёгкие, как крылья бабочки, поцелуи покрыли его нежную, снежно-белую шею, оставляя влажные, покалывающие следы. Голос А-Ин дрогнул, выдав лишь невнятное: –А-Жо. Чувственность нарастала, стирая границы дозволенного. Ноги Вэй Ин подкашивались, но сильная рука Чжан фу на талии не давала ему упасть. Его руки, словно живущие своей жизнью, не могли усидеть на месте. Одной рукой он крепко удерживал его а другая, дерзкая и настойчивая, пробиралась под слои ханьфу, пока пальцы не коснулись нежной кожи его груди. От этого прикосновения А-Ин вздрогнул и невольно подался вперед, опасно приближаясь к источнику его растущего возбуждения. Вэй Ин был шокирован, ощутив его твердость. Попытка вырваться оказалась тщетной: Вэнь Жохань, словно обезумев от желания, крепко держал его, не позволяя отстраниться. Даже смерть не смогла бы разлучить их. Тяжелое, сбивчивое дыхание Вэня оглушало Вэй Ина, лишая его возможности ясно мыслить. Большие ладони Вэнь Жоханя, наконец, нашли то, чего так жаждали – мягкие, розовые груди, которые манили его. Он сжал их, не сдерживаясь, и Вэй Ин издал короткий, сдавленный звук, в котором смешались боль и острое наслаждение. Шепот Вэнь Жоханя, грубый и требовательный, опалил ему ухо: –Я желаю тебя, моя госпожа." Вэй Ин вздрогнула от возбуждающей картины, возникшей в его голове: жаркие объятия с Чжан фу в этой уединенной пещере, его сильное тело, властно владеющее ним, а его стоны эхом разносятся в темноте. Эта мысль была невероятно соблазнительной, но здравый смысл пытался взять верх. Вэнь Цин настоятельно рекомендовала им быть осторожными в первые недели беременности, чтобы не навредить ребенку. –А–Жо, нет... мы не должны... Ох! - прошептал Вэй Ин, его голос почти утонул в поцелуях Чжан фу. К счастью, Чжан фу услышал его но, казалось, не обратил внимания на его слова, продолжая осыпать его шею поцелуями и нежными укусами. Он был слишком увлечен, чтобы остановиться. Ханьфу Вэй Ина потеряла всякое приличие и соскользнула с его плеч, оставив Вэнь Жоханю простор для творчества. Чувствительность его груди усилилась от внимания Чжан фу. Лицо Вэй Ин покраснело. Его дыхание прерывалось с каждым его движением, когда он дёргал за соски. К этому времени его штаны уже намокли от пятен. — А-Жо! — воскликнул он, когда последний рывок на его груди оказался слишком интенсивным, и его нежная плоть отреагировала на прикосновение Чжан фу. Вэнь Жохань всё больше поражался этой чувствительности. –Ты так чувствительна здесь... Интересно, нравится ли твоему Чжан фу играть с твоей нежной грудью? Он спросил с невинным видом, что не оставляло впечатления, будто он способен опорочить человека, находящегося в пещере. Вэй Ин хотел ответить гневом на такую дерзость, но вскоре его злость утихла под воздействием Чжан фу. Он нарочно ослабил хватку на этих чувствительных местах, которые теперь пылали от его прикосновений. Вэнь Жохань был на пределе. Вскоре рот Вэй Ин был занят – толстые пальцы Чжан фу заставили его замолчать. Его голос прозвучал как приказ, властный и не терпящий возражений: –Бери их в рот. Вэй Ин не мог противиться этому тону. Он приоткрыл губы, позволяя его пальцам проникнуть внутрь, обвивая их языком и вызывая влажные, непристойные звуки. Он чувствовал, как Чжан фу напрягается, прижимаясь к нему ближе, и это доставляло ему удовольствие. Подняв глаза, все еще держа его пальцы во рту, он искал его взгляд. И вот оно... Ему нравилось видеть это выражение на его лице. Наблюдать, как он борется со своими желаниями, было невероятно возбуждающе. Он был похож на голодного зверя, долгое время лишенного пищи. "Определенно нужно будет переодеться," – подумал Вэй Ин. Взгляд Чжан фу становился все темнее и темнее каждый раз, когда он брал его пальцы в рот и вынимала их, покрытые слюной. Вэнь Жохань, обуреваемый желанием, с силой сжал челюсти, наблюдая за своим Ци цзы. Его пальцы, влажные от его близости, вернулись к его груди. Он с наслаждением ощущал, как его тело вздрагивает в его объятиях, и ласкал его соски, покрывая их слюной. От одного этого зрелища Вэнь Жохань почувствовал, как его захлестывает возбуждение. Он продолжал дразнить его соски, наслаждаясь скользкой текстурой, усиленной его собственной смазкой. Он чувствовал, как он дрожит, изо всех сил стараясь не издать ни звука, и это лишь подливало масла в огонь его страсти. Я понимал, что он появится очень скоро. –Чжан фу...