Мелодия Ветра и Облаков

Пришедший жрец быстро выполнил необходимые ритуалы. Хотя храм и маги делали всё для уменьшения количества подобных инцидентов, совсем свести к нулю их никогда не удавалось – кто-то сэкономил на проверке, а кто-то от большой любви посчитал, что справится сам, наслушавшись сплетен из разряда: «вот у знакомого троюродного деда соседа сестры второго младшего мужа моей подруги…». Иногда люди искренне полагали, что их дар настолько слаб, что ни на что не повлияет, и убеждались в обратном, только когда лекари выставляли счёт за лечение. Данэль снял маскирующие заклинания, и гости внезапно обнаружили пропажу главных действующих лиц. Дальнейшим маг не интересовался, предоставив хозяевам самим разбираться со своими проблемами. Сначала он хотел отправить Юли домой, но вспомнил сцену на кладбище и, скрепя сердце, позволил ему остаться. – Ты точно не устал? Если хочешь вернуться, я провожу тебя. – Данэль… – Ладно-ладно, просто разговор будет… не из приятных. – Я догадался, – по его ровному тону, как всегда, нельзя было понять, о чём он думает. Даже если у Юли не было крепких эмоциональных связей с родственниками, они всё равно оставались его семьёй, и в его присутствии Данэлю сложнее будет давить на них так, как в отсутствие младшего супруга. Наверняка Юли тоже это понимал. Ожидая пока разойдутся гости, они поднялись на второй этаж, в отцовский кабинет. За всё детство Юли бывал здесь не больше пяти раз, поэтому плохо в нём ориентировался. Сидя в кресле, он слышал, как Данэль ходит из угла в угол, открывает шкафы и ящики и переставляет какие-то предметы. Он нащупал на широком подлокотнике подушку, притянул её на колени и принялся машинально колупать и крутить бусины на вышивке. Они имели разную форму, некоторые были довольно крупными, ощупью невозможно было определить рисунок, только использовать многогранники и шарики, чтобы занять руки. Внезапно его пальцы накрыла тёплая ладонь. – Не нервничай, ничего страшного не произошло – это всего лишь конфликт сил. Да, возможно, у твоего семейства будут некоторые репутационные и финансовые проблемы, но они точно не первые, кто с таким сталкивается. – Я не нервничаю. – Ты почти отколупал глаз ни в чём не повинной птице, – хмыкнул Данэль, и Юли поспешно отпустил большую, круглую бусину, которую было так удобно крутить в руке. Маг, который не нашёл ничего заслуживающего внимания ни среди материальных вещей, ни в магии кабинета, намеренно переводил фокус внимания Юли с причины на последствия. Даже если его брат замешан в этой истории с контрабандой, маловероятно, что его по-настоящему прокляли – кому он нужен? А если это результат неосторожности или побочный эффект – пусть помучается. Некоторых людей только собственные синяки и учат. Разумеется, нельзя было позволить Великому магу севера ждать слишком долго. Услышав знакомые шаги, Юли по привычке хотел подняться, чтобы приветствовать отца, но неожиданно ему на плечо легла тяжёлая рука. Данэль ничего не сказал, просто придавил его обратно и остался стоять рядом. Наверное, это было не слишком уважительно, однако секундное замешательство быстро прошло, и он даже почувствовал некоторое удовлетворение: в конце концов, теперь его семья – это старший супруг, его он и будет слушаться. Дальнейший разговор привёл его в полное замешательство. Хотя Юли уже давно не посвящали в дела семьи, он не испытывал иллюзий относительно методов отца, но такого не ожидал. Контрабанда зомби – это не махинации с налогами, такого король не простит даже тестю Великого мага. А как же репутация Данэллиана? Отец воспользовался связями, чтобы подставить их же? Неудивительно, что Данэль не хотел, чтобы он присутствовал при этом разговоре, теперь Юли чувствовал себя так, словно стал соучастником преступления. Он стиснул злосчастную подушку. Несмотря на сложные отношения, он всё же не желал брату зла и думал, что может вступиться за Уни, если Данэль будет слишком сильно раздражён, но теперь… теперь он не смел поднять головы от стыда, слушая, как отец и брат в голос пытаются отрицать очевидное. – Я ничего не трогал! Ни о каких зомби я не знаю! – Эм, маэстро, это правда, я ничего не говорил Уни о нашей сделке… – И как же он, по-твоему, вляпался? – Говорю вам, меня прокляли! Этот ваш Великий маг запада! Уберите из меня эту штуку! – Это за гранью моих возможностей. Вам придётся найти специалиста с хорошим западным даром… или уговорите своего «благодетеля». – Да вы просто не хотите помогать! И ещё называете себя Великим магом?! – Уни! – Отец, хватит перед ним стелиться! Смотреть противно! Сам же видишь, пользы от него не больше, чем от моего слепошарого братца! Юли схватил супруга за