Худший Шиноби

      Под шум слегка бьющихся о песчаный берег волн на фоне заходящего за горизонт солнца на широком побережье возвышался похоронный костёр. Высота нагромождения из брёвен и хвороста была немного выше подходящей к нему девушки с факелом в правой руке. На деревянном ложе из брёвен и хвороста на спине лежало тело пожилого мужчины. Его руки были сложены на груди, а в них был вложен его гербовый полуторный меч. Его тело было окутано в чёрную похоронную тогу, а нижняя часть была накрыта флагом бывшей империи, на службе которой он провёл большую часть жизни. Из всех присутствующих мёртвый пожилой мужчина был единственным, кто улыбался. Пусть на его глазах уже лежали две серебряные монеты. Оранжевые лучи закатного солнца давали лёгкие отблески от масла, которым были облиты дрова и хворост.       — Я… — начала говорить девушка, чьё лицо было скрыто за плотным капюшоном в момент, когда она подошла к дровам почти вплотную. — Я так и знаю, почему ты поступил так, как поступил, старик… — сглотнув, произнесла она. — Я мало знаю о тебе, но ты был добр к избалованной и вредной мелкой девчонке… — улыбалась она своим собственным мыслям, опустив глаза вниз и продолжая аккуратно удерживать факел. — Ты был моим наставником, и что бы ни произошло… Я считаю тебя верным рыцарем Империи. — На этом она прокусила большой палец и, вытянув руку вверх, едва дотянулась, но коснулась уже посиневшего лба мужчины, оставив там каплю своей крови. — Кровью рода Аль-Хезмин я дарую тебе прощение за все грехи, рыцарь Истван. Твой долг исполнен, и служба окончена! Теперь ты свободен… — С этими словами она коснулась факелом пропитанных маслом дров и отшагнула назад на несколько шагов, встав на колени перед горящим костром и начав шептать молитву, сложив руки в замок. Костёр разгорелся ярким пламенем, которое постепенно поглощало одежду и тело рыцаря, лежащее на вершине подобия ложа из брёвен и хвороста, а в нескольких шагах на песке на коленях стояла молодая девушка, вознося погребальную молитву в тёмно-фиолетовой траурной накидке. В дальнем конце побережья у подножья небольшой скалы в два-три человеческих роста шумно выдохнув стоял широкоплечий и высокий мускулистый мужчина с растрёпанными, слегка неухоженными коричневыми волосами и густой щетиной на щеках и подбородке. Вновь открыв глаза, он, нахмурив брови, смотрел на похоронный ритуал, которого не видел уже много лет, находясь примерно в сотне метров позади. На самой скале позади него, аккуратно поставив ноги вместе для равновесия, стоял низкорослый мужчина в белой одежде, кожаной белой маске, натянув свой белый капюшон и сложив руки за спиной.       — Знаешь, забавно наблюдать за тем, как она идеально всё проводит… Будто бы традиции не погибли вместе с Его Величеством и Империя ещё жива. Жаль, что реальность… — произносил мужчина в маске искажённым голосом, но его резко перебили.       — Заткнись… — раздалось от здоровяка. — К чёрту традиции… Это было бы важно для наставника Иствана. Как бы там ни было, он заслужил последние проводы и прощение, в которое, думаю, он ещё верил.       — А ты…       — Я? — переспросил здоровяк, глянув на собеседника через левое плечо.       — Ты ещё веришь?       — Хех… Не знаю… Его Величество считали бессмертным и непобедимым. Но будь это так, зачем ему армия рабов-нежити, рыцарские ордена, священные звери, артефакты и всё то, что он искал в своих завоеваниях? В итоге трое мудрецов своими жизнями покончили с ним и его амбициями. Так все думали до недавнего времени… Летящий Бог Грома вернулся и даже лично уничтожил Девятихвостое бедствие, покорив при этом весь северо-восток бывшей Империи. Пусть двое других, Бог-Дракон и Владычица Пламени, не вернулись, но при этом и Белокрылая Императрица Диана, и Принц Смерти Джашин тоже бесследно пропали. Прошло уже почти восемь лет, а это значит, что Император Самаэль и в самом деле мёртв. В этот раз навсегда. Госпожа верила, что он сможет вернуться, пока жива его кровь. Она верила в его силу и в пророчество и отдала жизнь за его тайны, неведомые даже рыцарям. Её последней волей было любой ценой сохранить жизнь её дочери, в чьих жилах всё ещё течёт кровь рода Аль-Хезмин. Я поклялся ей в верности и поклялся подчиняться, когда стал чемпионом и был избран на службу в её доме…       — Так ты продолжаешь всё это, разделяя веру или только из-за клятвы? — уточнил мужчина в маске. — Веришь ли ты или действуешь потому, что, кроме клятвы, у тебя больше не осталось ничего и твой дальнейший путь только вслед за стариком Истваном — стать очередной горстью праха погибшей Империи?       — Хех… — выдохнув, задумался мужчина. — Думаю, ни то и ни другое… Теперь всё это и все причины в ней, и за ней я буду следовать.       — Хм… Интересный выбор.       — А что до тебя? Пацан ведь от тебя узнал об Истване?       — Упаси боги, нет… — испугавшись, поднял руки мужчина в маске. — Я ведь уже всё пояснял… Я сказал Иствану, что ты явишься на рассвете, как и должно было быть. Он, видимо, хотел ждать вас там заранее и искал смерти от твоей руки за предательство. Откуда там появился принц Учиха, я не имею понятия… Да и стал бы я сотрудничать с Учиха, лидеров которых заказал тебе, подумай? Я же знаю о том, что вы были в команде с парнем… Зачем мне вас сталкивать?! Зачем мне допускать риск того, чтобы он узнал, что ты собираешься убить его отца? — Жестикулируя, отвечал мужчина в маске вопросами. — Сам парень вроде хотел защитить девчонку, так? Может, он узнал о связи старика с «Чёрными ножами», но своими методами? Вот и выследил старика…       — Думаешь, Шин хочет уничтожить «Чёрных ножей» поперёк Мии, чтобы защитить её?! — повернулся к нему здоровяк.       — Как вариант… — пожал плечами Маска.       — Тц… В этом есть смысл… — задумался здоровяк. — Ты так и не ответил… Что тобой движет? Какова твоя цель? Ты и тебе подобные не из тех, кто сохранил веру…       — Тут ты прав… Я не верю, потому что я знаю слишком много, и как любой учёный, я стремлюсь познать больше. Если воскрешение Его Величества возможно и кровь в жилах этой девочки — ключ… Я бы хотел посмотреть, что имела в виду её мать. Техники «Чёрных Ножей»… Клан Учиха и их мифическое происхождение… Их глаза и сила… Всё это жутко интересно. Вот и вся моя мотивация. Я созерцаю, изучаю и сохраняю для вечности всё то, что привнесено в этот мир со времён основания Империи или даже со времён пришествия Пророка Шести Путей. Такова роль вашего покорного слуги… — раскланялся мужчина в маске.       — Тц… Извращенец. — Резюмировал здоровяк, отвернувшись. — Но не похоже, что ты врёшь… Пока поверю тебе… Но если я ошибся, то…       — Знаю, знаю… — поднял он голову. — Надеюсь, наш договор в силе?       — Да… Но пока его следует отложить… — произнёс он, глядя на то, как девушка поднялась и шагом направилась в их сторону. — Ты ведь понимаешь, что будет дальше и что отвлечь её теперь не выйдет?       — Ага… — шумно выдохнул мужчина в маске. — Тогда позволите временно присоединиться к вам?       — Даже так?       — Я и сам не в восторге, но «Чёрные ножи» — один из моих источников интереса, и теперь, когда она точно захочет столкнуться с ними, то я не могу позволить им устранить тебя или её, что равнозначно потерять и тебя как боевую единицу…       — Тц… Ну ты…       — Знаю… — ответил мужчина в маске.       — Готово… — раздалось от девушки, которая подошла уже достаточно близко, чтобы слышать их последние фразы. — Наставник, я… — начала она, подойдя ближе.       — Можешь ничего не говорить. Если пацан хочет действовать поперёк нас, пускай… Посмотрим, кто кого. Так или иначе, нам поможет вот он… — кивнул Айон на Белую Маску. — У него свой интерес. Надеюсь, ты готова… Это уже не будет весёлым приключением.       — Да… Я понимаю. — Кивнула девушка.       — Тогда пойдём… Нужно подготовиться… Мы уничтожим «Чёрных Ножей» до последнего! — Развернувшись в сторону прибрежных скал, заявил рыцарь.              

