Мелодия Ветра и Облаков

Тем временем ничего не подозревающий Юли с удовольствием погрузился в горячую воду. От усталости тело гудело, а на душе скребли кошки. Он-то думал, что самое постыдное, что его ждёт – это ритуал с браслетами, а оказалось, что в собственном доме люди, ближе которых у него не было, на глазах у старшего супруга подвергнут его куда большему унижению. Никакие советы не помогали – с момента их свадьбы он уже несколько раз выставил себя в неприглядном свете и всё продолжал совершать ошибки, а теперь ещё и родственники подлили масла в огонь. Если завтра Данэллиан потеряет к нему интерес и запрёт в каком-нибудь дальнем углу Обители, он ничуть не удивится. И всё же горячая вода делала своё дело, и Юли расслаблялся. Он помнил, что нельзя засыпать, надо собрать остатки воли и вылезти из ванной, но никак не мог заставить уставшие мышцы повиноваться. Решив только на минуточку закрыть глаза, он почти сразу провалился в сон. – Доклад хозяину. – Что? – Младший супруг заснул. Данэль хмыкнул. Он ничуть не удивился, правда, всё же надеялся, что Юли сможет продержаться и доползти до кровати, но переоценил силы младшего. Наверное, за последние несколько лет тому и не приходилось переносить таких нагрузок, не говоря уже о моральной стороне вопроса. Вот только как ему поступить? Утонуть супругу хозяина марас, конечно, не даст, однако идти его будить значит повергнуть в ещё больший стыд. Самое разумное было попросить того же мараса аккуратно разбудить Юли и дождаться, когда он выйдет сам, но отчего-то Данэль чувствовал кислое отвращение к этой идее. Повинуясь внезапному порыву, маг неслышно прокрался в ванную. Юли крепко спал, его голова на бортике свесилась на бок, едва не касаясь носом воды, в которой уже не было пены. До этой минуты Данэллиан не видел тела супруга, да и не стремился к этому слишком активно. Как он и предполагал, Юли был худым, как щепка, и очень бледным, про таких говорят, что сдует вешним ветерком. Справа над соском виднелась небольшая родинка, похожая на звезду, на тонких конечностях почти не прослеживались мышцы, намокшие светлые волосы прилипли к голове, больше не напоминая пух. Некоторое время маг разглядывал своего нового члена семьи, пока не спохватился, что вода совсем остынет. Не хватало только, чтоб в довершение неприятностей, Юли ещё и простудился, и без того эту свадьбу можно считать одной из самых нелепых за последнее десятилетие. Маг не хотел ставить младшего в неловкое положение, но искушение оказалось сильнее. Он приказал марасу спустить воду, а сам поднял на руки почти невесомое тело и понёс в комнату. Юноша был насквозь мокрый, но, благодаря крепкому сну, Данэллиан мог не спеша обо всём позаботиться. С помощью потоков тёплого воздуха, он тщательно высушил волосы и тело Юли, а тот так и не проснулся, наоборот, свернулся в клубок на диване, чувствуя себя комфортно в согревающем воздушном коконе. Данэль смог даже намазать младшего супруга смягчающим средством, потому что ему показалось, что после воды его кожа стала немного сухой. Медленно проводя по бледной, тонкой коже, Данэллиан чувствовал странное умиротворение. Ему неожиданно нравились эти прикосновения, нравилось это безмятежно спящее в его руках тело, хотя, глядя на Юли, многие бы выразились в духе «ни кожи, ни рожи». Данэль поймал себя на том, что улыбается. Пусть кто-нибудь попробует сказать о его супруге нечто подобное, тут же познает на себе гнев Великого мага севера. Осталось лишь придумать, как утром объяснить самому Юли его чудесное перемещение из ванной прямиком в кровать. Скажу, что магия, беспечно решил Данэль, надеясь, что неискушённый младший поверит, не задавая лишних вопросов. *** Юли выплыл из сна и первое, что почувствовал, большие руки на своей спине. Он невольно завозился и услышал сонный вздох Данэллиана совсем рядом. Инстинктивно юноша замер, боясь потревожить спящего, но через некоторое время понял, что маг не проснулся, он просто изменил положение, позволив Юли устроиться поудобнее. Хоть он вроде бы выспался, тревожить старшего супруга не посмел, поэтому оставалось только лежать и размышлять на отвлечённые темы. О том, что произошло вчера, он решил не думать вовсе – прошедший день оставил горький привкус, что думать о