— вырвался с уст Ци цзы короткий протяжный звук. О... что ж, вот оно. Вэнь Жохань торжествующе улыбнулся. –Ты готов дорогой? Не кажется ли тебе, что еще слишком рано? — с насмешкой поинтересовался он. — Ты! Ах! — простонал он. — Знаешь что? Стой! Стой! — умолял он из последних сил, и к своему удивлению заметил, как Чжан фу сразу же остановился, услышав эти слова. Что? Нет! Нет! Вэнь Жохань вскинул брови, изображая удивление. –Я остановился, потому что ты попросил. Разве не этого ты добивался, моя госпожа? - промурлыкал он, плотнее прижимаясь к нему, давая почувствовать всю свою мощь. В его голосе звучала неприкрытая насмешка. Он жаждал услышать его мольбу, чтобы он сам, своими губами, умолял его продолжить. В этот момент рассудок Вэй Ина окончательно помутился.. Внутренности скрутило от отчаяния, и он закричал, захлебываясь словами: –Нет! Господин! Не останавливайтесь! Я хочу кончить! Кончи! Кончи! Я был не прав! Он повторял это, как безумную мантру, умоляя о продолжении. Его не волновало, что ханьфу испачкается. Прикосновение Чжан фу было важнее. – Бесстыжый, – промурлыкал Вэнь Жохань, наслаждаясь его возбуждением. – Тебе достаточно прикосновения к груди... Вэй Ин прикусил губу, чувствуя, как его охватывает жар. Он снова позволил себе утонуть в его любви, или, скорее, снова влюбился в него. Как он мог сопротивляться? Его Чжан фу обожал ласкать его грудь, превратив её в источник сильнейшего наслаждения. Через некоторое время Вэнь Жохань вышел из пещеры, его лицо выражало полное удовлетворение. Он нес своего Ци цзы на руках, как невесту, его лицо по-прежнему было скрыто вуалью, но Вэнь Жохань мог видеть румянец на его щеках. Во время поездки Вэй Ин жаловался на его грубые ласки, говоря, что его кожа слишком чувствительна. Вэнь Жохань слушал его жалобы, не выказывая сожаления, пока они садились на жеребца и отправлялись обратно в орден. –Я бы не отказался сделать это здесь, мой дорогой Чжан фу, — повторил Вэнь слова, сказанные ранее его Ци цзы. — Ты раньше был очень заинтересован, мой дорогой. Это именно те слова, которые ты произнес, — заметил Вэнь, вспоминая, как Вэй Ин уверял их, что они сделают смелые поступки, когда войдут в пещеру. Вэй Ин быстро замолчал, чувствуя, как горит от смущения. –Разве ты не собирался позволить этому «Чжан фу» завладеть твоей невинностью, мое маленькое солнце?‐ Он крепче обнял талию Ци цзы, демонстрируя, что его желание совсем не уменьшилось. –Ты прав... Вэнь Жохань заметил: –Разве этот глава не храбр достаточно, чтобы осуществить свои планы в укромной пещере? — и продолжал передавать слова жены. — Тебе разве не нравились нежности этого Чжан фу? Вэй Ин ощутил, как его тело наполнилось жаром. У него было много желаний... видимо, в этой пещере их не хватало. Его супруг лишь играл с его грудью и кончил несколько раз. Дискомфорт от влажной одежды, прилипшей к телу, вызывал в Вэй Ине острое желание большего. "Мне нужно больше..." - беззвучно молил он. –Мне было хорошо! - торопливо произнес он, почувствовав, как рука Чжан фу, державшая его за талию, скользит вверх, к его ноющей груди. –Хватит! Там слишком чувствительно!- выдохнул он, пытаясь удержать его руку. –Ты сделал меня таким чувствительным! Теперь даже прикосновение ханьфу вызывает дискомфорт,- проворчал Вэй Ин с нежной надутой губой. И это было правдой, хотя Вэй Ин никогда бы в этом не признался: каждый подскок Балериона заставлял его вздрагивать, ведь ханьфу немилосердно терлась о его сверхчувствительные соски. – Позволь мне просто насладиться последними мгновениями, когда твои восхитительные груди принадлежат исключительно мне, – проговорил он с таким страдальческим видом, что мог бы выжать слезу из камня… если бы этот камень не звали Вэй Ин. Вэй Ин ошеломленно распахнул глаза. – Да ты просто неисправим! Какое бесстыдство! Ты все еще споришь из-за питания нашего сына? Вэнь Жохань, ты просто невыносим! – воскликнул он, не сдержав возмущения. –А-Ин! – с явным