***

      «Прошу прощения, господин… Он прибыл», — раздалось от приоткрывшей дверь в освещённый множеством свечей и настенных фонарей молодой девушки.       — Хорошо. Пропустить. — Улыбнувшись, ответил сидящий в конце зала мужчина с приглаженными на правую сторону коричневыми волосами в больших круглых очках. Створка двери открылась полностью, сдвинувшись налево относительно взгляда мужчины в очках, отпившего чай из большой глиняной чашки. Поднявшись с колена и взглянув вперёд, переступая порог в помещение, вошёл молодой мускулистый парень с голым торсом, частично перемотанным бинтами. На бинтах в области правого плеча и лба виднелись небольшие проступающие пятна крови, а короткие чёрные волосы были мокрыми и слегка растрёпанными.       — Отец, вызывал? — Первым обратился молодой парень и резко перевёл взгляд на второго мужчину, сидящего и пьющего чай перед мужчиной в очках. Последний был почти таким же высоким и стройным. Его грязно-седые волосы были сплетены в средней длины конский хвост на затылке и уложены назад. Мужчина также через плечо глянул на парня и через секунду повернул голову обратно. У стены, перекрывая собой висевшую картину, стоял двухметровый рыцарь в ржавые цвета полной латной броне с шипастыми наплечниками и мелким относительно остального тела шлемом. С пояса свисала кольчужная юбка, а в руках он, стоя идеально ровно, удерживал большой двуручный меч клинком вверх, доставая им почти до самого потолка. Его руки в латных перчатках даже не дрожали, а сам рыцарь будто бы и вовсе не дышал. Активировав шаринган и взглянув на него ещё раз, молодой парень убедился в том, что это вовсе не человек, а пустой доспех, переполненный чакрой. На лицевой части его шлема была наклеена бумажная печать, а чакра внутри доспеха принадлежала сидящему рядом с его отцом седовласому мужчине.       — Значит, таков ваш наследник, господин Айзек?       — Да. — Ответил собеседнику мужчина в очках, пока парень медленным шагом прошёл в центр помещения. — Его зовут Шин, и он также будет задействован.       — Что ж… Смело с вашей стороны. — Отпив чай и поставив чашку на подставку, произнёс седоволосый. — Хотя думаю, этого и следовало ожидать от клана шиноби. — С этими словами он поднялся на ноги. — Вы получите чёрную жемчужину сразу после того, как всё будет сделано. — Пока они говорили, Шин предпочёл промолчать и обратил внимание на весьма дорогой походный халат, в который был одет седоволосый мужчина. Вместе с дорогой бижутерией в виде колец, браслета и амулета было легко сделать вывод, что он принадлежит к местной знати. — Я увидел достаточно. На этом позвольте откланяться. — С улыбкой поклонившись и приняв ответный кивок, седоволосый поспешил покинуть помещение, а следом за ним с характерным топотом стальных сапог выходил и живой доспех.       Мельком глядя ему в спину, Шин дождался, пока он выйдет, и вновь повернулся к отцу, также допивавшему чай.       — И что это значит? Таким образом представляешь меня заказчику? У нас был уговор… — начал Шин, заметно повысив голос.       — Сядь! — Также повысив голос и поставив чашку, перебил его отец. Шумно выдохнув, Шин сел, сложив ноги перед собой, и глянул в чёрные глаза отца за очками своим шаринганом. — Я помню наш уговор, Шин. Успокойся и постарайся выслушать без истерик. — Ледяным голосом произнёс мужчина в очках. — Это вовсе не обычный заказчик, и за нашу работу мы берём не деньги… Точнее, не только деньги. — Ухмыльнулся Айзек. — Господин Кариев сейчас владеет всеми торговыми путями с запада на север. Также под его покровительством несколько деревень в северо-западном регионе, и у него серьёзные связи с торговыми гильдиями на юге. Земельный надел здесь, в центральном регионе, у него тоже имеется, и сейчас мы так удачно разместились именно на его территории. Фактически сейчас господин Кариев — один из самых влиятельных людей бывшей Империи. В среднем кругу, разумеется. Для перехода в высшую лигу ему не достаёт крупного войска и пары крепостей. Тут на сцену выходим мы…       — Хм… — прикрыл глаза Шин. — Не слишком ли круто?       — Ты не так понял… — выдохнул Айзек. — Мы не заменим собой войско, но… Мы можем решить ряд его проблем к обоюдной выгоде. Вот скажи мне, какая сейчас первейшая и самая главная проблема для местной знати или тех, кто возомнил себя таковыми?       — Чёрные Ножи? — В ответ Айзек кивнул.       — Именно. Поэтому я лично сопровождал господина Кариева в наши края от его северного поместья, пока ты… К слову… Вижу, что старик заставил тебя попотеть, а?       — Не скажу, что это не так… — ответил Шин. — Он был силён… Очень силён, но дело сделано, и это главное, так?       — Именно. — Подтвердил Айзек.       — Все наши последние деяния — есть звенья одной цепи, Шин. Тебе следует знать об этом и на будущее знать господина Кариева в лицо и по чакре. Для этого я и позвал тебя так срочно.       — Так теперь наш клан работает на него? — Нахмурив брови, спросил Шин.       — Можно сказать и так… — спокойно ответил Айзек. — Пока наши интересы совпадают. Теперь понимаешь? Это не простой заказ, Шин. Дело вовсе не в деньгах. В следующем деле участвует вся главная семья клана. Я, ты, Тан и Ами.       — Даже Ами? — Округлил глаза Шин. — Но ей всего одиннадцать! Всё так серьёзно?!       — Именно. Поверь, я бы не рисковал всеми без причины.       — А твоя новая жена?       — Мира не сможет участвовать по объективным причинам.       — Тц… И что же нам предстоит?       — Ничего особенного. Мы подготовили все обстоятельства и следующим актом завершим уничтожение «Чёрных Ножей». Ну, основного костяка и верхушки точно. В дальнейшем угрозы они уже не будут представлять.       — Даже так?       — Более того, есть новости, которые касаются и той девочки… — На этом Шин вздрогнул и, округлив глаза до предела, взглянул на отца. — Старый рыцарь, которого ты убил, был с ней связан и какое-то время был её наставником.       — Вот как… — Шин опустил взгляд в пол и сжал кулак. — Значит, поэтому… Ты знал это с самого начала? Для этого послал меня?! Ещё не веришь, что наша связь разорвана?! — Повысил голос Шин.       — Хех… Вовсе нет. И мне искренне жаль, что ты был вынужден так поступить с ней, хоть это и пошло тебе на пользу… — ухмыльнулся Айзек, поправив очки и намекая на глаза Шина.       — Тогда причём здесь она вообще?! — Нахмурил тонкие брови Шин.       — Господин Кариев также был связан с её родом ещё восемь лет назад. Семь лет назад именно он поспособствовал сокрытию рыцаря и десятилетней девочки в западном регионе после трагедии в её замке. Он попытался установить контакт с «Чёрными Ножами» через Иствана и использовал старика как связующее звено. Именно он предоставил через рыцаря всю информацию о ней Чёрным Ножам и нам с помощью Гоблина. Твоё вмешательство было слегка непредвиденным… Мы хотели выманить убийц и тщательно проследить за ними, также, если получится, стравить двух бывших рыцарей с ними и замедлить их продвижение, но получилось по-другому.       — Я так понимаю, что Мия по твоему чёртовому плану должна была умереть?! И ты сейчас вот так просто об этом говоришь?! — Опустив вниз перекошенное от гнева лицо и сжав кулаки, произносил Шин.       — План был не мой, но всё так… Между жизнью посторонней девушки и интересами клана выбор для меня был очевиден, и ты не смеешь меня осуждать!       — Да?! А что насчёт логова людоедов в храме под Флораном, а?! Откуда главная тварь из них знала твоё имя и о твоих глазах?! Она сказала… Если отсеять бред… Что ты её создал! Сколько ещё дерьма за собой ты оставил?! В чём здесь интерес клана?!       — Хех… — спокойно прикрыл глаза Айзек. — Это… Думаю, это было ещё до твоего рождения. Тогда я был молод и наделал много ошибок. Я помню рыжую деревенскую девушку, которую травили всей деревней. Я обучил её кое-чему… Также обучил использовать чакру. Для меня тогда это было развлечением, и так я испытывал силу глаз. Я грешил и внушал ей самое разное, и мне нравилось манипулировать её сознанием… Поверь, тот мир, в котором она жила благодаря мне, был куда лучше, чем отношение к ней в её деревне. Но после такого… Хех… Не удивительно, что она всё же сошла с ума… Сейчас, когда я думаю об этом… Мои поступки тех лет действительно достойны осуждения, и мне жаль, что ты столкнулся с моей… С тёмной стороной моего прошлого.       — Значит, то, что она мертва, тебя никак не напрягает?       — Ты убил её? — уточнил Айзек.       — Да, иначе она убила бы меня в своём безумии!       — Хорошо. На этом закроем эту тему. Из-за твоего вмешательства девочка Аль-Хезмин выжила, а вот Чёрным Ножам повезло меньше. Неудачное покушение вызвало их интерес и к твоей персоне, а гибель двоих и необходимость сбора информации их задержала. Я был вынужден срочно возвращать тебя в клан, узнав, что тебя уже ищут. Через Иствана и Гоблина мы передали информацию и о тебе… Нужную нам информацию. После этого Истван как связующее звено стал нам уже не нужен, и от него нужно было срочно избавиться. Убийцы также предприняли очередную попытку, когда узнали, что Учиха не охраняют эту девочку. Очередной провал, о котором ты уже знаешь. В результате всё для нас снова сложилось почти идеально… Теперь у них две приоритетные цели: Кариев и эта девочка. Учитывая, что Кариева защищаем мы, что я наглядно продемонстрировал, и то, что они теперь уверены, что старого рыцаря устранила именно она, как думаешь, куда они ударят в первую очередь?       — Мия… — прикрыл глаза Шин.       — Верно.       — Так ты всё спланировал, а? Маска или Гоблин… Он специально привёл их к Иствану?!       — Нет… Такого я ему не приказывал, но всё сложилось максимально выгодно для нас. Идеальным вариантом будет добить выживших ножей после того, как они убьют девчонку и рыцаря, но ты не согласен, так? — Шин промолчал, сцепив зубы и отвернувшись в сторону. — А хочешь их спасти? — произнёс Айзек, ухмыльнувшись. На этом Шин вздрогнул и, округлив глаза, вновь посмотрел на отца. — Я бы мог спасти её и этого рыцаря. Что скажешь? Почему бы не прийти им на помощь и не уничтожить ножей гарантированно?       — Издеваешься?! — выкрикнул Шин. — Даже для тебя это уже перебор! — Поднялся на ноги Шин.       — Хех… — прикрыв глаза, выдохнул Айзек. — Да ни над кем я не издеваюсь… Это моё тебе предложение, сын. Ты ведь любишь её, я прав? — Шин вновь вздрогнул и отшагнул назад. — Можешь не придумывать ничего. Я вижу всё в твоих глазах. Было бы это не так, то ты бы не развил свои глаза. Эта любовь делает тебя сильнее, и я искренне рад этому. — Поднимаясь на ноги, произносил Айзек. — Я не мой отец, и я готов на всё, чтобы зарыть тот топор войны между нами.       — Тц… Я так и понял. Думаешь, если она не умрёт, это что-то изменит между нами?! У неё уже есть тот, кто не позволит Ножам убить её! Хочешь получить моё расположение за то, что спасёшь её от того, во что сам же и втянул?!       — Тогда после того, как сам спасёшь её, то я готов признать ваш брак законным, если, конечно, ты хочешь связать с ней свою жизнь. Как тебе такая решимость? — спросил Айзек. Шин вновь округлил глаза.       «Он не врёт и не шутит… Я вижу его чакру… Он ни разу не возразил против того, чтобы я смотрел на него шаринганом. Он говорит правду! Он действительно позволит нам…» — проносилось в голове Шина, и в этот момент он почувствовал, как рука подошедшего к нему отца коснулась его плеча.       — Шин… — не глядя на него, продолжил Айзек. — Я действительно хотел бы закончить с этой глупой ненавистью между нами. Я твой отец, а не твой враг, хоть ты и сделал меня таковым. Всё, что я имею, однажды станет твоим в любом случае. Я был строг с тобой и Таном. Я навязывал вам бесчеловечные правила и был тем самым источником страха, чтобы вы стали сильными. Сейчас я уже добился от Тана понимания. Теперь я хотел бы того же от тебя… — произнёс он и направился к выходу, оставляя Шина наедине со своими мыслями. — Если для того, чтобы сохранить клан после себя и оставить наследие в сильных и достойных руках, мне нужно будет впустить в семью одну девочку, я готов пойти на это… Но только тогда, когда ты сам поймёшь, что интересы клана важнее всего, сын. Подумай лучше об этом, пока ещё не придумал план моего убийства. — Произнося это с ухмылкой и заставив Шина обернуться, он вышел за порог и прикрыл дверь.              

