Дурацкий Хан Джисон

Феликс распахнул глаза. В комнате был полумрак, часы сообщили о том, что он проснулся на полчаса раньше будильника. Впервые за долгое время Феликс выспался, он даже не помнит, как уснул, только коснулся головой подушки и сразу провалился в объятия Морфея. Сбоку доносилось тихое сопение, и блондин повернул голову. Джисон спал, заложив обе руки под подушку, каштановые волосы были забавно взъерошены, лицо расслаблено, тронутое пробивающейся щетиной, мягкие щеки выглядели мило. Блондин пытался понять, что он сейчас чувствует. Комфорт? Определенно да. А еще хотелось дотронуться до Джисона, коснуться его карамельной кожи, но он подумал, что это будет как-то неуместно, поэтому просто тихо наблюдал с легкой улыбкой на лице.

***

Пятница наступила неумолимо быстро. Феликс перебирал свою одежду, не зная что надеть. Он никогда особо не заморачивался, но вот вдруг, захотелось заморочиться. Он не хотел выглядеть так, словно ему пофиг, но и быть нарочито вылизанным тоже не хотелось. Тут он вспомнил, что его любимая косуха так и живет у Хана и взгрустнул. Всего через пару часов они встретятся, а он волнуется. Там будет Хан, алкоголь и Феликс, который себя плохо контролирует. Он не дурак и понимает, чем может закончиться их встреча. И если Хану он доверял, то вот себе как-то не очень. Он взял в руки смартфон и начал строчить сообщение.

@felix

Привет, извини что пишу, но я хз как быть

Я боюсь идти в бар с ним

Ответ пришел почти моментально. @hwanghyunjin почему боишься? вы же с ним поговорили?

@felix

Я не уверен, что готов

Ну ты понял

Хотя в прошлый раз было офигенно

@hwanghyunjin не понял ?????????? всмысле в прошлый раз

@felix

Ну, я не рассказывал, ты же в командировке

Короче, у нас кое что было

Кончили оба и это было хорошо

@hwanghyunjin пиздец стоило уехать на несколько дней а они уже трахаются я в шоке

@felix

Технически, мы не трахались

Мы были в одежде

@hwanghyunjin аааа а оральный?

@felix

Нет

@hwanghyunjin он актив/пассив?

@felix

ДА Я ПОНЯТИЯ НЕ ИМЕЮ!

@hwanghyunjin ладно-ладно не заводись просто готовь жопу на всякий случай шучу но лучше подготовь а то вы такие резвые

@felix

Я задам тупой вопрос, но

Это больно?

@hwanghyunjin нууу зависит от партнера и от твоей подготовки но по-началу неприятно почти всегда слушай ты не обязан заниматься ас далеко не все это практикуют Феликс порнухе больше не доверяет, лучше всё выяснить у достоверного источника.

@felix

Тогда задам еще один тупой вопрос

Прости, мне неловко

Но как тогда???