удовольствием произнес Чжан фу, и Вэй Ин замер, пораженный его тоном. "Что я такого сказал, что его так обрадовало?" – подумал он, обернувшись и увидев его сияющее лицо. –Неужели он понял меня правильно? – прошептал он, и его лицо расцвело от счастья. "Теперь-то нашим детям будет, что кушать... Это значит... это значит..." Вэй Ин понял, что проговорился. Он вспомнил тот день, когда Вэнь Цин, после осмотра, сказала, что у него хорошие шансы на успешное грудное вскармливание. Он намеренно скрывал это от Чжан фу, не желая, чтобы его замучили расспросами. Поэтому он решил сообщить ему об этом позже, когда придет время. Единственное, что ему оставалось - это надеяться на то, что в будущем его грудь будет избавлена от подобного надругательства и чрезмерного воздействия. Но даже прекрасный Балерион испытывал дискомфорт. Он молил богов, чтобы всадники не позволяли себе вольностей и не портили его шкуру. Особенно его беспокоило бесстыдство хозяина и та похоть, которую он ощущал от каждого, кто осмеливался сидеть у него на спине. Он мечтал, чтобы это отвратительное чувство исчезло. Вэнь Жохань, прибыв в орден, старался держаться подальше от людных мест, направляясь к своим покоям. Нежно неся Ци цзы, он достиг двери и, помедлив, открыл ее. Но прежде чем он успел переступить порог, голос Вэй Ина заставил его замереть. Сердце Вэнь Жоханя сжалось от страха: неужели его снова изгонят из собственного дома за те злодеяния, что он совершил в пещере? Тем не менее, Вэй Ин вдруг что-то вспомнил и запросил, чтобы его освободили, и его просьба была выполнена. Он не понимал, почему его супруг раздевает его в коридоре. Глава позволял своему Ци цзы делать лишь то, что он сам желал. — Что с тобой? Решил пошалить прямо здесь? Какой же ты у меня непослушный На шутки Вэня он ответил холодным взглядом. –Это ханьфу нужно сжечь! — произнес он, пытаясь снять с него пояс. Заметив его разочарование, Вэнь Жохань протянул руку помощи. В этот момент раздался звук падающего ремня. Вэй Ин, словно одержимый, развязывал ханьфу Чжан фу, сбрасывая его в коридор. Но и этого ему было мало – он продолжала раздевать его, пока на нем не осталось лишь нижнее белье. Вэнь Жохань не понимал, что происходит. Внезапно Вэй Ин исчез и тут же вернулся с талисманом, который активировал с такой скоростью, что Вэнь Жохань не успел даже прочитать надписи. Но, как оказалось, это было и не нужно... Результат применения талисмана был очевиден. Огненный талисман Талисман мгновенно воспламенил одеяния, подтверждая свою силу. –О чем ты только думал?! Как ты посмел явиться сюда, в наши покои, в ханьфу, к которой прикасалась та женщина?! -Вэй Ин был в ярости. Избавиться от этой ханьфу – вот что сейчас важнее всего. Он не мог забыть, как эта женщина своими грязными руками осквернила эту прекрасную ткань. Ему хотелось уничтожить это воспоминание, уничтожив и саму ханьфу. Вэнь Жохань взглянул на него с нежностью, нежно обняв его лицо, произнес: –А-Ин отлично справился, теперь не о чем волноваться. Эти вещи уничтожены! Мужчина ощущал, как его Ци цзы поистине заботится о нем. В этот миг Вэй Ин обрел уверенность, наблюдая, как одежды превратились в пепел, и услышав от Чжан фу слова о том, что он хорошо поработал. –Я найду для тебя лучшие наряды, действительно великолепные. Сегодня важный день, помни об этом. Пора поделиться новостями с остальными. Вэнь Жохань подтвердил его слова кивком. –Да, моя госпожа, сегодня мы поделимся новостями. –Значит, я надену что-нибудь особенное! Мы должны выглядеть как пара, понимаешь, любимый? –Вэй Ин всегда неотразим, что бы ни надел,- заметил он. Смущенно покраснев, он, слегка надув губы, пока он держал его руки, проворчал: –И не позволяй им прикасаться к твоей ханьфу! Это ужасно раздражает. –Как прикажет моя госпожа... Вэнь Жохань прекрасно понимал скрытый смысл слов его госпожи... Мысль о том, что к нему прикоснутся другие, была ему отвратительна. Сердце Вэня дрогнуло от умиления, когда он увидел, как мило А-Ин морщится, ревнуя... –Нам пора принять ванну. После напряженной работы нужно привести себя в порядок, - сказал Вэнь, ожидая супруга. Он позволил себе легкий шлепок по его ягодицам, который