***

      Под лучами утреннего солнца городская стража отворила массивные ворота во внутренний двор большого загородного храма. Вход в сам храм находился примерно в паре сотен шагов и был также открыт нараспашку, а в середине внутреннего двора красовался большой, выше человеческого роста украшенный фонтан. Шум воды доносился до самых ворот, через которые, глядя на стражников, которые были слишком уж хорошо экипированы для охраны этого места, проходили молодая высокая блондинка с ярко-голубыми глазами, а также высокий и широкоплечий мужчина с гербовым мечом в ножнах на левой стороне широкого пояса.       — Даже сейчас, когда я вижу это, то не могу в это поверить… — прошептала блондинка так, чтобы было слышно только её сопровождающему. Вдоль брусчатки, по которой они шагали от ворот, будто на параде стояли стражники в кольчугах с наплечниками, шлемами и гербовыми накидками. Оранжево-зелёным полотном с изображением чудища-химеры на груди. Само чудище являло собой огнедышащего трёхглавого льва с хвостом скорпиона.       — Даже в таких, как Кариев, просыпаются амбиции, когда их силы совпадают с возможностью урвать кусок побольше.       — Думаешь, он будет пытаться склонить нас на свою сторону? — шёпотом спросила блондинка.       — Для чего же ещё он нас позвал?       — Так зачем ты согласился?       — У него может быть важная для нас информация о раскладах сил в целом. Да и игнорировать того, кто нам так сильно помог, было бы странно, не думаешь? — глянул мужчина на блондинку.       — Тут ты прав, но нам нужно встретиться с Маской, а тут мы теряем время.       — Ну… Значит, Маска подождёт. — Произнёс мужчина, и они глянули вперёд, уже находясь в паре десятков метров от большого фонтана, перед которым в парадном цветном плаще с уложенными назад и сплетёнными в конский хвост пепельными волосами за спиной стоял и ожидал их Лаур Кариев. Бывший наследник, а ныне глава рода Кариев, крепко связанного дружескими и деловыми узами с родом Аль-Хезмин. В детстве Мия знала Кариева как одного из самых богатых помещиков северных земель, чьё состояние могло сравниться даже с региональными баронами вроде её отца и матери. Сам Лаур Кариев, будучи старым другом её семьи, часто бывал у них в замке, где она росла. Праздновал самые разные праздники в кругу их семьи, а когда отец Мии пропал в море и его объявили погибшим, он едва ли не первым прибыл с утешениями для её матери и даже взял на себя часть их земельных дел. Ещё пару лет её мать, принимая вотчину после погибшего мужа с дозволения самого Джашина-сама, многому училась у Кариева. Сейчас этот человек стоял к ним спиной, и когда они подошли ближе, он с улыбкой повернул голову и глянул на неё и Айона через плечо. Шумно выдохнув, он полностью повернулся к ним, сложив руки за спиной. Огромный для обычного человека доспех ржавого цвета, удерживая перед собой двуручный меч, сделал несколько шагов и встал смирно справа от фонтана. Мия округлила глаза, глядя на него и чувствуя, как от него исходит чакра Кариева, которая за прошедшие годы стала куда больше и сильнее. Прежде она помнила, что вся та чакра, которую она сейчас чувствовала в доспехе, была его пределом, но теперь это была лишь треть от того, что она чувствовала, находясь рядом с ним. Мысленно сравнив его силы со своими, она напряглась. Сейчас по объёму чакры они были примерно равны. Единственное, в чём она наверняка выигрывала, — это в чистоте чакры благодаря её более благородному происхождению.       — Доброго дня, Лаур-сама. — С поклоном обратилась к нему Мия и показательно улыбнулась.       — Оу… Хех… — улыбнулся он в ответ. — Ты стала настоящей красавицей, Мия, как твоя мать в молодости. Мы ведь уже лет пять не виделись, так?       — Почти… — подтвердил Айон и следом поклонился. — Приветствую, Лаур-сама.       — Приветствую… — ответил он, кивнув сперва Мие, а затем и Айону.       — Вы тоже изменились за эти годы, Лаур-сама. — Ухмыльнувшись, произнесла Мия. — Никогда бы не подумала, что такого человека, как вы, заинтересуют боевые искусства и вы даже освоите технику неживого войска нашего рода. — Кивнула она в сторону ожившего доспеха.       — Хех… Я теперь глава рода, который должен защищать семью и её интересы. Многое изменилось, и странно, что ты так думала обо мне. Всё же я мужчина, и мне всегда было близко воинское ремесло. Но вы верно заметили изменения, и я не просто так встречаю тебя и сира Айона именно в такой обстановке. — Произнёс Кариев. — У меня есть к вам предложение, и, к сожалению, я вынужден требовать от вас ответа здесь и сейчас, ибо времени почти не осталось.       — Времени? — удивлённо произнесла Мия.       — Да… Вскоре нас ждёт война.       — Война?! — удивлённо воскликнула Мия.       — Хех… — шумно выдохнул Айон. — Уж простите, но нас это слабо касается…       — Это касается всех, рыцарь. — Строго произнёс Кариев.       — Не нас… — вновь возразил Айон, покачав головой. — И я уже не имперский рыцарь. Во многом благодаря вам.       — Ситуация резко изменилась, и теперь тебе вновь выпала честь сразиться за Империю и защитить то, что от неё осталось.       — Империю? — удивился Айон. — Или за ваши амбиции, Лаур-сама? Уж простите, но…       — Я приношу свои глубочайшие извинения… — вмешалась в разговор Мия, поклонившись. — Но как бы я ни желала обратного… Империя мертва. Мой род практически уничтожен. Моя мать мертва, Император — мой двоюродный дед и его брат, скорее всего, тоже мертвы. Лишь на юге, по слухам, остался тиранический осколок под гнётом Пьющего Огонь, но где был этот великий имперский завоеватель, когда мою мать убивали, а тайны Империи хотели подло украсть?! Я не знаю, что именно вами движет, Лаур-сама, и с чего вдруг вы заговорили об Империи, но даже мне, наивной и избалованной девчонке, понятно, что вы пытаетесь прикрыть этими бравадами свои личные интересы и амбиции. Пусть мы и стали наёмниками и выполняем разные поручения за деньги, чтобы выжить, но мы не станем воевать за вас. Надеюсь, я не обидела вас своей честностью?       — Хех… — шумно выдохнул Кариев, прикрыв глаза и опустив голову.       — Лаур-сама… — убрав улыбку с лица, глядя на Мию и нахмурившись взглянув на Кариева, продолжил Айон. — Помните, что вы ответили, когда я пришёл к вам в поместье с печальными новостями и этой девочкой на руках? Что вы ответили, когда я призвал вас исполнить долг перед её родом и перед Империей как имперского дворянина? Вы предпочли переложить ответственность и умыть руки. Вы проиграли битву со своими страхами, и я не виню вас… Тогда всё ощущалось иначе. Сейчас, когда ваши страхи исчезли и вы увидели возможности и выгоды, вы решили прикрыться догматами Империи? Простите, но после такого я не желаю вас видеть и знать! — Айон взял за руку Мию и уже хотел развернуться.       — Прошу… — раздалось от Кариева. — Я думаю, что заслужил того, чтобы вы сперва выслушали меня до конца, а затем дали окончательный ответ. Мия… — обратился он к блондинке, шагнув вперёд и положив руку на её плечо. — Знаешь, как называют это место?       — Храм Клятв? — уточнила она с долей сомнения. Кариев кивнул.       — Этот один из немногих уцелевших храмов бывшей Империи. Здесь прошла свадьба твоей матери с твоим отцом. Здесь же, по слухам, ещё в своей первой жизни венчался и сам Император Самаэль с Белокрылой Дианой. И вот моё тебе предложение… Мия Аль-Хезмин! — Убрав руку с её плеча и встав перед ней в полный рост, подняв голову и уверенно взглянув в её глаза, на повышенном тоне произносил он. — Пред ликом истории наших предков прими мою руку и позволь стать твоей опорой. Прими мои чувства и откройся лишь для меня, обнажив свою душу. Принеси клятву верности на нашей крови! Стань моей женой и признай меня, Лаура из рода Кариев, своим мужем и бароном-консортом Севера! — Выдал он, заставив её вздрогнуть и округлить глаза, как и стоящего рядом Айона.       — Я… — дрожащим голосом начала отвечать девушка, но Кариев поднял ладонь, останавливая её.       — С моими деньгами и властью тебе больше не нужно будет скрываться и уж тем более воевать, рискуя жизнью. Я верну тебе твоё родовое имя и положение, а сам взамен стану править севером от этого имени. Ты же получишь свободу.       — Свободу? — нахмурился Айон.       — Да… Свободу от своих клятв. Не хочешь воевать за меня и свою госпожу? Беги и живи жизнью дезертира и отступника. В благодарность за верность клятве и за то, что ты сберёг мою жену, я отпускаю тебя. — На этом Мия резко нахмурилась и опустила взгляд в пол.       — Тц… — цокнул языком Айон.       — Разумеется… — приобняв её за шею и глянув на неё, продолжил Кариев. — Придётся ещё подождать и потрудиться в завоевании севера, но сейчас там нет сил, способных гарантированно победить те, что собираю я. Народ помнит твою мать и отца и с радостью примет нашу власть вновь, особенно после всех этих лет раздора. А уж когда в наших руках будет весь Север… — ухмыльнулся он. — Даже Летящему Богу Грома придётся считаться с нами!       — Лаур-сама… — вполголоса, напрягшись и сжав кулаки, произнесла Мия. — Уберите…       — М?       — Ваши руки… Пока я не отрезала их! — На этом он резко отшагнул от неё, столкнувшись с её гневным взглядом. Подняв голову, она до побеления костяшек сжала в руке копьё, и перемотанное плотной тканью острие сперва задымилось, а затем загорелось.       — Эта чакра… — прошептал Кариев с долей испуга.       — Значит, всё же огонь… — улыбнулся Айон.       — Я отказываюсь! — выкрикнула она.       — Одумайся, девочка… — продолжил Лаур. — Неужели тебе плевать на твою кровь и прошлое? На наследие твоей матери! Лишь я могу...       — Хватит! — вновь крикнула она и со скоростью частичного мерцания будто выстрелила рукой вперёд, приставив острие копья к горлу Кариева. Стоящий рядом доспех едва успел повернуться. Лезвие постепенно раскалялось от поданной туда чакры. — Не смей приплетать сюда мою мать! Ты… — сморщилась она будто от зубной боли. — Ты казался мне добрым и чутким человеком. Тем, кто поддерживает своих родных и готовым на жертвы ради других! Но ты лишь очередная лицемерная свинья с безграничными амбициями! Я не убью тебя лишь в память о ней и о её к тебе отношении! — Сжимая копьё, почти кричала она, вновь открыв глаза.       — Тогда на что же ты планируешь потратить свою жизнь? — Сделав шаг назад и нахмурив брови, спросил Кариев.       — Тц… Я собираюсь покончить с «Чёрными Ножами», отомстить за мать и вместе с этим похоронить своё прошлое! Для меня нет больше смысла жить прошлым… Я больше не Мия Аль-Хезмин… Когда последний из этих мразей сдохнет, я стану Майей и возьму имя рода того человека, которого выберет моё сердце! Это и есть свобода для меня, и за это я готова отдать свою жизнь! Только вряд ли ты это поймёшь…       — Ты права, не пойму… — на выдохе произнёс Кариев. — Не пойму, почему ты готова оставаться никем ради того, чтобы жить ложными мечтами, но будь по-твоему… Я достаточно горд и не собираюсь просить дважды. Однако… Я не могу позволить себе такого расточительства. Ты и твоя кровь в любом случае — ключ от севера, и если ты не достанешься мне как жена, то мне выгоднее отдать тебя Чёрным Ножам и Богу Грома в качестве обменного дара… Арестовать! — отдал он приказ.       — Тц… Думаешь, я это позволю?! — развернувшись, выкрикнул Айон.       — Обоих! — взглянул он на Айона. Стражники отреагировали, и несколько поспешили напасть на рыцаря со спины.       — Ха! — Первый тут же получил удар локтем назад с размаху прямо в лицо. От силы этого удара забрало его шлема вмялось внутрь, а через решётку прыснула кровь. Стражник отлетел на несколько метров, рухнув на землю. Вздрогнув от такой неожиданности, Мия отвела копьё назад, замахнувшись для удара, но Кариев будто этого и ожидая резким рывком скинул с себя плащ через голову и взмахнул им, накрывая и отводя в сторону острие копья. Со взмахом плаща противник перед её глазами исчез. С увесистым куском ткани на копье она была вынуждена отвести его в сторону и отшагнуть назад. Внезапно она почувствовала, как её левую руку, которой она потянулась за спину, чтобы снять щит, схватили за кисть и заломили за спиной. Одновременно с этим у своего горла она почувствовала касание лезвия короткого эстока — оружия вельмож, через который также проходила сильная чакра. Тут же её больно ударили под правое колено, и она упала на него, потеряв равновесие. Один из стражников попытался обхватить левую руку Айона, но последний с криком перебросил мужчину в броне через себя с грохотом, роняя его на землю, и повернулся к пленённой девушке.       — Мия! — выкрикнул он, но ещё двое стражников бросились вниз, крепко схватив и удерживая его ноги, и через секунду ещё один обхватил его корпус. — Да отвалите вы!       — Лучше бы тебе не дёргаться… — презрительно выдал Кариев, демонстративно пленив Мию.       — Ранишь её, и я клянусь…       «Оставь свои пустые клятвы, рыцарь…» — раздался знакомый голос, и из-за украшенной колонны за центральным фонтаном вышел высокий мужчина в очках и чёрном кимоно с белым веером на воротнике. Вздрогнув, Айон повернулся в его сторону, и последний на секунду снял очки и открыл глаза, вспыхнувшие алым светом. Встретившись с ним взглядом, Айон ощутил, как рисунок алого глаза с множеством зрачков будто отпечатался в его сознании. Стук его следующего шага в высоких сандалиях на босую ногу раздался громким эхом в его голове, а тело пронзила резкая слабость, и руки опустились. Он не видел никаких миражей и продолжал наблюдать за Кариевым, удерживающим Мию, и медленным шагом приближающегося к ним мужчиной, погасившим свои глаза и вновь надевшим очки. Как бы он ни старался, но не мог пошевелить и пальцем, пока стражники били его по ногам, заламывали онемевшие руки и туго связывали руки и ноги верёвками.       — А вы неплохо двигаетесь, Кариев-сан… — с улыбкой отметил мужчина в очках, глянув на то, как он удерживал Мию.       — Спасибо за болезненные уроки… — ухмыльнулся Кариев.       — Вы же… — взглянув вперёд, узнала мужчину перед собой Мия.       — Да… Вижу, ты хорошо запомнила меня, девочка, а теперь засыпай… — протянув к ней руку, он слегка стукнул её двумя пальцами в лоб, и, закатив глаза, она потеряла сознание.       «Я знал, что в тебе есть сильная воля. Не разочаруй меня в следующем акте…» — раздался его голос у неё в голове, когда в её глазах резко потемнело.       — Хех… С вашими глазами это оказалось куда легче, чем я думал. — Произнёс Кариев, кивнув стражникам, надевшим мешок на голову Айона, заняться также и девушкой. — Что дальше? — спросил он.       — Дальше мой человек в белой маске сопроводит вас на встречу с представителем «Чёрных ножей». Похоже, они выбрали в качестве места северное святилище трёх волков, а их нынешнее логово — это подземный храм под скалой трёхглавого волка. Путь предстоит неблизкий, но мне следует подготовиться, да и за вами наверняка будут следить, а поэтому я не смогу вас сопровождать. После переговоров мы начнём последний акт. Не разочаруйте меня.       — Да, я понимаю, Айзек-сан. Рассчитываю на вас… — поклонился Кариев.              

***

      «Честно говоря, мы с братьями не рассчитывали на ваш визит, Кариев-сан…» — слышала Мия будто сквозь вату. Внезапно с её головы сняли мешок, и ей больно ударил в глаза свет. Также она начала чувствовать ломоту во всём теле. Кто-то больно схватил её за волосы и поднял голову. Морщась от яркого света белого пламени от настенных фонарей и жаровен, она с трудом разглядела, как кто-то сидел на каменном подобии трона. Она не видела лица, прикрытого широким капюшоном, но столкнулась со взглядом жутких ярко-зелёных глаз с узким вертикальным зрачком, который пробирал до мурашек.       — Что скажете, Великий? — раздался голос одного из «Чёрных ножей», сложившего руки за спиной. Судя по тому, что на нём красовались серебристые наплечники поверх чёрного жилета, капюшон был украшен серебристой окантовкой, а чёрные сапоги казались совсем новыми, этот был из верхушки секты. — Это действительно она?       — Это так. — Подтвердил могильным голосом сидящий на троне. — Я должен был увидеть это лично. Ритуал проведём позже. Пока я удаляюсь, а она пусть ожидает моего возвращения в первой камере.       — Слушаемся.       — Также оповестите Алекто. Он лично ответит, если…       — Мы вас поняли, о Великий… — с поклоном до пояса обратился к поднявшемуся с трона член секты.       «Великий?» — пронеслось в голове у Мии.       На этом тот, кого назвали «Великим», исчез, и Мия в мгновение прекратила даже чувствовать его присутствие. Задумавшись об этом, она осознала, что от того типа не чувствовала вообще ничего, как и от других. Только с его исчезновением её вновь накрыло ощущение чакры присутствующих в странном и вытянутом подземном зале.       — Эй, эй, эй… Касательно моей просьбы Великий не дал ответ! — Слышала она со стороны возмущения Кариева.       — Ты ведь ещё жив, не так ли? — издевательски обратился к нему убийца с серебряными наплечниками. — Это ли не знак благосклонности Владыки? Твои просьбы подлежат обсуждению, и думаю, Алекто-сан примет тебя в ближайшее время. — Ответили ему.       — Тц… — раздалось от Кариева.       «Сейчас лучше помалкивай и не сопротивляйся…» — раздался над её ухом знакомый искажённый голос. Над своим левым плечом она мельком увидела лицо в белой кожаной маске беса. Понимание того, что происходит, заставило её вздрогнуть. В эту же секунду она почувствовала, как в её ладонь он вкладывал небольшое стальное лезвие.       «Надеюсь, ты поняла всё правильно и не разочаруешь меня…» — добавил он, и вместе с этими словами его холодные пальцы в кожаных перчатках проникли сзади за её пояс, вложив туда ещё что-то прямо под её правую ягодицу, от чего она машинально цокнула языком. С последними словами Чёрных Ножей он поднял её под руку, чуть толкая вперёд, заставив сделать шаг прямо к принимающему конвоиру из числа сектантов.       — А с этим что будем делать?! — произнёс один из ножей, показательно пнув поставленного на колени мужчину в кирасе с мешком на голове. — Он опасен… Всё же бывший рыцарь…       — Алекто-сан примет решение. В подвальную камеру его! — приказал старший в серебристых наплечниках. — Кариев-сан… — изменив тон на нарочито вежливый, обратился он к стоящему в походных одеждах с высокими чёрными сапогами худощавому мужчине. — Пройдёмте со мной… Маска… Братство ценит твои услуги. С тобой уже рассчитались?       — Нет. — Ответил искажённым голосом человек в белой маске.       — Тогда сопроводите его в зверинец! — приказал мужчина с серебристыми наплечниками.       — Надеюсь, вы не против моего стража… — уточнил Кариев, направившись за старшим из Ножей, и кивнул в сторону шагающего за ними ожившего доспеха с осадным щитом и большой турнирной пикой.       — Если вам так спокойнее, то… — с ухмылкой старший из ножей пожал плечами.       На этом Мию под руки двое из ножей в одинаковых чёрных обмотках и жилетах сопроводили сперва в отдалённый тёмный коридор, а затем в более освещённое подвальное помещение с запахом очищенного воздуха, похожим на тот, который она чувствовала в лазаретах. Пройдя через лазарет, они несколько раз повернули в длинных коридорах и вышли в просторное помещение с множеством статуй Великих. Сконцентрировавшись до предела, она запоминала дорогу и ощущение от каждого помещения. Предмет, который Маска засунул ей под ягодицу, ощущался как какой-то продолговатый камень, а в ладони она уже аккуратно перехватила лезвие, чтобы начать разрезать верёвки, связывающие кисти. Пока её вели по разным помещениям, то кровь наконец начала нормально циркулировать по телу, и чувство ломоты почти исчезло, но на смену ему пришла сильная жажда. Во рту было очень сухо, да и в глаза всё ещё будто насыпали песка, а мышцы слегка стонали от затёков и недостаточной разминки после отключки.       Спустя десяток минут ходьбы, по примерным подсчётам Мии, её наконец бросили в подобие карцера за каменной дверью в стене. Она заметила, что дверь открывалась путём вставки каменного продолговатого ключа со специальной печатью. Как только конвоиры закрыли дверь за собой, она тут же приступила к освобождению от верёвок, лёжа на каменном полу в темноте. Спустя несколько минут шевелений немеющими руками и ощущения боли от порезанных пальцев и ладоней она наконец почувствовала, как лопнули верёвки, и, поднатужившись, силой освободилась также, сняв петлю с шеи и с шумным выдохом размяла кисти, шею и плечи, подняв корпус.       «Чёртов Маска… Я понимаю, что он обещал только лишь организовать встречу с ножами, но если это и был его план, я его лично придушу!» — проносилось у неё в голове.       «Сразу после Кариева! Чёртов предатель!» — С этими мыслями она полезла за пояс и достала оттуда копию каменного ключа для открытия дверей перед собой. Прислонив ухо к каменной двери, она вновь сконцентрировалась и, сложив печати, использовала сенсорную технику. Получив отдачу, она поняла, что за дверью никого нет, и только тогда на ощупь вставила ключ со слегка светящейся печатью в специальное отверстие в двери. Каменная дверь открылась с характерным звуком, и она вышла в освещённый свечами и настенными фонарями коридор. В этом коридоре было ещё несколько таких же камер. Сняв один из фонарей со стены, она закрепила его на поясе, перевязав остатками верёвки, и быстрыми, но аккуратными перебежками направилась дальше по коридору. Выйдя на лестницу, она решила подниматься вверх. Под землёй в её лёгком снаряжении было весьма холодно, и из её рта шёл видимый белый пар. Чувствуя, что дальше её наверняка ждут сильные противники, она, стоя на лестничном пролёте, сложила несколько печатей и, ударив ладонью в пол, призвала свой щит и повторно выполнив технику, призвала своё копьё, продолжив подниматься вверх. Не встретив сопротивления в следующем тёмном коридоре, она вышла в просторный зал с множеством статуй. Прокравшись в тенях, она чувствовала человека в помещении ещё, находясь в коридоре, и, увидев его, заняла выгодную позицию за его спиной. Пока он протирал надписи, вырезанные на мраморе под статуями великих, она, встав в противоположном конце зала, прицелилась и с плеча метнула своё копьё прямо в его затылок с двадцати метров, вложив столько чакры, сколько могла за раз, для усиления броска. Не успев даже вздрогнуть, мужчина в чёрном жреческом одеянии оказался на полу, оросив одну из статуй и надписи под ней своей кровью и мозгами. Подбежав и вытащив копьё из пробитой головы, она сконцентрировалась и прислушалась к реакции других людей в этих катакомбах. Сперва не почувствовав ничего, она тщательно обыскала убитого мужчину дрожащими руками и только, сделав несколько вдохов и выдохов, собралась и нашла у него в подкладке и карманах немного денег, традиционный для сектантов изогнутый кинжал с зазубринами на клинке и свёрнутую в подобие свитка карту подземелий, точнее лишь нескольких этажей. Посидев несколько минут, продолжая прислушиваться к шуму в соседних коридорах и помещениях, она нашла на плохих рисунках, явно сделанных сектантом самостоятельно, помещение со статуями, наиболее похожее на то, где сейчас находилась. Также на его поясе висела связка железных ключей. Определив по этой карте путь в подвал, она вспомнила, куда должны были отвести Айона, и решила попытаться в первую очередь освободить его, для чего направилась обратно через пустой коридор к лестничному пролёту, а оттуда в самый низ.       Открыв подбором ключа широкую решётку, прикрывавшую вход в подобие пещеры, она с фонарём пробежала по длинному каменному тоннелю. Своим чувством чакры она не чувствовала никого впереди, кроме животных в клетках по бокам. Большинство были спящими, чем-то отравленными собаками или волками, которые, точно заметив её, даже не подавали голоса, а потому она ускорилась, не скрывая звуков своих шагов. В конце её ждала уже железная дверь с несколькими замками, и пришлось задержаться, чтобы открыть её, а с самого верха начал доноситься странный шум. За железной дверью её ожидало огромное просторное помещение, подобное арене. По углам у скальных стен валялось множество тел как человеческих, так и животных. Несколько больших змей размером с собаку попытались напасть на неё, но, отшагнув в сторону, она проткнула копьём одну и отрезала голову второй резким взмахом. Пройдя до середины огромного помещения, она присмотрелась вдаль и на специальном возвышении обнаружила ещё несколько дверей выходов с разных сторон. С хрустом сломав под ногами чьи-то кости, она бегом направилась в сторону одной из дверей и вздрогнула неожиданно, почувствовав присутствие человека за спиной.       — Не ожидал увидеть в зверинце такую экзотику…              

***

      — Вот и наша главная и самая оборудованная арена для битв зверей! — произнёс сопровождающий из Ножей, глянув на мужчину в белом одеянии и белой маске беса. Последний не проявлял к нему интереса и внимательно осматривал помещение, стоя в середине выложенной каменными квадратами и кругами с ритуальными надписями в камнях арене. На стенах красовались вырезанные в камне изображения тринадцати священных зверей, разделённые вмурованными в камень мраморными колоннами. Освещалось всё это факелами с белым пламенем на стенах и колоннах как на первом, так и на втором ярусе. — Сегодня у нас не проводится мероприятий, так что все отдыхают…       — Хм… Но мне обещали сильные образцы, и как же я тогда смогу их отобрать, если вы не устроите схватку?       — Это… Мне нужно будет согласовать это с Алекто-сама и старшими. Но сегодня этого не будет. Нужно будет много приготовлений…       — Жаль, что у меня нет времени, а награда уже обещана… Или вы хотите меня обмануть? — спросил Маска, повернувшись к сопровождающему через плечо.       — Братство не врёт! Ты получишь зверей и свой отбор, но не сегодня.       — Лучше не отвечай за старших и согласуй отбор на сегодня, я подожду здесь… — отвернулся мужчина в маске.       — Да сейчас… Пойдём отсюда, я не оставлю тебя одного. Это против правил и… Чё?! — В момент, когда сопровождающий протянул к нему руку в чёрных перчатках и обмотках из чёрной ткани, она в мгновение, за которое человек не успел бы моргнуть, оказалась на земле, а из идеально ровного разреза в области локтя в лицо в белой маске и белые одежды забрызгало тёмно-вишнёвой кровью.       — Не сметь прикасаться ко мне без позволения, чернь.       — Уаааа! — Крича от боли и понимая, что произошло, сектант выхватил свой кинжал из-за пояса и с криком бросился на противника, размахивая ножом, от которого мужчина в белом уклонялся словно в танце, позволяя противнику дальше истекать кровью.       — Знаешь, весьма иронично, что мы сейчас находимся на арене… — под крик и взмахи кинжалом перед собой вполголоса произносил Маска, танцуя с противником и с частичным мерцанием смещая корпус в разные стороны. — За всю свою жизнь я никогда не сражался в ближнем бою по этим вашим «правилам поединков». Бой — это ведь борьба за выживание, как в природе. Правила придуманы слабыми, чтобы оправдать своё поражение в глазах и умах других слабых… — С мгновенным перемещением он оказался за спиной противника, но ничего не сделал, позволяя ему резко отпрыгнуть вперёд и в сторону с кувырком. Оказавшись в десятке метров от мужчины в белом и несколько раз выдохнув, мужчина в чёрном, стоя на одном колене и продолжая истекать кровью, сморщился от боли и попытался зажать рану на руке.       — Сволочь! — выкрикнул он, дрожью поднимаясь на ноги. — Хочешь зверя, а?! Получи! — выкрикнул сектант, ударив себя в область сердца своим кинжалом и произнося… — Услышь меня, дух священного зверя, и используй мою чакру и плоть. Сделай её своей и освободись от оков! Свою ярость обрушь на врагов моих! Дух гнева! Приди! Минотуааавр! — Последнее слово он произносил искажённым голосом. Из его тела хлынул поток чакры, зарядивший воздух, а плоть будто взорвалась, и из месива крови и внутренних органов, резко набухших на глазах, сформировался ком плоти куда больших размеров, чем погибший человек, а из него через пару секунд появилось окровавленное тело полу-быка ростом под три с лишним метра с большими рогами и человеческими кулаками, но с бычьими копытами и мордой. Встав в полный рост, чудище взревело, попытавшись подавить противника и внушить ему страх, высвобождая огромное для большинства людей количество чакры. Маска стоял к нему полубоком, лишь с интересом глядя на него и сжав в руке свой нож-тесак с широким лезвием, которым обычно пользовались мясники на рынках.       Глянув на человека в белом и окровавленном одеянии чёрными мелкими глазами, чудище замычало и, топнув копытом, бросилось в атаку, замахнувшись огромным кулаком. Со следующим шагом в его глазах блеснуло кроваво-красное свечение, и полу-бык резко замер на месте. Поняв, что случилось, мужчина в маске повернулся через плечо и произнёс…       — А ты не торопился…              

***

      Услышав искажённый и хриплый мужской голос за спиной, Мия не раздумывая с мгновенным перемещением прыгнула вперёд и в сторону с кувырком. Над её головой с приглушённым свистом пронеслось лезвие изогнутого кинжала, всё же задевшее её волосы, и длинная прядь осталась на земле. Взглянув на противника, она увидела, как мужчина в типичных для сектантов чёрных обмотках, кожаном чёрном жилете и накидке с капюшоном достал из-за спины ручной арбалет и тут же выстрелил, целясь ей в лицо. Её реакции хватило, чтобы выставить щит, который принял на себя удар арбалетного болта. Чуть опустив щит, она поднялась на ноги, вновь взглянув на ухмыльнувшегося противника. Болт, застрявший в щите, зашипел и в момент её взгляда на него пустил немного дыма и искр и взорвался. Успев только отпустить щит, она резко отпрыгнула в сторону, но полностью избежать ударной волны и огненной вспышки взрыва, оглушившей её на левое ухо, она не смогла. Взрывом её сбило в полёте, а щит, раскалываясь на осколки, разлетелся в разные стороны. Прокатившись по земле бревном десяток метров, она едва смогла удержать в руках копьё и, воткнув его в землю, использовала как опору, чтобы быстрее подняться на ноги. Противник с впечатляющей скоростью оказался за спиной и точным ударом пронзил её левое плечо. Острие выглянуло с обратной стороны с брызгами крови, и Мия вскрикнула от боли, а левая рука повисла плетью. Сжав копьё покрепче, она решила помешать противнику нанести ещё один удар в спину, выполнив круговой взмах копьём, но не смогла задеть столь быстрого противника, который уже оказался на середине импровизированной арены, смахнув кровь со своего изогнутого кинжала. С трудом встав в стойку и тяжело дыша, она перехватила копьё поудобнее и прицелилась.       — Всё ещё хочешь сражаться? Голова не кружится? — издеваясь, спросил противник. Внезапно перед её глазами всё будто поплыло. — Ты даже и не заметила, что боль в ране резко исчезла, да? Твоя рука не двигается не из-за ранения… Она парализована моим ядом. — Осознав истинность его слов, Мия вздрогнула. Обычно она должна была чувствовать боль, и если задеты сухожилия или важные ткани, то она в любом случае должна быть способна хотя бы слегка пошевелить пальцами. Но сейчас даже боль постепенно покидала руку, уступая место мятному холоду. — Впрочем, можешь продолжать сопротивляться. Добивать полумёртвую слишком скучно, и…       — АААА! — крикнула она. — Чёрт! — С этим выкриком она бросилась на противника и на бегу метнула копьё, которое ускорилось и воспламенилось от избытка её чакры. Противник с мгновенным перемещением отпрыгнул в сторону с кувырком, едва успев уклониться, но Мия, достав такой же кинжал, как и у него, в прыжке нанесла отчаянный удар сверху вниз, который был заблокирован таким же кинжалом. Напрягшись изо всех сил, она продавливала его блок, поднеся острие к его лицу.       «Быть не может!» — проносилось в его голове.       «Как она может быть сильнее меня?!»       Задействовав вторую руку, он всё же смог отвести её удар в сторону, дополнительно отбросив её назад ударом с ноги в грудь.       — Не брыкайся, чёртов труп! — выкрикнул он, медленно подходя к ней. Онемение начало распространяться на её лицо, и в левом глазу начало темнеть. — Хех… Похоже, мой яд скоро добьёт тебя. — Вернув самоуверенный тон, произносил он. Но думаю, мне стоит избавить тебя от мучений. Прощай, неудавшаяся принцесса… — В этот момент, стоя в паре шагов от неё, он замахнулся кинжалом, и, понимая, что она проиграла, Мия прикрыла глаза. Перед ней пронеслись улыбающиеся фигуры Айона, матери, какой она её помнила, старика Иствана, ловившего её, когда она попыталась сбежать от него, чтобы искупаться в реке зимой. Последним в её голове пронеслось нахмурившееся лицо Шина, смотрящего на неё из-под капюшона в лесу, где он спас её от медведя. С его алыми вращающимися глазами. Глубоко вдохнув, она услышала подобие звона металла и, вздрогнув, открыла глаза.       — Эй ты… Кровь у тебя всё же не голубая, а? — раздался знакомый подростковый голос. Взглянув вперёд, она вновь увидела сияние двух алых глаз перед собой и похожее на то, которое она себе представляла секунду назад, лицо, только с широкой ухмылкой во все тридцать два. Кожа была более бледной, а голый торс под лёгкой накидкой с капюшоном украшен шрамами. Над бровью на лбу красовался свежий шов, слегка прикрытый чёлкой из белоснежных волос. Стоя в упор над ней, красноглазый парень удерживал большую двуручную косу, направив её за спину, и с виртуозной точностью блокировал выпад кинжала противника одной рукой. Второй он резко ткнул себя большим пальцем в грудь, дополнительно выкрикнув. — Йоу, если хочешь стать настоящей принцессой, то брось этого дурака Шина и выходи лучше за меня!