@hwanghyunjin у вас обоих есть по две руки, рты а еще бедра ;) удачи жду подробный отчет: D Феликс вздохнул, заблокировав телефон, и отбросил на кровать. Ставить эксперименты над своей задницей он пока не готов, вся надежда на руки. Он принял душ, на всякий случай побрил яйца, а то вдруг что. Нанес свой привычный лосьон для тела на всего Феликса, критично оглядел себя в зеркало и принялся сушить волосы феном. С одеждой так ничего не решил, поэтому надел любимые рваные джинсы, футболку и накинул джинсовку. Такси несло его по адресу, который скинул Джисон. Он никогда не был в этом баре, поэтому ему было интересно новое место. И он все еще волновался. Переписка с Хёнджином его немного успокоила, но чем ближе он к пункту назначения — тем сильнее потеют его ладони и дрожат руки. Это первое, мать его, свидание с парнем. Да не просто с парнем, а с парнем, на которого он дрочил, с которым целовался и типа трахался. У нормальных людей обычно все наоборот. Джисон стоял у входа в бар, залипая в телефоне. — Привет еще раз, — Феликс возник рядом. — Ой, — Хан чуть не выронил телефон и неловко усмехнулся, — Извини, ты просто резко подошел, — парень засунул смартфон в карман бомбера. — Прости, — Феликс мялся на месте. — Опять извиняешься, — Хан пристально посмотрел в глаза и взял за руку, утягивая за собой, — Я забронировал нам столик. Сердцебиение блондина ускорилось раза в три, и он надеялся, что Джисон не чувствует того, как адски потеет его ладонь. Это оказался очень уютный бар, всё в темных тонах, приглушенный свет — считай, темнота, небольшая сцена, куча маленьких столиков и длиннющая барная стойка. Джисон провел их к столику, стоящему у самой стены, откуда хорошо было видно сцену, но не слишком близко к ней самой. В баре было уже достаточно много людей, и, к удивлению Феликса, внутри курили — мало где сейчас найдешь заведение, где можно курить. Это порадовало. Хан скинул бомбер и повесил на вешалку, стоящую чуть поодаль. Парни опустились на узкий диванчик, достаточно узкий для того, чтобы ощущать рядом присутствие другого человека, но недостаточно для того, чтобы было по-настоящему тесно. Феликс молчаливо теребил пуговицу на своей джинсовке, пока она не отвалилась. — Эй, всё в порядке? — Джисон развернулся всем корпусом к парню, и взгляд блондина приковал к себе рваный широкий ворот кофты, из-за которого тату игриво выглядывали и манили. — Ликс? Мое лицо выше, — усмехнулся, пытаясь разрядить обстановку. — Прости, я просто волнуюсь, — перевел взгляд на горящие глаза. — Я тоже, — легко улыбнулся. — Правда? — Угу, на самом деле, я ужасно волнуюсь. Феликс выдохнул. Волноваться вместе как-то проще. — Тут можно курить, — Феликс облизнул губы, — Ты не против? — Нет, я специально выбрал место, где можно, — Хан улыбнулся, ловя удивленный взгляд, — Ты куришь, когда нервничаешь, — парень пожал плечами, — А еще тут три дня в неделю живая музыка. Скоро будет выступать какая-то группа. Феликс расплылся маленькой лужицей. — Спасибо, — Феликс щелкнул зажигалкой и затянулся, прикрывая глаза, — Что будешь пить? Я закажу, — блондин выпустил сгусток сизого дыма, и взгляд снова зацепился за чужие ключицы. Давай, Феликс, соберись. Это же просто ключицы. Дико сексуальные просто ключицы. Феликс моргнул, ожидая ответ. В приглушенном, практически интимном свете Джисон выглядел совсем неприлично. Неприлично горячим. Ого, Феликс уже находит его горячим. Может, все-таки стоило жопу подготовить… Он резко с шумом затянулся и закашлялся от густого дыма. — Я буду соджу, — Хан улыбнулся, скользя взглядом по лицу блондина. — Какое? — голос охрип от кашля. — Без разницы. Феликс кивнул, зажал сигарету меж губ и отправился к стойке. Джисон проводил его фигуру взглядом и выдохнул, прикрывая глаза. Его мелко колотило от волнения, от этого бездонного взгляда, от длинных волос, низкого голоса и невероятных веснушек. Голос. Когда Хан услышал его голос впервые, то просто пропал. Это было что-то на фантастическом, хотелось, чтобы Феликс просто говорил и не останавливался. У Джисона до сих