не вызвал протеста, и закрыл дверь. … В огромном главном зале ордена, ученики, безупречно одетые, замерли в ожидании главы ордена. Их вызвали сюда, намекнув на чрезвычайно важные новости. Никто не осмеливался спрашивать, в чем дело; они просто подчинились приказу и терпеливо ждали рядом со своими учителями в этом необъятном пространстве. Холод, казалось, исходил не только от камня стен, но и от величественного трона, возвышавшегося в центре зала, напоминая о власти и величии. Среди учеников пробежал шепот, когда они увидели старейшин в серых одеяниях. Даже их лица выражали недоумение, что лишь подчеркивало необычность происходящего. Присутствие старейшин не оставляло сомнений: это событие имело огромное значение для всего ордена. И если даже они не были в курсе, то новость, должно быть, была поистине грандиозной. Предвкушение росло, и некоторые ученики невольно пощипывали себя. Место встречи было окутано тайной, тщательно скрываемой от чужаков, в особености от шпионов за ореном Вэнь. Эта новость предназначалась исключительно для членов их ордена. Появление мадам Вэнь произвело впечатление. Ослепительные драгоценности и прекрасное ханьфу подчеркивало его красоту. С осторожной элегантностью он поднялся по ступеням к платформе, где возвышался трон. Когда ученики заметили пришедшого мадам Вэнь, они поклонились ему в приветственном жесте. Вэй Ин, сложив руки перед собой, терпеливо ждал, создавая впечатление величественности и недоступности. Глава Вэнь, несомненно, гордился тем, что такой прекрасный юноша находится рядом с ним. Некоторые учащиеся приветствовали Вэй Ина издалека, и он отвечал им искренней улыбкой, отражая радость своих подопечных. Хотя они осознавали, что человек, стоящий перед ними в роскошном одеянии, женат, это никак не мешало им стараться видеть его как можно чаще... на самом деле в этом не было ничего страшного, они не собирались из-за этого переживать. Однако, восторженные взгляды, которыми группа одаривала Ци цзы главы, быстро угасли под ледяным взглядом Вэнь Сюя, Первого Молодого господина Вэня Он встал рядом с мадам Вэнь, испепеляя взглядом тех, кто посмел смотреть на его А-Нян с вожделением. Вэй Ин, заметив это, не упустил возможности поддразнить своего сына, пытаясь заставить его перестать так свирепо смотреть на окружающих. Вэнь Сюй, смущенный насмешками матери, покраснел до кончиков ушей. Крик пронзил воздух, словно удар хлыста. — Входит Цзюшан Вэнь, — прозвучало объявление Огромные двери с лязгом закрылись, отрезая их от внешнего мира. Вэнь Цин, вошедшая последней, обеспечила тишину, наложив защитные талисманы. Вэй Ин улыбнулся, и в этой улыбке был весь его мир, предназначенный только для Чжан фу. Он протянул руку, и он, поднявшись на платформу, нежно взял его ладонь в свою. Этот жест был полон любви и понимания, словно тайный язык, известный лишь им двоим. Прибытие главы было встречено всеобщим поклоном учеников. Одного взгляда, которым обменялись отец и сын, хватило, чтобы Вэнь Жохань все понял. Быстрым движением Вэнь Жохань переложил руку Вэй Ина на талию своего Ци цзы. Ученики, смущенно опустив глаза, стали свидетелями этой нежной близости между лидерами. Глава не только не скрывал своей нежности, но и заявлял о своих правах. Это было безмолвное, но красноречивое заявление. Этот прекрасный человек рядом со мной - мой Несмотря на свою власть и влияние, глава Вэнь был удивительно собственническим человеком, особенно когда дело касалось его Ци цзы. Лишь самые нерасторопные ученики забывали об этом. Вызывая у старейшин ордена приступы сдержанного смеха. Наблюдать, как такой грозный глава превращается в ревнивого Чжан фу, было зрелищем, достойным внимания. Громогласный голос главы возвестил: –Эта встреча ознаменуется важными новостями!