рукав, испугавшись, что сейчас произойдёт что-то очень плохое, но Данэль не пошевелился. – Помолчи! – оборвал Уни отец. – Ты и так сегодня натворил достаточно! Ты знаешь, чего мне стоило устроить этот брак?! А теперь эти благородные попрошайки будут полоскать нашу семью по всей столице! Даже жениться нормально не мог! Это я тут богами проклятый! Один сын идиот, другой – калека! Может, тебе тоже что-нибудь отрезать, тогда хоть из жалости кто возьмёт?! – Ах, так это я, оказывается, виноват! Конечно, это же я отраву в дом тащу, за которую нас всех повесят! Или, думаешь, родственники эти тебя спасать будут? Так ступай, полижи им ещё разок задницу! Подарочки им сделай! В шкатулочке! – Ты трогал шкатулку? – вдруг спросил Данэль, осторожно отцепляя пальцы Юли от своего рукава. – Юли, пусти меня. – Н-не надо… – Я колдовать не буду, обещаю, – старший супруг успокаивающе похлопал его по плечу и шагнул вперёд. – Трогал или нет? – А если и трогал, что с того?! Боишься, что плюнул, а слепошарый не заметил? Данэллиан сделал резкий выпад. Магию, как и обещал, применять не стал, просто впечатал кулак в челюсть парня. Телосложением Уни походил на Юли, так что моментально опрокинулся на пол, с грохотом зацепив стул. – Ты. Трогал. Шкатулку? – Данэль! – Юли, максимум, что ему грозит от меня сейчас – это пара синяков, а вот у Вэрта есть много способов доставить неприятности, например, превратить тебя в живой гниющий труп. Или подселить червя, что сожрёт изнутри и за родственников примется. Уни лежал на полу, как будто из него разом выпустили весь воздух. Хотя Данэль понимал, что его агрессия вызвана, скорее, паникой, щадить идиота он не собирался. – М-маэстро, мы… мы ведь все её трогали, – чуть не плача, признался бледный, как смерть, Шаит, – и я, и девочки, и даже Жания… Маг взмахнул рукой, и стоящая на столе шкатулка подлетела к нему, медленно поворачиваясь. Пока Шаит поднимал расклеившегося Уни, он снова изучил сеть наложенных заклинаний, но прежде чем успел сделать выводы, в комнате раздался бесплотный голос: – Анализ завершён. С вероятностью 99,9% использовано заклинание крови изо́рий атрибута. – Марас, поверхностный анализ, – это носитель? – спросил маг, держа шкатулку на весу. – Поверхностный анализ завершён, – отозвался марас меньше, чем через две секунды, – с вероятностью 89,8% данный предмет является носителем. Срабатывание происходит при контакте с целью, определяемой по степени кровного родства. Данэль медленно выдохнул, только обещание, данное Юли, удерживало его от того, чтобы не развалить поместье. Если бы он не влез к тестю посреди ночи, если бы чуть больше доверял семье младшего супруга и отпускал того в гости без сопровождения, если бы «подарок» вручили лично в руки… можно сказать, что плохие отношения с роднёй на этот раз спасли Юли. – Данэль… Данэль, это опасно? – Как тебе сказать… – маг криво усмехнулся, – прямой опасности для жизни нет. – Все в комнате, казалось, вздохнули с облегчением, но Данэль ещё не закончил. – Изорий – порок, пожирающий атрибут. Вы ведь знаете, что такое атрибут? – Искра Творца? – осторожно предположил Юли через некоторое время, поскольку остальные не решались открыть рот. – Не совсем, хотя бывает, что они связаны или пересекаются, – маг мимоходом подумал, что вместо чтения легенд, он должен был дать супругу знания основ мировых законов, но почему-то раньше это не приходило ему в голову. – Если не усложнять и не тонуть в терминологии, то твоя самая яркая черта, дар или способность сейчас под угрозой полного уничтожения. Возможно, она вовсе неразвитая, возможно, ты и не догадывался, что она у тебя есть, так что даже не поймёшь, чего лишился, а иногда это даже не плохо – атрибутом вполне может быть вредная привычка или поганая черта характера. В процессе ты, весьма вероятно, испытаешь много неприятных ощущений, начиная с лихорадки и заканчивая чёрной меланхолией, но могу тебя обрадовать, когда заклинание завершит свою работу, внешнее воздействие западной магии тоже исчезнет. Несколько секунд все молчали. Уни, у которого правая сторона лица постепенно превращалась в один большой синяк, неожиданно подскочил, указывая пальцем на старшего брата: – Это всё ты! Это ты виноват! Он бросился к Юли, но был перехвачен отцом, прежде чем Данэль успел раскрасить в фиолетовый его вторую половину. Шаит попытался успокоить сына, однако тот вырывался, кричал и сыпал оскорблениями, ни на что не реагируя. Увидев, что Шаит явно проигрывает более молодому противнику, Данэллиан вынужден был связать того магией и заткнуть рот. Но даже так Уни продолжал извиваться на полу и мычать. – Маэстро, он… сошёл с ума? – С чего бы? Немного потерял контроль от избытка