Мелодия Ветра и Облаков

Спускаться под воду второй раз было не так страшно, как в первый. Сегодня Данэль не стал валять дурака и пообещал, что они отправятся прямо во внутренние покои Обители Лазурного Отражения, так что можно было не беспокоиться о неприятных ощущениях при прохождении шлюзов. Сам удивляясь своей смелости, Юли ловил себя на мысли, что он не прочь посетить ещё какие-нибудь достопримечательности подводной Обители, хоть это и было неуместно в сложившейся ситуации. Он не высказал своих мыслей даже в шутку, опасаясь, что своенравный старший супруг, наплевав на переговоры, отправится осуществлять его желания. Данэль поправил ему воротник, твёрдая и шершавая подушечка пальца погладила щёку, заставив юношу невольно улыбнуться. – Нервничаешь? – Всё в порядке, – он попросил полушутя, полусерьёзно: – только не устраивай опять погром. – Я постараюсь, – ничего не стал обещать супруг, но тут же успокоил: – они дали магическую клятву, так что проблем не будет. – Почему Великий маг запада решил, что ты хочешь меня убить? – задал Юли беспокоящий его вопрос. Сам он, как ни пытался, не мог придумать объяснение столь странной идее. – Потому что он идиот? – фыркнул Данэллиан, но потом со вздохом пояснил: – виновата твоя невосприимчивость к магии. Есть одно запрещённое заклинание, позволяющее извлечь чужой атрибут и передать его другому человеку. Как всё, что идёт в разрез с волей пусть и мёртвых, но богов, эта магия чрезвычайно сложна. Вэрт решил, что я собираюсь применить её к тебе и, получив твою невосприимчивость, стать непобедимым. Юли задумался на некоторое время, что-то в этой логике показалось ему неправильным. – Подожди, но если бы ты стал невосприимчив к магии, разве ты смог бы продолжать колдовать? – Атрибут не обязательно интегрировать в собственное тело, из него можно сделать что-то вроде артефакта, чтобы пользоваться. – Всё это так сложно… а твой брат… он… – Давай обсудим это позже, – поспешно предложил Данэль. – нас уже ждут. Юли послушно кивнул, отступая. Интонации мужа уже подсказали ему ответ, но он понимал, когда не стоит настаивать на немедленном раскрытии истины. Портал открылся прямо в главный зал, Юли слышал присутствие людей, но на этот раз их никто не обсуждал, и они в полном молчании быстро пересекли помещение. В кабинете Кедонии пахло выпечкой и свежим чаем на травах, в другое время ему бы понравилось, но сейчас Юли был слишком напряжён. Напряжение чувствовалось и в воздухе, он кожей ощущал, как его разглядывают. Данэль, державший его под локоть, тоже что-то почувствовал, поэтому неожиданно обнял младшего супруга за плечи. – Садись. Юли коснулся рукой плотной, но гибкой поверхности. Он не помнил такой мебели с прошлого раза, или Кедония решила обновить обстановку, или… – Ты уже даже дивану моему не доверяешь? Альш, да у тебя паранойя! – Последний бог за всеми не усмотрит, – равнодушно парировал Данэль, и Юли понял, что они сидят на магическом сиденье, которое маг только что наколдовал. В ответ на поговорку Великий маг юга пренебрежительно фыркнула, а голос уже знакомый по магической связи, зло выплюнул: – Дурит он тебя, неужели не понятно! Любовь нашёл на всю жизнь, как же! Как только вытащит его не-магию, так вся любовь и кончится! – Помолчи, – на удивление спокойно попросила Кедония. – Конечно, помолчу, чего уж остаётся, если ты ему клятву дала. Хорошо Альш устроился, и не тронь его теперь, и атрибут получит. Давай, потакай ему дальше, а я посмотрю, как ты запоёшь, когда он за твоей Обителью придёт… подожди-ка… а не в сговоре ли ты с ним? Говоривший