‐Он остановился, окидывая взглядом адептов, собравшихся в просторном зале, и в его глазах мелькнула благодарность. –Первым делом я хочу представить вам нового членов нашего ордена. Вэнь перевел взгляд на А-Сана, появившегося в сопровождении младшего сына. –С Хуайсаном мы уже договорились, и его дальнейшее пребывание в ордене Вэнь официально подтверждено. Хуайсан, скрываясь за веером, залился краской. Он был совершенно не готов к тому, что глава собирался сказать. — Кроме того, меня интересует, что он думает о возможности сменить фамилию. В комнате воцарилась мертвая тишина. Неужели глава имел в виду то, о чем я подумал? Хуайсан почувствовал, как мир вокруг него поплыл от потрясения. Неужели сам глава Вэнь предложил ему взять свою фамилию? Слова словно застряли в горле. –Я... это ведь шутка? Разве такое возможно? - пробормотал он, отказываясь верить услышанному. Ему казалось, что он спит, и этот сон был слишком прекрасен, чтобы просыпаться... После того, как его собственный брат, глава ордена, публично унизил его, назвав "никчемным" и плюнув в лицо,на что еще оставалось надеяться обычному заклинателю? Он чувствовал себя слегка обманутым. Хуайсан тайком ущипнул себя под рукавами ханьфу, чтобы удостовериться, что все это происходит на самом деле... Всё в порядке... Боль была слишком реальной... –Решение за тобой, никто не будет тебя заставлять. Я глава, конечно, это возможно», — тихо произнес Вэй Ин. На это ученики выражали одобрение, поддакивая. Даже старейшины кивали, показывая свое согласие. Глаза Хуай Сана очень быстро наполнились слезами, зрение затуманилось от слёз, которые выступили у него на глазах. Он ощущал себя окруженным любовью и пониманием. После тягостных дней под надзором главы Не, редкие визиты к Вэй Ину в Цишань Вэнь становились для него настоящим спасением. Хуайсан, конечно, испытывал угрызения совести за эти мысли, ведь он чувствовал себя виноватым, но суровая атмосфера ордена Не давила на него невыносимо. Постоянное присутствие брата, его укоризненные взгляды, подчеркивающие его слабость, угнетали его. В этом месте, где его принимали таким, какой он есть, он мог быть самим собой, не боясь осуждения. Постоянное повторение одной и той же мысли со временем заставляет поверить в нее. Из-за своей неуверенности, вызванной посредственными способностями и плохим владением оружием, он начал верить в слова своего бывшего брата, считая себя никчемным Это стало последней каплей, сломившей его. Подобная участь постигла и этот нежный цветок. В Цишань Вэнь он наконец-то нашел место, где его принимали таким, какой он есть, без осуждения за недостатки. Вэй Сюн, вместо того чтобы критиковать, помогал ему раскрыть скрытые таланты и поверить в себя. Хуайсан не остался незамеченным для Вэнь Жоханя. Тот увидел потенциал в его веере, не ограничиваясь его декоративной функцией. По приказу Вэнь Жоханя, Хуайсана обучили боевым искусствам с использованием веера, что впервые дало ему ощущение собственной значимости. Вэнь Жохань, часто с насмешкой в голосе, говорил: –"Орден Не совершенно не ценит разносторонние таланты своих адептов. Какая нелепая растрата! –Неужели они не понимают, что существуют и другие виды оружия, кроме этих бессмысленных сабель? Как можно называть себя мастерами, если вы не можете адаптироваться к способностям учеников? Просто трата времени. –Ты умный, но пока бесполезный. Используй свой ум, и, возможно, произойдет что-то удивительное." Каждое слово главы Вэнь согревало сердце юноши, вселяя в него чувство значимости и любви. Вопреки мнению тех, кто стремится к безупречности, Вэнь Жохань обладал редкой проницательностью, умея раскрыть потенциал каждого. Неудивительно, что орден Вэнь славился талантливыми адептов, преуспевающими в самых разных областях. Глава Вэнь, обладая сильным характером, всегда находил нужные слова, чтобы поддержать и направить. Он понимал его, слушал и давал мудрые советы – то, чего никогда не мог дать родной брат, лишь подпитывавший его неуверенность. В ордене Вэнь он впервые почувствовал себя на своем месте. Вэй Ин и Вэнь Жохань открыли перед ним мир возможностей, о которых он даже не мечтал. Его прогресс в совершенствовании заметно ускорился благодаря регулярным визитам в орден Вэнь... но, казалось, его Даге этого всегда было недостаточно. Теперь он стоял в величественном зале чужого ордена. Ордена, который приютил его, накормил... и теперь даровал ему свою фамилию. Хуайсан оглядел адептов, приветствующих его с одобрением. Даже невозмутимые учителя ордена выражали свое принятие. Они приняли его, когда