Худший Шиноби

      Прошедший мимо камеры, где сидел высокий и широкоплечий мужчина с чёрным мешком на голове, поставленный на колени и со связанными руками и ногами, глянул сквозь металлические прутья решётки и шумно выдохнул. По широкому бетонному коридору прошёл сквозняк, обдувая спину молодого парня в чёрных обмотках и жилете. Холодок от ветра вызвал лёгкую дрожь и странное чувство опасности, которое он никогда не испытывал в этих катакомбах. Схватившись за свой изогнутый кинжал, закреплённый на поясе за спиной, он резко повернулся к открытому входу в более тёмный, чем остальной коридор, проход и направил туда свой фонарь. Несколько собак в соседней камере неподалёку отреагировали, начав лаять, будто пытаясь что-то ему сказать, но он, лишь цокнув языком, сделал несколько шагов вперёд ко входу, продолжив удерживать руку на рукояти оружия за спиной. Готовый мгновенно вытащить кинжал, он осторожно подошёл к проходу, посветив туда фонарём, и убедился, что там по-прежнему никого нет и не было. Собачий лай и чувство опасности не покинули его, но, веря своим глазам, он опустил фонарь и, расслабившись, выдохнул.       — А ну заткнулись! — резко развернувшись, он крикнул в сторону камеры с двумя небольшими охотничьими псами и, подойдя к их камере, резко пнул с ноги по стальной решётке. — Кому сказано, твари! — ещё сильнее рявкнул он, пытаясь пересилить их лай. После этого псы с печальными мордами всё же послушались и отбежали от решётки. — То-то же… — ухмыльнулся он под широким капюшоном и услышал какое-то шевеление, будто кто-то резко черканул по бетонному полу сапогом или что-то подобное. Вновь схватившись за кинжал, он шагнул вперёд и повернулся в сторону камеры с мужчиной-пленником, но тот по-прежнему сидел неподвижно и, опустив голову в мешке вниз, был крепко связан по рукам и ногам. — Тц… И что сегодня за день? — вопрошал он в пустом подвальном помещении вполголоса, вновь попытавшись расслабиться, но внезапно получил ответ на свой вопрос.       — Сегодня ваш последний день… — раздался совсем юный девичий голос в его ушах. Резко подняв голову вверх, он увидел, что прямо над ним на потолке сидела девочка с двумя маленькими чёрными косичками в разные стороны и смотрела на него алыми глазами с вращающимися вокруг центрального двумя дополнительными зрачками. В любой другой ситуации он бы уже метнул в неё свой фонарь, чтобы сбить с потолка. Поток его мыслей чётко сообщал о том, что она посторонняя и здесь её точно быть не должно. Любой посторонний должен быть убит им, пока он отвечает за охрану этого места. Однако, дёрнув рукой с фонарём, он вновь опустил её и был не в силах оторвать свой взгляд от её глаз, горящих алым светом. Руки повисли плетьми, а ноги начали дрожать и подкашиваться. Пару секунд он пытался сопротивляться, но всё же упал на колени, и фонарь выпал из его руки. Взгляд парня в чёрном по-прежнему был направлен в потолок, где уже никого не было. Встав в упор от него, девочка с ехидной ухмылкой сорвала с него тканевую маску, прикрывающую лицо по переносицу, и смахнула капюшон, одновременно с этим достав кунай из-за спины. — Надо же, какой молодой… — удивлённо проговорила она вполголоса, рассматривая его лицо. — Ты ведь возрастом примерно, как Шин, а? Ну и конечно же ты меня уже не слышишь. Вот так всегда… — прикрыв алые глаза и пожав плечами, произнесла она вполголоса. — Прости, но… Отец строго приказал не оставлять никого в живых. — С этими словами она воткнула кунай ему в область сердца и вздрогнула от того, что парень резко схватил её за руку в области кисти, не давая ей вытащить кунай, и потянулся за своим кинжалом. Она уже напряглась, но стоило ему вытащить оружие и замахнуться на неё, как он сморщился от боли, кинжал выпал из его рук, а он сам, склонившись, лёг на землю, свернувшись калачиком от боли, отпустив руку девочки. Широко раскрыв глаза и прохрипев что-то, он несколько раз вздрогнул и более не шевелился. Вытащив кунай, девочка вытерла его о тело парня в чёрном и сняла с его пояса связку ключей. Ухмыльнувшись, она глянула в сторону сидящего за решёткой связанного здоровяка. — Ну… За исключением наших вынужденных союзников. — проговорила она вслух.       Открыв дверь в камеру, подобрав нужный ключ с первого раза, она вошла внутрь и, сняв с головы пленника чёрный мешок, узнала в нём рыцаря, который в гневе угрожал убить всех, кто ранит девушку под его защитой. Глянув в его глаза, одновременно с этим разрезав верёвки на ногах, она опознала след чакры, которой его вогнали в овощеподобное состояние.       — Кажется, ты сильно перестарался, отец… — криво ухмыльнувшись, произнесла девочка. Перед тем как освободить его руки, она, растопырив пальцы и сконцентрировавшись, не выпуская куная, сложила пальцы второй руки клинком перед своим лицом. Глубоко вдохнув, она направила свою чакру прямо в него, произнося… — Развеять! — В ту же секунду верёвки, связывающие его руки, лопнули, будто это были тонкие ниточки. Не успев даже понять, что произошло, девочка оказалась схвачена за горло его здоровенной правой рукой и с сильным ударом спиной и затылком о бетонные кирпичи прижата к стене камеры, зависнув в метре над полом. Сжимая её горло, он удерживал её, будто она ничего не весит, и смотрел прямо в её алые глаза, выдавливая из неё жизнь. — Нет, не перестарался… — прохрипела она, чувствуя силу его хвата. В её ушах прозвучал звон упавшего на пол куная.       — Ты! Красноглазая тварь! Ты расскажешь мне, где вы держите Мию, и быстро, или я сломаю твою тонкую шею как сухую ветку! — прорычал резко подорвавшийся рыцарь. Понимая, что с таким обхватом горла она отключится через десять секунд, она из последних сил направила чакру в глаза и попыталась воздействовать на смотрящего прямо в её глаза рыцаря. Алые глаза сверкнули ярким светом. Рыцарь вздрогнул, но это не возымело дальнейшего эффекта, он по-прежнему держал крепко, продолжая смотреть на неё, нахмурив брови. — Больше я на это не попадусь! Ваши глаза порядком меня достали! — гневно прошипел он, и из его рта потекла тонкая струйка крови со слюной.       «Прокусил себе щёку?!» — подумала она, и перед глазами уже всё поплыло и начало темнеть.       — Говори! — чуть потянув её на себя, он резко вновь приложил девочку о стену, что на пару секунд вернуло её в сознание и сфокусировало взгляд на рыцаре, а алые глаза в этот момент угасли.       — Я не знаю… — хрипела она и из последних сил пыталась ослабить его хватку своими руками и дотянуться до него ногами. — Я пришла вытащить тебя!       — Зачем?! Какова ваша цель?! — кричал он.       — Чёрные ножи… Уби… Кхр… — услышав это, он разжал руку, позволив её тушке упасть на пол перед ним, и присел на корточки рядом, пока девочка пыталась откашляться, держась за сдавленное горло.       — Я даю тебе последний шанс… Если следующее, что я услышу от тебя, не будет ответом на мои вопросы, я убью тебя, и мне плевать, что ты ребёнок!       — Кхе-кхе… — пустив слюну и склонив голову сидя, она глянула в сторону лежащего рядом куная.       — Даже не думай об этом! — вполголоса произнёс он, заметив направление её взгляда. — Не пытайся думать об этом и не думай даже пытаться! — гневно произнёс он. С этими словами она поняла, что от его направленного Кю она едва может пошевелиться и вся дрожит как осиновый лист на ветру. Даже выйдя меньше минуты назад из почти полного паралича, он уже подавляет её столь сильно одним присутствием. — Говори!       — Я… Я… Не… — дрожащим голосом произносила она, глубоко вдохнув. — Мне приказал отец… Он приказал освободить тебя и ту девушку! Мы здесь, чтобы убить всех «Чёрных Ножей». Он сказал, что вы будете полезны… Он тоже здесь, как и Тан и Шин… Мы разделились, но нас недостаточно… — сглотнула она. — Вот он и рассчитывает, что вы сможете помочь. Это и вам нужно… Кхе…       — Тц… Кто ваш наниматель?! Такие, как вы, не стали бы так рисковать… Кто?!       — Господин К-Кариев… — призналась она.       — Вот значит, как… — на выдохе произнёс здоровяк и поднялся на ноги. — Это многое поясняет. — Шагнув к решётке, он резко ударил с ноги, выбивая не только двери, но и всю решётку, вмурованную в бетон, с петель, заставив её с сильным грохотом и звоном отлететь в стену. В месте удара прутья были выгнуты наружу.       «Чудище…» — пронеслось в голове у девочки, округлившей глаза, глядя на то, как он покинул помещение и, переступив через труп в коридоре, шагом направился к единственному выходу из помещения.       — Эй, погоди, амбал! — окликнула она его, резко поднявшись на ноги и побежав за ним. — Может, не будем так шуметь и попытаемся найти тебе оружие, а?! Противники сильны и превосходят нас числом!       — Сиди здесь, если дорога жизнь… — остановившись у прохода и не оборачиваясь, произнёс он, сжимая кулаки. Его короткие коричневые волосы постепенно поднимались, будто он получил удар током, и она чувствовала, как его кираса слегка завибрировала, а по земле под её и его ногами прошла дрожь. От него исходила очень сильная и огромная для человека чакра. Сперва ей казалось, что его сила равна силе её отца, но сейчас она понимала, что в камере он не показал и половину своей силы. Вся эта чакра сейчас будто вновь встала ей поперёк горла. По спине пробежали крупные муравьи, и даже сглотнуть было не проще, чем сдвинуть с места гору.       — Я… Я… М-могу помочь… — собравшись и пересиливая желание убегать в панике, произносила девочка, сжимая в руке кунай.       — Мне от тебя ничего не нужно… Я лично убью каждого из этих мразей!              

***

      — Хы! — раздалось от стоящего над лежащей и сморщившейся от боли блондинкой с голубыми глазами, один из которых был наполовину прикрыт, а по левой стороне лица медленно распространялись тёмно-синие тонкие как веточки подтёки. Беловолосый молодой, заметно младше её, парнишка держал направленную за спину огромную косу, частью рукояти которой блокировал удар изогнутого кинжала в свою спину. — Ну так чё? — спрашивал он, глядя на неё своими алыми глазами. — Я буду покруче своего братишки-неудачника, а ещё у меня больше…       — Ты кто ещё такой и откуда взялся?! — раздался выкрик от резко надавившего рукой вперёд убийцы за его спиной.       — Тц… Ты какого свой рот открыл, а?! — разозлившись и глянув на него через плечо, крикнул в ответ беловолосый. — Не видишь, я тут пытаюсь предложение красивой девушке сделать, мать твою! Или ты из деревни и тебя плохо воспитали?!       — Тц… — понимая, что ему не пересилить блок парня с косой, убийца отвёл руку назад и отшагнул, увидев свет от его алых глаз и вращение трёх зрачков.       — Поясню для деревенщины! — сжимая двуручную косу за край рукояти и складывая пальцы клинком перед лицом, на развороте произносил беловолосый. — Вне зависимости от обстоятельств, по правилам этикета, когда парень обращается к девушке, второй мудак рядом должен завалить свой вонючий рот! Поэтому пошёл нахуй отсюда, пока я добрый! — С размаху ударив косой в землю перед собой и напрягая руку, беловолосый направил через неё чакру и силой провёл лезвием вперёд, раскалывая почву перед собой для резкого взмаха снизу-вверх. От самой косы и лезвия начала во все стороны фонтаном бить вода. Заметивший это мужчина в чёрных одеяниях округлил глаза, напрягаясь, и в момент резкого взмаха косой с мгновенным перемещением сместился назад и вправо. — «Водный резак!» — раздалось от беловолосого. От силы его взмаха коса с его рукой взлетела вверх с фонтаном, вырвавшись из земли и высвободив воду, которая пронеслась плотным акульим плавником до самой скальной стены, оставляя глубокое и почти идеально ровное рассечение на земле, расплёскиваясь потоком воды во все стороны с характерным шумом. Оказавшись в пяти метрах от рассечения и оценив силу атаки, мужчина в чёрном напрягся, стоя на одном колене, и, сложив несколько печатей, будто накрыл себя невидимым плащом, на глазах девушки растворившись в воздухе.       — Тц… — цокнул языком беловолосый, продолжая смотреть в его сторону своими алыми глазами и пафосно опустив косу, слегка придерживая её на своём правом плече, чуть отшагнув от лежащей блондинки. — Ну так чё?! — произнёс он. — Выйдешь за меня? — повторил он вопрос, заставив её округлить глаза и вновь глянуть на него.       — Ты же брат Шина, так? Тан, вроде… — произнесла она вполголоса.       — Ага… Помнишь меня?       — Какого чёрта ты здесь делаешь?! И что это вообще значит?! Выйти за тебя?! Рехнулся?! Ты же хотел меня убить!       — И чё теперь? Ну было и было… Сейчас у меня другой приказ. Отец приказал спасти будущую невесту клана Учиха.       — Невесту? Что за чушь?! — выкрикнула она и, приподняв корпус, резко сморщилась, схватившись за левую грудь в области сердца. — Ты издеваешься… — прохрипела она, глядя в землю и пытаясь вдохнуть.       — Да ни над кем я не издеваюсь… Ну я не тороплю… — мельком глянув на неё, произнёс он. — Пока подумай, а я разберусь с нашими проблемами… Для этого же нужен муж, так?       — Тц… Придурок! Ты хоть видишь противника?! — вновь крикнула она, когда приступ боли в сердце отступил, и она подняла голову, взглянув ему в глаза. Резко развернувшись и нахмурившись, он взмахнул косой с плеча перед собой, чуть забирая влево, и нечто проплыло по воздуху, отлетая в сторону ближайшей скальной стенки.       — Всё я вижу… — ответил он, перехватывая косу в две руки поудобнее и глядя в сторону скалы, где своими глазами видел стоявшего на ней и закрепившегося чакрой размытый под каким-то покровом серый силуэт противника на чёрно-белом фоне, а внутри него он видел горящий синим костром очаг его чакры.       «Этот парень… Его глаза видят меня?» — проносилось в голове скрывшегося мужчины, пока Тан медленным шагом направлялся в его сторону и под его ногами хрустнула очередная сломанная кость животного.       «Даже если и так, то она точно меня не видит… Мои шаги не слышат, а моё присутствие не смогут прочувствовать, значит, в первую очередь я убью её, а от этого парня лучше сбежать и позвать подмогу!» — принял он решение и, выждав удобный момент, резко рванул бегом по неровной скале в сторону девушки и, прыгнув, кувыркнулся вперёд, рывком обходя беловолосого парня с косой по флангу, притворившись, что атакует его. Замахнувшись косой, Тан слишком поздно распознал обман, и противник на полной скорости уже оказался в упор слева от Мии, будто скинув с себя плащ-невидимку. Замахнувшись на неё своим кинжалом, он поймал её перепуганный взгляд и уже направил удар сверху вниз. Тан, глядя на него и на полной скорости готовясь рубануть косой и волной воды оттолкнуть противника, как из горла противника вышло острие ножа, забрызгав лицо девушки каплями крови.       «Быть не может… Я его даже не почувствовал!» — пронеслось в голове у открывшего рот убийцы, из горла которого парень в чёрном плаще за спиной вытащил нож.       — Ты не торопился… — резко остановившись, произнёс Тан. Противник упал на колени и выронил кинжал на землю, схватившись за кровоточащее, будто открыли кран, горло. Мия вздрогнула и нахмурилась, отстранившись назад от упавшего рядом с ней убийцы, и, глянув вверх, увидела ухмыльнувшееся ей знакомое лицо Шина с ярко горящими алым светом глазами. — Полностью скопировал его технику невидимости? — уточнил Тан. — Уже так хорошо освоился с этими глазами? И сколько ты выжидал?       — Завались… — ответил он, переведя взгляд на брата. — Я тут с того момента, как ты своей водой промазал! И какого хера ты наговорил Мие, мать твою?!       — В любви и на войне все средства хороши… — ухмыльнулся Тан, пожав плечами.       — Какой любви, придурка кусок?! — подходя к нему, кричал на него Шин. — Можно подумать, ты вообще знаешь, что это такое, а?!       — Кто бы говорил! — криком отвечал ему Тан. Пока они орали один на другого, Мия, глянув на труп, заметила, как цвет тела изменился, и, коснувшись его, поняла, что он состоит из затвердевшей грязи.       — Эй вы! — окликнула она уже замахнувшихся друг на друга оружием братьев. — Противник ещё не… Кхе! — она с резкой болью в груди отхаркнула почерневшую кровь изо рта, и Шин резко бросился к ней, присев рядом.       — Мия! — выкрикнул он. — Ты… — с взволнованным видом он осмотрел её слабеющий очаг и почерневшую рану шаринганом. — Тц… Какой-то яд?       — Хм-хм-хм-хм… — раздалось подобие смеха эхом по всему помещению, и из-под нескольких тел на краю арены вылез спрятавшийся противник. — Всё верно… Ей в любом случае конец. Значит, вы и есть те самые «красноглазые дьяволы», а?! Я ожидал кого-то более…       — Тц… Только потому, что ты ошибаешься, ты ещё жив, мудила! — крикнул Тан, повернувшись в его сторону.       — М?       — Вот… — произнёс Шин, достав из подсумка маленький флакончик с полупрозрачной зелёной жидкостью и, открыв пробку, поднёс ко рту Мии, помогая ей отпить. — Это антидот… Противно, но пей до дна, прошу… — взволнованно произносил он.       — Не поможет. Это только отсрочит её смерть! — раздалось от противника, доставшего ещё по одному изогнутому кинжалу в каждую руку и вставшего в стойку. — Теперь, когда ни один тупой ребёнок не застанет меня врасплох…       — Брат… — обратился к нему Шин, нахмурившись.       — Понял… — ухмыльнулся Тан, подняв косу над головой и начав вращать ею с большой скоростью. Выпустив большое количество чакры, он создал вокруг себя водный вихрь, заставив противника округлить глаза. Однако далее вода, разделённая на несколько потоков, начала формировать над его головой вращающийся водный шар размером с человека. Бушевавшая вокруг вода брызгами, словно разносимый сильным ветром дождь, задевала Шина и Мию множеством капель. Поднявшись на ноги, Шин закрыл её собой и из-за спины достал режущий сюрикен с четырьмя клинками чуть больше его ладони и, направив в него чакру ветра, заставил с вращением взлететь и продолжил несколько секунд заряжать его чакрой, собирая вокруг заряженный ветер. Концентрация чакры ветра достигла критической величины, и над своей ладонью, растопырив пальцы и вытянув левую руку в сторону, Шин держал светящийся синим вращающийся с огромной скоростью вихрь сжатого воздуха, очертаниями напоминающий сюрикен. Вокруг него бушевал ветер ураганной силы, поднимая пыль, сорвав с него капюшон и заставляя его плащ развеваться с характерными хлопками. Из лужи воды, образовавшейся рядом с Мией, появилась копия Тана и, подняв её на руки под её удивлённый взгляд, произнесла: — Лучше от этого отступить подальше…       Молчаливо согласившись, Мия ещё раз глянула на техники, которые заряжали Тан и Шин. Чакры, что собрал каждый из них, хватило бы заполнить больше половины её очага. Кивнув друг другу, один из них взмахнул косой, направив водный снаряд в виде шара в полёт в сторону противника, а второй метнул на сближение с ним свой ураганный сюрикен.       «Великое Водное Уничтожение Учиха!» — раздалось от братьев. В момент столкновения шара воды и ураганного сюрикена с противником обе техники взорвались, и огромный всплеск до самого потолка своим хлопком оглушил всех присутствующих. Копия Тана с Мией на руках вовремя отпрыгнула, а ударной волной с потоком воды обоих братьев сбило с ног и опрокинуло на спины. Из середины всплеска белой шипящей воды вылетел намокший противник, направленный вверх и в сторону второго яруса пещеры. Он прикрылся руками, и, хотя его одежда с жилетом была разорвана в клочья, а тело явно не отделалось без повреждений, он, судя по всему, контролировал свой полёт в сторону.       — Тц… Ещё не всё… — вполголоса произнёс Шин, зафиксировав это шаринганом. Внезапно воздух вокруг начало затягивать обратно в точку взрыва вместе с водой, а в месте высвобождения сжатой массы воды образовался водный вихрь, частично напоминавший смерч, затягивающий всё внутрь себя.       — Это… Не может быть! — раздалось от противника, и последнего с криком затянуло внутрь вращающегося вертикального пятиметрового водоворота. Через секунду вода окрасилась его кровью, а тело перемололо внутри этого потока на мелкие кусочки. Повторным, куда более слабым взрывом спустя пару секунд его ошмётки разбросало по пещере, а окровавленная вода, утратив заряд чакры, разлилась по округе, добравшись до щиколоток поднявшихся на ноги братьев.       — Туда его… — поднимаясь на ноги, произносил Тан, вновь удерживая косу на плече. Промолчав, глядя на произошедшее шаринганом, Шин убедился в смерти противника и, развернувшись, подбежал к копии Тана, вновь опускавшей Мию на землю. — Один-один, братишка… В этот раз я её прикрыл. — гордо ухмыляясь, заявил Тан, развеивая свою копию. Мия криво ухмыльнулась, глядя на Шина, уже удерживающего её голову над землёй. Коснувшись её, он сразу понял, что у неё сильный жар и она едва-едва держится в сознании.       — Это тебе не состязание, придурок! — ответил ему Шин, не отводя взгляда от Мии.       — Почему нет? — пожав плечами, вполголоса произнёс Тан.       — Мия… Не закрывай глаза. — слегка встряхнул её Шин.       — Ты вновь пришёл спасать меня… — хрипло произнесла она, касаясь его промокшего лица и опуская руку на плечо. — Какая же я… Кхе-кхе… Я ни на что не гожусь… — сморщившись после кашля, добавила она.       — Не говори так… Я буду спасать тебя столько, сколько нужно! Если будет нужно, я даже на тот свет приду за тобой и вытащу тебя!       — Шин… Спа-си-бо… Я люб… — на этом она отключилась, не в силах договорить.       — Мия… Мия! МИЯ! — кричал Шин, начав слегка трясти её.       — Успокойся, идиотина! — крикнул Тан, стоя над ними. — Ты и сам своими глазами видишь её чакру. Она жива, но дело плохо. Антидот лишь усилит её естественное сопротивление, но тот из ножей был прав, это не особо поможет. — Тан внимательно осмотрел тонкие и взбухшие чёрные сосуды на её лице и почерневшую рану своим шаринганом. — Я уже видел такое… Это не обычный яд. Это «Чёрная Смерть»! — на этом Шин вздрогнул.       — Так это и есть…       — Ага… — кивнул Тан. — Ей сильно не повезло… Я не слышал, чтобы после этого выживали. — На этом Шин отвернулся и, нахмурившись, поднялся с ней на руках на ноги. — И что ты собрался делать?       — Маска или Гоблин…       — Э?!       — Он был целителем в ордене рыцарей до гибели Империи. Если кто и может ей помочь, то только он! — ответил Шин.       — Ну тогда пошли искать белого…              

***

      Резко замерев в одном широком шаге от мужчины в белой маске, огромный полу-бык, замахнувшись кулаком, не мог пошевелиться, поймав взгляд высокого мужчины в круглых очках и чёрном кимоно с белыми веерами на воротнике. Из-под его очков глаза сияли алым светом, а три дополнительных зрачка медленно вращались вокруг центрального.       — Ты не торопился… Айзек. — раздалось искажённым голосом от повернувшегося к нему мужчины в маске.       — Прошу прощения, если заставил ждать. — улыбнувшись, ответил мужчина в кимоно, глянув на собеседника. — Впрочем, вижу, что вы без меня даже не начинали…       — Как можно… — подняв руки со смешком, ответил мужчина в маске.       — Тогда начну я… «Первый шаг!» — произнёс он, резко схватившись за рукоять катаны, и со щелчком замка, оказавшись за спиной полу-быка в одно мгновение, он щёлкнул замком катаны, уже вкладывая её обратно в ножны. — «Сквозной проход!» — Полу-бык ростом более трёх метров оказался идеально разрезан пополам ровным вертикальным разрезом от головы до паха. Обе половины тела медленно повалились на землю, а внутренние органы со всплеском крови устремились обдать мужчину в кимоно со спины, но последний произнёс на опережение: — Очистить… — Со вспышкой яркого пламени кровь и все останки, летящие на землю, перестали существовать. В одну секунду огонь уничтожил более нескольких сотен килограммов надутой чакрой плоти и костей, а кровь испарилась налету, оставив облака пара. Подняв корпус и встав ровно, он повернул голову через плечо и, глянув на стоящего в стороне мужчину в маске, поправив очки, услышал сдержанные хлопки в ладони со второго яруса арены. Вновь повернув голову, он увидел, что наверху между двумя большими мраморными колоннами стоял невысокий человек в похожем чёрном кимоно с накинутым сверху чёрным кожаным жилетом и серебристыми наплечниками, который и хлопал в ладони.       — Ну и ну… А вы всё такой же любитель театральщины, как и прежде… Основатель и бывший глава нашей небольшой компании, Учиха Айзек-сама. — глядя сверху на мужчину в очках, произнёс он.       — А с чего ты взял, что я должен был изменить себе, Розенкранц? — подняв взгляд, ответил ему Айзек, глядя на него своими алыми глазами.       — Время не щадит никого. Можешь не стараться… Твои глаза бессильны против того, кто уже утратил своё зрение… — сбросив широкий капюшон, стоящий наверху показал своё сморщенное лицо и глаза, перевязанные плотной чёрной повязкой. Перед Айзеком стоял глубоко пожилой облысевший мужчина, имитирующий техникой голос молодого парня.       — Так тьма всё же настигла тебя? — криво ухмыльнулся Айзек. — Это печально… — выдохнул он.       — Судя по тому, что я вижу, тебя ждёт та же участь, что и твоего отца, и куда раньше, чем меня.       — Видишь?       — Видеть можно не только глазами, мальчишка…       — Ну да… Я и забыл. — прикрыл глаза Айзек.       — Так это и есть легендарный основатель?! — раздался женский голос, и, вооружившись длинной серебристой плетью, на свет из тени за колоннами рядом со стариком вышла и встала высокая беловолосая девушка в кожаном жилете без наплечников на голый торс и длинной чёрной тканевой юбке, достающей до верхушки сандалий на босую ногу.       — Пока нестрашно… — раздался голос второй девушки с ярко-красными волосами. Эта держала руки за спиной, одевшись похожим образом, но волосы были завязаны в конский хвост. Она встала по правую руку от стоящего в середине арены Айзека, также глядя на него со второго яруса.       — Мы счастливы увидеть того, о ком столько слышали… — ухмыляясь, по левую руку из тени вышла девушка в обычном для «Чёрных Ножей» одеянии, но вооружившись парным клинком, который удерживала за рукоять в его середине, и показательно несколько раз им взмахнула, стоя на втором ярусе арены. Айзек лишь мельком глянул своими алыми глазами на каждую из них и, нахмурившись, опустил голову.       — Это и есть те самые, кого мы с тобой…       — Да. — ответил старик, уступив выход беловолосой с хлыстом. — Ты был безжалостен и настаивал, что этих детей следовало оставить в тех руинах отряду преследователей или убить из жалости, но я вытащил их, когда ты сбежал как трус.       — Хех… Вот значит, как ты подал то, что произошло десять лет назад? — ухмыльнулся Айзек. — Тогда я не буду никого и ни в чём разубеждать… Их смерть будет на твоей совести.       — Как и всегда… — ответил старик и развернулся.       — Отвечай, где Алекто, старик! — окликнул его Айзек, и последний остановился.       — Теперь он куда ближе к Великому, чем ты и я… Прощай, Айзек. Девочки, займитесь им…       — Трое красивых и молодых девушек, хм… Будь я младше, я бы с удовольствием помог тебе, Айзек, но сейчас мне это не так интересно… — грустно произнёс мужчина в маске, встав спиной к стенке.       — Не нужно оправдывать это дело возрастом… — с улыбкой ответил Айзек. — Для меня не имеет значения, одну пылинку смахнуть или три… Оставайтесь на месте.       — Тц… Не недооценивай нас! Мы сильнейшая команда Чёрных ножей! Сильнее нас только уважаемые старшие с Алекто-сама! — кричала слева девушка с парным клинком.       — Когда-то и меня вы назвали бы также… — ухмыльнулся Айзек.       — Трусу и предателю такая честь? Никогда! — крикнула девушка справа.       — Довольно, сёстры! — крикнула беловолосая с плетью. — Нападайте! — Вытащив руки из-за спины, красноволосая справа что-то сильно сжала в ладонях, и с них потекла кровь; с размаху она выбросила по четыре окровавленных сюрикена в разные стороны и сложила несколько печатей. Кровь на руках вспыхнула алым пламенем, и её сюрикены, зависшие в воздухе, также загорелись алыми огнями. Разорвав печать овцы, она взмахнула руками, и все огоньки резко устремились с разных сторон в атаку на Айзека. Впереди, одновременно со вспышками алых огней, со второго яруса на него прыгнула, взмахнув плетью, беловолосая девушка. Как следует раскрутив парный клинок и собрав заряженный чакрой воздух вокруг себя, в атаку с мгновенным перемещением, глянув на сестёр, рванула и девушка слева.       Широко открыв глаза, глядя перед собой, Айзек лишь улыбнулся ещё шире и с невообразимой для человеческого глаза скоростью взмахнул перед собой левой рукой, перехватив плеть, когда она почти достигла его лица. Обернув конец серебристого металлического хлыста вокруг кисти, он резко дёрнул его на себя, нарушив равновесие беловолосой в полёте, и та бесконтрольно полетела в его сторону. Мельком глянув на летящие в него справа огненные сюрикены, он развернулся в сторону окружённой вихрем воздуха и замахнувшейся уже перед ним своим парным клинком девушки слева. Потянув хлыст чуть дальше, он блокировал им атаку парным клинком, и последний рассёк серебристый хлыст между девушкой и отшагнувшим назад Айзеком.       Будто в танце, Айзек резко ускорившись с мгновенным перемещением шагнул назад и ещё раз вправо, повернувшись на ходу. Выронив кусок хлыста из рук, он сместился таким образом за спину с трудом удержавшейся на ногах при приземлении беловолосой и слегка подтолкнул её в спину, подставив под второй удар парным клинком. Объятые пламенем сюрикены также достигли цели, и заряженный чакрой воздух в том месте, где сейчас находились обе девушки, вспыхнул тем же пламенем. С улыбкой Айзек взглянул на вспышку алого пламени, которое также охватило и пролитую от режущего удара парным клинком в правый бок кровь седоволосой. Будто факел кинули в пролитое масло.       — Воу! — прикрывшись ладонью от жара и вспышки алого пламени, выкрикнул мужчина в маске. Девушка с парным клинком отлетела в противоположную стенку, а беловолосая загорелась и, приняв на себя несколько сюрикенов, пала на пол в центре арены. Встав перед ней, Айзек поднял глаза и с улыбкой глянул на всё ещё стоявшую на втором ярусе красноволосую девушку, округлившую глаза с дрожащими и резко погаснувшими, обожжёнными её же пламенем руками. Поймав его взгляд, она вздрогнула и резко обмякла, а после упала вперёд с края второго яруса. Без возможности сгруппироваться она влетела лицом в каменный пол примерно с пяти метров и, разбив себе голову, потеряла сознание, более не поднявшись. Стонущая от боли девушка с парным клинком также была покрыта ожогами и пыталась подняться на ноги, но едва могла пошевелиться. Алое пламя на теле беловолосой также погасло, но она могла лишь стонать, истекая кровью от вспоротого сбоку живота, и своим видом напоминая кусок жареного мяса, источать пар и дрожать. — Может, добить их? — раздалось от прошедшего мимо вслед за развернувшимся Айзеком мужчины в белой маске.       — Поднявшие руку на своего спасителя не заслуживают милости. Пусть умрут так… — не оборачиваясь, ответил Айзек. — Ты сам меня учил подобной справедливости.       — Хех… Ты хорошо усвоил уроки. — развёл руками в стороны мужчина в маске. — Что дальше?       — Дальше мы направимся сразу к Алекто… Его жизнь — ключ. Без него даже ОН не соберёт организацию вновь. На этом наша цель достигнута.       — Тогда направляемся к моему маяку, который я оставил на солдате Кариева. — Мужчина в маске, поравнявшись с Айзеком, вставил в отверстие в стене у мраморной колонны ключ, и стена разделилась на ступени, ведущие на второй ярус, а оттуда к проходу, через который арену покинул слепой старик.              