пор в ушах стоят его тихие стоны и хриплые вздохи. Феликс внезапно возник рядом, и Джисон вынырнул из своих мыслей. Блондин опустил четыре бутылки, пару стопок и какие-то снеки на стол, прихватил пальцами сигарету, выдохнул дым, садясь, и затушил сигарету о пепельницу. Хан разлил им напиток, раздался звук из колонок, голос поприветствовал всех гостей и начал вещать о сегодняшней программе, разбавляя все незамысловатыми шутками. — Спасибо, — блондин принял стопку из чужой руки и с трудом удерживал свой взгляд на лице, блядский ворот все время оттопыривался. — За наше первое и, надеюсь, не последнее свидание, — Хан закусил губу, рассматривая парня. Парни влили в себя алкоголь под аплодисменты зала. Свет погас, погружая пространство в темноту. Спустя несколько мгновений сцену осветило направленным точечным светом, и в зале лишь читались силуэты людей. Раздалась дробь барабанных палочек, плотный звук бас-гитары, клавиши, низкий, обволакивающий, тягучий женский голос. Феликс решил выпить еще — для смелости, а смелости ему сегодня нужно много, — он взял бутылку и отхлебнул с горла под расширившийся взгляд Джисона. — Уоу, ты… Всегда так пьешь? — Хан удивленно рассматривал парня. Феликс отрицательно мотнул головой и снова сделал большой глоток. Хан усмехнулся и последовал его примеру — один раз живем. Соджу — коварный напиток: пьется легко, как сок, но развозит очень быстро. Темнота, живая потрясающая музыка, алкоголь и горячее тело совсем рядом, всего в каких-то двадцати сантиметрах. Горящие глаза, смотрящие друг на друга, рука, потянувшаяся к чужому бедру, касающаяся обнаженной кожи через рваную ткань джинсов. Напряженные пресс и бедра от каждого прикосновения, фруктовый привкус алкоголя на чужих губах. Робкая ладонь, скользнувшая по животу вверх — к накачанной груди, цепляющая сосок с металлической штангой сквозь ткань. Рваный выдох в губы. — Ликс, Ликс, — прошептал, отрываясь, — Не надо, — хрипло прошептал на ухо. — Прости, — он одернул руки и накрыл лицо ладонями, — Я идиот. — Всё нормально, не извиняйся, — Хан отнял чужие ладони от лица и взял за руки, — Просто… не тут, — он заглянул в глаза. Джисон притянул к себе смущенного Феликса и обнял, укладывая на свою грудь. Рука зарылась в светлые волосы и нежно массировала затылок, заставляя Феликса расслабляться. Джисон видел, каким дерганным и нервным был парень, он и сам пиздец как волновался, но Феликс просто был весь на иголках и не знал, куда себя деть. — Давай просто послушаем музыку, — произнес над ухом блондина, — Я хочу, чтобы тебе было комфортно. Тебе так нормально? — он указал взглядом на свои объятия. — Мне отлично, — Феликс чувствовал, как подымается грудная клетка на каждом вздохе и гулко стучит чужое сердце, — Спасибо. — За что? — Что не даешь натворить херни, — нервно усмехнулся. — Это от волнения, ничего страшного, — Хан потянулся к бутылке и отхлебнул сладкий напиток. — Тем более секс посреди бара так себе затея, — Джисон усмехнулся, а Феликс был благодарен тому, что в темноте не видно его алого лица. Блондин вытянул бутылку из рук парня, сделал несколько небольших глотков и вернул владельцу. Он рукой обвил Джисона поперек живота и смотрел на сцену, наслаждаясь музыкой и уплывая куда-то. Все нервное напряжение, то ли благодаря Джисону, то ли благодаря алкоголю, начало отступать, тело расслаблялось, и Феликс почувствовал, как у него начали ныть все мышцы от перенапряжения. Хан поглаживал его бок, смотря на сцену и потягивая соджу из горла. Феликс прикрыл глаза и уткнулся носом в грудь, наслаждаясь теплом и запахом. Ему нравится, как пахнет Джисон. Он понятия не имел, что это: парфюм, средство для стирки или его запах, но ему очень нравилось. — Ликси, — Джисон позвал над ухом, — Ликси. — М? — Ты засыпаешь, хочешь уедим? — Нет, нет, прости, — он привстал, садясь прямо, — Просто так хорошо, что я начал засыпать, — парень неловко рассмеялся, — Я плохо сплю в последнее время. — Из-за чего? — Ну… Всё из-за того же, — нервный смешок, — Но мне уже намного лучше. Музыка тягуче лилась