он был совершенно одинок и беззащитен. Вэнь Чао, находившийся рядом, протянул ему небольшой платок, чтобы он мог утереть слёзы. Это ещё больше тронуло сердце Хуайсана. Вытирая слёзы, он твёрдым голосом произнес: –Глава Ордена Вэнь, для меня это большая честь. Он склонился в поклон и поклонился всем телом. — Итак... — громко произнес глава, чтобы все могли услышать, — теперь среди нас Вэнь Хуайсан. Новый член ордена Вэнь. Ученики не смогли сдержать радостные эмоции и хором воскликнули: –Приветствуем Вэнь Хуайсана! Последующие события для Хуайсана слились в единое целое, оставив лишь ощущение многочисленных объятий. Эмоции захлестнули его, и лицо залилось краской от слез и радости. В его честь был устроен пышный банкет. Банкетный зал наполнился учениками, занявшими места за длинными столами, как только их лидеры уселись. Атмосфера была наполнена весельем и оживлением, и Хуайсан с удовольствием окунулся в нее. Глава Вэнь поддразнивал его, сравнивая с пчелой, выпорхнувшей из кокона. Вэй Ин заливался смехом от этой метафоры. –Летаешь от стола к столу, словно пчелка в поисках пыльцы, - подшучивал глава. Хуайсан, переполненный энергией и волнением, действительно порхал между столами, общаясь с учениками Вэнь и наслаждаясь обществом. Вэнь Жохань с улыбкой наблюдал за его неугомонностью, удивляясь, как быстро он перемещается из одного конца зала в другой. А-Сан даже не стал это отрицать, он был в восторге. Наступил такой момент, когда сложно было сказать, что стало причиной его хорошего настроения — прекрасный напиток или весёлое общение в комнате. Но А-Сан заметил, что щеки главы Вэнь слегка покраснели, когда тот взглянул на своего Ци цзы. Он также обратил внимание на Вэй-Сюна, который выглядел так же. Странно, что ни кто из них не пил вина, так что причина их смущения явно не в алкоголе. Любопытство взяло верх, и он поднялся по короткой лестнице, чтобы занять своё место между детьми главы и Вэй Ин. Однако прежде, чем он успел что-то сказать, глава начал говорить, и все замерли в ожидании его слов. –Поскольку мы все здесь, мне действительно не стоит дольше скрывать одну новость, — произнёс он. Интерес к его словам был очевиден, включая старейшин. Вэнь Цин тем временем ожидала реакции окружающих. — Скоро состоится великое торжество, когда мы снова будем вместе, — тут же все поняли, к чему он клонит… когда другие ордена покинут это место. — Но новость заключается в том, что мы с Ци цзы решили её раскрыть, — услышали они, как многие смутились от нежного жеста своего лидера, который так заботливо держал руки мадам Вэнь. — Мой прекрасный Вэй Ин, ты сообщил мне замечательную новость. В этот момент даже дети главы наклонили головы от любопытства, как они привыкли делать, когда их отец говорил. — Мы с госпожой Вэнь ожидаем малыша, — сообщил он с улыбкой. Вэнь Цин, сохраняя невозмутимое выражение лица, наблюдала за ликующей толпой. В глубине души она тоже ощущала трепет, вызванный этой новостью, но внешне никак этого не проявляла. Вэнь Нин, заметивший ее, поспешно повернулся к ней: –Цзецзе, это правда о беременности? Вэнь Цин с весёлым смехом отреагировала на теплые чувства брата и сказала: –Это действительно произошло, А-Нин. Главе наконец-то удалось сделать А-Ин беременным. Вскоре зазвучали крики адептов, которые с восторгом стали поздравлять своих лидеров. — Пусть глава Вэнь и госпожа Вэнь будут благословлены на тысячу лет! — Да здравствуют наши правители! Даже самые опытные учителя не могли унять бурю восторга в своих учениках. Новость о беременности мадам Вэнь вызвала у некоторых восторг, и они предвкушали радостное событие. Однако их ожидания были прерваны внезапным происшествием: Третий старейшина потерял сознание. Его подхватили другие старейшины, и он что-то невнятно бормотал, находясь на руках у второго старейшины. Тот, обеспокоенный, обмахивал брата веером, пока тот приходил в себя. С трудом поднявшись на ноги с посторонней помощью, он, все еще не совсем проснувшийся, произнес: –Братья мои, Вэнь Линю привиделся чудесный сон! Старейшины, сможете ли вы догадаться, что именно мне приснилось? Ха! Готов поспорить на тысячу монет, что нет! Ни за что не