***

      В сопровождении двоих из Чёрных Ножей Лаур Кариев в грязно-зелёном походном плаще, прикрывая свою белую рубашку с кружевными рукавами и надетый сверху жилет, застёгнутый на его стройном корпусе на все пуговицы, поднялся в святилище храма уже на поверхности. В круглом зале с огромными панорамными окнами, через которые свободно проникал дневной свет, он кивнул в ответ вставшим у дальнего входа сопроводившим его сектантам и, пройдя ближе к середине зала с мраморным полом, взглянул на стоящего у какого-то алтаря лысого мужчину с заметной татуировкой на голове в виде странной печати. Мускулистый мужчина в телесного цвета одеяниях без рукавов, украшенных золотыми нитями, напоминал священника и, чуть склонив голову, будто дремал стоя или молился. Внезапно его тень резко почернела и расширилась, и оттуда будто всплыл лысый старик с повязкой на глазах, что-то прошептав ему.       — Ясно… — раздалось от него вполголоса. Доспех занял удобную для рывка позицию, встав чуть позади и по правую руку от Кариева, выставив щит вперёд. Мужчина, стоявший у алтаря, развернулся, показав лицо, покрытое письменами печати, как и его голова. Широко открытые карие глаза внимательно осмотрели Кариева и стоявшего рядом рыцаря.       — Вы и есть тот, кого называют Алекто? — обратился к нему Кариев.       — Да… Это моё имя.       — Моё имя вам наверняка известно… — прикрыв глаза, произнёс Кариев. — Я бы хотел удостовериться, что после всего, что я сделал для вас, и щедрого дара для вашего повелителя наши взаимные интересы учтены.       — И каким же образом ты хотел в этом удостовериться?       — Я собираюсь занять север бывшей Империи и надеюсь на непротивление, а ещё лучше — поддержку со стороны братства.       — Но разве тебе не оказывают поддержку Учиха? — не сводя с него строгого взгляда, произнёс Алекто. — Те самые, которые уже освободили пленников и сейчас убивают моих братьев? — На этом вопросе Кариев вздрогнул и, округлив глаза, напрягся.       — Учиха?! Это бред! Я никак…       — Ты знаешь, что находишься в Храме Тайн, дворянин… — хриплым голосом перебил его Алекто. — Хочешь осквернить это место своей ложью?       — Тц… И под этим предлогом вы решили кинуть меня?! Это неприемлемо, я говорил с Великим! Вы не можете…       — Великий узнает о твоём предательстве и освятит эту жертву…       — Тц… Он узнает о твоей глупости, жрец, и о твоей жертве. — Сложив печать концентрации, Кариев оглянулся по сторонам, отшагнул назад и в сторону, а его доспех встал перед ним со щитом для прикрытия. Старик с повязкой на глазах резко метнул одиночный сюрикен левой рукой в сторону. Резко сменив направление вращения со встречным потоком заряженного чакрой воздуха, сюрикен по кругу облетел справа и сверху от ожившего доспеха и, врезавшись в шлем, перерезал бумажную печать, закреплённую на забрале, вышибив из металла искры. Чакра тут же покинула оживший доспех, и через секунду последний на глазах Кариева развалился на части, выронив также ростовой щит и большую пику. Округлив глаза, Кариев понял, что остался без защиты перед несколькими сектантами, приближающимися со спины, и перед главарями, стоящими у алтаря. Из-за спины он резко достал свой эсток и, встав в стойку, приготовился к бою, но его руки заметно дрожали, а с лица он обронил каплю пота, понимая безвыходность своего положения. Небо, видимое через стеклянный потолок храма, затянуло серыми тучами, и прозвучал гром.       — Техника рода Аль-Хезмин. Она была создана Великим и усовершенствована слугами Империи. В этой версии её уязвимость слишком явная, а более совершенную технику такому, как ты, не постичь… — резюмировал Алекто, глянув на развалившийся доспех. — Этим ты собирался угрожать, дворянин?       — Тц… — напрягся Кариев.       — Ты выдал себя едва услышав имя Учиха. Не бойся, я не убью тебя сразу. Ты и твоя кровь станут отличными аргументами… — С его словами доспех Кариева начал искрить фиолетового оттенка молниями и под удивлённые взгляды всех присутствующих собирался заново, поднимая в воздух также и стальной ростовой щит с огромной пикой.       — Эта чакра… — раздалось от старика с повязкой на глазах. Алекто повернулся к проходу в подземелья по левую сторону от Кариева, и из прохода по лестнице медленно поднимался высокий и мускулистый мужчина с густой щетиной в стальной кирасе и солдатских штанах с высокими сапогами. Каждый его шаг отдавался эхом по залу, пока доспех собирался вновь. Вытянув левую руку вперёд, он не до конца сжимал кулак, будто удерживая в нём видимый глазу пучок электричества ярко-фиолетового оттенка. Стоявшие позади Кариева двое сектантов, увидев его, попытались напасть, но, пробежав пару метров в его сторону, они резко остановились, а их кинжалы будто выскользнули из их рук и на большой скорости влетели одному в горло, а второму прямо в лицо. Со сдавленными криками они упали на мраморный пол, а собранный доспех, напитавшись чакрой молнии, подлетел на полметра и устремился в атаку под взглядом мужчины, разжавшего ладонь, из которой видимый глазу дуговой разряд, словно шланг подпитки, ударил в спину ожившему доспеху. С размаху он вонзил искрящееся электричеством с характерным треском копьё туда, где ещё мгновение назад стоял Алекто, но последний с мгновенным перемещением отпрыгнул в сторону, схватив лишь свой одноручный золотой посох. В противоположную сторону отпрыгнул и старик с повязкой на глазах и в серебристых наплечниках. Огромная пика с размаху разнесла лишь алтарь.       — Очухался-таки?! — глядя на нахмурившегося Айона, произнёс Кариев, чуть расслабившись. Последний ничего не ответил и даже не взглянул на него, выходя ближе на середину круглого зала. В упор, по правую руку Кариева, с мгновенным перемещением возникла черноволосая девочка с алыми глазами и двумя косичками, взяв его под руку.       — Господин Кариев, сейчас не время для приветствий, лучше бы нам отойти подальше к тому входу, — кивнула девочка к дальней двери. — Тут намечается настоящий ад… — произнесла девочка. С удивлённым лицом он кивнул, и они оба отпрыгнули назад, уступая Айону ведущую роль в этом бою.       — Судя по этой невероятной чакре, ты из рода Сенджу, рыцарь? — вопрошал старик с повязкой на глазах, сделав несколько шагов вперёд. В то же время насколько шагов в сторону Алекто сделал и оживший доспех, встав в стойку и предварительно вытащив застрявшее оружие. По ожившей броне по-прежнему пробегали фиолетовые побеги молнии с характерным треском.       — Вы хотели более совершенную версию контроля брони? — со сталью в голосе спросил Айон. — Эту версию техники вы узрите перед своей смертью… — добавил он, по-прежнему стоя с вытянутой рукой, из которой протянулся дуговой разряд к доспеху. — Ты… — повернул Айон голову к старику. — Умрёшь следующим! — Взмахнув рукой, рыцарь направил в его сторону концентрированное Кю. По мраморному полу прошли лёгкие вибрации, но старик быстро сложил несколько печатей, и вокруг него образовалась прозрачная сфера, полностью отторгающая любую чакру окружающих.       — Аннулирующее поле? Техника высших сенсоров? — уточнил Айон, опустив правую руку.       — Верно… — ухмыльнулся старик. — Я слышал о тебе, Чемпион Синего Волка. Многие пали от твоей руки так и не поняв, в чём твоя сила… Стихиями грома и земли ты волен повелевать металлом и даже гравитацией, так? — После этих слов стоящая в дальнем конце зала девочка и Кариев округлили глаза.       «Так вот почему я так и не смогла определить стихию его чакры?!» — пронеслось в голове у Ами.       — И где же твоё истинное оружие? — с ухмылкой спросил старик.       — Если ты знаешь об этом… — нахмурился Айон. — Значит, ты из целителей рыцарских орденов. Из тех, кто выжил, а если быть точным, из тех, кто предал свой орден… — глянул на стоящего и удерживающего печать старика Айон. — И что же оказалось для тебя тогда дороже клятвы? Знания? Пфф… Орден обеспечивал вас всеми знаниями Империи. Слава? При становлении целителем ордена вы сознательно отрекаетесь даже от своих имён, как он… — перед глазами Айона промелькнул мужчина в белой маске. — Сила? Не заметно, чтобы спустя семь лет после падения Империи ты стал силён хотя бы как вице-командор. Вы по-прежнему валяетесь в ногах у кого-то, кого зовёте Великим. Ты хорошо знаешь, о ком речь. Назови его имя…       — «Печать чистоты!» — раздалось от Алекто, поднявшего руку со светящимся золотым светом и переполненным чакрой посохом. Над его головой загорелся светящийся золотом контур небольшой печати чуть больше его головы. Под ногами Алекто образовалась сияющая золотом печать из нескольких соединяющихся друг с другом кругов из золотого сияния и сияющих символов между ними. От этого сияния вокруг него вверх устремлялось большое количество чакры, от которой дрожащий воздух начинал заполняться светом. Из переполненного золотой чакрой воздуха Алекто мгновенно создал и выхватил левой рукой три куная и метнул их в Айона на большой скорости. Доспех с шевелением пальцев рыцаря тут же сместился в сторону, встав перед ним и прикрыв его щитом. Три куная из чакры, врезавшись в щит, ощутимо ударили, но тут же рассыпались на осколки с треском разбитого стекла. Не теряя инициативы, Алекто метнул ещё три и ещё три куная, отшагивая назад и в сторону и занимая удобную позицию для атаки. Атаки этими кунаями были обманчиво слабыми. От попадания уже девяти кунаев ростовой стальной щит покрылся дымящимися трещинами и мог быть расколот в любой момент, а в точках ударов металл будто оплавился.       — Мне тоже есть чем тебя удивить, чемпион. — хрипло произнёс Алекто, продолжая подавать чакру в посох и удерживая его над своей головой.       «Что это ещё за новости?! Эта штука в его руке…» — глядя на это шаринганом, обдумывала ситуацию Ами.       «Похоже, посох поглощает его чакру с огромной скоростью и будто фильтрует её, частично развеивая вокруг него силой этих странных печатей. Чакра будто становится видимой, обретая форму частиц света, и её можно потрогать руками. Из этих частиц он мгновенно создал эти кунаи и атаковал! Но по сравнению с тем, что он собрал в посохе, — это крохи. Туда он направил больше половины своего очага, который не уступает отцу. Даже своими глазами я не могу определить направление его техники. Чакра столь чистая, что ослепляет…» — проносилось в голове девочки, и она протёрла глаза.       — Будь ты даже чемпион рыцарей… Тебе не сдержать силу, что существовала в этом мире даже до Пророка Шести Путей. «Высвобождение… Дождь мечей света!» — произнёс Алекто и взмахнул погасшим посохом. Печать под его ногами исчезла, как и вся чакра вокруг, а стеклянный потолок рассыпался и засиял круглой печатью, из которой острием вниз посмотрело несколько десятков мечей из чистого света и резко ускорившись устремились вниз, накрывая Айона и стоящий рядом оживший доспех.       — Тц… — увидев опасность, рыцарь попытался отпрыгнуть в сторону, но будто вытянутая чернильная клякса тень старика уже дотянулась до его ног и до сапог ожившего доспеха, будто несколькими щупальцами опутывая их и удерживая на месте. — Чёрт… — только и успел произнести Айон, как его накрыло продолжительным дождём из острейших клинков чистой чакры. Мраморный пол покрылся выбоинами, трещинами и дымящимися дырками. Дождь из света закончился лишь спустя три-четыре секунды, которые показались вечностью для Кариева и инстинктивно держащейся за его рукав девочки. Они наблюдали, как острейшие клинки сперва рассыпались, столкнувшись с наплечниками и кирасой, а затем и пробивали их. Как несколько клинков прошли через тело рыцаря насквозь со всплесками кипящей крови. Как сейчас он всё ещё стоял согнувшись, истекая кровью, с множеством дымящихся дыр в бёдрах, корпусе, с которого по кускам отваливались расколотые дымящиеся наплечники с кусками одежды, и такие же осколки кирасы. В его спине и руках, которыми он прикрыл окровавленную голову, ещё торчали несколько мечей из этой светящейся чакры, которые по одному лопались и развеивались в пыль, провоцируя дополнительное кровотечение. Айон стоял на дрожащих ногах по щиколотку в луже собственной крови, которая продолжала стекать по его телу с множества открытых ран. С шумным вдохом его руки повисли плетьми, а он сам едва разогнулся и, хрустнув шеей, встал в полный рост. Оживший доспех был превращён в дымящийся металлолом, расколовшийся на осколки металла недалеко от Айона. Глядя на рыцаря округлившимися глазами, тяжело дыша и утирая предплечьем пот с лица, удерживая дымящийся посох дрожащей рукой, стоял Алекто.       — Он… — раздалось от Кариева.       — Стоит… — не отрывая алых глаз от Айона, произнесла девочка рядом.       — Жив… — вполголоса произнёс старик, тень которого вернулась в норму.       — Немыслимо… — прошептал Алекто. — Ни один человек не может выжить после такого! — уже громче произнёс он. — Но, похоже, что кроме как стоять, ты уже ничего толком не можешь, чемпион. — Вновь вытянув руку с коротким посохом в сторону, он направил туда чакру, заставив его вновь засиять, и печать рядом с ним вновь проявилась. — «Печать чистоты: Молот правосудия!» — Из направленной чакры Алекто создал огромный стеклянный на вид и сияющий золотом молот в человеческий рост, удерживая его в одной руке, и, встав в стойку, закинул его себе на плечо. — Я положу конец легендам о чемпионе Синего Волка этим последним ударом! — выкрикнул он, шагнув вперёд и резко прыгнув вверх с мгновенным перемещением. Размахнувшись, он направил удар молотом сверху вниз в прыжке по окровавленному и израненному рыцарю.       — Прости меня, госпожа… Похоже, мне придётся нарушить твой запрет. — прошептал Айон. — Я так и не стал командором, а до этого я не должен использовать его, но… «Техника призыва!» — раздалось от Айона за мгновение до того, как его бы вбили в землю. В его двух руках оказался ещё более огромный молот с толстой металлической рукоятью, на которой ещё оставались куски камня, а само навершие было похоже на идеальный прямоугольник, вырезанный из скалы. Удерживая рукоять двумя руками перед лицом, он направил голову молота размером с него самого вверх и ею принял удар Алекто. От этого удара будто произошёл взрыв. Со вспышкой яркого света, треском и грохотом Алекто отскочил от противника и рухнул на спину в десяти метрах, будто мячик от замковой стены. От молота и самого Айона исходил пар, а небеса будто ответили на этот призыв раскатами грома.       Спустя пару секунд, поднимаясь на ноги и жмурясь от боли, Алекто видел, как едва живой рыцарь в разорванной и окровавленной одежде стоит, удерживая на плече одной рукой то, что даже с места сдвинуть весьма проблематично, а его чакра и Кю хоть и сильно просели, но всё ещё говорят о том, что Айон представляет серьёзную опасность.       «Так это и есть его истинное оружие?!» — пронеслось в голове у Кариева.       «Этот здоровенный молот?! Он собирается использовать его в таком состоянии?!»       — Хааааа… — шумно выдохнул ртом Айон и поднял глаза, которые теперь светились золотым сиянием, а под глазами появились чёрные пятна и с узорами покрыли часть его лица. Кровь прекратила вытекать из его ран, и Кю, резко увеличившись, стало ещё сильнее прежнего, заставив всех присутствующих вновь вздрогнуть и сморщиться.       — Эта сила… — начал было старик с перевязанными глазами.       — Мудреца?! — округлив глаза до предела, произнёс Алекто. — Быть не может… Только Великие владели этой силой! Кто ты, чёрт подери?!       — «Тень: Абсолютная тьма!» — раздалось от старика, сложившего несколько печатей, и в секунду он сперва увеличил свою тень до исполинских размеров, а затем будто накрыл всю комнату чёрным плащом. За вторую секунду весь свет и звуки исчезли. Стоявшая рядом с Кариевым девочка также почувствовала, как по ушам ударил неприятный писк, но благодаря шарингану она видела на чёрной бесцветной площади горящие серым огнём чакры силуэты людей, а Айон отдельно выделялся сине-золотым сиянием природной энергии, как и его огромный молот.       Вновь заставив посох засиять, Алекто создал и выхватил из воздуха три куная из света и метнул в противника, который легко подавил атаку, прикрывшись своим молотом. Рассчитывая на вспышки света от этих кунаев, Алекто резко сместился на левый фланг от рыцаря и придал посоху форму большого колющего меча из света. С размаху он направил удар прямо в сердце рыцаря на скорости мгновенного перемещения, но, коснувшись тела острием, меч не смог его пронзить. Со звучным хрустом в момент удара меч треснул, а затем и лопнул. Едва он успел понять, что произошло, как по нему слева прилетел удар молотом, и Алекто, словно мешок, отбросило в сторону более чем на десяток метров. Его полёт был остановлен только ударом о ближайшую мраморную колонну, которая от такого заметно треснула. Вновь подняв молот, Айон, ориентируясь лишь на многократно усиленное чувство чакры, развернулся в сторону отлетевшего Алекто и, волоча за собой по полу огромный молот, словно живой мертвец, брёл добивать своего противника. Внезапно для него он почувствовал, как чья-то прохладная ладонь коснулась его груди в области сердца.       «Твоё время ещё не пришло, чемпион… Пора отдохнуть.» — услышал он знакомый искажённый голос в своей голове даже сквозь поглощающую звуки тьму. Почувствовав лёгкий укол тока в сердце, он выронил молот, и вся боль от ран вернулась на мгновение, а после был лишь холод и полное отсутствие чувств.       С характерным свистом рядом со стариком раздался взмах меча, и в последний момент он прыгнул вперёд и в сторону, получив рассечение только в области левого плеча и ключицы. От такого удара при приземлении он был вынужден выполнить перекат, чтобы не упасть и полностью не потерять боеспособность. С его вскриком боли техника, поглощающая свет и звуки, была развеяна, и тьма, будто чёрная ткань, была разорвана в клочья, возвращая всех в реальность и слегка оглушая очередной вспышкой на небе с раскатом грома.       — Отлично уклонился… Я хотел отрубить тебе голову одним ударом, но ты и в самом деле великий сенсор. Даже мои способности к сокрытию не сработали так, как я хотел. — шагая вслед за отпрыгнувшим стариком, произнёс мужчина с алыми глазами в круглых очках и чёрном кимоно.       — Отец… — вырвалось у Ами, но на неё он не обратил внимание, продолжив шагом сближаться с отползающим стариком. Рядом с Кариевым и Ами мгновенным перемещением появился Маска, уронив на пол тело Айона и его огромный молот.       — Фуууф… — раздалось от Маски, демонстративно утирающего несуществующий пот на лбу. Присев рядом с телом, он проверил его пульс и кивнул своим мыслям, убедившись, что рыцарь жив.       — Розенкранц, Алекто… Не буду скрывать. Я здесь, чтобы убить вас, но прежде… — Айзек взмахнул катаной, смахивая кровь в сторону лужи с кровью рыцаря. Из бокового прохода в подземелья, тяжело дыша, выбежал Тан со своей косой и Шин с Мией на руках. Оба резко остановились, увидев отца, нависшего над раненым стариком с перевязанными глазами. — Где чёрная жемчужина?