Потерянная сладость

Вечер опускался на Сеул, окрашивая небо в нежные персиковые и лиловые тона. Джисон заканчивал разбирать свои немногочисленные вещи в новой комнате. Каждая сложенная футболка, каждая поставленная на полку безделушка приближали его к осознанию того, что это теперь его новый дом, по крайней мере, на какое-то время. Благодарность к Минхо переполняла его. Он чувствовал себя обязанным хоть как-то отплатить за его доброту и невероятную заботу. Минхо утром предупредил, что вернется поздно — важная встреча, подписание крупного контракта. «Идеальный момент, чтобы приготовить ужин!» — решил Джисон. Он хотел сделать что-то приятное, простое, но от души. Он спустился на кухню, которая поражала своими размерами и оснащением. Госпожа Чхве, экономка, милая и тактичная женщина, уже показала ему, где что находится. Джисон выбрал простой рецепт — токпокки, его любимое блюдо, и немного кимчиччигэ. Он с удовольствием погрузился в процесс готовки. Ароматы специй наполнили кухню, и на душе стало как-то теплее и спокойнее. Он так увлекся, что совершенно не услышал, как тихо открылась и закрылась входная дверь. Минхо вернулся раньше, чем планировал. Подписание контракта прошло на удивление быстро и гладко. Он вошел в дом, ожидая тишины, но его нос уловил аппетитные запахи, доносившиеся с кухни. Удивленный, он направился туда. Картина, которую он увидел, заставила его на мгновение замереть. Джисон, в простом домашнем фартуке, стоял у плиты, сосредоточенно помешивая что-то в кастрюле. Легкий румянец играл на его щеках, волосы немного растрепались. Он выглядел таким домашним, таким… правильным в этой обстановке. Сердце Минхо невольно екнуло. В этот самый момент Джисон, потянувшись за специями, неловко задел горячую сковороду. — Ай! — он вскрикнул от неожиданной боли и отдернул руку, на которой мгновенно появилось красное пятно ожога. Минхо тут же оказался рядом. — Джисон! Что случилось? — его голос был полон беспокойства. Джисон вздрогнул от неожиданности, увидев его. — Минхо-ши! Вы… вы уже вернулись? Я… я просто… — он смутился, пытаясь спрятать обожженную руку. Но Минхо уже все видел. Он осторожно взял его руку, осматривая ожог. — Тише, не двигайся, — сказал он, его лицо стало серьезным. Он быстро открыл кран с холодной водой и подставил руку Джисона под струю. Затем достал из аптечки, которая, как оказалось, была и на кухне, специальную мазь от ожогов и аккуратно нанес ее на покрасневшую кожу, после чего наложил легкую повязку. Все это он делал молча, но с такой сосредоточенной заботой, что Джисон чувствовал, как его сердце тает. — Спасибо, — тихо пробормотал он, когда Минхо закончил. — Я такой неловкий… Минхо поднял на него глаза. В его взгляде не было и тени упрека, только беспокойство. — Джисон-а, — сказал он мягко, но твердо. — Пожалуйста, больше не готовь сам. Для этого есть госпожа Чхве. Тебе нужно беречь себя, особенно сейчас. Никаких лишних нагрузок и рисков. — Но я хотел… я хотел вас отблагодарить, — смущенно признался Джисон, опустив глаза. — Вы столько для меня делаете. Минхо вздохнул и положил руку ему на плечо. — Лучшая благодарность для меня — это твое хорошее самочувствие и спокойствие, Джисон. Пожалуйста, пойми. Я не хочу, чтобы ты подвергал себя опасности. Даже такой, казалось бы, незначительной. Он заглянул в кастрюли на плите. Аромат был восхитительным. — Пахнет очень вкусно, — сказал он с легкой улыбкой. — Давай сегодня мы все-таки попробуем твой ужин. Но в следующий раз — доверь это госпоже Чхве, хорошо? Джисон кивнул, чувствуя одновременно и легкое разочарование от того, что его застали врасплох и отругали, и глубокую признательность за такую заботу. Он понял, что Минхо действительно беспокоится о нем, и это было невероятно трогательно. Они сели ужинать на кухне. Несмотря на небольшой инцидент, атмосфера была теплой и какой-то по-домашнему уютной. Минхо с аппетитом ел приготовленные Джисоном блюда, хвалил его кулинарные способности, и Джисону было очень приятно. В этот вечер он еще раз убедился, что попал в надежные руки. И хотя его гордость иногда протестовала против такой опеки, сердце подсказывало, что сейчас это именно то, что ему нужно. Безопасность, забота и уверенность в завтрашнем дне — то, чего ему так не хватало. И все это ему давал человек, который еще совсем недавно был для него просто незнакомцем. После ужина, который, несмотря на небольшое происшествие, прошел в удивительно теплой и непринужденной атмосфере, Минхо