угадаете! Названные братья Вэнь Лина смотрели на него, как на умалишенного. Даже обычно невозмутимый глава ордена не мог скрыть любопытства и легкой тревоги, слушая бормотание старика. – Ну и что же там привиделось этому Вэнь Лину? – прозвучал вопрос. – Братья, вы просто попадаете со стульев! – провозгласил Вэнь Лин, расплываясь в блаженной улыбке. – Этот старый дурак Вэнь Лин увидел во сне, что наш глава … о да! Наш глава во всеуслышание объявил сенсационную новость! Старики переглянулись, пряча ухмылки. – И что же за новость осчастливила нашего главы? – продолжал Вэнь Лин. – Мне приснилось, что наш драгоценный мадам Вэнь… в положении! И глава об этом раструбил на весь мир! Старик, придерживавший Вэнь Лина, хмыкнул: – Да, Вэнь Лин, сон тебя совсем запутал! Глава ясно дал понять, что госпожа Вэнь осчастливит орден Вэнь третьим наследником! Видимо, это было слишком для старика Вэнь Лина, и он снова потерял сознание. Вэнь Цин попросила проводить её в медпункт. Старейшины, переполненные радостью, с почтением прощались с Вэнь Жоханем и его Ци цзы, не скрывая своего восторга. Уводя третьего старейшину, они слышали его бормотание, адресованное Вэнь Цин, с просьбами не беспокоиться о нем, ведь это вредно для его здоровья. Вэнь Жохань счел их реакцию преувеличенной. Повернувшись к Ци цзы, он с удивлением обнаружил Три навязчивые фигуры пытались прильнуть к нему. Вэнь Жохань решил не вмешиваться в этот раз. Только в этот раз... Залитые слезами лица сыновей и А-Сана заставили главу смягчиться. Бросив любящий взгляд на Ци цзы и нежно коснувшись его, он встал и вышел. Он осознавал, что ученики хотят поздравить Вэй Ина, но не решаются из-за него. Вэнь Жохань решил сделать исключение, только на этот раз. Присутствие сыновей, части его самого, успокаивало его. Он направился в медицинское отделение, чтобы узнать о состоянии старейшины. У входа в большую палату он увидел прикованного к постели старика, окруженного множеством обеспокоенных целителей. Вэнь Жохань, неслышно появившийся у входа, замер, прислушиваясь к разговору стариков. Один из них, не умолкая, твердил: — Говорю вам, братья! Я отчетливо слышал, как наш глава говорил о скором появлении ребенка. Ах, братья, если это правда, я буду безмерно счастлив! Другой старик, уставшим голосом, возразил: — Боевой брат, я повторяю, глава уже объявил об этом. Это не сон, дорогой брат. В глазах третьего старика мелькнуло просветление. — Брат, это правда? — растерянно спросил он. Улыбка Вэнь Тяня стала еще шире. — То, что он говорит, правда, брат. Это не сон, — подтвердил он. — Верно, брат, А-Тянь говорит правду, — добавил первый старейшина. Остальные старейшины согласно закивали, подтверждая слова Вэнь Тяня. Лицо Вэнь Лина озарилось широкой улыбкой, и его смех раскатился по комнате. –Братья, это невероятная новость! Сегодняшний день просто благословен! Я буду счастлив готовить для госпожи Вэнь, когда бы он ни пожелал! Конечно, если наш глава соизволит разрешить, ведь он так трепетно относится к его диете. В прихожей эхом разнесся глубокий, властный голос: –Мой Ци цзы будет в восторге от такого предложения. В комнате воцарилась тишина. Старейшины замерли. –Глава Вэнь! Мы не ожидали вас здесь увидеть! Вэнь Жохань не стал признаваться, что подслушивал. –Я только что прибыл. Вэнь Лин, смущенный, пробормотал: –Не стоило мне отвлекать главу от важных дел своим визитом. Вэнь Жохань приблизился к кровати и присел на ее край. –Как я мог не навестить вас, старший Лин? Как вы себя чувствуете? –Со мной все в порядке, не стоит беспокоиться, глава. Вэнь Аань с усмешкой добавил: –Старейшина так был поражен новостью, что потерял сознание! Он даже подумал, что все это ему снится. Старики дружно рассмеялись, а щеки Вэнь Лина покраснели от смущения. –Где Вэнь Цин? Почему она не осматривает тебя? - спросил глава, выражая явную обеспокоенность состоянием Вэнь Лина. Вэнь Лин был тронут заботой главой, хотя и не мог не отметить, что его товарищи по оружию явно завидуют такому вниманию. Появление самого главы ордена, открыто выражающего беспокойство, вызывало у него чувство гордости. Взглянув на своих братьев, он заметил в их взглядах легкую зависть. С