вскочил на ноги, Юли испугался, что сейчас снова начнётся драка, и рефлекторно схватил Данэллиана за руку. Он услышал мученический вздох супруга, но, к счастью, тот ничего не сделал, только прижал его крепче. – Ке, ты явно не того от паранойи лечишь. – По-моему, вы все больные! Вэрт, сядь, сорок раз тебе уже сказала и ещё сорок повторю: он влюблён в него, как моль в соболью шубу! Юли не удержался и прыснул, уж очень глупым было сравнение. В то же время внутри разлилось приятное тепло. – Откуда мне знать, что ты не врёшь? Что он не врёт? Что вы все не врёте?! Что с ним не так? Все знают, что даже простого мага-лекаря нелегко обмануть, а тем более Великого мага юга. Да если бы у самого Юли ещё оставались какие-то сомнения в старшем супруге, после слов Кедонии они бы исчезли без следа. Ему хотелось встать и хорошенько потрясти этого Великого мага запада: далась им всем эта невосприимчивость, что в ней такого? Как будто без магии мало есть способов убить человека. – Ке, давай сначала артефакт. Об остальном потом поговорим, – игнорируя оппонента, попросил Данэллиан. Ещё немного поворчав, что им всем лечиться надо, и ей с ними тоже скоро придётся, Кедония достала прибор, похожий на девичий ободок для волос. Гнутая металлическая пластина была вся в завитушках, Данэль скептически осмотрел некрашеный металл с неаккуратно обрезанными краями. – Давно у тебя заготовка? – Какое это имеет значение? – Имеет. – Альш… – начала Кедония, но, встретившись с Данэлем взглядом, безнадёжно махнула рукой. – Ладно-ладно, стандартная лента, куплена года три назад, может, четыре, удовлетворён? Или мне просить Риля, чтоб накладные поднял? Маг ещё раз пристально рассмотрел артефакт, прежде чем осторожно надеть его на Юли. Тот невольно поёжился, когда холодный полуобруч стиснул голову, а пружины плотно прилегли к коже, примяв волосы. Выглядело весьма комично, но никто не засмеялся. – Не давит? – Немного, – соврал Юли, которому артефакт впился в виски не хуже незабвенной ворфы. Если Великий маг юга и поняла, что он врёт, то ничего не сказала, а Данэль, кажется, поверил. Юноша прикинул про себя, что выдержит в этой штуке не больше часа, однако ради возможности увидеть хотя бы свет, он и не такое готов был стерпеть. – Бабуля, а получше ничего не могла придумать? – Думай сам, раз умный такой! – огрызнулась Великий маг юга. – Это первый прототип, не до украшений мне было. Сидеть должно плотно, иначе не сработает. Предполагается, что артефакт передаёт зрительное изображение, минуя магическое воздействие. Магия в нём касается только непосредственно железа, а сигнал преобразуется в нервный импульс без её помощи. Впервые в жизни разрабатываю что-то подобное, раньше никогда необходимости не было, так что не обессудь, если работать через раз будет. Кедония в нескольких местах коснулась ободка и, отступив на пару шагов, вынула из кармана маленький блокнот с самописным пером. – Описывай свои ощущения. Юли кивнул. Данэль ждал, затаив дыхание, пристально вглядываясь в лицо младшего супруга. И только Вэрт, картинно закатив глаза, навалился на стену, всем своим видом показывая, что не собирается поддаваться на их дешёвый трюк с неземной любовью. На краткий миг Данэллиану даже стало жаль Великого мага запада. Он подумал, что когда они вернутся в Обитель Ветра и Облаков, стоит объяснить Юли, отчего тот ведёт себя, как обиженный подросток. Судьба редко бывала благосклонна к Великим магам. Вэрт Риис рано потерял родителей, слишком далеко зашедших в своих экспериментах с жизнью и смертью, и рос практически в изоляции, на