из колонок. Феликс никогда подобное не слушал, но ему понравилось. Кажется, пора обновить плейлист. — Спасибо, — блондин вглядывался в лицо рядом с собой, — что показал это место, тут здорово. Хан улыбнулся, закусив губу. Феликс потянулся к чужим губам, легко сминая и посасывая нижнюю, скользнул языком в чужой рот, пробуя. Рука легла на круглую мягкую щеку, поглаживая, от чего Хан прикрыл глаза. Блондин ощущал губами и нежной кожей вокруг проклюнувшуюся щетину, и это было необычно. Отличие номер три. Феликс отстранился и уткнулся лбом в висок, все так же поглаживая большим пальцем щеку. Джисон млел от горячего дыхания возле своего уха. Выпитый алкоголь их окончательно расслабил, и они так и сидели с прикрытыми глазами, наслаждаясь музыкой и объятиями. Феликс распахнул глаза, когда музыка стихла, а музыканты начали прощаться под бурные аплодисменты. Джисон, улыбаясь, захлопал в поддержку. Феликс потянулся ко второй бутылке, бар наполнился гулом голосов и смехом, заиграла музыка, в помещении стало немного светлее. Взгляд Феликса постоянно с лица соскальзывал к вороту, что, конечно же, не оставалось незамеченным. — Ты говорил, что пишешь музыку, — Феликс рассеянно обводил горлышко бутылки большим пальцем, на что залип Джисон, — Ты играешь на чем-нибудь? Хан моргнул несколько раз и вернул свой взгляд на лицо парня. — Д-да, — он прочистил горло и отхлебнул соджу, — На гитаре. — О, круто, не видел у тебя гитару. — Она у друга в студии, я там пишу, — Хан снова уронил взгляд на руку, — А ты чем увлекаешься? — Да ничем таким серьезным, — блондин пожал плечами, — Видеоигры люблю. — Здорово, я иногда играю, когда время есть. Какие ты любишь? И тут Феликса было не остановить. Он увлеченно рассказывал про свои любимые игры, про сюжет, про дополнения, про то, как собирал себе комп, про героев и как он их качает. Джисон иногда задавал уточняющие вопросы и слушал, слушал, слушал, рассыпаясь от этого голоса. — Фух, — Феликс опустошил бутылку, отставляя на столик, — Прости, я увлекся, опасная тема — парень неловко рассмеялся. — Не извиняйся. Мне было интересно, правда. Феликс расплылся в улыбке, пьяно сверкая глазами. Алкоголь придал блондину небывалую смелость. — Поехали к тебе? — едва слышно. Джисон замер и медленно кивнул. Практически не глядя заказал такси в приложении, накинул свой бомбер и потянул блондина в сторону выхода. Воздух салона автомобиля был наэлектризован — одно неосторожное движение, и всё вспыхнет. В висках Феликса бешено стучал пульс, а алкоголь только подливал масла в огонь. Джисон сжимал его ладонь и гладил, оставляя обжигающие отпечатки. Дорога до квартиры Хана казалась мучительно долгой, хотя ехать было всего двадцать минут. Из машины они выскочили, по коридору неслись, рука с трудом попала в замочную скважину, дверь захлопнулась за спиной. Бомбер слетел в одно мгновение, наспех стянутые кеды рассыпались по прихожей, голубая джинсовка приземлилась где-то в коридоре. Феликс жадно вылизывал чужой рот, заставляя отступать в сторону спальни. Матрас промялся под весом двух тел. Блондин сидел на чужих бедрах и мутными глазами изучал парня под собой — приоткрытые губы, на щеках румянец, дикий взгляд. Феликс взялся за край джемпера и потянул вверх, стягивая и откидывая куда-то. Он завороженно коснулся тату скользя по напряженному животу, вверх к груди. — Я слишком долго об этом мечтал, — хрипло произнес и лизнул сосок мокрым языком. — Ох… — выдохнул, — Я заметил, что ты фетишист, — Джисон усмехнулся. Феликс с силой сжал натренированную грудь, втянул сосок, играя языком со штангой, второй он дразнил кончиками пальцев. Хан прикрыл глаза, наслаждаясь, Феликс постанывал от удовольствия и с влажными звуками развлекался с чужой грудью. Блондин неосознанно покачивал бедрами, распаляя их обоих. Он зубами прихватил штангу и легонько потянул, от чего Джисона выгнуло дугой. — Боже, — он облизнул губы, — Ты пиздец — вообще-то Джисон не матерился. Хан положил руки на ягодицы парня и вжимал в себя, подаваясь бедрами. Феликс промычал, не отрываясь от