сияющей улыбкой Вэнь Лин ответил: –Вэнь Цин сказала, что со мной все в порядке, просто нужен отдых. Она посоветовала мне помедитировать. Вэнь Жохань кивнул. Старый Вэнь Лин, заметив что-то, решил попытать удачу: –Глава, вы действительно не возражаете, если я приготовлю еду для вашего Ци цзы? Казалось, в тишине можно было расслышать, как тяжело бьется сердце старика. Лицо главы исказилось сложной гаммой чувств. Тень сомнения омрачила радость старика. – Мэр Лин, это излишне, – прозвучало в его голосе. Надежда старика окончательно угасла. Первый старейшина Вэнь Аань, тронутый до глубины души, почувствовал, как к глазам подступают слезы, предчувствуя отказ. – Вэнь Лин понимает ваше решение, глава. Вэнь Жохань неожиданно взял руку старика, и тот невольно вздрогнул. Все знали о нелюбви главы к прикосновениям, уходящей корнями в детство. Они помнили его еще младенцем! Вэнь Лин воспринял этот жест как утешение, позволяющее ему легче перенести грядущий отказ. –Майор Лин, вы же старейшина. Разве глава не должен оберегать вас от такой работы? Это же не ваше дело! Вэнь Жохань понимал, что старейшины должны быть окружены заботой. Вэнь Лин, конечно, понимал это тоже, но его это не останавливало. –Я не хочу перечить главе, я рад помочь, - ответил Вэнь Лин. Вэнь Жохань знал, что Вэнь Лин не переубедить. Он был известен своим упрямством. –Я просто беспокоюсь о вашем самочувствии, майор Лин. Слова главы заставили старейшину Лин вскочить с постели. Он выпрямился и с энтузиазмом заявил: –Я чувствую себя отлично! Все прошло! Видите, глава? Мне гораздо лучше! Остальные старейшины с добродушным смехом наблюдали за этой демонстрацией чувств своего боевого брата. Третий старейшина, Вэнь Лин, добавил: –Я позабочусь о том, чтобы еда мадам Вэнь была насыщена духовной энергией, чтобы обеспечить ему легкую беременность. Воспоминания о том, как маленькая мадам Вэнь с удовольствием уплетал его угощения, заставили его сердце трепетать. Все помнили его очаровательное личико, перепачканное сладостями. Вэнь Лин, посвятивший себя кулинарии, с радостью готовил для него лучшие закуски, видя его сияющую улыбку. Никто не сомневался в его мастерстве. Вэнь Лин, счастливый от возможности помочь, с нетерпением ждал появления маленькой копии главы. Вэнь Аань и Вэнь Хэ согласились, вспоминая, каким очаровательным был глава Вэнь в детстве. Вэнь Жохань лишь делал вид, что слушает бессвязную болтовню старейшин. Вэнь Лин, тем временем, продолжала мечтать: –Глава Вэнь, я бы снова потерял сознание от восторга, увидев вашу миниатюрную копию! Это было бы восхитительно! –Я не могу ничего гарантировать, это не в моей компетенции, - ответил Вэнь Жохань. –Но я могу предпринять несколько попыток. Старейшины, конечно, не стали бы возражать против целого клана юных господ. С красотой мадам Вэнь и мощью их главы, потомство обещало быть одновременно сильным и красивым. Довольные ответом, старейшины одобрительно закивали и подняли вверх большие пальцы. –Постарайтесь, Глава. В этот самый момент, в другой комнате, Вэй Ин невольно содрогнулся. Вэнь Жохань, в отличие от старейшин, мечтал о другом: о полчищах маленьких, красноглазых старейшин илина, заполонивший орден. Клан, кишащий маленькими тиранами. Идеально! –Я хочу, чтобы они были похожи на моего Ци цзы, - заявил глава. Лицо Вэнь Ааня расплылось в улыбке. –Глава! Наш госпожа Вэнь - истинный красавиц, его глаза сияют! Но, - он на секунду задумался, - боюсь, вам пришлось бы несладко, когда ваши дети подрастут. Вэнь Жохань с любопытством посмотрел на него. Что плохого в том, чтобы дети унаследовали красоту его Ци цзы? –Поясни - потребовал он. Вэнь Аань, все больше воодушевляясь, не заметил, как его одежда натянулась. Старейшины побледнели, представив, что сейчас скажет Вэнь Аань. Госпожа Вэнь, спасите нас! - мысленно взмолились они. Пятый старейшина осознавал, что без невероятной силы не обойтись, и поспешил за мадам Вэнь. Второй и Четвертый старейшины проводили взглядом уходящего Вэнь Фо, втайне молясь, чтобы он как можно скорее вернулся с Ци цзы главы. Вэнь Лин отчаянно дергала брата за одежду, но Вэнь Аань был слишком поглощен происходящим, чтобы заметить это.