попечении мараса и некоторых обитателей Обители Неразрывного Кольца, которых даже на самый невзыскательный взгляд нельзя было назвать живыми. Какой жизненный опыт можно получить от нежити, не упокоенной ещё при позапрошлых Великих западных магах, и каким эмоциям научит магическая болванка, которая к тому же выполняет все твои приказы? Вэрту всего девятнадцать, но в свои девятнадцать он так привык общаться с мёртвыми, что, кажется, совсем перестал понимать живых и уж точно не верит в такую эфемерную субстанцию как любовь. Однако прямо сейчас Данэль не мог поделиться с младшим супругом своими мыслями, хотя бы потому, что драка с Вэртом может помешать эксперименту, поэтому он проигнорировал Великого мага запада и сосредоточил всё внимание на Юли. – Немного шумит в голове… или в ушах, как будто вода вдалеке. Пока ничего не вижу. – Нужна пара минут на подстройку. Головокружение, тошнота есть? – Нет, – осторожно ответил Юли, – но зашумело громче. – Слышишь меня хорошо? Ощущение ваты в ушах? – Хорошо слышу, вроде бы стихает, – он помолчал, словно прислушиваясь, между бровями пролегла глубокая складка. Данэль заметил, что кожа у него на лбу начала краснеть, и забеспокоился. – Юли, точно всё в порядке? Больно давит? – Не больно. Юли улыбнулся и покачал головой, но маг начал подозревать, что его обманывают. Он заметил, что младший супруг прикусывает губы изнутри. Прежде чем Данэллиан успел вмешаться, Юли нерешительно произнёс: – Кажется, я что-то вижу… – последовало продолжительное молчание и гораздо более уверенное: – точно вижу светлое пятно. Он протянул руку, указывая на яркий светильник на столе. Кедония быстро сделала шаг вперёд и закрыла свет рукой. – А сейчас? – Стало бледнее. – Только этот свет видишь? Что по краям? – По краям просто темно, ничего не вижу… пятно снова яркое, – добавил он, когда Кедония убрала руку. Великий маг юга задумчиво постучала ногтями по столу. – В кабинете слишком тусклое освещение, надо ярче и контрастней, Альш, ну-ка сделай что-нибудь. Данэль быстро запалил под потолком яркий светляк такой силы, что всем остальным пришлось сощуриться. – Стало светлее, – сразу отреагировал Юли. – А теперь… – начала Кедония, но Данэллиан опередил её, сделав шаг и встав прямо перед мужем. – А теперь что-то видишь? – Тёмный контур… это ты? Юли осторожно протянул руку к большому пятну, преграждавшему свет, и коснулся знакомых волос. Привычное ощущение жёстких прядей скользнуло в ладонь. – Это правда ты… – Я, – подтвердил Данэль, беря его за руку. Глаза Юли оставались такими же пустыми, сколько ни вглядывайся, но Данэллиану показалось, что в них что-то изменилось. – Данэль… В уголке заблестела капля влаги, готовая в любой момент скатиться вниз, маг осторожно стёр её пальцем. – Всё хорошо. – Да, я знаю… я просто… – Хватит миловаться, у нас работа. Юли немедленно постарался взять себя в руки, Данэллиан же, наоборот, сузил глаза от подступающего раздражения, но пока решил промолчать. – Долго ещё? Я пойду тогда, – скучающе протянул Вэрт. – Куда собрался? Я с тобой не договорил. – Смотреть противно. – Отвернись, – равнодушно посоветовал Данэль, у которого от вымученной улыбки супруга заныло сердце. – Больно? Сними эту штуку, продолжим в другой раз. – Нет, я хочу ещё немного… Юли не видел ничего, кроме мутной тени, но рухнуть обратно в беспросветную темноту прямо сейчас было выше его сил. Он поднял руку, будто защищаясь, и Данэль мгновенно уступил. – Только недолго. Я уверен, бабуля Ке найдёт способ сделать эту штуку более удобной. В ответ на его взгляд Кедония картинно закатила