будущем, пока не знал, поэтому сосредоточился на настоящем. Последнее, что он помнил, как принимал ванну, неужели всё-таки заснул? Значит, из ванной его вытаскивал Данэллиан, что ж, позором больше, позором меньше… видимо, поэтому он и одет не во вчерашнюю мягкую пижаму, а в скользкий шёлковый халат, который давно распахнулся и сполз. К счастью, под одеялом было тепло, а от горячих рук Данэллиана местами даже жарко. Юли сказал себе расслабиться и принять уже, наконец, что он теперь состоит в законном браке с Великим магом севера, а раз так, нет ничего плохого в том, чтобы лежать вот так, кожа к коже, и слушать чужое размеренное дыхание. Хватит вести себя, как ребёнок, Данэллиан, наверное, устал вчера ещё больше, если уж он помочь ничем не может, так хоть мешать выспаться не станет. Юли поудобнее пристроил голову на локте мужа и снова задремал. *** – Хозяин, хозяин, просыпайтесь, вы проспали больше десяти часов, а это вредно для здоровья. – Марас, отвали, я же сказал, у меня выходной! – Хозяин, для оптимального отдыха и восстановления организма, следует соблюдать режим… – Марас-с-с, – злобно прошипел Данэль, – ещё одно слово, и я тебя выключу, а разбудишь Юли – отключу на неделю! – Хозяину настоятельно не рекомендуется нарушать распорядок приёма пищи. Младшему хозяину также рекомендуется стабилизировать режим сна и бодрствования. – Я не сплю, – пробормотал Юли, переваливаясь на спину. От лежания в одной позе немного затекла шея. Данэллиан тоже завозился, убирая руку, которая онемела оттого, что на ней покоилась голова супруга. – Разбудил-таки. – Согласно телеметрии, младший хозяин давно не спит, – марас не умел ехидничать… вроде бы. – Чего не встаёшь тогда? – Я… – Юли по привычке запнулся, а потом пожал плечами и признался: – не хотел вас разбудить. – Тебя. – Что? – Не хотел будить тебя, – поправил Данэллиан, – Юли, мы третий день женаты. Некоторые к этому времени уже успевают потратить свадебные деньги, а мы ещё даже не перешли на ты. Хватит меня бояться. – … – Юли проглотил очередные извинения. – Вам… тебе легко говорить, а я даже не знаю, почему ты… почему твой брат… – он почувствовал легчайшее изменение напряжения чужих рук и немедленно замолчал. Совсем забыл, о чём его предупреждали! – Сказать по правде, я тоже не знаю. Не знает ни марас, ни король Ненчины, ни твой отец, – Данэль постарался, чтобы его голос звучал спокойно. Всё это точно не было совпадением, но он не хотел пугать Юли, потому что и сам пока не знал, чего тому следует бояться. – Никто не знает? А… – вопрос «а от чего он умер?» так и остался непроизнесённым. – А почему ты не расторг помолвку? – Даже у Великих магов существуют свои правила, которые нельзя нарушать, – Данэллиан и не думал вставать, вместо этого он подтянул Юли поближе и обнял поперёк живота. Его губы легонько коснулись обнажившегося плеча. – Существует так называемый преемственный договор. Обычный контракт после смерти мага или теряет силу, или может быть расторгнут его преемником, например, я совершенно не обязан покупать продукты там же, где это делал Милтад. Но в случае преемственного договора все иначе, кто бы ни вступил в наследование, он обязан выполнить условия, даже если не хочет. – Почувствовав, что тело в его руках становится все скованней, Данэль улыбнулся и добавил как можно мягче: – поэтому я, конечно, сперва удивился и немного разозлился, но когда увидел тебя и поговорил с тобой, понял, что ты замечательный человек, ты мне подходишь и нравишься. И я ни секунды не пожалел, что взял тебя в семью. – Спасибо, – тонкие пальцы легли поверх широких кистей Данэля. – Я тоже… тоже рад… я думал… боялся… но ты… ты совсем не такой, как про тебя говорят… вот. Я постараюсь быть хорошим младшим супругом. – Будь собой, не надо слишком уж сильно стараться. Ты теперь младший хозяин Обители Ветра и Облаков, даже короли больше не посмеют смотреть на тебя сверху вниз. – У меня есть какие-то обязанности? – Никаких, кроме тех, которые мы сами придумаем, хотя… – в голосе Данэллиана послышалась хитринка, – есть одна маленькая просьба. – Какая? – с готовностью откликнулся Юли. – Можно тебя поцеловать? – Ох… – ну, да, пошёл третий день, а всё, что сделал старший супруг, – разок погладил его по голове. Это же просто