эмоций, просто напоите его снотворным, а завтра пригласите лекаря. Старший Ооеро вызвал слуг, и те быстро унесли брыкающегося парня. Данэль наклонился к расстроенному младшему супругу, мягко отцепил его напряжённые руки от подлокотников и осторожно сжал в своих ладонях. – Ты ни в чём не виноват. Тот, кто заключает сомнительные сделки, должен быть готов к последствиям, а тот, кто пытается плыть на двух лодках, рано или поздно упадёт с обеих. Шаит, который хотел что-то сказать, при этих словах сдулся и, махнув рукой, тяжело сел на диван. – Знаете, маэстро, я не министр и не глава разведки, я скромный торговец, и мне сложно отказать Великому магу, который сам настаивает на сделке… – О, именно поэтому вы с такой готовностью взялись за контрабанду запрещённого в большинстве цивилизованных стран оружия? – резко обернулся к нему Данэль, – Он вас, оказывается, заставил. Что ж, теперь вам придётся подключить все свои «скромные» связи, чтобы он снял своё заклинание, потому что я этой магией не владею, а другие западные мастера вряд ли сумеют потягаться с Великим магом. Из хороших новостей могу разве что заверить вас, что вам не придётся объяснять Вэрту провал его комбинации – я ему сам объясню. Юли, идём домой! Он потянул супруга из кресла, но тот быстро схватил его ладонь: – Данэль, подожди! Как же тётушки и Жания? Увидев испуганное лицо мужа, маг невольно смягчился. – Младшим супругам, прислуге и другим посторонним ничего не грозит – у них нет кровного родства. Что касается девочки… приведите её сюда, я посмотрю. Заспанного ребёнка принесли две няньки, испуганные до такой степени, будто их загнали в логово людоеда. Девочка капризничала и отворачивалась от яркого света, Данэллиан быстро осмотрел её, подтвердив свои догадки. – С ней всё хорошо, заклинание было рассчитано на кровь по мужской линии, так что она не пострадала. Впредь постарайтесь не давать ребёнку в руки артефакты неясной природы. Про себя он подумал, что Вэрт всё же не конченный ублюдок и не собирался проклинать всё семейство Ооеро. Что ж, раз так, Данэль тоже не будет разрушать всю Обитель Неразрывного Кольца… хвостик, так и быть, оставит. Провожая Юли в Обитель Данэль разрывался между желанием утешить расстроенного супруга и пойти объяснить виновнику, что бывает с теми, кто расстраивает его младшего. Юли был тих и ничего не говорил, он тоже чувствовал напряжение мужа. Было и больно, и обидно, но больше всего Юли было страшно. Страшно за брата, попавшего под действие опасной магии, за отца, из-за глупости и жадности подставившего всю семью, страшно за то, как поведёт себя Данэллиан, и немного страшно за себя. Он отлично понимал, что ловушка была расставлена на него, не понимал только – за что? Чем он так не угодил Великому магу запада, с которым ни разу даже не встречался? Спрашивать Данэллиана Юли тоже опасался из-за риска разбудить вулкан раньше времени. Данэль же принял его молчание за глубокую меланхолию. Как только они оказались дома, он развернул младшего супруга к себе и обнял, прижавшись губами к холодному лбу. Его руки слабо поглаживали спину Юли, но надеясь, что тот расслабится в его объятиях, он забыл, что сам слишком напряжён. Юли буквально сдавили в тисках каменных мышц, даже дыхание перехватило. – Ты решил переломать мне кости? – прохрипел он. – Чтобы уж точно никому не досталось? Нервная шутка вывела мага из состояния кровавого тумана, оставив в голове холодный гнев. Он расслабился. – Нет, я хочу засунуть тебя внутрь себя, чтобы больше никто не смог до тебя добраться. – Не надо, – вымученно улыбнулся Юли, – скажи лучше, чем я ему так насолил? –Я как раз собирался это выяснить, как только узнаю, сразу скажу, – прямо сейчас Данэль не готов был рассказать Юли правду, может быть, немного позже. Когда первый гнев прошёл, и маг смог связно мыслить, в голову ему пришло кое-что ещё: – скорее всего, изорий атрибута на тебя не подействует – эта магия как раз из тех, что настроена на тонкие тела. – Данэль, получается, мой атрибут – невосприимчивость к магии? – Весьма вероятно. – Тогда почему он хотел его уничтожить? – Давай не будем гадать, марас, курс на Обитель Неразрывного Кольца, и предупреди меня километров за шестьсот. – Принято. – Ступай отдыхать, день был долгим. – А ты? – Я… – Данэль на мгновение задумался, – марас, где сейчас окопался Вэрт? – В данный момент Обитель Неразрывного Кольца пересекает Я́сскую пустыню в направлении северной границы Лотского княжества. – Расчётное время? – С текущей скоростью семь часов, восемнадцать минут. Увеличить скорость? – Нет. Пойдём, я тоже вздремну, – Данэллиан мягко увлёк удивлённого супруга в направлении спальни, у него созрел коварный план.