глаза к потолку, после чего задала Юли ещё несколько вопросов. Когда она сняла с него артефакт, Данэллиан увидел набухшие бордовые следы. Почувствовав себя так, словно это с него содрали кожу, маг не дал младшему супругу прикоснуться к ним, а сам бережно охладил покраснения, то и дело целуя его в лоб. Великий маг юга шумно вздохнула. – Знаешь, глядя на тебя, мне тоже хочется влюбиться. – Возьми своих младших и съезди отдохнуть, – посоветовал Данэль. – На море, – не удержался от колкости Вэрт, смирившийся с тем, что ему придётся сегодня не только платить компенсацию, но и терпеть слащавые ужимки придурковатого северного мага. – Скорее уж в пустыню. – Без вас разберусь, советчики. А пустыню тебе, Альш, ещё в первозданный вид приводить. – Зачем? Лет через триста сама вернётся, а до тех пор предприимчивые лотцы могут туристов туда водить. Поле боя двух Обителей – это ж почти то же самое, что место падения мёртвых богов! – Шутник бородатый. После использования артефакта, у Юли болела надавленная кожа и слегка кружилась голова, поэтому дальнейший разговор Великих магов остался в его памяти смутными обрывками. Кедония дала ему выпить какую-то настойку, но облегчение не наступало. Он сидел, навалившись на Данэллиана и погрузившись в собственные мысли, которые плыли и то взмывали вверх на волне радости от успешного эксперимента, то падали вниз из-за очередного приступа боли. Очень хотелось верить, что Великий маг юга найдёт способ доработать артефакт, однако юноша прекрасно понимал, насколько сложным и долгим может оказаться этот путь. Если же ничего не выйдет, он поклялся себе навсегда запомнить представший перед ним сегодня мутный силуэт. Он почти смог увидеть своего старшего супруга, почти… Как сквозь вату он слышал голоса, обсуждавшие что-то не важное, ему уже не было дела до того, о чём они договорятся, хотелось только поскорей вернуться домой, в тёплую постель. Будь у него такая возможность, он давно бы лёг к мужу на колени. – Юли? Юли, ты в порядке? – Всё хорошо, – ответил он, но не был уверен, действительно ли произнёс это вслух или только подумал. – Ке? – Ничего-ничего, боюсь, контакт с артефактом мог вызвать лёгкую спутанность сознания, зелье должно снять побочные эффекты. Ему просто надо поспать. Данэллиан Альш мысленно скрипнул зубами и обругал себя. Как он не подумал стрясти с Кедонии полный список рисков и противопоказаний, прежде чем соглашаться? Хотел порадовать любимого, идиот. Он решительно подхватил младшего супруга на руки. – Мы уходим. – Можете переночевать у меня, – предложила Кедония. Ноздри Данэля опасно раздулись. Если бы не Юли на руках, он бы доходчиво объяснил старухе, в каком гробу видал её Обитель вместе с её попытками удержать подольше «ценный материал». Вэрт ничего не сказал, но уголки его губ дёрнулись, и Великий маг запада бросил на Кедонию насмешливый взгляд. Кажется, даже он начал что-то понимать. После кислого кивка хозяйки, марас открыл портал прямо в кабинете, уже занеся одну ногу, Данэллиан вдруг обернулся: – Кстати, зачем ты вообще слила Вэрту информацию про невосприимчивость Юли? Или ты думаешь, что тебе всё сойдёт с рук, если ты купишь его нерабочим артефактом? – Что? Ты думаешь, это я?! Да мы с ним три года не разговаривали, до того как он прибежал в соплях на тебя жаловаться! – Правда что ли? – Вэрт! – Вообще-то, да. – Тогда откуда ты узнал? – Фато́л как-то упомянул. – Давно? – небрежно поинтересовалась Великий маг юга. – Не очень, месяца три назад. Кедония и Данэллиан обменялись красноречивыми взглядами, и северный маг шагнул в портал.