провел для Джисона небольшую экскурсию по дому. Он показал ему гостиную, библиотеку, выход на террасу с видом на сад и, конечно же, ванную комнату, смежную с комнатой Джисона. — Здесь все необходимое, — сказал Минхо, открывая дверь в просторную ванную, отделанную светлым мрамором. — Полотенца, халаты. Если чего-то не хватает, скажи госпоже Чхве, она все принесет. Отдыхай, тебе нужно восстанавливать силы. Джисон поблагодарил его, чувствуя приятную усталость после насыщенного дня. Мысль о горячем душе была очень соблазнительной. Он дождался, когда Минхо уйдет в свою часть дома, и, недолго думая, направился в ванную. Он с наслаждением стоял под струями теплой воды, смывая с себя остатки больничной усталости и напряжение последних дней. Вода расслабляла, успокаивала. И только когда он выключил душ и потянулся за полотенцем, до него дошло: он совершенно забыл взять с собой сменную одежду. Все его вещи остались в комнате, в сумках, которые он еще не до конца разобрал. Щеки Джисона вспыхнули. Выходить из ванной в одном полотенце, рискуя столкнуться с Минхо или госпожой Чхве, было немыслимо. Он несколько минут стоял в растерянности, лихорадочно соображая, что делать. Вызвать экономку? Но это было бы еще более неловко. Вздохнув, он понял, что другого выхода нет. Нужно просить Минхо. Сердце колотилось от смущения, но выбора не оставалось. Он плотнее завернулся в большое махровое полотенце и, приоткрыв дверь ванной, насколько позволяла щель, негромко позвал: — Минхо-ши? Вы… вы здесь? К его облегчению, Минхо почти сразу откликнулся из соседней комнаты, вероятно, из своего кабинета, расположенного на том же этаже. — Да, Джисон? Что-то случилось? — Я… я тут немного… — Джисон замялся, чувствуя, как краска заливает его лицо. — Я забыл взять одежду. Не могли бы вы… принести мне что-нибудь из моей комнаты? Пожалуйста. На том конце провода повисла короткая пауза, а затем раздался спокойный голос Минхо: — Конечно, сейчас принесу. Не волнуйся. Джисон с облегчением выдохнул, но тут же снова напрягся. Минхо будет рыться в его вещах! Эта мысль была ужасно неловкой. Минхо тем временем подошел к комнате Джисона. Он действительно не хотел копаться в чужих вещах, считая это проявлением неуважения. Он быстро оглядел сумки, но решил, что проще и быстрее будет дать что-то из своего. Тем более, он помнил, что Джисон сейчас особенно чувствителен к холоду, а его собственные вещи могли быть слишком легкими. Он вернулся в свою гардеробную и выбрал одну из своих самых мягких кашемировых кофт — легкую, но теплую, — и пару свободных шорт из хлопка. Брюки ему точно были бы велики, а шорты, даже если и свободные, будут удобнее. Через пару минут он тихонько постучал в дверь ванной. — Джисон, я принес. Можешь приоткрыть дверь? Джисон, все еще завернутый в полотенце, сгорая от смущения, чуть приоткрыл дверь, оставив лишь узкую щелку. Минхо протянул ему аккуратно сложенную одежду. — Вот, держи. Надеюсь, подойдет. — Спасибо, — прошептал Джисон, быстро забирая вещи и захлопывая дверь. Он развернул принесенную одежду. Кофта была невероятно мягкой и приятно пахла едва уловимым, дорогим парфюмом Минхо. Шорты были явно великоваты, но держались на бедрах. Джисон быстро переоделся. Кофта оказалась очень уютной и действительно согревала. Шорты выглядели немного забавно, но это было лучше, чем ничего. Выйдя из ванной, он чувствовал себя немного странно в одежде Минхо. Она была такой… его. И это вызывало смешанные чувства — смущение, но и какое-то необъяснимое чувство защищенности. Минхо ждал его в коридоре, делая вид, что читает что-то в телефоне, но Джисон заметил, как быстро он поднял на него взгляд. — Все в порядке? Подошло? — спросил он, стараясь, чтобы его голос звучал как можно более нейтрально. — Да, спасибо большое, Минхо-ши, — Джисон покраснел, теребя край кофты. — И извините за беспокойство. — Не стоит извиняться, — Минхо мягко улыбнулся. — Главное, чтобы тебе было комфортно. Выглядишь… уютно. От его взгляда и этих слов Джисону стало еще более неловко, но и немного теплее на душе. Он пробормотал «спокойной ночи» и быстро скрылся в своей комнате, чувствуя, как пылают щеки. А Минхо еще некоторое время стоял в коридоре, провожая его взглядом. Образ Джисона в его слишком большой кофте, такого беззащитного и милого, надолго засел у него в голове, вызывая неожиданно нежные чувства. Этот омега определенно вносил в его упорядоченную жизнь приятный хаос. И, как ни странно, Минхо это начинало нравиться.