раскрасневшихся сосков, — он играл то с одним, то с другим, жадно сминал грудь, вылизывал черные узоры на торсе, зажмуриваясь от удовольствия. Ноги блондина быстро затекли в таком положении, и он вытянулся, накрыв чужое тело своим. Сминал бока и посасывал металл на чужом теле. У Хана уже звездочки перед глазами — у него такое чувство, что еще немного, и он кончит только лишь от стимуляции груди. Феликс скользнул ладонью по груди вверх, провел по горлу, мазнул по подбородку, коснулся двумя пальцами нижней губы, обводя и слегка надавливая. Джисон удивленно приоткрыл рот, впуская и обхватывая губами. Блондин двумя пальцами скользил на мокром языке, своим же не переставал терзать уже слегка припухшие соски. Возбуждение Хана болезненно упиралось в жесткую молнию джинсов под весом Феликса. Он нырнул руками между их тел, не переставая ласкать языком трахающие его пальцы, с трудом он расстегнул пуговицу и потянул молнию вниз. Он облегченно вздохнул, почувствовал свободу. Феликс на мгновение оторвался от своего занятия, приподнимая бедра и смотря на чужой пах. — Вытащи, — не просьба — приказ. Хан, затаив дыхание, приспустил джинсы с бельем, обнажая свой член с блестящей влагой головкой. Он наблюдал за тем, как Феликс, не моргая, смотрит на его пах. Феликс, где-то в своей голове отметив «нормально», заглянул в чужие глаза. Он выскользнул изо рта, встал на коленях, расстегнул свои джинсы под цепким взглядом, стянул с себя джинсы с бельем и откинул в сторону. Округлившиеся глаза Джисона скользнули от миловидного лица к члену и обратно. Вот это он попал. Блондин стащил остатки одежды с парня и вновь навалился на него, чувствуя своим членом чужой, Хан тихо охнул. Феликс влажно выцеловывал ключицы и задвигал бедрами, рука сминала грудь, не давая ей пощады. Из груди Феликса вырвался полустон-полурык, когда он особенно резко толкнулся. Джисон протиснул руку между их тел и обхватил члены, плотно сжимая. Феликс низко простонал, когда парень задвигал рукой по их плоти, губы нашли чужие, руки обоих были неумолимы, бедра с силой толкались в сжатую руку. Феликса словно коротнуло, и сгорел предохранитель. С девушками он всегда осторожничал, был нежным, боясь причинить боль или напугать, но с Джисоном он не боялся. Он впервые мог не сдерживаться. Они вылизывали рты друг друга и кусались, бёдра ритмично подавались вперёд, разнося хлюпающие влажные звуки. Предэякулят стекал и тут же размазывался по коже и членам, грудь в узорах уже вся горела, в лёгких катастрофически не хватало воздуха, покрывало под спиной было влажным. Феликс рычал в поцелуй, от чего Джисон сходил с ума и стонал в унисон. Еще несколько движений рукой, и Джисон зажмурился, поджимая пальцы ног, и простонал в чужой рот, разливая горячую влагу на собственный живот. Феликс остановился, переводя дыхание и рассматривая покрасневшего, вспотевшего и изрядно потасканного парня. Блондин усмехнулся, пытаясь отдышаться. Хан разлепил веки, все еще ощущая каменный чужой член в свой руке. — Вста… кхм, — он прочистил горло, — Встань на колени, — севшим голосом. Блондин облизнул опухшие губы, выпрямился, стоя на коленях. Джисон выскользнул из-под парня, снова обхватил увесистый член рукой, пододвинулся максимально близко и, глядя в черные глаза снизу вверх, мазнул языком по головке и медленно вобрал почти на всю длину. — Блять… — прохрипел Феликс и впился ладонью в крепкое плечо, боясь потерять равновесие. Хватило всего пару движений головой, чтобы брови Феликса заломились, рот приоткрылся в тихом стоне, и горячая влага толчками выплеснулась в чужой рот. Они обессиленно рухнули на сырую постель, пытаясь вернуться в этот мир. Феликс скользнул взглядом по чужой груди и ужаснулся истерзанным соскам с кровоподтеками и ключицам, на которых распустились багровые цветы. Его глаза расширились, и он резко подскочил, садясь. — Блять, прости, я не хотел, — он испуганно заглянул в чужие, все еще мутные глаза, — Мне правда очень жаль, прости, пожалуйста. — Не извиняйся, — Хан мотнул головой и положил ладонь на чужое бедро.