поцелуй, правда? – Н-наверно… – Не бойся, – тёплое дыхание коснулось его уха, – без твоего согласия я ничего не буду делать. Данэль медленно приблизил своё лицо, осторожно, чтобы не напугать резким движением, погладил пальцем щёку младшего супруга и слегка прикусил мочку покрасневшего ушка. Юли нервно хихикнул от щекотки, и маг, чувствуя, что к его просьбе отнеслись снисходительно, развернул супруга к себе. Он начал с поцелуя в лоб, легонько чмокнул кончик носа, а затем нежно накрыл его губы своими. Это был очень лёгкий поцелуй, можно сказать, мимолётное прикосновение. Справедливо полагая, что для Юли он станет первым, маг не спешил идти дальше, следя за реакцией, двигаясь так, чтобы незрячий партнёр в каждый момент точно знал, где находятся руки супруга, и не беспокоился. До сегодняшнего дня поцелуи и всё, что с ними связано, были для Юли чем-то вроде сказок про иной мир, сдавленным хихиканьем служанок над вещами, которых он не понимал и не надеялся когда-нибудь понять. Он и до сих пор не до конца поверил, что это всё по-настоящему, его реальность никак не хотела мириться с тем, что у него теперь есть настоящий старший супруг, который действительно его целует. Это было странно, необычно и интригующе. Мягкое прикосновение понравилось Юли, но он не ожидал, что оно будет таким коротким и вовсе не похожим на подслушанные истории. Где «ноги отказали»? Где «меня чуть всю не расплавило»? Испытывая лёгкое разочарование, он невольно подался вперёд, когда Данэллиан уже собирался отстраниться, и их губы снова сомкнулись. Данэль замешкался лишь на мгновение. Как он мог отказать младшему супругу, так неожиданно проявившему инициативу? И в этот раз он не стал осторожничать. Язык проник внутрь, напористо исследуя неизведанные территории, так что Юли на секунду опешил, не зная, как реагировать, прежде чем робко начал отвечать. Горячие и немного шершавые ладони касались его лица, шеи, волос, и ощущения от них не были похожи ни на одно из тех касаний, что ему случалось ощущать раньше. Юли вдруг почувствовал, что его тело ведёт себя странно. Оно стало слабым и податливым, словно действительно начало плавиться, но в то же время из глубины поднялась восторженно-жгучая волна, заставив его выгнуться и обхватить супруга сперва руками, а затем и ногами. Данэллиан тут же помог ему избавиться от мешающего халата и покрыл поцелуями сначала шею, затем грудь, а потом его язык нашел маленький сосок и принялся играть с ним, отчего у Юли перехватило дыхание. Он и не заметил, когда руки супруга с шеи переместились на спину, а потом на ягодицы и бёдра, не давая ни секунды передышки на то, чтобы почувствовать страх или стыд. Он напрягся лишь на мгновение, когда ощутил мягкий нажим пальца, но тёплый воздух снова коснулся его уха: – Доверься мне. Юли кивнул, а его зажмуренные веки целовали вновь и вновь, пока вместо морщинок на лице не появилась лёгкая улыбка. Данэль был максимально осторожен и нетороплив, про себя он решил, что в первый раз им не обязательно идти до конца, главное сейчас – доставить младшему супругу удовольствие и избавить от тревоги, а остальное подождёт. Юли обнимал его за шею, гладил плечи, его пальцы путались в волосах, но ниже он не спускался, словно боясь. Маг поймал тонкое запястье, чтобы поцеловать синюю венку, пальцы робко коснулись его лба. Данэль положил ладонь супруга себе на грудь и медленно повёл её вниз. Юли чувствовал рельефные мышцы мужчины, любопытство боролось в нём со смущением и опасениями сделать что-то не так. – Данэль, я… я не знаю… Его нижнюю губу мягко прикусили и пососали, вызвав волну мурашек, и Данэль прошептал, отодвинувшись едва на миллиметр: – Делай, что хочешь и трогай, где нравится. И говори мне, если что-то не так, не терпи, хорошо? Юли уже собирался ответить, когда палец Данэллиана сделал что-то, отчего в голове взорвались все звёзды разом, и голос на мгновение пропал, а затем он и сам не понял как, его собственный голос перестал подчиняться ему и начал следовать за ритмом, задаваемым супругом. Он попытался приглушить стоны, но был ласково укушен в основание шеи, отчего по телу вниз побежала ещё одна горячая волна, сделав их только громче. – Не сдерживайся… Завтрак давно остыл, и марас добудился хозяев лишь к обеду.